Тень над Эльварией

глава 10
Тишина в Эльварии никогда не была пустой.
Она была наполнена взглядами, паузами, невысказанными фразами. И именно поэтому те, кто умел слушать, знали: если дворец вдруг становится слишком тихим — значит, кто-то уже начал говорить.
I
Они собрались не ночью.
Это было бы слишком ожидаемо.
Встреча состоялась на рассвете, когда двор ещё не проснулся, но стража уже сменилась, а слуги только начинали день. В это время коридоры были полупустыми, а лица — усталыми и невнимательными.
— Первый шаг не должен выглядеть как шаг, — сказал лорд Кассен, медленно проходясь вдоль окна. — Он должен выглядеть как забота.
— Или как ошибка, — отозвался другой. — Ошибка, которую никто не захочет признать своей.
— Именно.
На столе лежал свиток. Не указ. Не обвинение. Всего лишь предложение — пересмотреть распределение средств на пограничные гарнизоны. Формулировки были мягкими, почти невинными.
— Если это примут, — сказал один из присутствующих, — король окажется перед выбором. Либо признать, что границы в опасности, либо что он теряет контроль над казной.
— А если отклонит, — добавил Кассен, — мы покажем это как упрямство. Старческую слепоту.
— А наследница?
Кассен чуть усмехнулся.
— Наследница чувствует, но не доказывает. Пока она молчит — она лишь девочка с дурными предчувствиями.
— А если заговорит?
— Тогда мы спросим: откуда она знает?
В комнате стало холоднее.
— Это рискованно, — заметил кто-то. — Она слишком… живая.
— Поэтому мы и не трогаем её напрямую, — ответил Кассен. — Пока. Мы просто меняем почву под ногами. Пусть она почувствует нестабильность. Пусть начнёт сомневаться — в людях, в себе, в дворце.
— А король?
— Он почувствует давление. Он всегда чувствует, когда Эльвария болеет.
Свиток свернули.
— Это не удар, — подытожили. — Это проба.
И именно в этот момент, за много коридоров от них, Лиара резко остановилась.
II
Она шла по галерее, когда ощущение накрыло её — внезапно, почти болезненно. Будто воздух сгустился, стал вязким, тяжёлым.
Лиара положила руку на холодный камень стены.
— Вот оно, — прошептала она.
Элиана, шедшая рядом, тут же остановилась.
— Что?
— Они сделали шаг.
— Ты уверена?
Лиара кивнула.
— Это не страх. Не предчувствие. Это… движение. Как когда вода отступает перед волной.
Элиана нахмурилась.
— Тогда нам нужно быть особенно внимательными.
Они продолжили путь, но теперь Лиара замечала то, что раньше проходило мимо.
Два стражника у поворота — новые. Один из них слишком внимательно смотрел на неё. Не с дерзостью — с изучением.
В зале для утренних приёмов советники говорили тише обычного. Разговоры обрывались не при её появлении, а за мгновение до.
— Они боятся, — сказала Лиара тихо.
— Или надеются, — ответила Элиана.
— Это хуже.
Позже, уже ближе к полудню, Риан Вальк подошёл к ней сам. Без формальностей, но с должной дистанцией.
— Ваше высочество, — сказал он негромко. — Сегодня дворец живёт иначе.
— Я знаю.
— Мы усилили охрану. Неофициально.
— По приказу короля?
— И по моей инициативе, — ответил он честно.
Она посмотрела на него внимательно.
— Значит, вы тоже чувствуете.
— Я чувствую людей, — сказал он. — А люди сегодня делают вид, что ничего не происходит.
Лиара едва заметно кивнула.
— Это первый шаг, капитан.
— Тогда мы не позволим ему стать вторым.
III
К вечеру король вызвал Марквейна.
Покои были закрыты, стража — удвоена. На столе лежал тот самый свиток.
— Они начали, — сказал король без вступлений.
— Осторожно, — ответил Марквейн. — Умно. Без обвинений. Без повода для удара.
— Но с расчётом, — мрачно добавил король. — Они проверяют, дрогну ли я.
— И проверяют её, — тихо сказал Марквейн.
Король тяжело вздохнул.
— Она чувствует больше, чем должна.
— Или именно столько, сколько нужно, — возразил советник. — Но это делает её целью.
— Я не позволю—
— Вы не сможете контролировать всё, — перебил его Марквейн мягко. — Не сейчас. Не в одиночку.
Король посмотрел в окно, на огни Эльварии.
— Тогда мы будем играть в их игру. Медленно. Осторожно. И не показывая, что знаем.
— А Лиара?
Король помолчал.
— Она должна научиться стоять в тишине, — сказал он наконец. — И не дрогнуть.
IV
Поздно ночью Лиара не спала.
Элиана сидела у камина, перебирая старые ленты — привычка с тех времён, когда принцесса была ребёнком.
— Когда я была маленькой, — вдруг сказала Лиара, — ты всегда знала, когда мне страшно.
— Потому что ты никогда не боялась за себя, — ответила Элиана. — Ты боялась потерять.
Лиара закрыла глаза.
— Они думают, что я ещё ребёнок.
— Пусть думают, — сказала Элиана твёрдо. — Иногда это лучший щит.
За окном дворец был тих.
Но теперь Лиара знала:
тишина больше не означала покой.
Она означала — отсчёт.