Принятие неприятного

Резиньяция (от франц. resignation, от лат. resignatio — «уничтожение, отмена, отказ») — это глубоко осознанное, пассивное и безропотное принятие неприятной, тяжёлой или безвыходной ситуации.
Это слово — настоящая находка для описываемого нами мироощущения.

Если простыми словами: это не бунт, не борьба и даже не громкий протест. Это философская капитуляция. Тихая, усталая, полная. Когда человек не просто смиряется с неизбежным (смирение может быть драматичным), а внутренне отказывается от самого желания что-либо менять, принимая несовершенство мира или свою неудачу как данность.

Ключевые оттенки значения:

· Не активное смирение, а пассивное принятие. Не «я принимаю этот крест и несу его», а «да, вот такой этот крест, и лежать он будет здесь всегда, и пытаться его сдвинуть — бессмысленно».
· Оттенок усталости и пресыщенности. Резиньяция часто приходит после долгих попыток борьбы, когда силы исчерпаны.
· Интеллектуальное согласие. Это не эмоциональная апатия, а скорее мировоззренческая позиция, вывод, к которому пришёл разум: «Дальше сопротивляться не имеет смысла».
Так, например  «биохимический фатализм» — это философская резиньяция перед собственным настроением. Счастье рассматривается как статистическая погрешность в череде обыденности,
· Пассивное бездеятельное созерцание — тоже акт резиньяции. Не звонок мастеру, не гнев, а принятие его бунта как части миропорядка.
·Пример современного «техно-нигилизма» - поход в отделение банка вместо обновления приложения. Это поведенческая резиньяция перед лицом технологического прогресса.

Чем резиньяция отличается от родственных понятий?

· Смирение — может быть духовным подвигом, активным принятием воли высших сил.
· Апатия — эмоциональное состояние, безучастность, часто болезненная, лишённая рефлексии.
· Фатализм — вера в предопределённость, которая может быть агрессивной и воинственной.
· Резиньяция — это интеллектуальный волевой акт отказа от борьбы, часто с налётом грустной иронии и усталой мудрости. Это капитуляция, возведённая в принцип.
Если настоящий герой  как умеет борется с мирозданием, пытаясь его "перевернуть"(не в прямом смысле, а хотя бы своим  интеллектом), то «герой» депрессивно-бытового манифеста резиньякции — его полная противоположность. Он не борется. Он резиньировал. И построил целую философию на этой тотальной, спокойной, бытовой капитуляции.

Мы знаем классические примеры борьбы с мирозданием:
Бунт Мерсо из "Постороннего" Альбера Камю против бессмысленной судебной машины и условностей общества, который вырастает до конфликта с безразличной вселенной.
Человек сопротивляется несправедливым законам бытия.
Он восстаёт против универсальных законов: против смерти, против страдания, против несовершенства человеческой природы.

Ещё классический пример: Прометей, похитивший у богов огонь для людей. Он борется не просто с Зевсом, а с установленным миропорядком, в котором люди обречены на жалкое существование.
А разве не боремся мы с мирозданием, когда восстаём против пределов человеческого познания?  Когда не только литературный герой,  но и любой человек стремится познать непознанномое, выйти за границы, положенные человеку (физические, моральные, интеллектуальные)?
А доктор Фауст, продающий душу за абсолютное знание и могущество? Разве он не борется с мирозданием?...с самим пределом человеческих возможностей?

Тем, кто пугает само слово "борьба", пусть станет привычным слово "резиньякция", идеально завершающее человеческую жизнь даже не в преклонном возрасте, потому что оно — суть этой анти-героической позиции.