Приключения Глеба. История 2. Чаша силы

Часть 1

     Я лежал и разглядывал свою татуировку. Создавалось впечатление, что линии на моей коже выполнены настоящей тьмой от них не отражалось ни единого блика света. Но больше всего меня поразило другое, ее видели не все. Родители, которые приезжали на праздники, ничего не заметили. Хотя я ожидал маминого возмущения - она, как медик, была против татуировок. Объясняя это тем, что организм всю жизнь будет стараться самостоятельно вывести краску из кожи, как инородное тело. То есть организм будет работать на износ. Вроде мелочь, но с годами это обернется постоянной нехваткой витаминов или другим истощением, а с возрастом еще и прибавится последствий. Что-то такое она мне говорила несколько лет назад, когда я, после совершеннолетия, решил набить татуху, как многие мои знакомые. Правда, я в итоге передумал, потому что не смог выбрать ту, которая бы нравилась всегда, которая бы не надоела. А эту я и не выбирал, Великий скипетр сам меня выбрал. И по словам моего деда такого не случалось несколько сотен лет, со времен Рюрика или раньше.

— Чем же так примечателен этот Великий скипетр? — спросил я деда на следующий день после моего возвращения.
— Это древняя реликвия, причем не нашего мира, а того, другого, который за чертой. Это слияние трех движущих сил: любви, времени и смерти. Трех неподвластных человеческой воли проявлений. Это чистое могущество, Глеб, — ответил Никодим Митрофанович. — Так же волшебный артефакт является ключом к твоей силе. Но это тебе предстоит узнать самому, позже, Сила проснется. И отвечу сразу на следующий вопрос: я не знаю, когда. В твоем случае все пошло в разрез с традициями. Так как, сперва ты должен был достигнуть 36-летия. После чего, заключить договор со своей Силой и правителем другого мира. Да и принять от меня знания и полномочия. Тогда бы ты сам стал Волхвом, и, как и я, все эти годы, оберегал оба мира от напастей, которые хоть и редко происходят, но, если их не исправить, влекут за собой последствия... То стихия где-то у нас разгуляется, то наводнение. А ты сейчас, вроде как, и Ведун, и Сила твоя зашевелилась и начала просыпаться, но что и как дальше сложится – мне не ведомо.

     Так что вопросов стало больше, чем ответов. А еще я нашел запись про Волхвов в дедовом дневнике:
«...посему так и повелось от деда внуку. Волхвы, как есть Ведуны, обладающи отметкой Силы иной мира за чертой. Волею Хозяйки нашего ухода, дадым новому ведуну. Сея отметина сиречь ключ к миру за чертой и есть. Имеющий ее в руке может ходить в мир тот безбоязненно. ...Сие так же означает выбор, коим обозначен последний вздох Ведуна: вернуться в мир али остаться у Хозяйки.
... Волхв же, после данной клятвы обречен блюсти границы миров, оберегая людей и теней друг от друга...»

     Вот, кстати, про тени. У меня их и в этом мире теперь две. Правда, молчат обе, вторая тень никак себя не проявляла. Но оно и к лучшему. Помнится, этот болтун редко держал рот закрытым и на все имел свое мнение. Это, так-то и не плохо, но очень отвлекает.
Так что, после моего возвращения из ночного путешествия, жизнь моя почти вернулась в первоначальное русло. Почему почти? Да потому, что работать на обычной работе мне уже не светило. И к тому же я теперь видел домового Кондрата, который жил у деда. Поэтому мы больше разговаривали о травах да снадобьях разных, которые имели более широкое бытовое применение, чем я думал раньше. Не только чаи да приправы душистые. А росли у нас травы, которые могли больного на ноги поставить, или наоборот обеспечить здоровому долгий постельный режим. Много чего травы могли в нужный час собранные. А уж если знать, что над ними пошептать можно….
     Я кроме прочих бытовых дел еще пытался уместить в своей голове новые знания о себе и другом мире. Первое, что мне было не понятно, почему Сила только к 36 годам просыпалась; почему мне никто еще в детстве не подсказал, что нужно более относящуюся к моему призванию профессию выбрать, например, травник, аптекарь, егерь, в конце концов; в курсе ли мама всех этих дел, да и вообще родственники; кто живет в нашем мире кроме Хозяина леса и его помощников лесовичков; понимает ли деда голоса зверей и птиц; как Черный Ворон попадает в наш мир и многое другое. Все эти вопросы я задал деду, как только представилась такая возможность. Он, конечно, надо мной посмеялся, что шибко бойко я за дело взялся, но честно ответил на те вопросы, на которые мог дать ответ:

— Возраст, Глебушка, не просто так отмерян такой. Число 12 всегда почиталось нашими предками, а десятками считать стали не так давно. Все относительно, во времени, значит. Переходит сила наша от деда к старшему внуку, который, непременно на свет появляется. В этом не сомневайся. Да и 36 лет — это возраст мужа, часто и детки выросшие в этом возрасте есть и семья, а раз так, значит, есть кого защищать. Это тоже очень важно. Дух воина он любому мужчине нужен. Но истину уже никто и не вспомнит. Потом, касаемо увлечений твоих и знаний - тебе вообще нужно мало чего из этого мира, чтобы выполнять свое предназначение в том другом мире. Миры наши разные, вот это запомнить стоит. А остальное приходящее. Все будет, в свое время, и знания то же. Что еще, ни мама твоя ни остальная родня ничего знать не должны, ни к чему им это. Закон позволяет женам рассказывать, если нужна придет, но часто это больше вреда приносит, чем пользы. В нашем мире многие «другие» живут, верно. Из тех, кто недалеко от нас живет - это Лесной хозяин, Речной хозяин, Болотник, ну еще некоторые соседи рядом обитают. Черного ворона я конечно понимаю, он же главный посланник Хозяйки мира за чертой, а в нашем не все животные и птицы разумом наделены, но некоторые иногда встречаются, да.
     Но чаще дед отмахивался от моих нескончаемых вопросов на разные темы. Например, наотрез отказался объяснить, как Кощей связан с Хозяйкой другого мира. Сказал, что если мне так интересно, то мне лучше у самой Хозяйки спросить, а еще лучше не лезть вообще в это дело. Хозяйка как-никак женщина, может это любопытство принять за оскорбление или чего хуже.
Вот так мы провели новогодние праздники. Приезжали мои родители с некоторыми родственниками, было шумно и многолюдно, но в конце концов праздники закончились, гости разъехались и начались однообразные будни. Мы, конечно, и снег чистили, и снежных баб лепили, и на рыбалку выбирались. Но моей душе хотелось чего-то большего, приключений хотелось и движухи, потому что обычная жизнь меня уже не устраивала. А как попасть в мир за чертой пока не проснулась Сила моя я не знал. И очень от этого маялся, потому что тянуло меня туда, тот же волк и ворон – ожившая сказка. Наверно, я еще толком и не вырос. Как там говорят, первые 40 лет детства мужчины самые сложные? Куда уж мне в мои 25…

Поэтому, когда мне приснился …. Нет, начну по порядку.
 
С началом трудовых будней в стране дедушка начал собираться в поездку, всего на несколько дней максиму на неделю, как он сказал. Так как мой вопрос достаточно необычный, нужно мнение Старейшин, поэтому надо собрать Сход Волхвов.  И про Кощея рассказать и доложить, что с границей произошло. В конце концов получить разрешение на посвящение меня в тайны до срока, как планировал дед. Как он рассудил в моем случае - незнание нужных вещей может привести к последствиям больше, чем знание таковых. Потому, что парни вроде меня, любят приключения на свою пятую точку находить.

Поэтому я отвез деда в город, а сам вернулся в его дом. Пару дней еще было ничего: мы с Кондратом коротали вечера за игрой в лото и в домино, но Кондрат оказался очень азартным и еще постоянно выигрывал. Хотя, как мне кажется, он иногда жульничал, но поймать его я не мог.

Он теперь рассекал по дому в новом комбинезоне и часто менял яркие футболки, которых я ему еще привез из города, в его немалому удовольствию. Как мне дед рассказал в машине, пока мы ехали, Кондрат, как все домовые, жутко любит подарки, в этом он очень на малых детей похож. Натерпелись домовые за годы своего существования, когда большевики пришли к власти. Комсомольцы ни в Бога, ни в чорта не верили, значит и малым духам досталось в плане отрицания. А что для духа отрицание – это медленная смерть. В общем, я так проникся дедовым рассказом, что решил по возможности делать домовому мелкие подарки.

В общем, тиха и спокойна стала моя жизнь, и вот тут-то мне приснился сон. Снилось мне, что я опять в Черном замке, в той комнате с зеркалом, накрытым покрывалом. Только вокруг стало чище и светлее. Теперь можно было в деталях рассмотреть обстановку в комнате, а там было на что посмотреть! Мебель была выполнена очень искусным мастером из дерева вроде красного, и темные тона даже подчеркивали ее изысканность. Мрачно, конечно было, но настолько гармонично, что эта малость быстро перестала бросаться в глаза, особенно если учесть чей это был замок. Стеллаж во всю стену вмещал в себя неплохую библиотеку. Книги были под стать обстановке: в темных переплетах, с золотыми или бронзовыми инкрустациями с камнями.  Про всякие статуэтки, шкатулки, картины в массивных рамах, да гобелены - я вообще молчу. Все в комнате приковывало взгляд и заставляло удивляться красоте и изысканности.

Скажу честно, я долго разглядывал вещи в этой комнате. Но помня дедов наказ – не трогать незнакомые предметы руками – я просто смотрел не трогая. Кто их разберет, может, какие-нибудь заговоренные они, разбирайся потом.

Когда первые впечатления от комнаты более-менее улеглись, я почувствовал, что я тут не один. Медленно я повернул голову и увидел в кресле своего двойника, он сидел в кресле и улыбался. И улыбка была какая-то не очень приятная, из серии: «Да-да, видели мы таких городских с открытыми от удивления ртами. И что разглядывать то? Шкатулки и рамы, книги…». Но, увидев мое лицо, он улыбнулся чуть шире, и ехидца пропала с его лица. Он встал на ноги и склонился в поклоне. Затем жестом указал на второе кресло. Я сел.

— Здравствуй, Глеб. – уважительно сказал Тень. – Я рад, что все хорошо закончилось и для моего мира, и для твоего.
— Привет! – ответил я. – Да, здорово все закончилось. А как я опять сюда смог попасть, а? Хозяйка говорила, что я еще долго не смогу, ну… Попасть в этот мир.
— Ну тут все просто - это часть моих воспоминаний. Приглядись, ничего странного не замечаешь? – Тень жестом обвел комнату.
Я немного смутился, но начал приглядываться.
— Книги, - через какое-то время сказал я. – Название книг - зеркальные. Эта комната такая, как отражалась в твоем зеркале, верно?

Тень кивнул:

— Все верно, это всего лишь отражение, тех старых времен, которые сохранила память зеркала. Если мы определились и больше нет вопросов по обстановке, я бы хотел кое-что тебе рассказать.
— Весь внимание…- сосредоточился я. Вообще было мне немного странно: и само поведение этого персонажа, и его манера общения. Я его запомнил излишне болтливым, а тут передо мной сама серьезность. Но я отмахнулся от своих мыслей, может, у него настроение сегодня плохое, не выспался он, или что еще случилось, пойди пойми эти Тени.
— Так вот, - продолжил мой двойник. – Не буду ходить вокруг да около. Я начал вспоминать себя, – он сделал паузу ожидая мою реакцию, но не дождавшись эффекта продолжил. – Для тебя это может ничего не значить, но для меня это возможность стать человеком. Это возможность прожить ту жизнь, которую у меня отнял Кощей. Поэтому я хочу попросить тебя, помоги мне все вспомнить! Пожалуйста…
— Дело то хорошее, - согласился я. – Лишь одна небольшая деталь все портит, я даже близко не представляю, как тебе помочь. Извини.
— Ну особо сильно то и делать ничего не придется, - выдохнул Тень, видимо, он ожидал резкого отказа, а мои доводы его не особо впечатлили. – Не надо идти туда - не знаю куда и искать то - не знаю что.
— И что же от меня требуется? - заинтересовался я.
— Тебе нужно пройти дорогой Теней и найти свою Силу, — на одном дыхании сказал Тень. — Ну, что скажешь?
Я откинулся на спинку кресла и задумался. С одной стороны, дело то полезное. Ведь даже дедушка не знает, что мне теперь с Силой моей делать, которая проснулась намного раньше срока. То есть она начала просыпаться, а как её разбудить – вот главный вопрос. А тут, выходит, двойник мой в курсе что надо делать.
— Сразу должен предупредить тебя, что Дорога Теней — это очень опасный путь, - мой двойник стал еще более серьезным. –  Однако, пройдя его, ты обретешь и Силу, и могущество, и власть. Это путь становления Духа, Тела и Души. Прибегали к нему в исключительных случаях, вот как в твоем. Но не каждый Ведун мог пройти этот Путь до конца. Ты, конечно, можешь просто подождать нужного возраста и все само придет. Но, не думаю, что я смогу порадоваться вместе с тобой.
— Почему?
— Потому что время мое ограничено. Либо я вспомню себя, либо пропаду совсем. Иначе бы я не стал тебя просить.
— Даже так, - расстроился я. – Мне надо подумать. Вопрос серьезный. Когда нужен ответ?
— Как проснешься, у тебя есть время до вечера, чтобы решить. Иначе я не успею тебе объяснить, как попасть в мир за чертой, ведь Дорога Теней там. А нужное время придет ровно через сутки – в Новолуние. Следующий шанс появится только через 12 лет, но меня, скорее всего, уже давно не будет…
— Да уж, не веселая перспектива, - согласился я. Мы помолчали.

Вдруг мой двойник прикрыл глаза и размеренно прочел будто по книге:
— «…Земную жизнь пройдя до половины,
Я очутился в сумрачном лесу,
Утратив правый путь во тьме долины.
Каков он был, о, как произнесу,
Тот дикий лес, дремучий и грозящий,
Чей давний ужас в памяти несу!
Так горек он, что смерть едва ль не слаще.
Но, благо в нем обретши навсегда,
Скажу про все, что видел в этой чаще»
— Я не знал, что наша классика есть в вашем мире, - удивился я, сразу поняв откуда эти строки.
— Или как наша классика попала в ваш мир, — в тон мне ответил Тень. — Самое главное, забыл сказать — тебе нельзя ни с кем обсуждать то, о чем мы говорили.  Иначе у нас ничего не получится, да и те, кому ты скажешь окажутся в страшной опасности. Ну, спокойной ночи, Глеб! — сказал Тень, и я провалился в обычный сон без сновидений.
Проснувшись утром, я все перебирал в голове то, что сказал мой двойник. И из-за этого был таким рассеянным, что и сахар мимо чашки положил и вместо масла намазал горчицу на хлеб.
Кондрат с обеспокоенностью заглянул мне в глаза:
— Внук Никодимов, случилось чегой, а?
— А? Да нет, Кондрат. Нормально все.
— Как-жешь нормально, когда ты сам не свой, нешто не вижу я…
— Кондрат, а ты не знаешь, когда дед вернется? – спросил я.
— Давеча было упомянуто не более седьмицы, авось воротится скоро. Сход – это дело непростое. Это не в интернете зум провести. – знающе закончил он.

И что же мне делать?

— Кондрат, вот послушай. Если бы у тебя сломался самовар…
— Пошто напраслину наводишь, внук Никодимов? Нешто у меня такое случиться может, а? – сразу возмутился домовой.
— Это же гипотетический вопрос, это не на самом деле. Просто представь, пожалуйста, и не перебивай. – Домовой насупился, но кивнул, и я продолжил. – Представь, что у тебя сломался самовар. И ты как его починить - не знаешь, и тут тебе некто говорит, что знает хорошего мастера по ремонту, но ехать далеко и долго. Вообще не понятно доедешь до него или нет. А еще можно подождать много лет, пока самовар сам починится или совсем сломается. Ты бы поехал?
Домовой долго молчал. Потом ушел за печку и уже оттуда недовольно пробурчал:
— Зело непонятны речи твои. Не сломался бы у меня самовар, а коли и так, то сам бы починил, без чужой незнакомой помощи.

