Верность

  Тем вечером, точнее сказать поздней ночью... Я вышла из клуба совсем никакая.Мне отказали в общении все, хоть чем-то интересеные мужчины. Я была расстроена, но когда вышла, поняла, что до дома сама не дойду и даже не доползу. Такси я вызвать не могла. У меня пропал интернет, а номеров вызова я не знала. Стоя на пустой улице, я думала что делать. Дул холодный ветерок, и мои тонкие колготки свободно продувались, а ноги быстро покрывались мурашками.  Вдруг очередной  поток поднёс к моим каблукам какую-то бумажку. Не смотря на своё состояние, любопытсву я не могла сопротивляться и, раскорячившись на тротуаре, еле как подняла её, о чём ни капли не пожалела, на тот момент. Бумажка оказалась визиткой фирмы такси "Верность". Я с третьего раза набрала номер и вызвала машину.
  Уже через пару минут к клубу подъехал синий Хадсон 49 года, я знаю название этой машины, только потому что бывший хотел себе точно такую же, ну прям очень сильно. Да хорошо с ним было. Автомобиль остановился, на нём был шильдик – “Commodore„ Бампер напоминал собой корону. Задняя дверь щёлкнула и приоткрылась, я залезла внутрь. Несмотря на то, что с наружи машина выглядела довольно приземистая, внутри было очень свободно. От водителя меня отделяла перегородка. Салон был отделан белой кожей, которая немного отдавала кремовыми оттенками. Сиденья были очень удобными. Машина будто бы из рая спустилась. Хадсон тронулся, но я даже не почувствовала этого, на столько он был мягок. Ощущения незабываемые. Вдруг включилась старомодная музыка, она была простой, но приятной. Постоянно повторялось: „Dream girl”. Я окончательно погрузилась в пятидесятые. Машина ехала невероятно плавно. Я ощущала себя королевой. В один момент я начала вспоминать бывшего. Да, Сашка любил пятидесятые. Некрасиво конечно с ним вышло, но я же не специально, да и он, как он себя повёл? Но он всё же замечательный человек. Вот бы он дал мне шанс. Но я ведь не беспринципная? Я не стану просить прощения снова. Он сам виноват, что упустил меня. А может и не только он? Ну вообще эти мысли! Сегодня я несчатсна! А значит нечего вспоминать и себя мучать!
  К тому моменту, как я закончила мысль, я уже перешла на голос и быстро заткнула себе рот. Мы уже были близки к моему дому. За окном гулял ветер, уже высохшие осенние листья неслись вдоль бордюра за машиной. Ночное небо было мутным, перетянутым призрачными облаками. Заиграла следующая песня, я переводила её на ходу. Её текст был прелестен. Если бы я могла станцевать под что-то подобное с любимым человеком, то стала бы на порядок счастливее. Но ни танца, ни любимого человека этим вечером у меня не было, только мысли о Саше. "Зачем в тот день он потащился на ту ретро выставку? Зачем задржался там до поздней ночи? Зачем я спала с другим?" – Бормотала я себе под нос.
  Автомобиль подъехал ко двору и остановился. Я не сразу сообразила, что надо выходить, только когда музыка утихла, создав неловкую паузу, я начала дёргать ручку, но дверь не открывалась. Я пробовала ещё, но ничего не выхлдило. Тогда я испугалась. По моей спине пролился холодный пот, я протрезвела. Я снова стала дёргать ручку, как вдруг заиграла музыка и слова были хорошо различимы. „Не делай этого, никогда, никогда не делай этого! Не делай этого! Никогда не говори прощай. Не делай этого, ты ведь знаешь как я буду плакать... Я лю-лю-люблю тебя! Ты не знаешь, Ты не знаешь!" Я в испуге отпустила ручку. В ту секунду у меня закралось страшное подозрение. „А можно открыть дверь?” – Спросила я чуть стыдливо. Музыка умолкла. Что-то щёлкнуло в двери, и та отворилась сама. Я вышла из машины, аккуратно закрыла дверь и пошла к дому. Но автомобиль стоял, будто бы так и надо. Я поглядела на небо, тусклые тучи плыли по блёкло-синему небу, а на нём яркой белизной мерцало ночное светило. Я глядела на Луну и снова вспомнила о том, как мы с Сашкой любовались ей когда-то. Как он сравнивал меня с ней и говорил, что я сияю так же. Но из воспоминаний меня вывела песня, которая начала играть из Хадсона. Это был жуткий медляк. Пятидесятые будто перестали казаться мне такими романтичными. Но в этой жути была и некая красота. Я понимала, что эта песня была направлена в мой адрес. Сашка всегда мне обещал, станцевать под что-то подобное. Я не выдержала, слёзы побежалт по щекам. Подбежав к машине я закричала: „Сашка, прости, прости меня, прошу! Я знаю это ты! Не издевайся надо мной! Просто прости! Я повела себя как дура в тот вечер! Давай начнём всё с начала? Музыка утихла снова. Стекло водительской двери опустилось – никого...
Не успела я ничего понять, как заиграл весёлый напев: „True, Fine Mama...", а машина выкатилась на дорогу и, со скрипом шин развернувшись, унеслась прочь...
    Я же ошарашенная стояла ещё минут пятнадцать недвижимой одна на фоне сияющей, одинокой Луны.