Я глубоко вздохнул. Дался же мне этот самовар. Только Кондрата обидел своими намеками. А решить надо до вечера. И тут я вдруг понял, что я уже все решил. И что я пойду этой Дорогой Теней, потому что не смогу допустить, чтобы мой двойник исчез. Хотя стоит называть вещи своими именами — умрет он. А мне с этим жить? Нет уж. Да, путь этот мутный очень – ничего не понятно и очень напоминает это сказочное: пойди туда – не знаю куда, найти то – не знаю что. Хотя двойник утверждал обратное. Но я уже прошел путь поиска Скипетра и справился. Справлюсь и тут. Это лучше, чем много лет размышлять на тему: «а что было бы, если бы я решился». И еще, чего уж скрывать, хотелось мне самому Силу свою разбудить, раз появилась такая возможность.
И решающим моментом стало совсем неожиданное. Я вдруг спросил себя, а как бы мой дед поступил: стал бы ждать или попробовал сам осилить сложности? Как бы поступили остальные мои предки Ведуны? И отчего-то показалось мне, что не стали бы они сидеть и ждать срока своего, а сами бы, без советов и подсказок решили, что надо идти и не сомневались бы потом! Даже если и туда - не знаю куда. И нашли бы то - не знаю что.
Ну вот, решил и сразу стало легче, будто огромный камень с души упал. Осмотревшись я понял, что сижу и помешиваю уже давно остывший чай. Я поставил чайник и пошел извиняться перед Кондратом. Минут пять я объяснял в сторону печки, что не имел в виду ничего такого, что могло показаться обидным для домового. А вместо ответа была лишь тишина.
Я раздосадовано вздохнул, как еще разъяснить ситуацию домовому я просто не знал. Вдруг за моей спиной что-то полилось. Я еле сдержался, чтобы не вздрогнуть от неожиданности.  Медленно я повернулся и увидел ухмыляющегося Кондрата, который успел накрыть на стол и даже заварить самовар, из которого и разливал кипяток по чашкам. И когда он все успевает?
Мы пообедали, оказалось, что время уже давно перевалило за двенадцать. Дел по дому особо не было - мы еще вчера все переделали.
Поэтому-то Кондрат, шаркнув ножкой, застенчиво попросил меня включить продолжение сериала, как вы думаете, про Доктора Хауса. Уж очень ему по душе пришлась диагностика болезней. Современные названия, правда, домовой не знал, зато так ловко обозначал их на свой лад, и заодно лекарства сразу предлагал какие надо, опять же, на травяных сборах. Больше всего ему понравились МРТ и рентген, особенно, когда я ему примерно объяснил, как они работают и для чего.
Я, был рад, что непонимание было забыто, и конечно включил ему сериал на своем ноутбуке, который захватил с остальными вещами, еще в том году. А сам сел листать дедов дневник, надеясь найти что-то про Дорогу Теней.
;
Часть 2

К слову, информации я особо не нашел, только в одном месте упоминалось вскользь, что:
 «..зело древнее знание обретения Силы. Мужи древности выбирали сей путь, токмо не дошли до нас даже обрывки ейного. Токмо, что путь зело опасный и не каждый пройти его может…».

Я особо не рассчитывал, что найду там ответы на все вопросы, но найти еще большую загадку я не планировал. У меня остался неприятный осадок после этих строк. Выходит, и предки мои не особо знали, что там, на этом пути. Ну ничего, справлюсь. Надеюсь.
Я был крайне спокоен, ведь мозг современного человека был более устойчив к мистике. А в моем случае, не зря же я посмотрел все сезоны «Сверхъестественного», «Гримм», «Люцифера», да много чего еще. Хотя больше всего мне нравились детективы, особенно в исполнении Артура Конан Дойля и его «Приключения Шерлока Холмса и доктора Ватсона». Я еще полистал дневник, но без успеха – ничего больше про Дорогу Теней я не нашел. Поэтому я посмотрел несколько серий с Кондратом, затеи он вспомнил, что нужно испечь пирогов и я ему напросился в помощники, и уже ближе к полуночи я все-таки лег в кровать. На всякий случай я шепнул: «Я решил», и провалился в сон.
Как я того и хотел, очутился я в той же комнате. Мой двойник уже был там, в этот раз за столом, рядом с которым стояли стулья с высокими спинками. Я в очередной раз поймал себя на мысли, что стилистика в комнате подобрана идеально, и в готике есть не только мрачность, но очень много величия и властности. Себе, что ли такие стулья заказать?
— Так что ты решил? – с надеждой в голосе спросил двойник.
— Я решил пройти Дорогу теней – сказал я.
— Отлично! – как-то слишком радостно сказал двойник. – Тогда вот тебе пергамент и перо, записывай, что надо сделать….

Мы долго обсуждали, что с собой брать в дорогу и что я должен сделать. Оказалось, что попасть на Дорогу Теней я должен сам, то есть не во сне, как в прошлый раз. Мне это показалось немного странным, но я не придал этому значение. Раз говорит, что должен так попасть, значит так. Чего удивительного то?
Значит, кроме вещей и еды мне нужен будет нож, топор, спички, свечи, белый платок и серебро. Это конечно не весь список, но основное мое добро. Затем, я должен пойти на ту поляну, где в прошлом году Никодим Митрофанович обратный ритуал проводил и затем….

В общем, я все подробно записал на пергаменте, и еще несколько раз прочитал вслух, чтобы двойник проверил, все ли я точно записал как он сказал.
— Спасибо тебе, - сказал напоследок двойник. – Я и не надеялся, что ты согласишься.
Он говорил что-то еще, но я его уже не услышал. Я проснулся в своей кровати, а в руке у меня был свиток, перетянутый красной лентой.

Половина следующего дня ушла на сборы. Кондрат быстро догадался, что я куда-то собрался, но тактично ничего спрашивать не стал, а только немного загрустил. Он ходил за мной и подсказывал, где что лежит, если я не помнил. Потом дал мне собранную еду в дорогу и термос с чаем не забыл. Я только руки в стороны развел, когда он успел, если все время был со мной. Я немного подумал и написал деду короткую записку:
«Я пошел за тем, чего у меня еще нет.
Не переживай. Скоро вернусь.
Глеб.»

Пока я укладывал фонари в рюкзак, Кондрат подергал меня за штанину привлекая мое внимание. Он протягивал мне небольшой белый сверточек, перетянутый зеленой ниткой.
— Внук Никодимов, не ведаю я куда путь свой держать будешь, однако неспокойно на душе моей.  Возьми это и держи всегда при себе. Пожалуйста. Лучше бы тебе Никодима Митрофановича дождаться и только опосля… Ну да ты сам уже все решил, – он неожиданно всхлипнул.
— Кондрат, спасибо тебе, - я присел на корточки, чтобы посмотреть ему в глаза. – Все будет хорошо, не переживай. Ты забыл, меня же выбрал Великий скипетр.
На улице темнело рано, а я надеялся найти нужное место до темноты. Поэтому я мысленно перебрал свой рюкзак, решил, что долгие сборы тут неуместны. Я ободряюще похлопал Кондрата по плечу, поднялся с пошел обуваться.
Глядя мне в спину, домовой еле слышно с запозданием ответил:
— Это-то меня и беспокоит больше всего…
Но этого я уже не слышал.

Погода была даже приятная для января - по небу плыли редкие облака, нос слегка пощипывало от легкого морозца. Снег упруго хрустел под ногами. Хотя по прогнозу вечером обещали большой снегопад, успеть бы до него. Темнота еще ничего, а вот снегопад в лесу легко мог подпортить мои планы.
Хорошо, что я помнил где ТО место, куда мы с дедом ходили для Ритуала Обращения. В лесу было тихо и безветренно, будто сама природа замерла в ожидании.
Я быстро дошел до нужной поляны. Притоптал снег нарисовал на нем большой треугольник в круге, вокруг вывел нужные знаки. Затем расставил и зажег пять свечей. Выложил семь веток вторым кругом. А в самом треугольнике сложил костер.
Сам не веря, что произношу такие звуки я прочел:

— Дхаарг Ар Раа Дхадар Раххаад

Из зажжённых свечей пламя само потянулось к дровам в центре. Они вспыхнули, будто политые бензином, толкьо горели не оранжевым пламенем, а голубым. Я отсчитывал время, в обозначенную секунду пламя стало синим – пора. Я пошел против часовой стрелки вокруг костра, повторяя:

— Дхаррра Арр

Обойдя три раза, я встал лицом к пламени, и не отрывая взгляда от костра, я пошел задом наперед, пламя медленно отдалялось. Я внутренне сжимался от ощущения, что скоро врежусь спиной в дерево или споткнусь о пень или бревно, коих в лесу было с избытком, но этого не случилось. А считал про себя шаги: двадцать…, двадцать четыре, двадцать пять…

— Дхадар Рах

Я закрыл глаза и начал счет: 13, 12, 11…. Дойдя до одного, я сделал последний шаг и провалился во тьму. Где-то на грани сознания я услышал жалобный вскрик:
— Вот дурааак!

   *    *    *
А на поляне в этот момент раздалось хлопанье крыльев. Большой черный ворон тяжело сел на дерево и посмотрел на потухающий костер сперва одним глазом, потом другим. Синее пламя отразилось красными бликами в его черных глазах. Он взмахнул крыльями и все действо пропало с поляны, будто тут ничего не происходило. Все пространство укрывал небольшой мягкий снег. Еще раз посмотрев на порядок, ворон каркнул и тяжело поднявшись с ветки, улетел.


 ;
Часть 3

Я пришел в себя от чьих-то причитаний. Уж очень громко кто-то голосил над самым ухом, а каждое слово еще и отзывалось в голове колоколом.
— Ну надо же, зашевелился! - судя по голосу, говоривший был на грани истерики. - И где только такие идиоты берутся, - не унимался голос. - Да лучше бы я еще сотню лет в зеркале провел, чем это всё! Связался с таким, на свою голову... - наконец-то голос истончился до еле слышного бубнежа чередующегося всхлипами.

 
Я наконец-то смог открыть глаза, надо мной чернело ночное небо, усыпанное далекими колючими звездами. Я был так же в лесу, вокруг была тая же зима, только вот мороза я не чувствовал. Интересно, это потому, что я уже замерз и умираю, или есть другая причина отсутствия чувствительности?
Рюкзак, одежда и все остальное осталось при мне, только вот свитка больше не было. След от него чернел квадратом на белоснежном, даже в плотных сумерках, снегу. Хотя вот это и не страшно, потому что в нем было написано лишь как проникнуть в мир за чертой. Далее проводником выступал Тень, но судя по его поведению, что-то пошло не так в этом изначально логичном плане. Интересно что?
Подозреваю, что меня кто-то знатно обманул. При чем с помощью этого несчастного кощеева слуги. И сдается мне, что ответ на этот вопрос — самый легкий.
 Но в данной ситуации, мне больше хотелось понять где я, а главное, что теперь делать. Я поднялся и осмотрелся вокруг. Лес. Тьма. Тишина. Телефон тут, естественно не ловил - я сразу проверил. Что ж, компас тут не поможет, поэтому я включил фонарь и выбрал случайное направление. Решил, что идти по сугробам вперед, надеясь выйти хоть куда-нибудь, лучше, чем стоять на месте.  В памяти всплыли строчки, и я их озвучил себе под нос:

«…Земную жизнь пройдя до половины,
Я очутился в сумрачном лесу,
Утратив правый путь во тьме долины.
Каков он был, о, как произнесу,
Тот дикий лес, дремучий и грозящий...»

 — Вы поглядите на него, он еще и стихи читает! - взвыл голос моей второй тени. - Да за что же мне все это?! Давай уже иди скорее, да и не шуми особо, - уже более тихим голосом продолжил он. - Сдается мне, что за нами уже наблюдают, ой. - В ночной тишине раздалось громкое уханье совы, прям над моей головой. — Ф-ф-филин, фу-ух!
 — Так сам же верещишь на весь лес, смысл - тише! - грубо прервал я поток его слов. - Даже странно, что на твои вопли не сбежались все обитатели этого леса. Волки, например, или медведи, или ....
 — Сплюнь, сплюнь! Три раза сплюнь, как положено! А вдруг придет… - прошептал Тень.
 — Слушай, а чего ты-то так боишься, — спросил я, все же исполнив древний славянский ритуал. — Ты же всего лишь тень. Даже, если кто и будет убивать, то меня. Ты и так уже...
 — Ты говори, да не заговаривайся, если ты умрешь, меня тоже не станет! А я не хочу умирать, мне жить нравится!! Да!
 — Так, Кузьма, отставить панику! — сурово сказал я.
 — Какой я тебе Кузьма??
 — Теперь будешь Кузьмой, пока имя свое не вспомнишь. А то чего похлеще сейчас придумаю, вроде Иннокентия, или...
 — Не надо или! Пусть будет Кузьма, — неожиданно согласился Тень. - А ведь приятно иметь имя, даже если оно на время. – через мгновение заключил он. И начал напевать что-то бравадное, но тихонько.
 — Ну вот и договорились. Теперь бы понять, как нам выйти из леса…
 — А сам-то уверен, что выйти получится? — раздался дребезжащий голос.
 — Кузьма, ты чего это, как не сам заговорил? — спросил я.
 — А я и не говорил, — почти шепотом ответил Кузьма. — Это вон он, за дубом справа… — и неожиданно замолчал.

 Я на мгновение задумался. Если бы это был враг, то вряд ли бы стал разговоры разговаривать, растерзал бы меня еще там, где я без памяти валялся. Но и другом называть кого-то еще рано. Я в лесу, так что процентов 80% даю на то, что Лесной Хозяин это. Хотя нет, они же, вроде, спят зимой. В любом случае, стоило попробовать.
Я выключил фонарь и согнулся в глубоком поклоне, за что сразу же получил по затылку съехавшим по спине рюкзаком.
 — Здрав буди, Хозяин Лесной! — громко сказал я, обращаясь к тому дереву, которое обозначил Кузьма. — Выйди, не побрезгуй угощения нашего отведать!
 В лесу повисла тишина. Вдруг с другой стороны, не с той откуда я ждал ответа, донеслось:
 — А вежливый какой! Правду люди говорили, однако! Ну давай отведаю, чего ж не отведать угощения.
Я медленно развернулся в сторону говорящего.  Первое, что меня удивило, это то, что я мог видеть и без фонаря. Словно лес подсвечивался серебристым светом, как бывает в ясную лунную ночь. Второе - что говоривший оседлал высокий пенек, и приглашающим жестом показал мне на пенек пониже, который стоял рядом.
Я с интересом разглядывал Лесного хозяина. Им оказался невысокий старичок. Одет он был не по погоде в рубаху, штаны да лапти, но холод его, видимо, не заботил.
Я достал из рюкзака пироги, которые мы пекли с Кондратом накануне. Первый протянул старичку, второй откусил сам. Пироги попались с яблоком, их Кондрат еще травками душистыми присыпал, и вышло даже вкуснее, чем с корицей.
На полянке сразу запахло свежей выпечкой, да домом деда, летом запахло и травами. Если выберусь, то надо узнать рецепт у домового. Сам не ожидал, что так вкусно получится. Дома то я больше на пироги с капустой налегал, не сладкие.
 Старичок ел да причмокивал от удовольствия, я сразу успокоился. Вроде как не прибьет сразу. Коли уж угодил угощением. Хотя, я не представляю, кто бы смог критиковать стряпню Кондрата в здравом уме. Он -  повар от бога.
 Мы съели еще по одному пирожку, и я потянулся к термосу с чаем. Термос был современный, я его за баснословные деньги покупал, кроме его неубиваемости, главным отличием - от более дешевых собратьев - было то, что пить могли сразу двое. То есть у термоса было сразу две чашки. За такое не грех было и переплатить.
 Теперь по поляне потекли немного иные ароматы, но пахло тем же летом – пряными летними травами и ягодами. 
 — Ох, уважил ты меня, паря, - тихонько выдохнул Леший. - Друга моего, потерянного, напомнил стряпней своей. О-хо-хо, где же он теперь...
 — А как друга вашего звать-величать, не Кондратом случайно? – весело, но аккуратно спросил я.
 У старичка чуть чашка из рук не выпала.
 — Как есть Кондратом и звали...- медленно продолжил он. - Никак жив он?
 Я с удовольствием отхлебнул еще горячего напитка, тепло волнами растекалось по мне, отгоняя и так не сильно тревожащий меня мороз.
 — Жив, конечно, вчера вот пироги с ним эти пекли, да сегодня он чаек мне заваривал с собой в дорогу, — ответил я.
 — Ба, что творится то. А ты чей будешь то, паря? — вдруг спросил Леший. — Чую я в тебе что-то, сам не пойму, что...
 — Глупость, вестимо, - подал голос Кузьма.
 — А ну цыть мне тут! — взревел старичок, — двое говорят, третий - не лезь! А и что-то голос твой знаком мне! Еще там приметил, когда ты причитал без остановки...
 — Внук Никодима Митрофановича я, Глеб Лисовский, – ответил я, сделав вид, что не заметил назревающий конфликт, и надеясь, что Кузьма проявит сообразительность и не продолжит выступать, как обычно. – Деда - Волхв...
 — А вот оно что, Волхв. Тоды понятно, понятно куды Кондрат делся. На чадами своими решил присмотреть. Добро! Добро! Спасибо тебе, паря, и за угощение, и за весть добрую! Не зря я тебя не заморозил, выходит. Хотя должон был, должон... А ну-ка! Пойдем прогуляемся вместе.
 Через некоторое время вывел он меня к лесной избушке. Хитро была сделана, и не заметить, если не знаешь, что тут она. И все же не землянка, изба настоящая. Только мы вошли в нее, как в печке зажегся огонь, тоже синий. А на столе возникли разные кушания: все что лес дает круглый год. И мед, и грибы под сметаной да с картошечкой, варенье разное, даже из шишек. Так что откушали мы еще раз, уже поплотнее. А за трапезой я незаметно рассказал все о себе: кто я и зачем сюда пришел, попал, ну в общем как тут очутился.
 Дед Листобор - как он сам просил его называть - важно поглаживал белую бороду, казавшуюся синей в отсветах пламени.
— Дорога Теней, значит.... И просил никому не говорить про дело сие, чтобы оно удалось, иначе беды не избежать? Хитер, ох хитер, поганец... Понял хоть, кто обманул тебя, внучок?
 — Да понял, вроде, Кощей то был. Только не понятно, как он смог.
 — Как, как... Через слугу своего, вестимо. Слыш-ко, сам он, небось, и нашептал тебе, как из зеркала служку его освободить, да чтоб с собой ты его забрал. А вы ни сном и не духом оба. Ну ты-то понятно, зелен да молод без меры, а вот чего слуга Кощеев оплошал, не понять мне. Если уж надумал хозяина себе менять, то слова бы сказал правильные сразу, тогда бы и не смог через тебя Кощей ничего сделать. Как ты там его назвал? - уже у меня спросил Леший.
 — Кузьмой.
 — Видишь, Кузьма, как Глеб о тебе заботу проявляет, даже имя дал, а ты его так подвел. Зато гонор не растерял свой, балабол...
 — Простите меня...- насупился Кузьма. - Вот сейчас вы сказали и будто пелена спала, действительно, не по уму вышло. Еще и нового хозяина подставил.
 — Да чего уж... - начал я.
 — Хоть я время и не могу вернуть вспять, но сейчас то я могу все по Закону сделать! Посему, Глеб внук Никодимов, клянусь, что буду служить тебе верой и правдою, пока не вспомню имя свое, как было оговорено в начале моего служения! Беру в свидетели деда Листобора, Хозяина лесов.
 — Подтверждаю! - сказал Леший. И выразительно на меня посмотрел.
 — Принимаю! - не сразу нашелся я, что сказать.
 — Ну добро, Кузьма! - сказал дед Листобор. - Так, о чем я говорил там? А, вот значит, хоть и обманом тебя Кощей затащил в этот мир, да не соврал в главном: пройдя этой Дорогой Теней и правда можно Силу разбудить ведунскую спящую. Да не только спящую до времени, как у тебя, но и при других хворобах, кои часто случались в былое время. То колдун чары напустит, то герой сам оплошает.... Вроде так, коли память моя меня не подводит. Частенько раньше тут витязи ходили, ведуны тобишь. Частенько. А потом измельчал народ. Хотя ты вот не такой, чую, хотя и спит Сила твоя. Да и Великий скипетр тебя выбрал, сие тоже неспроста. М-да... Так вот, ты спасть пока ложись, отдохни, а я покумекаю, как помочь тебе.

  *   *   *

 Леший аккуратно погладил меня по голове, когда небо на востоке начало светлеть, предвещая скорый восход.
 — Вставай, внучок!
 Я сладко потянулся до хруста. Спал я как не на лавке под печкой, а будто на перине царской - и отдохнул, и выспался. Стол был накрыт пуще прежнего, и самовар на нем красовался, и душистый хлеб источал такие ароматы, не описать словами. Я смыл остатки сна водой из кадки в углу. Сел за стол, будто не ел неделю. Завтрак был очень вкусным, почти, как в детстве в гостях у бабушки. На мгновение я даже почувствовал, как она гладит меня по голове, пытаясь уложить непослушные волосы, взъерошенные после сна.
 Дед Листобор выждал пока я немного перекушу. И бутерброны были безумно вкусными, и травяной чай в искусно сплетённой берестяной чашечке, не уступающему по аромату тому, что мне заварил в дорогу домовой. У меня начали появляться догадки, почему у Кондрата такая стряпня вкусная, не просто так, видимо, дружбу он с Лесным хозяином водил.
 — Тут дело такое, внучок... — я уловил сильно извиняющийся тон Лешего. — Толком я и не придумал, чем помочь тебе. Тут дело такое.... Сугубо индивидуальное — выдал он. — Дорога Теней, она для каждого ведь своя. Поэтому помочь чем я и не знаю, вот лишь тропинку по лесу моему тебе покажу, по ней и идти сподручнее будет, да и зверей диких в сторону она отведет, в этом будь покоен. А вот после леса ужо сами... И эта, Кузьма тоже, может, где подсобить, он, хлебнул лиха в этом мире, но и опыта кой-какого понабрался поди.
 — Благодарствую на добром слове, батюшка! - елейным голосом ответствовал Кузьма.
— Ох и прохиндей, - в бороду кашлянул Леший.
 Когда я поел и собрал свои вещи в лесу стало заметно светлее. Дед Листобор собрал в дорогу еще еды, да чаю. Видимо, многие дедушки похожи в своей заботе!
 Мы вышли из избушки и Леший повел рукой в сторону, будто отодвигая шторку. Передо мной начали расступаться деревья и кустарники, отползать в сторону пни и поваленные деревья, образуя скорее широкую утоптанную дорогу, чем не тропинку. Даже снег под ногами был утрамбован - ровная прямая дорога уходила вдаль.
 Я поклонился в пояс, и опять получил своим рюкзаком по затылку.
 — Спасибо дедушка Листобор, за тепло и за заботу!
 — Долг платежом красен, вестимо! — отозвался Леший. Он придвинулся ко мне вплотную и уже тихонько, чтобы только я один слышал, продолжил. — Ты только возвращайся, внучок, обязательно живым, а нет, так тоже возвращайся, придумаем что-нибудь! Да, и совсем забыл, провожатого я вам нашел! Ну, вы это, после сами разберетесь. Идите уже, зимой день короткий... ;

 

 И вот что удивительно, шел я шел, уже не один час точно, а всё не уставал. Ну еще чуть поболтал с Кузьмой, но он был не слишком разговорчивым, поэтому я просто шел и глазел по сторонам на зимнюю красоту. Если честно, даже забыл куда я попал и зачем иду. Но лучше так, чем присаживаться каждые полчаса и думать, когда же кончится лес. А тут даже думать не пришлось. Еще через какое-то время вдали обозначался явный просвет. Но перед тем как выйти, Кузьма все же подал голос.
 — Глеб, погоди пока, не выходи из леса. Дай че скажу наперед.
 Я послушно сел на бревно, рядом с тропинкой.
 — Я тут прикидывал и так, и сяк, пока ты шел. А вот тебе надо оно вообще?
 — Что значит «надо оно вообще»? - не понял я.
 — Ну вот топать куда-то…Еще непонятно, какие задания Дорога тебе подберет.... Может мы назад мазнем, а? Я все заклинания запомнил, тебе только наоборот символы начертить надо и все, мы дома. Зато живые...
 — Так... - только и смог сказать я, - и откуда столько пессимизма, братец?
 — Зато живые! - упрямо повторил Кузьма.
— А как же освободить тебя, потому что у тебя времени мало? Или это тоже обман?
- Нет, тут не соврал Кощей. Вспомнить себя я должен за три месяца, после того, как покину зеркало его и Черный замок. Иначе…. Но, пойми, то, что Кощей тебя сюда затащил, гораздо хуже, чем … если… Ну. Чем не станет меня…
Если я верно его понял, то он решил пожертвовать собой ради моего возвращения в безопасное место. На миг мне показалось эта идея здравой, ведь дед умный, он обязательно придумает, как помочь Кузьме, или как мне Силу разбудить иначе. Затем я невольно вспомнил дедов теплый дом и родную печку, как тот меня обнял, как стал тревожным его взгляд, когда разговор о Силе зашел.... Но некая сила внутри меня напомнила, что я готов вернуться в тепло и уют и переложить ответственность на других. Ведь это я вытащил Кузьму из зеркала.
 — Кузьма, тут дело такое... Нельзя мне обратно ни с чем вернуться, понимаешь? - медленно сказал я. - Неволить тебя не хочу, поэтому если знаешь, как, то давай я тебя хоть верну в зеркало твое. Живи как жил, а мне позарез надо этот путь пройти, пройти эту Дорогу Теней до конца и разбудить Силу свою. Или давай покличем деда Листобора, может, он другой вариант подскажет.
 — Нееет! — сразу сменил тон Тень. — Не надо меня никуда, я просто спросил, шуток, что ли не разумеешь? Пошутил я, пошутил! Я с тобой и в огонь, и в воду! Хозяин, – мягко добавил он.
 За деревьями кто-то тихонько кашлянул, как вроде от удивления разговором нашим.
 — Эй, кто там? - отважно, но неестественно тонким голосом спросил Кузьма.
 — Да не там я, а тут, — прошелестело рядом.
 — Ох-ма, — только и сказал мой глазастый спутник.
 Я же вовсю крутил головой, так и не поняв, где это «не там, а тут». Но все-таки я увидел. На тропинке во всей своей красе висело в воздухе настоящее приведение.
 ;
Мужичок, похоже, при жизни был достаточно крупным, гораздо больше меня и вширь и по росту. Одет был по погоде: угадывался и тулупчик, и валенки, шапка лисья с хвостом на голове. Лицо обрамляла ровная борода, хотя я уверен, что не сильно старше меня он был, когда-то…
 — Вергилий, ты ли это? - не к месту пошутил я.
 — Какой еще Бергилий? - озадаченно спросил мужик. - Тихон я. Меня Лесной хозяин к вам направил, сказал подсобить чем по дороге. Ну, после леса его. Вот я и, это, пришел. Все ждал, когда вы выйдете, а вы тут лясы точите. А вот Дергилий энтот, это хто ??
 — Это классика же, дубина ты ... - заворчал осмелевший Кузьма. - Альвери Данта написал!
 — Ась? Зело речь твоя туманна и неясна! – сразу нашелся Тихон.
 Я слушал их перепалку и не мог остаться равнодушным, рассмеялся в голос, и вес никак не мог остановиться.
 — Эва, как пробирает тебя, парень! - покачал головой Тихон, когда я смог разогнуться после смеха и вытер проступившие слезы.
 — Простите, Тихон, я вам обязательно все расскажу, только окончательно отсмеюсь на эту тему, - повинился я.
 — А, ну есси ничего злого нет в твоих словах, то и ладно. Вот, значит, от Листобора я. Грит, с тобой надо прогуляться по Дороге Теней....
;
*   *   *

В общем, история Тихона оказалась просто и более печальной, чем моя. Очень много лет назад, еще будучи живым, естественно, он стал замечать за собой странные и зело непонятные вещи. Видеть стал непонятное, да и делать кой-чего. Его родные отправили к местному колдуну, чтоб тот, значит, осмотрел его на наличие какой злой волшбы.
Тот злого ничего не нашел, но немного рассказал о Силе просыпающейся. Деда в живых Тихон не застал, чтобы от него получить знания. Но как позже выяснилось, что его малым нашли в лесу, года в три. И приютили у себя добрые, но бездетные люди. Да и спрятали его, когда дите в их деревне искали.
А потом новые родители взяли и переехали куда подальше, чтоб и не нашли их. Так что Тихон лишился и имени своего настоящего и своих родных по крови. Но кроме этой правды, открывшейся уже после того, как он стал другим, ему было не на что жаловаться. Любили его очень сильно его неродные родители, и детей его после нянчили, как своих, опять же, вдову его не бросили…
Так вот, подготовил его колдун к дороге дальней, да и отправил на Дорогу Теней. А уже там, выполнив часть заданий, что удивительно для неподготовленного человека, самого Тихона на загадке простой и подловили. Это он уже потом понял, когда его не стало. Стало быть, никто ему и не объяснил, как дальше быть.
Очнулся он таким как сейчас есть – призрачным, вот и застрял тут. Хотя, как дед Листобор говорил, он мог еще, если не вернуться в свое время, так хоть путь свой земной закончить. Почему выходит, что если Тихон пройдет Дорогу Теней еще раз, то может и изменит чего. Может для Глеба, а может, и для себя.

Самое главное, что помнил Тихон напутствие колдуна, озвученное им перед Дорогой Теней. А это самое интересное, потому что никакое напутствие до моего времени не дошло, где-то затерялось в веках….
А заключалось оно в следующем:

Кто встать посмеет на великий путь -
Обязан исполнять веленье духа.
От выбора зависит его суть
И от него же - верная порука.

Ты обретешь в конце пути себя,
Или погубишь всё, чего достоин.
Отбрось же прочь сомнения сия
И несколько вещей запомни, воин:

Спаси живого человека - против всех.
И душу отпусти в свободу воли.
Лишь с этим может ждать тебя успех,
Лишь так ты избежишь печальной доли.


Дух укрепи и побори свой страх,
Умерь желанья неживого тела.
Без оного постигнет полный крах
И не исполнится задуманное дело.

Лишь потеряв слугу и друга вновь,
Сумеешь разорвать печали нити.
Не верь, не жди и не проси любовь
Иначе, как не жил на этом свете...

После чего в нашем разговоре повисла пауза.
— Стало быть, не разгадал я смысла слов этих. И уже после докумекал, что, может, это какое условие, которое нужно выполнить, чтобы путь пройти. Вот.
- Это определенно загадка. Ну нечего голову ломать просто так. – решил я, - главное, что теперь и я знаю, это условие. А остальное по ходу дела разберем.
Конечно, Тихон это все рассказал, пока мы шли по выбранному Лешим направлению, то есть прямо. Лес его остался далеко позади и уже не угадывался на горизонте.  Долго ли коротко ли, а вышли мы в итоге к деревеньке.

 Не скажу, что большая деревня была, но народ на площади толпился. Да и площадью то назвать сложно, так, небольшой пятачок на перекрестке двух улиц. На ней был сооружен добротный, но не слишком высокий помост. А вот за ним... У меня начали вставать дыбом волосы. К бревну недалеко от помоста была прикована девушка, даже девчушка ей больше подходило. Ей было лет 12-14 навскидку. Одета она была не по погоде совсем, какая-то легкая рубашка еле доходила до колен, так она еще и разодрана местами была, и в пятнах, очень уж похожих на засохшую кровь....

 
;
 — Глебушка, а не пойти ли нам мимо? — тихонечко просипел Кузьма. — Тут, глядишь, и без нас мужички разберутся, что к чему-у...
 Тихон, недовольно крякнул такому высказыванию Кузьмы, но промолчал, что, впрочем, не мешало ему хмуро на меня посмотреть.
 — Так уважаемые, - начал я, проталкиваясь к помосту. - На чем Великое Собранье?
 На меня обратили внимание и расступились, так что я быстро дошел до помоста и залез на него. 
— Да вот, ведьму судим, — хмуро ответил мужик, который до моего вторжения зачитывал речь из свитка перед собой. — Велено сжечь, проклятую.
 Я еще раз обернулся на полуживую девочку.
 — Граждане, по какому праву, вы обижаете ребёнка? — спросил я толпу. В деревне повисла такая тишина, что муху бы услышали, не будь зима на улице.
 — Эге, не местный шо ли? — пошли говорки полушепотом.
 — И одежа кака странная на нём..
 — И это, смотри-смотри, сумка у него кака...
 — Ой мне...
 — Молоденький какой, и чего полез, поди нормальных баб не видел, тю...
 — Вот дома-то не сидится, шастают тут всякие, давно бы уже сожгли и по домам…
 Я чувствовал, что начинаю медленно закипать, глубоко внутри меня что-то начинало шевелиться и подниматься наружу, уверенное в своей правоте, что нельзя обижать тех, кто слабее. Я сжимал и разжимал кулаки. Мужиков было много, может, и раскидаю я их. Я медленно снял рюкзак и топор с пояса. Хоть и небольшой, а лучше, чем с кулаками против толпы идти. Вон, у того, что читал - и сабля на поясе висит.
 — Не дури, юнец! - мужик со свитком отступил на шаг назад. - Дык не сами мы, указано нам.
 — Так головы у вас своей нет, что ли? - подал голос Кузьма.
 — Колдун, колдун… — прошелестело по толпе.
 Вперед вышли мужики с вилами, оттеснив за спины немногочисленных женщин. Да уж, топор против вил, сомнительное предприятие. Но отступать я был не намерен. Эх-ма!
 Толпа медленно шла на меня, а я так же медленно отступал к столбу. Да уж, прошел Глебушка по Дороге Теней...
 Но внезапно охнув толпа отпрянула назад, увидев нечто за моей спиной. Я медленно обернулся, стараясь держать в поле зрения и толпу и то, чего еще не видел. Каково же было мое удивление, когда я увидел Черного волка! Вот так раз!
 Волк плотоядно щелкнул пастью, и зарычал:
 — А ну прочь, холопы, вы на кого посмели вилы поднять, загрррызу!
 Народ попадал на колени, видно, что Волка тут уважали и боялись, не побоюсь этого слова.
 — Прости, батюшка, не знали! - запричитали мужики. - Не погуби!
— А ты чего замер в позе «ревизора»? - рявкнул волк. - Садись на меня, живо!
Вот дался им этот «Ревизор»? Хотя в чем-то волк был прав, я действительно замер в смешной позе.
Не сдвинувшись с места, я упрямо мотнул головой в сторону девочки:
 — Без нее не уйду!
 Волк картинно закатил глаза на небо, щелкнул зубами и рявкнул на толпу:
 — Слышали? Освободить, живо!
 Сразу несколько мужиков подхватились и сняли цепи с несчастной. Я еле успел подхватить ее на руки.
 — Одежду дайте, быстро! - уже рявкнул на мужиков я сам.
 ;
Часть 4

Тельце девочки было практически невесомым и очень холодным. Кто-то из толпы протянул то ли покрывало, то ли старый тулуп. Либо люди здесь были бедные, либо никто, даже из страха, не был готов расстаться со своей одеждой.
Пока я пытался завернуть девочку, чтобы она хоть немного согрелась, по толпе прошлась новая волна шепота - к помосту ковыляла, держась за высокую клюку, старуха.
Она была одета во все черное с головы до ног, но цвет был блеклый, будто застиранный. Однако на скрюченных пальцах сверкали перстни, не хуже царских. Я, конечно, не ювелир, но было похоже, что за одно такое кольцо можно купить две такие деревни, со скотом и людьми.  И если от Волка толпа отпрянула в страхе, то вид этой старушки вызывал у мужиков неприкрытый ужас. Интересно, кто она такая?
Бабка доковыляла ближе, остановившись за метров пять. Внимательно посмотрела на меня, на девочку, развернулась к деревенским:
— Вы что, уже девчонку сжечь не в состоянии? Что притихли, испужались сопляка и шавку, вас вон как много! Ну, кому говорят, сжечь ее!
Волк за моей спиной издал утробный рык, предупреждая, что эта идея - так себе.
Мужики попятились назад, кто-то из толпы отозвался жалобным голосом:
— Как можно, матушка!
— Кто мы и кто ОН...
— Не погуби, кормилица! - вразнобой отозвались еще голоса.
Бабка плюнула в их сторону:
— Слабаки! Ужо потом с вами разберусь!
Затем она повернулась ко мне:
— Много воли берешь, сопляк! — Сказала она дребезжащим голосом. — Неужто, ведун, дед тебя не учил, что ходить в чужой монастырь, со своим уставом - недопустимо! Ворвался, не разобрался, командуешь...
— А вы, бабушка, не угрожайте, — мягко начал я. — Цивилизованные люди не сжигают детей. В любом мире. Против природы это.
— Пошто решил, что знаешь природу этого мира? — прищурилась она. — По нашим законам, такие как она должны быть сожжены! Мы чтим Закон.
Если честно, меня эта бабка начала раздражать, если не сказать больше. Было в ней что-то зловещее, что-то противоестественное. Вот соберись жечь ее, я бы сам дров натащил. Я вопросительно посмотрел на Волка:
— Волк, ты в курсе, о чем она?
Волк сделал удивленную морду и будто пожал плечами.
— Мы не в нашем царстве, я не в курсе местных законов.

О как! А я думал, что этот мир весь под рукой Смерти. А выходит - нет. Почему всегда так сложно? Не топором же рубить эту бабку...
То ли вид моего замешательства, то ли слова старухи начали доходить до толпы, а народ зашевелился. Начали переглядываться мужички и подтягиваться бабке за спину, попутно зыркая в мою сторону и сравнивая силы. А силы были точно не равны: один я и один, пусть и необычный, Черный волк. Тихона в расчет не брали, а Кузьма.... Этот словоблуд, только наоборот начал подливать масла в огонь:
— Слышь, старая, — надменно начал он, пока я пытался осмыслить происходящее. — Ты чего тут устроила? Не по Закону это - перечить Хозяйке. А ты, гляжу, устроила тут свои законы! Народ, чего вы ее слушаете, она же из ума выжила! Вот я вас! Дурни переспелые, так вас да разедак! Ты, старая, много чести на себя взяла! Да я…
Бабка хмуро смотрела на Кузьму, процедила сквозь зубы:
— Пустозвон ты! Нешто собака плешивая, разлаялся тут, до чего ж язык твой смердячий! Кто ты без своего хозяина, тьфу! Плюнуть и растереть! — она вновь развернулась к толпе. — Ну, мужичье! На вилы их, и сжечь, обоих! То вы собак никогда не резали? Да и сопляк перед вами!
Заклинило ее что ли на этом сопляке, мысленно взорвался я. И тут внезапно меня будто охватила чья-то сила и я перестал контролировать свое тело. Словно со стороны наблюдал за собой: как я бережно положил девочку на снег, как сделал шаг в сторону бабки. Вокруг меня начал потрескивать воздух, раскаленный как в пекле. Меня подняло вверх над землей и над бабкой так, что ей пришлось запрокидывать голову.
— Ничтожество! Как ты посмела указывать, мне, потомку древнего рода? Пади ниц, Старая ведьма! — загрохотал мой неестественный голос.
Мой ли? Я как зачарованный наблюдал за тем, как в вытянутой вперед правой руке начал проявлять Великий Скипетр. Мгновение, и он засиял в моей руке. Череп на конце скипетра сам вернулся к старухе и в ее глазах, наравне со страхом, отразилось красное пламя, бушующее в его глазницах. В следующий миг на том месте, где она стояла осталась лишь горстка пепла, и оплавленные украшения с треснувшими и бесцветными камнями. Нетронутая пламенем клюка без стука упала в снег. Толпа замерла и отпрянула назад.
После чего я вновь смог чувствовать свое тело. Я медленно и плавно опустился на землю. Ботинки гулко ударились о выжженную поверхность - причем именно песчаную, потому что вокруг меня снег успел растаять, а земля высохла и потрескалась. Великий же скипетр вновь истаял, будто его и не было.
Я никак не мог понять, что это было. Деревенские попадали на колени. Несколько женщин безутешно рыдали, мужики кусали кулаки.
У меня появилось впечатление, что я действительно совершил, что-то ужасное. Даже не сколько ужасное, сколько непоправимое. Но я не мог осознать, что именно. И, главное, никто не рвался мне все это объяснить. Я обернулся на девочку, она лежала там же, где я ее оставил, только стала еще бледнее…
— Тут есть лекарь или знахарь? — спросил я у людей.
— Д-дальше по д-дороге, — ответил мужик с саблей и свитком.
— Как же мы теперь, а? — раздалось из толпы, сразу несколько голосов. — Сколько же мы сотворили... Как жить теперь?
И тут впервые подал голос Тихон:
— Люди! — громко сказал он, привлекая к себе внимание бедствующей толпы. — Вы не поняли еще? Вы были под волшбой. Старая ведьма убивала вашими руками! Вы виноваты - это бесспорно, но зло шло от этой старой карги. Теперь ее нет, а вы - свободны!!! Живите, блюдите Закон, смывайте с себя черноту ее деяний через добро!
Вроде слова Тихона стали доходить до людей, кто-то уже встал и начал кланяться в пояс, нестройные голоса стали благодарить за избавление.
Я же ничего им говорить не стал, сел на волка и прижал девочку к себе. Тот шел очень аккуратно, и я мог держаться только ногами. Мои спутники хранили молчание. Но минут через пять Кузьма не выдержал первым:
— Глеб, а вот, что это там такое было, а?
— Без понятия, - только и смог ответить я.

Мы прошли небольшую рощу, и действительно увидели дом. Открылась дверь и к нам навстречу вышла девушка. На вид ей было чуть меньше лет, чем мне. Двигалась она на редкость легко и свободно. На лице  сияла открытая улыбка. Девушка была стройна и хороша собой. В простом сарафане с закрытым горлом и с рукавами, а на плече покоилась толстенная русая коса.  Длинный подол сарафана не скрывал босые ноги идущей. Я уже не удивлялся, похоже что холод ее не слишком донимал.
Дойдя до ветхой калитки девушка поклонилась:
— Здравствуй, гость дорогой! Проходи, дедушка давно тебя ждет! — раздался ее звонкий и чистый голос.
Я слез с Волка и понес девочку в дом. Тихон последовал за мной, а волк остался сидеть у калитки. Ему было необязательно заходить вовнутрь, чтобы слышать, о чем пойдет речь.

В доме было тепло и сухо. У печки сидел мужчина и улыбался так же открыто, как девушка. Одет он был в простую рубаху, расшитую по кромке красным орнаментом, льняные штаны. Ноги тоже были босы. Если бы не белоснежные волосы, перетянутые кожаным ремешком, да белоснежная борода, я бы никогда не назвал его дедом. Голова мужчины была немного запрокинута назад, и небесно-голубые глаза смотрели куда-то поверх моей головы. Я отметил про себя, что мужчина слеп.
— Здравствуй, сынок! - сильным, но негромким голосом сказал он. В его голосе слышалась властность, будто он сидел не в ветхой избе, а на троне в замке. Но при этом в голосе не было холода, наоборот, от говорившего веяло добротой и принятием. — Спасибо тебе!
— Здравствуйте, — вежливо ответил я, — а за что вы меня благодарите? Я вроде и не сделал еще ничего...
Старик улыбнулся шире:
— Дык, за доброе дело, сынок! Ты же сейчас страшную ведьму изничтожил, как есть Бесноватую Герлу. Ведьма эта много лет держала в страхе деревню. Под ее черной волей люди и творили бог знает что. Многое зло творили. Вот, например, как с этой девочкой. Проходи, положи ее вон туда, на лавку. Марьяна, внученька, ставь самовар, угостим наших гостей, чем Бог послал.
Пока я укладывал девочку, Марьяна - так звали девушку, которая нас встретила - бесшумно вышла в сени.
Девочка была сильно бледна, на ее лице проступали фиолетовым синяки и кровоподтеки. Дед самостоятельно подошел к лавке и положил одну руку на лоб девочке, вторую - на живот. Сперва ничего не происходило, а затем от рук старика полилось золотое сияние, оно окутало девочку целиком. На ее щечках стал появляться румянец, как после холода, а синяки и кровоподтеки стали пропадать на глазах. Она слегка зашевелилась, ложась поудобнее. Дед убрал руки и сияние пропало:
— Вот и с Машенькой теперь все хорошо. Она просто спит. Поспит, сил наберется и станет лучше прежней. А ты присаживайся к столу, сынок!
Я, в свою очередь, хотел достать из рюкзака свои нехилые припасы, но дед меня остановил жестом, и я не мог его ослушаться. Пришло понимание, что гость сейчас я и должен уважить хозяев вкусив их еды. И никак иначе. Но из расстегнутого рюкзака уже поплыли такие родные запахи домашней еды, что у меня комок к горлу подкатил - неужели я никогда не вернусь домой?
— Ты думки эти брось, сынок, пустые оне, — тихонько сказал дед, будто прочитав мои мысли. — Ты пока садись да кушай, а я тебе пока рассказывать буду.
На столе появилась простая еда: мясо тушеное да картошка вареная, соленья разные. Тихон устроился на лавке у входа. Выглядел он, почему-то, крайне довольным. А вот что говоруна моего, Кузьму, слышно не было – было крайне удивительным. Это было крайне не похоже на него. Однако, из головы вылетели все посторонние мысли стоило мне попробовать угощение.
Старик это приметил и подбадривающе мне улыбнулся, вроде как приятно я ему сделал, что по нраву мне еда их пришлась. Значит, угодил он гостю дорогому.
— Так вот, Глебушка, не просто так ты появился тут, — начал старик. Я удивленно поднял бровь, вроде как имя я свое не называл, но дед успокаивающим жестом меня остановил и продолжил. - Не удивляйся, что ведаю я больше, чем остальные. Глазами, вишь, видно лишь то, что снаружи, а я часто вижу то, что внутри у людей.
Марьяна принесла еще вкусностей на стол и опять вышла из избы. Тихон следил за ней отеческим взглядом и впервые за время нашего знакомства улыбался.
— Так вот, не просто так ты на Дороге Теней появился, судьба твоя такая, Глебушка. Судьба она что? Она как ниточка вьется, да переплетается с другими. Вот и твоя теперь плотно связана и вплетена в другие узоры. Но коли сдюжишь, то много добра сотворишь на этом свете. Не бойся ничего и не думай, что все наперед предопределено. Многое и самой судьбе неизвестно.
— Дедушка, а про нее знаете, почему ее сжечь то хотели? Хотела – поправился я. – Ведьме этой зачем она.
— Ведомо мне это. Из твоего мира девочка та, вишь, коснулось ее лихо. М-да. Тут ведь... Когда-то давно, магия помогала людям в твоем мире и другим существам тоже. Но со временем распространилось по миру великое зло. Многие, умеющие творить волшебство, объединились против него. Зло они победили, но успело оно заразить собой тех, кто населял твой мир. Оставшиеся в живых решили спасти остатки магии и сотворили еще один мир, мир за чертой. И многие волшебные существа переселились в него: и лешие, и колдуны, и многие другие, как ты уже успел заметить. Тут законы вашего мира не действуют. Тут есть свой Закон. Часть существ же осталась в твоем мире. Их особенность, что в мире без магии их не все могут видеть. Ведуны же — это потомки тех творцов, которые спасали мир. Потому, что в твоих жилах течет магия - ты можешь спокойно перемещаться между мирами. Но для того, чтобы ты мог эти управлять - нужно пробудить спящую Силу. На Дороге Теней тебе предстоит что-то найти и что-то потерять. Вот как сегодня, ты коснулся смерти…
— Кстати, о Силе, а что было там, в деревне, когда эта старуха, ну, в пепел превратилась? Я будто не я был... Это было страшно...
— Это Великий скипетр тебе на выручку пришел. Хе-хе.... Эта вещь очень древняя и сильная. Но ты не переживай, власти над тобой у него нет и не будет. Но помочь он может, если захочет. Вот сейчас, захотел и помог.
— А что будет если я поступлю неверно, — я обернулся на Тихона. — если я ошибусь, я умру?
— Этого никто не знает, сынок. Смерть она для всех разная.
Мы помолчали.
— Так, что с девочкой? – снова спросил я.
— С девочкой? Ах, да. В наш мир зло тоже проникло. И тоже оставило свой след. Некоторые встали на сторону зла, потому что это легче. Легче не трудиться, а брать чужую силу. Вот и ведьма Герла такой стала. Она много лет похищала из вашего мира детей, особенных. В которых текла кровь, непростая, как в тебе. Но эти дети не знали ничего. Людей с особенной кровью всегда тянет на необычное и мистическое. Вот Герла и подсунула Маше заклинание одно. Вроде ерунда, и небольшой ритуал, который Силу пробуждает. А потом к себе ее и утянула, в этот мир, значит.  Чтобы тут на месте силу девочки высвободить да себе забрать. Сила ваша - это и бессмертие в некотором роде, и возможность колдовать. Главное, тут что она все зло творила чужими руками, потому что в этом мире обидеть ребенка это тяжкое преступление. Она и место выбрала особенное. Тут, на Дороге Теней не властвует наша Хозяйка, тут вроде нейтральной, суверенной территории. Так что спасибо тебе, великое добро ты сделал! Всем нам: и жителей освободил, и душу младую спас. Теперь и мы с Марьяной можем вернуться к людям. А за девочку не переживай, покамест она у нас побудет. А ты как отдохнешь -  дальше ступай. Дорога она прямая - выведет куда следует. Главное, помни, не везде разум спасает, а и сердце не всегда что-то чувствует. – опять загадками заговорил он.
Так за неспешными разговорами я сам не заметил, что уснул прямо за столом.

 

;
Часть 5

Я проснулся на рассвете бодрым и полным сил.
Мне вообще нравился этот мир, воздух у них такой, что ли? Дома и на дорогом матрасе так не высыпался, как тут на деревянных лавках. Как ни старался, так и не смог вспомнить, как я на ней оказался. Подушку заменил свернутый пуховик, а ботинки стояли под лавкой.
На столе уже ждал горячий самовар и исходил паром ароматный свежий хлеб.  Мне было очень уютно в этом доме. Рядом с дедом становилось так-то спокойно на душе. Вот вроде ничего он такого не говорил, никак не мотивировал, не подбадривал, а я ощущал буквально всем нутром, как липкие щупальца страха уже не сжимают мое сердце в страшных предчувствиях неудачи. Сомнения и негативные мысли ушли прочь и я, можно сказать, рвался в бой. 
Вот с таким настроем я уже топал пол дня. Почему я шел пешком, спросите вы? А все просто, Волк умудрился от души объесться в гостях. И не сказал бы, что ему было стыдно, что он так воспользовался радушием хозяев.  Поэтому я посмотрел на своего почти круглого товарища и предложил прогуляться пешком. Тем более, что погода была отличная – самое то для гуляния. Торопиться нам тоже было особо некуда, что должно было случиться и так случиться в свое время. Ни раньше, ни позже. Вот я шел, глазел по сторонам, то у Тихона просил напомнить условие Дороги, то вспоминал, о чем еще вчера разговоры были за столом.  Утром вот, например, Марьяна проводила нас до калитки и шепнула:
— Дальше по дороге будет густой и непроходимый лес. Так вот, если уважить местного Хозяина Лесного, которого, к слову, дедом Кустовиком кличут, да в ножки ему поклониться с угощением, то, глядишь, и проводит он вас через владения свои беспрепятственно, - хитро прищурилась она. — Я и угощение, любое ему, положила. – Улыбнулась она и пошла в дом не оборачиваясь.
Или вот, я не к месту вдруг вспомнил, и даже немного расстроился, что так и не спросил, как деда то зовут. Да и Марьяна ни разу его по имени не окликнула. Надо будет не забыть на обратном пути узнать, а то как-то некрасиво вышло.
Не скажу, что я все понял из дедовых разговоров, но, выходит, что так или иначе, а заманил бы меня Кощей на эту Дорогу Теней. Даже, если бы я не согласился спасать его слугу, то он придумал бы что-то другое. С него бы сталось подключить моих родных, например. Беспроигрышный вариант, между прочим. Любой в такой ситуации всё бросит и побежит куда скажут. Лишь бы его родным никто не навредил. Так что я еще легко отделался, если это так можно назвать. И все эти рассуждения наводили на совсем уж неприятные мысли, что у него, Кощея, все ходы продуманы далеко наперед. А я? А я еще толком не разобрался с загадкой из условия.
По классике жанра выходило, что Кощей не просто злодей, он гениальный стратег. Я же, был по-своему хорош там - в своем мире, в архитектуре той же. А тут я был гостем, пока еще был гостем. Я не понимал, какой источник Силы во мне сидит, не понимал, что я могу и на что я способен. Вот даже Великий Скипетр явился по своей воле, а не по моей. А это в свою очередь означало, что в случае заварушки я могу рассчитывать только на свои силы. В плане – силы человеческие. Ведь предугадать вмешательство этой, скажем, третьей силы, не представляется возможным. А если ничего не делать и только ждать, что эта Великая реликвия опять спасет меня в драке, то можно стать таким, как Тихон. То есть мертвым. А это мне совсем не подходило.
Единственное, что меня во всем этом радовало, то что я был абсолютно спокоен за девочку. Пока буду разбираться со своими делами за ней дедушка и Марьяна приглядят. Я отчего-то знал, что эти люди и сами ее не обидят и никому в обиду не дадут.
И еще я понял, что теперь от меня зависит еще одна жизнь - её. И я должен обязательно справиться, чтобы вернуть девочку домой к ее родителям.
 ;
Вот так, глубоко погруженный в свои размышления, я с удивлением обнаружил, что мы уже стоим какое-то время на месте. А дорогу нам закрывает стена непроходимого леса, как и предупреждала Марьяна.
Недолго думая, я достал из рюкзака, отдельно завернутый в полотенце, гостинец для Лешего. Поклонился до земли и сказал дежурную фразу приветствия:
— Здрав буди Лесной Хозяин, не побрезгуй угощения нашего отведать.
— И тебе не хворать, внук Никодимов, - почти сразу ответил мне бойкий голос. – А и отведаю, раз угощаешь.
Перед нами появился местный Леший, принял угощение и с удовольствием начал жевать свежую выпечку. Перед нами появились пеньки, на которые мы и расселись. После чего Леший сказал:
— Уважил ты меня, Глебушко, спасибо! Проси, чего желаешь за это!
— Да вот, пройти бы через владения ваши, дед Кустовик, - еще раз поклонился я.
— Какой же я тебе дед? Зови меня дядькой, молодой я ешшо. – И потом тихонько добавил. - Я и сам ведаю, что проход тебе надобен, но Закон требует соблюдения условностей. – Он хитро мне подмигнул. – Да и дед Листобор за тебя словечко замолвил.
Дядька Кустовик махнул рукой, и стена леса расступилась в стороны, открыв прямую ровную дорогу через владения Лешего. Я еще раз поклонился, и мы пошли. Жаль, что такие финты в моем мире недоступны. Я бы однозначно сдружился с местным Лешим, ну!
Настроение было отличное, и я вспомнил, что со вчерашнего вечера не слышал Кузьму, как нет его совсем.
 — Кузьма, а ты чего молчаливый такой? Не заболел ли?
— Скорее всего и заболел, - жалобным голосом сказал он.
Я потребовал разъяснений у своей второй тени. Как оказалось, он просто не помнил, как и где мы провели вечер и ночь. А пришел в себя только утром, когда я бодро вышагивал по дороге. И уже без девочки. И такая жуть на него напала, что и представить страшно.
— Получается я умираю, - трагично заключил он. – Вот я и вспоминал свои грехи, чтобы раскаяться в них.
— Много вспомнил та? – подыграл ему Тихон.
— Много, но не все отмолить мне…
— Так, всё - отставить помирать! Не даю я тебе своего хозяйского дозволения, - еле сдерживая смех сказал я сурово.
— Эвона, как он заговорил, - сразу сменил тон Кузьма. — Ну прям генерал!
— Ну вот, другое дело, - обрадовался я. – А то умирать он вздумал.
Сжалившись над Кузьмой, я пересказал ему вкратце то, что он пропустил. На мое удивление Кузьма не начал ругаться, наоборот, он так тихонечко присвистнул и добавил:
— Эвона оно как, ага….
— Так ты чего-то знаешь про него, про деда этого? – удивился я.
— Сдается мне, что деда этого Трояном кличут, – тихонько сказал Кузьма и замолчал.
— И все? Троян – не плохое имя. Так что же в этом такого?
— Ну да… - еще тише сказал Тень, - только вот, он – Бог…
Как я не добивался пояснений от Кузьмы. Он ничего толком не рассказал, добавил лишь что ему еще здорово повезло, что только отключился на время и потом обратно включился, и молчал, как рыба об лёд. В конце концов мне надоело, и я перестал выпытывать - сам потом узнаю, что к чему. Хотя было жутко интересно и теперь немного страшно, все же впервые Бога видел и говорил с ним. Если Кузьма ничего не напутал.
Когда мы дошли до края леса, меня ждало новое удивление. Лес был зимний, а вот за его пределами простирался настоящий весенний пейзаж. Травка зеленая, цветочки душистые, солнышко теплое – прям как в сказке. Поэтому я даже обрадовался, когда ближе к вечеру мы дошли до поселения, одежда то на мне зимняя была.
Местные жители, оказались более радушными, чем в первой деревне. Все улыбались, кланялись. Сразу к старосте своему направили. Тот так же добро нас встретил. Волку распорядился мяса дать, а меня к столу своему пригласил. Староста, крепкий нестарый еще мужичек, представился Завидом Ждановичем, и без предисловий подошел к делу:
— До нас уже тоже весть дошла, что встал на Дорогу Теней витязь достойный, уже подвиг великий совершивший. Ведьму страшную извел, да дитя спас. Посему ждали мы тебя очень, уж не серчай. Беда у нас объявилась нежданно-негаданно. Как ночь придет, так прибегает кто-то да топчет поля наши нещадно. В том году еще справились, пережили зиму, но если и в этом году останемся без урожая, то не встретим следующий год…
— А ведаете, хто озорничает? – спросил Тихон.
— Куда там, - ответил староста. – Сколько мужики не выходили караулить – нет никого, а утром все одно помятые всходы.
— Ну-ка, дядя, дай угадаю, - протянул Кузьма, - нужен вам витязь иноземный, который добровольно решит помочь вам, верно?
— Есть такое, - потупился староста.
— А, ну понятно… Спасибо этому дому за хлеб-соль, пошли мы… - быстрее, чем я успел его остановить, выдал Кузьма.
Староста совсем поник. Но тут очень вовремя заглянул кто-то из местный и позвал Завида Ждановича на улицу. Воспользовавшись ситуацией с спустил на Кузьму всех собак. Тихон же очень точно вставлял некоторые обороты в мой монолог. Кузьма насупился и обижено сказал:
— Набросились двое на одного, да? А че я такого сказал? О здоровье твоем пекусь, между прочим… - И обиженно замолчал.
Поэтому, когда староста вернулся, я смог вернуть разговор в позитивное русло:
— Я даю свое согласие вам помочь, если смогу, конечно.

;
                *   *   *

Солнышко скрылось за линией горизонта и небо начало потихоньку менять розовый оттенок на темно-синий, медленно уступая место для звезд. В воздухе нещадно парило, обещая грозу. Когда мы всей компанией расположились на окраине полей, укромно спрятавшись за прошлогодними мотками соломы, Кузьма же дал себе волю тихонько повозмущаться:
— Что бы ты не говорил, хозяин, - сделав ударение на слове «хозяин» начал он, - а торговаться ты не умеешь. Да за такую работу можно было смело требовать много золота или каменьев, а ты?
Я ничего не ответил, но его это не остановило.
— А ты просишь всего лишь одежку, причем и не новую ни разу, я там заметил пятнышко на штанах…
— Да охолонись ты уже, балабол! – Не выдержал Тихон. И я благодарно на него посмотрел, поскольку Кузьма, старавшийся лишний раз Тихона не задевать, действительно замолчал.
Мы провели около часа в тишине. Стало невыносимо душно. За это время небо усыпали мириады звезд, и меня немного начало клонить в сон. Волк, державший нос по ветру - задремал, Тихон смотрел на левую часть полей, а я на правую. И так получилось, что именно наш словоохотливый товарищ и оказался еще и самым глазастым:
— Началось, братцы, - тихо сказал он. – Вот это да…
Вдруг правую сторону неба озарило вспышкой молнии и следом раздался гром. Черная туча, хорошо различимая во вспышках молний, буквально неслась в нашу сторону. Порыв ветра наконец-то принес прохладу. Молнии мелькали все чаще, и среди их вспышек стало различимо как: то ли в тумане, то ли в дыме несется по полю огромный конь. Его огненная грива развивалась, глаза горели, а из-под копыт летели комья земли. Эхом разливались по округе раскаты грома. Выглядело это, конечно, очень красиво! Мы завороженно следили за тем, как конь остервенело топчет посевы. Однако, теперь возникал вопрос, а как нам его ловить то?
Волк неотрывно следил за конем, а потом сказал:
— Есть у меня идейка одна…

 ;
Все оказалось гораздо проще, чем можно было придумать. На поле вышел Волк и бегать за конем. Долго он его гонял туда-сюда по полю, не давая убежать или отдохнуть. Через некоторое время его грива перестала быть огненной, а туча прошла мимо, так и не уронив ни одной капли дождя вновь обнажив бескрайнее небо. Когда же звезды начали редеть на небе, я заметил, что конь заметно припадает на одну ногу. И еще через какое-то время загнанный конь завалился на землю, аккурат недалеко тот того места где стоял я.
Тихон оказался на месте быстрее меня, и уже что-то рассматривал, склонившись над тяжело дышащим животным. Когда я подошел, он указал - левая нога между коленом и копытом была обмотана цепью, как я успел заметить с шипами. Эта хитрая конструкция должно быть доставляла животному много боли, даже смотреть на раненое животное было нестерпимо. Удивительно, как он так долго скакал с такой раной. Под бдительным руководством Тихона я освободил ногу коня, перевязал его белым платком, который, как оказалось, не зря взял с собой. Я еще и немного воды ему принес попить и даже чуть обмыл его бока.
Сделав все, что мог в этой ситуации, я отошел на некоторое расстояние, как посоветовал Тихон. Мы с ним на пару стояли и восторженно смотрели на начавшего приходить себя коня. Даже я, который в конях не понимал вообще ничего, просто не мог отвести взгляд от этого животного. Хорош, конечно!
Тот аккуратно поднялся на ноги, попробовал наступить на раненну ногу. Шумно понюхал повязку, взбрыкнул, призывно заржал. Его грива и хвост стали переливаться огненными всполохами, но сделав несколько скачков, конь обернулся и внимательно посмотрел на меня. Медленно развернувшись он подошел ко мне и встал напротив, будто чего-то ждал от меня. Тихон, почти не дыша, шепнул, чтобы я протянул руку вперед. Я послушался, и конь нежно ткнулся мне в ладонь мягким носом. А тот момент, когда первые лучи солнца озарили небо, конь стал прозрачным, как туман и пропал.

Мы рассказали старосте про необычное животное, тот на миг задумался. Потом вспомнил, что был у них в том году странный путник, ненадолго остановившийся в деревне. Он все говорил, что хочет поймать Духа ветра, но над ним все смеялись.
 – Все-таки, паскуда, сумел заманить Духа в ловушку! – раздосадовано заключил Завид Жданович. – Зря я этого парня отпустил, надо было в поруб его бросить, чтобы вышла глупость из него…
– Думаю, шо глупость из него вместе с жизнью евонной вышла давно, – задумчиво сказал Тихон. – Да и подсобили ему, явно. Без черной силы не обошлось! Да и зачем какому-то парню такой Дух? С колдуна надо спрашивать, знамо, али с ведьмы какой…
С ним все согласились.
– Так жил тут один колдун черный, только давно это было. Лишь замок его Черный остался, – вспомнил староста. – Да только про него никто и не помнит уже. Если только в следующем поселении спросите, дальше оно будет по пути. – На том и порешили.
А честь избавления от напасти местные устроили праздник, шуточное ли это дело – посевы спасены! Но главным героем был не я, а - волк! Ему в благодарность достался целый бык. Ну и мы тоже хорошо погуляли, пол ночи кутили - жареное мясо квасом запивая. Я слушал, как они поют, одинаково красиво - и женщины, и мужчины. Еще парни удалью похвалялись через костры прыгая, потом все вместе водили хороводы. Так что разошлись мы далеко за полночь. Умеют же люди отдыхать!
Утром нас не будили, поэтому отправились дальше в путь мы уже после обеда. Староста уговаривал подождать до утра, чтобы к следующему вечеру дойти до жилья людей, а не в поле ночь проводить.  Но я не поддался на уговоры. Все-таки я с волком, да и Тихон с Кузьмой бдят, так что я не сильно переживал. Зимние вещи только я оставил на сохранение у старосты.
Да, я же не рассказал, я теперь мало чем отличался от местных, только рюкзак выдавал меня. Щеголял я в белой рубахе с вышивкой по вороту, в льняных штанах и красных сапогах. Сапоги были тряпочными и очень удобными, только подошва кожаная. Даже не представляю, как они это все руками мастерят.
В общем, как и говорил староста, закат застал нас в поле. Было тепло, красиво и почему-то немного грустно. Солнце погладило нас последним лучом и скрылось за горизонтом. А мы все шли и шли изредка, болтая о погоде, но больше молчали. Каждый о своем. На привал остановились, когда на темном небе уже было много звезд. Ну как остановились? Отошли от дороги в траву. Огня было разжечь не из чего, так что обошлись без костра.
- Тихон, слушай, я тебя давно хотел спросить, но как-то неудобно было. А ты помнишь, что тебя... эээ, погубило? – все же спросил я.
- Забыл бы, да не могу. История больно глупая вышла, как я и говорил, - почесал затылок Тихон. – Токмо шел я не совсем этой дорогой, а там вертеп разбойничий на пути оказался. Я, завроде как, смекнул, шо лучше мне обойти их место. А вишь, оступился и ветка хрустнула под ногой. Меня, знамо дело, повязали. А главарь их загадки страсть, как любил, вот он и пообещал, что если пять загадок угадаю, то помилует меня. Я угадал четыре. А потом… Вот, значить. А сам застрял тут, таким как есть.
Тихон развел руками, показывая себя, призрака, который не смог уйти из этого мира.
- Мда, дела… - только и смог сказать я. – А что с ними потом стало, с разбойниками?
- Ну дык, я, то тут бродил, то там…. Потом задружился с лешим, дедом Кустовиком, значить. Тот подсобил немного, - Тихон замялся. Потом махнул рукой. – В общем, отравил я разбойничков энтих, вот. И за себя отомстил и за другие души погубленные. Вот так. – И посмотрел на меня так, что готов был отстаивать свою правоту.
- Тихон, я тебя осуждать не собираюсь, - твердо сказал я. – Ты верно поступил, ведь останься они в живых, то еще бы кучу народа погубили, так что ты спас больше, чем убил. Не сомневайся.
- Эвона как, - удивился Тихон, - а я этой стороны я и не думал…
Тихон заметно повеселел, а меня разморило от теплого бока волка и я незаметно уснул.

В этой округе было знойное лето. Ветер клонил полные колосья спелой пшеницы. Воздух был наполнен ароматами разнотравья да ягод. Мне же начало казаться, что Дорога Теней это обычный квест, то есть от моих действий сюжет зависит напрямую. И раз я еще жив, то вроде и верно все делаю. Наверно, был какой-то смысл в том, что местные жители не могли сами свои дела решить и им нужен был сторонний человек и его добровольное согласие.
К обеду мы вышли к третьему поселению. Жители нас встретили с улыбками. Только поселение это больше всего на средневековый город было похоже. У них на вечер был назначен городской праздник, на котором каждый желающий мог попробовать силы в том, чтобы вытащить из камня секиру. По местной легенде, ее воткнул в камень волшебник, который завещал, что тот, кто освободит секиру от камня, станет властелином этих земель. Потому, что прошлый хозяин пропал. Случилось это лет сто назад, но жители исправно блюли традицию и ежегодно устраивали празднество.
Об этом рассказала нам жена управляющего города, добрая дородная женщина Авдотья, которая приняла нас в гости и от души накормила. Пока муж был занят подготовкой к празднику. 



                *     *      *

Гуляния удались на славу. Все ели, пили, и с хохотом наблюдали, как молодые парни дергают за ручку огромной секиры. Вот уж действительно, тот кто ее вытащит будет достойным правителем! Только рукоять секиры была явно под два метра, что уж говорить про ее лезвие. Я бы ее и секирой с трудом назвал, это скорее нечто среднее между бердышом и огромной секирой. Почти все лезвие которой находилось в черном камне.
Я так увлекся действом, что когда Авдотья подтолкнула меня к заветному камню, я был готов так же веселиться и смеяться с толпой над своими потугами. Одной рукой я взялся за ручку и шутливо дёрнул ее вверх и не удержавшись сел на землю, потому как в моей руке была секира. Вокруг нарастала тишина, за мгновения достигшая апогея.
Собравшиеся удивленно смотрели друг на друга, потом все взоры обратились на управляющего городом. Тот поднялся со своего места и почти одновременно с женой Авдотьей поклонился в пояс. Затем провозгласил особенно звучным в этой тишине голосом:
- Да здравствует правитель вотчины Рыжей лисы!
И толпа взревела в ответ. Меня подняли на руки вместе с секирой и праздник продолжился с новой силой.
 
Когда меня все же поставили на землю, Авдотья утянула меня в свой дом, проследив, чтобы все спутники последовали за нами. Я так и ходил с глупой улыбкой на лице и держа секиру на вытянутой руке. Когда зашли в помещения я все же поставил ее в уголок. А Авдотья, странно всхлипнув начала говорить первой:
- Я сразу почувствовала, что не просто так ты пришел в наш город. Как я уже говорила сегодня, много лет из уст в уста переходит легенда, что волшебник заточил секиру в камень, чтобы выбрать достойного воина на правление…. – Она сделала паузу. – Однако, это только часть правды. По легенде Черный замок охраняет злой дракон, и секира эта должна открыть двери замка, чтобы победить его. И освободить замок. А если получится и снять с нас проклятье.
– Ну про дракона и замок – вполне ожидаемо, – не стал вывертываться я. – А о каком проклятии идет речь?
Авдотья подняла на меня глаза:
– Дорога Теней проклята, - наконец ответила она. – Мы все не одно столетие отрезаны от мира.   
– Это как?
– Когда Черный колдун создавал Дорогу Теней он взял обычные города и их жителей. Украл их из времени. Украл мой город из времени. За то, что ему отказали в гостеприимстве. Я и мой муж, мы помним часть прежней жизни. Только мы. Остальные проживают один день – день праздника.
– Где замок? – только и спросил я.

Нас быстро собрали в дорогу, и теплые вещи дали, днем то жарко, но ночи уже прохладные выдавались, предвещая скорую осень, чем ближе к Замку, тем сильнее. Мы ушли сразу, не дожидаясь утра.  Нести секиру было немного непривычно, но на удивление, она для меня не была тяжелой.
– Тихон, я тут подумал, а что если условие надо понимать буквально, так как оно звучит? Тогда «спаси живого человека» – это про девочку Машу, «и душу отпусти в свободу воли» - про коня. Про неживое тело не понятно, и про слугу друга и про любовь…. Эх.
– Ладно гуторишь, Глеб. – согласился Тихон. – Ты прости, может, я чего не упомнил али перепутал, столько лет утекло….
– Без тебя я бы вообще не знал, что есть этот список свершений, - улыбнулся я.
Мы немного помолчали.
 – Волк, я все никак не пойму, а как ты оказался тогда в деревне, в первой, которая с ведьмой была, а? – вдруг спросил я.
Волк фыркнул.
– Я понял, что ты в беде и прибежал, если бы не Леший, с его прямой дорогой отгоняющей хищников, я бы раньше тебя нашел.
– О как…. – удивился я. – Но как ты понял, что я в беде?
– Хозяйка кольцо тебе подарила, помнишь? На пальце у тебя блестит.
– Да, вот оно.
– А что на нем нарисовано, ты не видел?
Я покрутил кольцо на пальце вглядываясь в переплетение узора.
– Там нарисован кто-то, но не пойму…
– Волк там. Это кольцо… Кто его носит, тот на службу меня призывает.
– Однако… – удивился я. – И долго ты так служишь?
– Долго – рыкнул волк.
– А долго еще служить тебе?
– Почем мне знать? – удивился волк. – как службы закончится, так и… закончится. Тебе то какая печаль? Я всегда рядом, ну в этом мире, слежу, чтобы ты был жив-здоров…
– А как ты узнаешь, что служба закончилась? – не унимался я.
– Да чего ты пристал то? Сказано тебе, что служить не переслужить мне, – обиделся волк.
– Не злись, просто я подумал… Волк, я освобождаю тебя от твоей службы. Ты свободен.
– Чего? – не понял волк.
– Я объявляю твою службу исполненной, – еще раз повторил я. – Ты свободен.
Волк щелкнул пастью, крутанулся и передо мной оказался парень моих лет примерно. Он ошарашенно смотрел на свои руки. Потом на меня.
– Ничего себе – сказал он. – Спасибо!
Он снова крутанулся и обернувшись волком убежал. Но в этот раз он стал белоснежным волком. Я улыбался и смотрел ему в след.
– Глеб, а ты совсем дурак? – спросил молчавший до сих пор Кузьма.
– Хоть и обалдуй твой Кузьма, а токмо соглашусь с ним, – неожиданно поддержал его Тихон. – Мы ужо к замку колдуна путь держим. А Волк, значица, все как-никак зверь дикой, свирепый, и, в отличие от нас, могет помочь не только болтавней.
– Вы так и не поняли? – спросил я.
– Ну про тебя то всё понятно, – начал Кузьма.
– Ребят, я остался без слуги, понимаете? – вновь улыбнулся я. И добавил чуть тише. – И без друга…
– Хее, – протянул Тихон. – М-да.

Черный замок оказался точной копией другого Черного замка, где я уже был. Только этот был гораздо меньше, да оно и к лучшему. Я был не в настроении долго искать этого дракона. Однако, никакого дракона я не нашел. Я начал с подвала и закончил башней, которая была примерно на уровне 4 этажа, то есть жутко высокая для этих мест. Там находилась просторная комната с приличной мебелью и шкафами с книгами. Тут же имелся широкий диван. На меня навалилась такая усталость, что больше вообще ничего не хотелось. За окном стало светать, обещая скорый рассвет, и я, попросив Тихона и Кузьму толкнуть меня если что, провалился в сон. Даже не успев услышать их мнение на этот счет.

Оказался я в хорошо знакомой мне комнате с зеркалом, сразу в удобном кресле. А за столом сидел довольный, прямо лучащийся, мой двойник:
–  Ну здравствуй, Глеб!
– Не могу вам пожелать того же, – хмуро буркнул я.
– Отчего же? – деланно удивился двойник. – Разве я причинил тебе какой-то вред? Ну вот прям непосредственно тебе.
Я задумался.
–  Вреда не причиняли, – нехотя согласился я. – Но ложь - не самое приятное начало для знакомства. Да, и наслышан я, все считают вас порождением истинного зла.
– Глеб, ты не маленький, чтобы в такие абстрактные вещи верить, как «истинное зло». Как говорил Эйнштейн – всё относительно.
Удивительно, но я совсем не чувствовал ненависти к этому человеку, если его так можно назвать. Может быть, дело в уважении, которое этот злой гений смог заслужить своей хорошо продуманной игрой, или же дело было в том, что он принял мой облик – я не знал.
– А почему вы выглядите как я? – вдруг спросил я.
– А что, раздражает? – улыбнулся тот.
– Ну не то, чтобы раздражает… Просто непонятно и не очень приятно. Вы не могли бы выглядеть иначе?
– Увы, мой юный друг, увы! Это не в моих силах. Я ведь дух, стараниями моей благоверной, превращен в тень и лишен физической оболочки, на веки вечные. Поэтому я лишь отражение говорящего, как бы пафосно это не прозвучало во всех смыслах.
Кощей сделал паузу. Затем встал и подошел к окну, которого в предыдущем сне не было.
– Мы ведь с тобой похожи, Глеб. Я тоже был когда-то молод, красив, силен. Передо мной лежал весь мир, и я хотел власти, признания, почитания… Тебе наверно интересно зачем все это? – он жестом обвел комнату.
– Что зачем, комната? – не понял я.
– Да нет же, Глеб, соберись! Я только обрадовался, что в кое-то веке мне попался умный собеседник!
– Зачем вам мне снится и разговоры разговаривать? – переспросил я.
– Да, я посчитал, что будет справедливо, чтобы ты знал правду из первых уст. Было бы жестоко привести тебя к гибели и не рассказать, что к чему.
– Проще говоря, вам надо чтобы я признал, какой вы гениальный, да?
– Грубо, Глеб, но в общем-то ты прав. Я хочу насладиться своим триумфом, кто же, как не ты, должен быть тем самым осознающим свидетелем.
– Да не очень мне интересно, если честно, – закатил я глаза к потолку. – Вам не кажется, что вы немного опережаете события? Я - жив, вы - бестелесны. Я, кстати, разгадал часть условия…
– Какого условия? – Кощей так удивился, что даже не обратил внимание на мою первую фразу.
– Ну, которое колдун Тихону рассказал, перед отправкой сюда, туда, на Дорогу Теней.
Кощей расположился на своем стуле и положил руки перед собой немного подавшись вперед:
- Кто встать посмеет на великий путь -
Обязан исполнять веленье духа.
От выбора зависит его суть
И от него же - верная порука…. – нараспев произнёс он. И улыбнулся моему замешательству. – Это из моего раннего. Я любил по молодости стихи сочинять. Да только нет в них ничего. Я это стихотворение действительно сплел в заклинание, когда создавал Дорогу теней, но это лишь слова. Они ничего не дадут тебе.
– Врете, – буркнул я.
– Ну, а зачем мне тебя сейчас-то обманывать. Я почти достиг своей цели.
– А в чем ваша цель? – уточнил я.
– Брось, не поверю, что ты не понял. Тело. Мне нужно твое тело!
Я некоторое время неверяще на него смотрел. Мое лицо само по себе отразило тень отвращения, которое вызвали его слова. Да не буквально я их понял, но все равно, было мерзко.
Кощей же сперва непонимающе на меня смотрел, а потом разочарованно покачал головой.
– Фу таким быть, Глеб! В какое время ты живешь, мерзкое. Всё вы к одному сводите! А еще гордитесь, что далеко ушли от безграмотных предков. Хотя, именно такое время меня и устраивает… Полное падение нравов, отсутствие уважения, безумная погоня за деньгами. Я уверен, что повеселюсь от души в твоем мире.
– Да не сможешь ты ничего… – я сам не заметил, как перешел на «ты».
– И кто же мне помешает? Ты? Твоя Сила? Или Тихон. Может, твой дед или моя благоверная? Нет, Глеб.
Я потрогал оберег, который висел на моей груди.
– Да, брось, – Кощей проследил взглядом за моим движением. – Неужели вы так и не поняли, кто мне помогал с этой стороны? Не поняли, значит. Ну хитер пернатый, хитер! Видимо, придется его наградить дополнительно, заслужил, – засмеялся он.
– Ворон… – прошептал я.
– Ворон, – кивнул мой двойник. – Да, и в твоем мире тоже есть амбициозные люди, жадные до власти. На том мир и стоит. Так оно и выходит, что ты сам, добровольно в руки мои идешь, но скоро все закончится. Я много лет думал да решал, как быть, когда я мощь свою верну. Сперва, конечно, решил отомстить всем предателям, но потом передумал. Я решил, что отдохну пока да понаблюдаю, как тут недруги мои друг дружку будут обвинять да уничтожать. На Мальдивы поеду, позагораю, а то бледный стал. – Он довольно хохотнул. – Почему ты так недоуменно смотришь? Так ты и этого не знаешь?
– Знаете, вы мне уже все порядком надоели с этими закидонами: «да ты не местный», «ты что и этого не знаешь»! Не знаю вот, и чем дольше на всех вас смотрю, тем больше ничего знать и не хочется.
– Ладно тебе, не злись. Я ведь сам приложил руку к истории, чтобы вы, потомки, значит, не могли один к одному сложить. Стало быть, слушай…
Я родился во времена магии. Все творили с ее помощью: и еду, и кров, и деньги. Кто посильнее – миры сотворял или животных диковинных, в общем, кто во что горазд и у кого на что сил хватало. Стало быть, и я, достигнув определенных лет, подался в ученики к нашим Великим чародеям. Но так карта легла, что Сила моя «зело скудна» оказалась, поэтому, когда мои сверстники создавали и творили заклинания, я лишь мыл помещения и занимался другой грязной работой. Не удивляйся, это была главная забава того времени, чтобы сперва ученик проникся величием учителя, прислуживал ему несколько лет, и только потом его допускали до крох знаний.
Но амбиций у меня было очень много, а в последствии и злости за унижения. Поэтому я выкрал одну из книг своего учителя и начал ее тайком изучать, пока в конюшне жил. И так судьба сложилась, что начал я не с азов магии, как планировал, а с самой черной ее сути.
Там то я и вычитал, как можно Силу чужую забирать… Конечно, мне было страшно по началу, и лица жертв мне какое-то время снились, но недолго. Сперва я извел других учеников по одному, да так, что никто не догадался, затем и Силу «учителя» своего прибрал. Который на деле не таким уж и Великим оказался. Потом я действительно несколько лет учился у одного мага, которого еще поискать пришлось. Но это уже другая история. Я учился быстро, многое стал понимать, например, что нет ничего вечного. Поэтому я решил стать не только самым сильным, но и бессмертным.
Однако, мои стремления не всем по нраву были. Трусы и слабаки, кишка тонка была со мной по одному воевать, вот они и сговорились. Хотели меня заточить в одном из миров. А я им помешал. Потом они, испугались, потому что у них не по задуманному дело пошло, и спрятались в мире без магии. Но и, по-моему, не вышло тоже. Хотя я стал правителем в этом мире за чертой. В итоге два мира этот и твой стали касаться гранями и многое перемешалось между мирами. В мир твой проникла магия, хоть и не работает она так как в этом мире. А все же есть…. Вот тогда-то в ваш мир волшебные твари и подались, а их вашего, стало быть люди сюда потянулись. Потом, правда, границы то прикрыли. Но это много позже было. А в итоге получилось то что есть сейчас. Потомки тех трусов сговорились с моей благоверной и блюдут границы миров. Договор у них. – Я уловил нотки раздражения в его голосе. – Но главного они не учли. Я и правда бессмертный. И уступать им не собираюсь…
– А кто эта –  ваша благоверная? – перебил я.
– Кто-кто, – Кощей немного ощетинился, – Василиса Прекрасная, кто ж еще. Женился я по молодости да по глупости. Красива девка была, жаль, что и сообразительной оказалась. Нашла в трактатах старых, как меня тела лишить, да сама заняла мое место на троне. И с ведунами спелась. Но я все равно их обхитрил. Вместо меня в их темнице другой сидит. Ворон заговоры плетет, а ты скоро тело свое мне отдашь. – уже злобно закончил он.
Я пытался уложить новую информацию у себя в голове. Что же это получается, я ничего не могу изменить?
– А почему ты считаешь, что я буду покорно ждать, когда ты в меня вселишься? А если я, например, себя убью?
– Ну в этом случае, я займу твое тело куда быстрее. Это не помеха.
– Неужели ничего нельзя сделать? – не сдавался я.
– Ну отчего же, есть… – Кощей запнулся. – Молооодеец! Почти подловил. Но не выйдет ничего у тебя.
– Ну я по крайне мере….
Внезапно я почувствовал, как меня трясут, и я вынырнул из сна, поэтому закончил фразу уже наяву:
– …я попробовал. А, что? Что случилось? – не сразу понял я, что происходит.
А тряс меня какой-то светловолосый парень.
– Да просыпайся уже, Глеееб! – не унимался он.
– Всё, всё, я проснулся. Что? Кто? Кто ты? – я наконец-то открыл глаза и сел.
– А то не узнал? Знамо дело, волк я. Ой, точнее, службу волком проходил я. А ты меня освободил, ну, вспомнил? Ратимир меня зовут.
И парень протянул руку для знакомства. Я пожал.
– Проснулся? А теперь ноги в руки и бежим, пока не поздно, – закончил он, не дав мне ничего сказать.
Я еле успел схватить вещи и секиру, хоть и не умею я ею владеть, а все же оружие, наверно, волшебное. И мы побежали.Удалившись от Замка на порядочное расстояние, Ратимир перестал гнать меня вперед, и мы привалились к каменным валунам, которые скрыли нас от замка окончательно.
– Ратимир, а что это вообще было? – я еще не мог собраться с мыслями.
– Глеб, главное правило незнакомых мест, знаешь какое? – вдруг спросил он.
– Ничего не есть и не пить, - на автомате ответил я.
– Верно, и не спать. Нельзя спать в непроверенных местах. Никогда.
– Мы пытались до него докричаться, а толку-то … – виновато сказал Тихон.
– А почему темно на улице? - спросил я, оглядываясь по сторонам. – утро же было…
– Потому что спал ты тридцать лет и три года, – протянул Ратимир, с удовольствием глядя на мое испуганное лицо. – Кощей пришел к власти и всех убил, только ты остался…
– Да, тьфу на тебя! – перебил его Кузьма, – сплюнь, накличешь беду еще…
Ратимир громко засмеялся, но быстро снизил тон. Выглянул из-за валуна, но удостоверившись, что дорога пуста, продолжил.
– Ну, а если серьезно, Глеб, ты целый день проспал, и ни Кузьма, ни Тихон не могли тебя добудиться. Они же пока бестелесны, вот и кричали тебе, а толку. Я-то тебя не сразу смог разбудить. Пол часа не меньше тряс. Уже думал, что всё, опоздал я.
– А как ты там оказался, кстати? Ты же убежал... – все еще в ступоре спросил я. Тут еще и стыд добавился, что так легко и не подумав уснул в Замке черного колдуна.
– Да стыдно ему стало, небось, – предположил Тихон. – Мне бы стало.
Даже в темноте стало заметно как покраснели щеки парня.
– Стало. И мне стало стыдно, что бросил вас с такой момент. Но, понял я это уже много после. Когда не смог дорогу найти отсюда. Вот тогда и понял. И вернулся. Так что, если можешь, прости.
Я отмахнулся.
– Да ты чего? Ты мне жизнь, выходит, спас. Не в простом сне я был.

И я пересказал друзьям что и как мне Кощей рассказал. Какое-то время мы сидели в тишине.
– Жаль вот, что самого интересного я не узнал от него, – я нарушил молчание. – Мне бы еще пол часика дожать его, уверен, что выпытал бы способ спастись…
– Скорее, ты бы и вовсе не проснулся, – сказал Ратимир. – Помедли я еще.
– Тоже верно, - согласился я. – Теперь главный вопрос: если Дорогу Теней создал Кощей, чтобы забирать силу других. Если условие, которое запомнил Тихон – это ложь. Если по мнению Кощея помешать ему нельзя, но есть способ. Что мне делать?
– Еще и жители прокляты, и Дорога Теней закрыта от другого мира.
– Кстати, а почему Авдотья говорила про Дракона? – вспомнил я. – Где дракон то?
– Тут, – раздался голос над нашими головами.
 ;
Часть 6

Остатки сна с меня сдуло моментально, если такое еще оставались. Я, Тихон и Ратимир одновременно подняли головы вверх. Кузьма издал очень странный, но тихий звук то ли бульканья, то ли ойканья и благоразумно притих. На нас с интересном смотрела голова дракона. Почему голова? Да потому, что все остальное тело было скрыто валунами. Когти исполина высекли из камня искры, он натужно оттолкнулся от валунов. Воздух загудел от взмаха его крыльев, если бы мы не сидели на месте, то точно бы повалились от порыва ветра. Дракон перепрыгнул нас по большой дуге и, грациозно приземлившись по нашу сторону, развернулся во всей красе. Тут еще луна выглянула из-за тучи, осветив все вокруг бледным, но ярким светом.
Как сильно я не был испуган, поверьте, больше я был поражен и ошарашен небывалой красотой этого создания. Белоснежная чешуйчатая кожа переливалась перламутром под светом луны. Он был большой, больше коня раза в два, это, не считая крыльев и хвоста. Крылья, как у летучей мыши, с когтями на сгибах. В общем, классические вид сказочного дракона, с той лишь разницей, что это была не картинка. Это. Был. Настоящий. Дракон. Белый. Красивый. И говорящий.
– П-привет, – я немного начал заикаться. – Меня Глеб зовут, а в-вас?
Дракон удивленно на меня посмотрел.
– Амос - вдруг сказал он. – Амос Ра.
– А м-меня Ратимир, – сказал мой спутник.
– Тихон, - сказало приведение.
– К-к-кузьма, – проблеял моя вторая тень.
Я ведомый внутренним порывом, встал и поклонился в пояс.
– Это большая честь для меня, Амос Ра. Я ни разу не видел д-драконов. – Улыбнулся я. Мои спутники повторили мой жест, помедлив лишь мгновение. И на удивление, дракон тоже склонил свою морду в подобие поклона.
- Я так понимаю, вы пришли меня убивать с помощью этого? – дракон оказал когтистым пальцем на секиру. – Авдотья послала, да?
– Д-да… - сказал я. – Только...
– Только что? – дракон наклонил морду в бок, внимательно изучая меня желтыми глазами с вертикальными зрачками.
– Только я сомневаюсь, что Авдотья правду сказала, – я еле сформулировал мысль под его взглядом. – А вы откуда это всё знаете?
– Удивительно, – сказал дракон и прилег перед нами. – Вы первые, кто этим поинтересовался. Обычно орут, оружием размахивают или убегают от страха… А ты, Глеб, не такой. Почему?
– Потому что я не местный, – сказал я фразу, которая меня порядком достала в этом мире и рассмеялся.

Амос Ра оказался необычным во всех отношениях, я был им откровенно восхищен. Если речь в сказках шла о подобном драконе, то теперь я, кажется, понимаю, почему рядом с драконами всегда есть принцессы какие-нибудь. Только я бы уточнил, что скорее девицы сами висли на них, потому что кроме красоты наш новый знакомый был необычайно вежлив, учтив, и очень умен.
Мы расположились в его пещере, очень уютной к слову. Никакой вони или останков животных, которые были бы очевидны для большой рептилии.
– Я вообще из другого мира, – неспешно рассказывал о себе дракон, смотря как мы уплетаем еду, которую он для нас наколдовал. – Как я тут очутился – сам не понял. Я просто проснулся у Черного замка. Хотел у местных спросить, но они проявили себя не очень вежливо, так что не получилось ничего уточнить. Поэтому я нашел себе пещеру, и начал собирать информацию по крупицам. То там что-то услышу, то тут. В итоге я понял, что чужое заклятье меня сюда перенесло потому что я дракон и задача моя охранять замок, точнее, не выпускать из него тех, кто сюда пришел. И да, проклятие правда существует, поэтому пока оно действует, я не смогу попасть к себе домой, да и еще некоторые неудобства есть, но это мелочи. Ну и когда вас невольно подслушал, извините, – кажется, дракон очень смутился, что так себя повел, – то многое встало на свои места. Выходит, что антагонист этого мира некий Кощей, который заманивает в замок таких как Глеб, чтобы получить их Силу, магию, то есть. И я не очень понял, почему ты Глеб не принимаешь свою Силу?
– В смысле, не принимаю? – от неожиданности поперхнулся. – Мой дедушка сказал, что она «просыпается», но как ее разбудить не пояснил, сказал, что я должен сам разобраться. А я не понимаю, что от меня нужно. Хотя именно в такой формулировке я никогда про Силу не думал… – честно признался я.
Дракон кивнул головой.
– В моем мире есть магия слова, есть магия действия, есть… ну много разных. Но в моем случае, понимаешь, для меня она такая же естественная, как дышать. Мало кто может пошагово описать, как происходит процесс дыхания в его организме, но даже бессознательно этот процесс работает без сбоев. Хотя, - Амос Ра сделал паузу ненадолго задумавшись. – Попробуй попросить свою Силу перед сном, чтобы она тебе себя явила. Не буду ничего заранее говорить, но, если я прав…- Дракон многозначительно замолчал и обнажил здоровущие зубы, я не сразу понял, что он так улыбнулся. Заметив, какое впечатление на нас произвели его зубы, дракон смутился и спрятал зубы.
После еды меня сразу потянуло в сон, хотя я и проспал почти сутки. Ратимир и Тихон продолжали разговор с драконом, а я сперва старался слушать, но потом уже не мог уловить суть. Перед тем, как совсем отключиться я вспомнил слова Амоса Ра про Силу и очень-очень попросил нечто, которое за все отвечает, чтобы я смог Силу свою увидеть и уснул.
Мне приснился дом деда. Было лето и солнце ласково светило в открытое окно. Я вышел на улицу. Весь двор занимал дракон Амос Ра, точнее, не совсем он. Этот дракон был золотым. Затем его черты стали таять, будто он сам стал из солнечного света. А затем… Силуэт солнечного дракона уменьшился до размера человека, приобретя его форму. Теперь передо мной стояла фигура. Чем дольше я вглядывался, тем больше мне казалось, что фигура принадлежит девушке. Как только я сформулировал это в своей голове, фигурка стала материализоваться в невысокую красивую девушку. Сперва мне показалось, что она будет похожа на Хозяйку мира за чертой, но в какой-то момент она стала другой. Не менее красивой. Но другой. Эта была с белоснежными волосами и с золотыми глазами. В легком белом сарафанчике.

 
;
– Ну здравствуй, Глеб. – нежно сказала она. – Почему ты только сейчас меня позвал? – с укоризной продолжила она.
– Да я и не знал… – неуверенно начал я.
– Как видишь, я проснулась, но не могу войти в полную силу. Мы должны стать единым целым, Глеб. – Теперь она была совсем рядом со мной и запрокинула голову, чтобы видеть мои глаза.
– У меня только одна идея, – почти прошептал я, склоняясь над ней.

…Я ощутимо вздрогнул, так бывает, когда неожиданно падаешь во сне и вместо удара о землю – просыпаешься. Я был в пещере один. А с улицы раздавались приглушенные голоса.
Выйдя на улицу, я увидел дракона и Ратимира, они с удовольствием грелись под солнечными лучами и ели. Увидев меня Ратимир помахал, чтобы я присоединялся. Дракон пристально на меня посмотрел, удовлетворенно кивнул своим мыслям, и неожиданно выдохнул на меня пламенем. Я не решусь описывать какой вихрь чувств меня охватил, однако ничего сделать я не успел. Но уже через секунду я заметил, что огонь не причиняет мне никакого вреда. Дракон так же резко остановил пламя и еще более довольно на меня посмотрел, даже немного помял землю когтями от удовольствия, прям как большой кот.
Я же смотрел на свои руки, их окутывало золотое сияние, очень похожее на то, что было в Лабиринте и затем в Черном замке.
– Извини, что без предупреждения, – сказал дракон. – Но у тебя все получилось, я рад.
- А если бы нееееет? – прорезался истошный вопль у Кузьмы. – Ты-ы, Выы, чегооо?
– Не булькай, - прервал его Ратимир. – Ты, конечно, стал себя вести иначе, но все равно, лучше молчи. Я раньше терпел, а теперь я свободен в своих решениях, поэтому готов припомнить тебе многое, кощеев прихвостень….
– Ты! Тебя, вообще никто не спрашивал, шавка ты блохастая! – взорвался Кузьма, давно я за ним такое не слышал.
– Так. Хватит! – мне пришлось повысить голос. – Успокойтесь, пожалуйста. И так не пойми, что творится, а тут вы еще.
Амос Ра с интересом посмотрел на Кузьму.
– А поведайте мне, что случилось с этим …. – он замялся. – Молодым человеком.
Ратимир отвернулся, показывая всем видом, что не будет говорить о Кузьме, поэтому мне пришлось рассказать то, что знал сам. Надо бы расспросить этих молодцов, чего у них такого случилось, что они так друг друга не любят.
Амос Ра внимательно меня выслушал и сказал такое, что мы все на него посмотрели:
– Я так и думал, мне кажется, я знаю, чем можно ему помочь. Но нужно то Черное зеркало, в котором он был заточен. Оно же еще осталось?
– Да, – ошарашенно ответил Кузьма. – Только оно там, в Черном замке.
– А, чтобы выбраться отсюда, нужно пройти Дорогу Теней до конца, – печально закончил я.
Ратимир и дракон переглянулись.
– Есть у нас пара идей, – хитро прищурился Ратимир.
– Глеб, пока ты спал, твой друг поведал мне, как и зачем вы тут оказались. И судя по всему, вам надо разрушить этот замок, – дракон повел головой в сторону замка. – При чем сделать это должен ты сам.
– И как? – не понял я. – Не секирой же.
– Нет, не секирой. Своей Силой…

Последующие полчаса Амос Ра пояснял мне, как можно активировать боевую магию своей Силой. Ну, точнее, как он это себе представлял. Хотя мне было многое непонятно, я решил попробовать сразу. Рад бы рассказать подробнее, но всё прошло очень быстро для меня. Мы дошли до замка, но не подходили близко, и я, закрыв глаза, очень попросил свою Силу мне помочь и начал копить клубок ненависти, как объяснял дракон. Потом услышал грохот и плавно погрузился в темноту.
Однако, открыл глаза я не в пещере, а в комнате. За столом обхватив голову руками сидел Кощей.
– Ты! – он поднял на меня глаза. – Это всё тыыы! Уууууу!
– А что случилось? – искренне удивился я.
– Что случилось??! – Взвыл Кощей. – Ты разрушил мой замок! Как? Как ты смог?
– Без понятия, – пожал я плечами.
– Мальчишка, да я! Да, ты! Я вас всех! – он неожиданно подпрыгнул ко мне и ухватился за горло, пытаясь задушить.
Но вместо удушения я проснулся. Дракон внимательно на меня смотрел:
– Глеб, ты как?
– Опять приснился Кощей, – ответил я. – А что случилось? Он так орал…
Я был в пещере дракона. На меня смотрели немного встревоженные лица Ратимира и Тихона.
Тут пришло время удивляться мне, как рассказали друзья, замок я разрушил до основания. Но больше ничего не произошло. Не грянул гром, не рухнуло удерживающее заклятие. Только вот Кощей был очень недоволен, я им рассказал, что успел увидеть во сне.
– Давайте думать, как быть дальше. Пока заклятие Дороги теней действует, мы все останемся тут, – сказал Амос Ра.
– Знаете, мне уже кажется, что единственное решение — это дать Кощею то, чего он от меня хочет. – сказал я. - Потому что других вариантов я не вижу. Хотя, если я разбудил свою силу, он теперь не сможет воспользоваться ситуацией. Я не знаю, как быть. Всё было просто: либо выполни условие и получи силу, либо дойди до конца и выполняй квесты.
– Чего? – не поняли мои спутники.
– Ну задания. Решай вопросы и дойдешь до конца. Это же Дорога Теней, тут все зависит от принятого решения… – я запнулся. – А ведь правда. А с чего я вообще взял, что дорога заканчивается тут, у замка? Амос Ра, вы с нами?
– В принципе, я больше не привязан конкретно к этому месту, – сказал дракон. – Да, я с удовольствием составлю вам компанию. К тому же от итога вашей кампании зависит и моя свобода.
Мы пошли по дороге дальше. Но через какое-то время дракон предложил путешествие по воздуху. И мы, конечно же, согласились.  Не только потому, что это быстрее. Лично мне очень захотелось попробовать, как оно – лететь на настоящем драконе.  Больше всего полет понравился Кузьме, он своими визгами распугал всех птиц в округе.
Мы остановились на отдых на большой полянке в лесу. Помня про вежливость, я положил угощение на пенек и поклонившись озвучил формулу приветствия:
— Здрав буди Лесной Хозяин, не побрезгуй угощения нашего отведать.
Но к нам никто не вышел. Я был удивлен, казалось, что Леший в каждом лесу – Хозяин. Ратимир обернулся волком и скрылся за деревьями, пока мы обустраивали место для ночлега: костер разводили тот же. С огнедышащим драконом это оказалось самым простым делом. Когда вернулся Ратимир, он удивленно подтвердил, что лес этот странный, ни животных, ни птиц тут нет.
Мы решили спать по очереди. Первым караулить вызвался я. Тихон, которому отдых и сон не требовались, составил мне компанию. Я сидел лицом к огню и тыкал палочкой в угли. Они красиво рассыпались от моих действий. Тихон же сидел спиной к огню и смотрел на черную стену леса. Хотя Ратимир и сказал, что тут нет животных, мне было немного неспокойно на душе, будто чьи-то холодные и цепкие пальцы подбирались к сердцу, заставляя его судорожно сжиматься в груди. Но вокруг было тихо. Даже ветер не шелестел листвой, хотя тут, на поляне, он иногда совал свои холодные пальцы под одежду, заставляя перемещаться еще ближе к костру. Погода была уже больше осенняя, как нам и говорили в городе. Вообще, как-то непонятно всё вышло: и с секирой, и с рассказом управляющего городом, да и странная – эта Авдотья, что я и озвучил Тихону.
– Да, мне она шо-то тоже показалась странной, но не могу понять в чем. Выгода-то какая у нее может быть? Зачем ей отправлять народ в замок к Кощею, тому же, – ответил Тихон.
– Она и сама странная была, - вставил свои пять копеек Кузьма. – Мне казалось, что вы заметили, что у нее глаза были, как у змеи.
– Кузьма, давай договоримся на будущее, – тихо сказал я, – если ты что-то похожее еще заметишь, то говори сразу. Хорошо?
–  Договорились, - согласился Кузьма.
– Может, Авдотья такая же ведьма, как Герла? – предположил я.
– Мож, и ведьма, – согласился Тихон. Помолчав немного продолжил. – Глеб, я тебя эта, хотел вот попросить… - неуверенно начал он. – Тут неподалеку то место, хде… Ну… Те разбойники меня того, порешили. Мы можем пройти там? Понятно, шо тела моего давно нет, но… В общем, шо думаешь?
– Да, я и сам хотел тебе предложить, попробовать останки твои упокоить, – тоже смутился я. – Ты меня извини, мне непривычно вот так обсуждать. Такие вещи.
 – Глееб, - неуверенно позвал Кузьма.
– Ты шо, хотел меня похоронить? – удивился Тихон, не обратив внимание на мою Тень.
– А что удивительного? У нас принято, ну, чтобы по правилам было. Это, как его? Упокоение. Даже много сериалов на эту тему есть. Там, чтобы духа успокоить, надо его останки солью посыпать и сжечь. Тогда призрак покидает этот мир. – Ответил я, не вдаваясь в подробности, что дух такой, обычно бывал злым. Если верить популярному сериалу на тематику борьбы со сверхъестественным.
– Мда-а, – только и ответил Тихон. – Занятный у тебя мир, Глеб.
– Глеееб, - чуть настойчивее позвал Кузьма.
– Может. Мне этот мир тоже нравится. Тут все неоднозначно, тут магия и колдуны всякие. Ты вот - есть, разговариваешь… Думаю, что мой мир здорово обделен в этом плане. Тихон, а недалеко отсюда это где?
Тихон задумался и махнул рукой указывая направление:
– Тудой завроде. Пару вёрст, не больше, - ответил он. – Тут ишшо дорога должна быть, а от нее рукой подать разбойничьего вертепа. Бывшего.
– Глееб! – заорал Кузьма.
– Пошто орешь так, окаянный? – возмутился Тихон, потому как мы оба от неожиданности и подпрыгнули.
– Туман, там туман зеленый, – всхлипнул Кузьма. – А вы сидите, сделайте что-нибудь! Я не хочу умирать!
Мы с Тихоном оглянулись, действительно с одной стороны поляны на нас не спеша плыл туман.
– Ты тумана не видель, шоль? – спросил Тихон.
– В-видел т-туман. А в-от т-там, в т-тумане, - заикаясь продолжил Кузьма. – Э-этого, н-не вид-дел….
– Глебушко, надо бы другов наших поднять, – тихонько, будто мы были не одни, сказал Тихон.
Не буду врать, по моей спине сразу пробежали мурашки, крупные и неприятные. И было отчего. На нашу большую поляну наплывал туман. Он действительно был с зеленоватым оттенком, клубился и перекатывался, пытаясь собраться в фигуры. Но они, не формируясь сразу рассыпались, чтобы пробовать собраться снова чуть дальше. И если присмотреться, в глубине действительно стали проявляться будто плотные фигуры…
Я сперва толкнул Ратимира, потом аккуратно похлопал дракона по носу. К моему ужасу, оба никак не отреагировали. Туман же потихоньку подбирался к нам.
Мне повезло дважды, первое, что двигался он медленно, а второе, что плыл он только с одной стороны. В моей голове лихорадочно завертелись мысли. Я, не очень понимая, что делаю взял ветку из костра и кинул к границе тумана, под жалкое ойканье Кузьмы. И возликовал - туман отпрянул от света пламени. Я соорудил еще два кострища, чтобы мои друзья были в центре. А сам изо всех ломанулся в лес, чтобы собрать еще дров. Ночь обещала быть долгой.

 
Но я успел. И дров собрать, и вернуться в освещенное пространство до того, как туман сомкнул круг по границе света. А еще я, по указке Тихона, прочертил головешкой круг на земле. Поэтому, когда когтеобразные руки тумана начали скрестись о преграду, я с облегчением выдохнул. Тихон же с тревогой смотрел с туман и что-то неслышно шептал. Я сперва убедился, что все костры горят и потом подошел поближе к нему.
– Тихон, что случилось? – осторожно спросил я. – Ты что-то слышишь?
– Да, – не поворачиваясь ко мне ответил Тихон. – Этот туман. Он. Они. Это, там мертвяки. Они говорят, говорят шо я буду таким же. Шо мы все…
– Тихон, не слушай их. Мало ли, что они там говорят. Ты не такой. Да и им до нас не добраться.
Стоило мне это сказать и подул ледяной ветер, и что удивительно, он не тревожил туман, но ощутимо сбивал пламя костров. Вот тут мне стало страшно. Я понимал, что стоит туману сомкнуться над нами и всё. Туман нас просто сожрет и косточек не оставит, как говорится.
Я подбросил еще дров в костры, и понял, что теперь мне их не хватит. Ни дракон, ни Ратимир не просыпались, как я не старался.
Кузьма тихо подвывал, почти переходя на ультразвук.
– Кузька, – не выдержал Тихон. – Ты же завроде слуга кощеев, да сам творил всякое. Какого рожна, ты, олух, так трусишь то? Уймись, уймись тебе говорят. И без тебя…
В итоге замолчали оба. Тихон так же обеспокоенно всматривался в туман, хотя уже ничего не шептал. А Кузьма же тихо-тихо зашептал что-то неразборчивое, если бы я знал его чуть хуже, то предположил бы, что он молится. Хотя, кто ж его разберет.
Я еще раз безуспешно попробовал растолкать своих друзей. Затем сел на землю и зажмурился. Я старался повторить прием боевой магии, которой разрушил замок. Но у меня не получалось, потому что тут конкретной цели не было. Открыв глаза, я заметил, что пламя костров, какой-то невидимой силой прижимает к земле и они вот-вот потухнут. Тогда я очень сильно захотел, чтобы пламя не гасло и дало нам время до утра. Утром туман пропадет, это я тоже откуда-то знал. Но до утра еще надо дожить. От напряжения я снова зажмурился.  И открыл глаза, только под изумленный вздох Тихона. Рядом со мной стояла золотая полупрозрачная фигура девушки. Она подняла руки вверх и пламя костров поднялось выше ее роста, одновременно окрасившись в синий цвет.
 ;
Это пламя уже не мог пригнуть или потушить ледяной ветер, задувший с новой силой. Костры горели мощно и сильно, осветив поляну далеко за расчерченным мною кругом. Туман же, словно издал стон и отполз за линию света костров. Так продолжалось пока на востоке, наконец-то, не начало светлеть небо. Когда звезды стали бледнеть, туман медленно стал покидать поляну. Когда он совсем пропал, фигура девушки опустила руки. И костры стали обычными. Золотая фигура подошла ко мне и, коснувшись моей руки, пропала.
Я же, убедившись, что друзья начали шевелиться во сне, провалился в темноту без сновидений.

Пришел в себя я, когда солнце уже светило высоко в небе. Рядом сидел Ратимир и о чем-то тихо разговаривал с Тихоном.
От запаха еды живот жалобно заурчал. А я потянулся и сел.
– Ну слава богам, – отозвался Кузьма. – Я уж думал, что до вечера спать изволите.
– Молчал бы, – вяло ответил Тихон, создавалось впечатление, что они опять поспорили и Тихону надоело пытаться урезонить Кузьму, хотя уступать ему он явно не собирался.  Кузьма на удивление послушно замолчал.  При мне что ли?
– Ты как? - Спросил Ратимир.
– Кушать очень хочется, – сознался я, подсаживаясь ближе к припасам.
– Мне уже рассказали, что было ночью. Ты нас спас. Спасибо! – искренне поблагодарил он.
– Шутишь? – поинтересовался я с набитым ртом. – Я сам не понял, что и как я сделал. У меня, что-то получилось, да. Но ведь и каждый из вас сделал бы то, что от него зависит на моем месте. А где наш дракон?
Ратимир кивнул в знак согласия с моими словами, он бы тоже защищал своих друзей. И ответил:
– Амос Ра полетел на разведку, ну, куда Тихон хочет попасть. Да и просто осмотреться где мы. Думаю, он уже скоро вернется. Нам в любом случае нужно успеть все сделать до ночи. Амос Ра сказал, что темнота ему не помеха и мы можем хоть до утра лететь. Всяко лучше, чем еще раз наткнуться на такую поляну.
Я был полностью согласен.
К облегчению всех нас Амос Ра вернулся с хорошими новостями: и поляна была у бывшего места стойбища разбойников, и этот страшный лес заканчивался на обозримом виднокрае. Не понятно, как мы вообще решили ее выбрать. Наверно, свои чары были у этой поляны. Мы собрались и отправились в путь, благодаря дракону на все про все ушло меньше десяти минут.
Разбойничий вертеп представлял собой большую поляну с землянками и сооружениями в кронах деревьев. Удивительно, что за столько лет тут все е заросло деревьями. Тихон же без труда указал место, где его удили и бросили. И Ратимир начал аккуратно раскапывать землю. Я было предложил помощь, но Ратимир сказал, что лучше вдвоем не толкаться, быстрее одному. Поэтому, чтобы не стоять у него над душой я пошел прогуляться по лагерю. Дракон то же заинтересованно следовал за мной. Под самым большим деревом на поляне он вдруг сказал:
– Глеб, под этим деревом что-то зарыто. Там много золота и драгоценных камней, я чувствую. И там что-то еще, волшебное. Я думаю, что этой вещи тут не место. Нужно ее откопать.
Он в два взмаха своей лапой вырыл глубокую яму и на ее дне что-то скрежетнуло под его когтями. Я спустился вниз и, орудуя острием секиры как лопатой, расчистил крышку большого сундука. Дракон за секунду разломил большой замок когтем. И открыл крышку. ;
Я услышал восхищенный возглас Кузьмы, после чего он разразился подробным перечислением куда и зачем он потратит это богатство. А также, в какой пропорции сокровище стоит разделить между нами. Амос Ра казалось не слушал его, но в какой-то момент поинтересовался, а куда, собственно, Кузьма собрался складывать свою долю золота, ведь он Тень. Кузьма, ойкнул, согласился, и получив новую тему для обсуждения, принялся перечислять кому можно доверять из их компании его часть золота, а кому - уж точно нет. Мы переглянулись с драконом, и лишь попросили Кузьму рассуждать тише, а еще лучше про себя, и он, к нашему удивлению, без споров перешел на шепот. 
– Вот этот предмет волшебный, – сказал Амос Ра, указав на золотую чашу.
Я аккуратно взял ее в руки, я почувствовал странную вибрацию от чаши, больше всего это было похоже на волну благодарности.
– Амос Ра, я… - я запнулся, не зная, как выразить охватившее меня чувство. – Нужно зарыть это золото. Оно злое. Оно может принести горе в этот мир.
Дракон мгновение смотрел на меня, потом прикрыл глаза и согласился со мной.
– Ты совершенно прав, Глеб. Интересно, как ты это понял.
Я растерянно пожал плечами. Закрыл крышку, Амос Ра помог мне вылезти из ямы, и одним махом закопал все обратно.
– Э-э-э! – только и сказал не ожидавший Кузьма. – Вы чего? А моя доля? Хочу золота!!!
Но, видя, что мы никак не реагируем, Кузьма обиженно замолчал.
А мы пошли к Ратимиру и Тихону. Тот почти закончил извлечение костей, аккуратно складывая их на разостланной ткани.
 

Мы долго стояли и смотрели на останки Тихона. Не знаю, как в других, но во мне бушевал вихрь разных чувств, заставляющих то сжимать, то разжимать кулаки. Это была смесь из ярости, беспомощности, заботы, сожаления, даже какой-то детской обиды, за то, что кто-то безжалостно убил Тихона. Нашего…. Моего друга. Даже Кузьма не проронил ни звука, хотя именно в этой ситуации он, наверняка бы, отмочил какую-нибудь свойственную ему глупость.
Тишину прервал Тихон, возможно, он догадался, по какой причине мы медлим, а, может, просто хотел быстрее закончить свой путь.
Он помялся на месте, а затем кашлянул.
- Я, эта, прожил, пущай и не очень долгаю, но неплохую жись. И ещё вот таким, призраком, я прожил гораздо больше. Вам не стоит печалиться за меня. Я вот не печалюсь, наоборот, будь я другим, то, мож и не повстречалися бы мы. А так. Я щаслив, шо у меня такие други, шо у меня такие браты как вы. Благодарствую за все, браты.
И Тихон склонился в поклоне. Ратимир, громко высморкавшись в сторону, тоже поклонился:
- Это честь, называться твоим братом, Тихон. Я не забуду тебя.
Я повторил жест Ратимира, добавив:
- И для меня честь, благодарю за мудрость, Тихон. Я буду помнить тебя.
На мое удивление и Кузьма, всхлипнув, тихо произнес:
- Тихон, ты это…. Прости меня, дурака, а? За всё прости.
- Да, ладно ужо, шо с тебя взять та, Кузька. Не держу зла на тебя. Но ты, олух, за языком все же следи. Неровен час в беду попадешь. Ну будет, – махнул он рукой. И обратился уже к Дракону, - зажигай.
 Дракон выдохнул струю пламени, и за считанные мгновения останки прогорели, как бумага, превратясь в серую пыль. Которую развеял без следа, невесть откуда налетевший порыв ветра. Когда мы подняли глаза от костра, Тихона рядом уже не было. Кузьма тихо всхлипнул.
Мы сели на дракона и полетели прочь из этого леса.

;
Часть 7

Еще по дороге к бывшему вертепу разбойников, мы единогласно решили, что нужно вернуться к городу Авдотьи. Слишком много вопросов у меня к ней накопилось, особенно после уточнения Кузьмы про ее вертикальные зрачки.
Однако, когда мы с Ратимиром вошли в город, то Авдотьи и след простыл. Даже больше, никто не помнил ни ее, ни праздник, даже управляющий городом как-то растеряно сказал, что жена его умерла лет десять назад и более он не женился. Выходит, что разрушение замка колдуна все же разрушило чары, хотя была вероятность, что чары с людей пали, когда ушла Авдотья. Теперь у нас не было сомнений, что она тоже ведьма.
 ;
Я забрал свои вещи, и мы ушли из города. Если честно, я подумывал оставить секиру в том камне, из которого я ее достал, но все же в последний момент передумал. Всяко разно тут могло выйти, а вдруг этот жест возьмет да вернет чары на замок и на город? И спросить не у кого…
Ратимир, недолго думая, обернулся белым волком и попробовал взять след колдуньи. Но безрезультатно – ее запах пропадал за воротами. Мы не стали долго задерживаться, тем более, что Амос Ра ждал нас в уговоренном месте. Достаточно быстро мы добрались и до второго поселения, того самого, где я отпустил коня. Я забрал свои вещи, и мы двинулись дальше. Я подумал, что только один человек может знать нужные для меня ответы, тот дед, которого Кузьма назвал Трояном.
Марьяна встретила нас у калитки, как и в прошлый раз. Она помахала нам еще издалека, а когда мы подошли ближе - очень низко поклонилась дракону.
- Дед ждет тебя одного, Глеб, - сказала она. – Я позабочусь о твоих друзьях покамест.
Я вошел в дом, обстановка в нем осталась прежней, дед так же сидел у печки. А девочка спала.
- Здравствуй, Глеб, - сказа дед. – Вот и закончилась твоя Дорога Теней, да?
- Да как же, - не понял я. – Кощей не побежден, проклятье не снято, почему она закончилась?
- Потому что свою цель ты достиг - Сила тебя приняла, я вижу это.
- Я что же, ничего не могу сделать? Я не хочу бросать друзей! Я не могу их бросить тут в заточении, а самому вернуться в свой мир и жить дальше, зная, что они тут…
Дед молчал, но улыбался. И до меня дошло, что не подначивает он меня, а просто шутит. Он и так знает, что я не брошу их, просто я должен был сказать это вслух.
- У тебя очень хороший и сильные друзья, Глеб, - наконец сказал дед. – Тебе не придется их бросать. Как изменить реальность ты уже знаешь, тут, – он показал на сердце. – У тебя получится, верь в себя.

Я последние дни действительно рассуждал про себя на тему: «а что делать с Кощеем?», ведь скорее всего он просто будет ждать здесь следующего «Глеба» и, может, у него не будет таких друзей, как у меня. Но единственное решение было нелогичным, нестандартным и опасным. Но это лучше, чем оставить все как есть. Поэтому я лег на лавку и закрыл глаза.

Комната Черного замка встретила меня тишиной, Кощей стоял у окна и смотрел вдаль. Столько скорби и грусти было в его позе, что я невольно его пожалел.
- Кощей, - позвал я.
От неожиданности он вздрогнул, но не разразился гневной тирадой, как я ожидал, а бесцветным голосом ответил:
- А, это ты… Пришел злорадствовать? Я ожидал чего-то подобного… Ну давай, ликуй, ты победил самого Кощея!
- Вообще-то нет, фу таким быть… - повторил я его слова.
- А что тогда? – он опять отвернулся к окну.
- Я пришел дать тебе то, что ты хочешь.

Последующие события как-то быстро и скомкано завершили эту историю.
Кощей получил тело. Заклятие Дорого Теней пало. Амос Ра забрал Кощея с собой в свой мир, чтобы обучить его магии. Оказывается, у Кощея ее было очень много, просто он неверно открыл ее источник. Но дракон обещал, что поможет ему все исправить. Кощей был не против.
Так же Амос Ра снял чары с Кузьмы. Его настоящее имя было Ибрагим, и его Хозяйка с удовольствием приняла к себе в замок садовником, как тот и мечтал.
Ратимир отправился в свой мир. Он нехотя сознался, что принадлежит к большой и влиятельной семье оборотней, и попался на уловку Кощея, за что много лет отрабатывал свой долг перед ним, а потом и у Хозяйки, которая не знала о тонкостях его службы. Теперь ему предстояло вернуться в семью и получить нагоняй. По крайней мере навестить их он точно собирался, а дальше, как получится.
Василиса. Основное заклятие и с нее тоже пало. Она осталась правительницей этого мира, но уже как Василиса. А не как Смерть. Эту должность приняла Марьяна. Я не очень понял почему, но решил обязательно выспросить у Василисы, потом.
Дед действительно оказался божеством-врачевателем. Тот же дракон вернул ему способность видеть. Потерял Троян глаза из-за Герлы, той самой колдуньи, которую сжег Скипетр власти. Он попрощался с нами и пошел путешествовать по миру за чертой, чтобы помогать лечить тех, кому это нужно.
Машу я вернул ее родителям, после того как пали чары, там как-то само все решилось и ни она, ни ее родители особо не поняли, что случилось. Искать – искали, а тут взяли и нашли, и успокоились. Не стали дальше копать что и почему. Ни они, ни правоохранительные органы. Может и Троян что исправил, я не знаю точно.
А я вернулся домой. Да, у меня теперь еще одна татуировка – секира. После всего, это действительно волшебное оружие меня выбрало само. А я дал себе обещание найти пути изучения обоих волшебных предметов - и секиры, и скипетра.
Да, Кондрат был очень рад привету от Листобора.
И да, самое главное. Чаша, которую отыскал Амос Ра – это оказался еще один древний артефакт – Чаша Силы. И она заняла свое почетное место во дворце у Василисы.
 (Продолжение следует…)