Король поэтов Игорь-Северянин

Такого почёта он был удостоен на поединках поэтов в Политехническом музее от любителей и знатоков поэзии в 1918 году, победив Маяковского.
Для меня как воспитанного советской системой до недавнего времени он выглядел как поэт пресыщенных интеллигентов и экзальтированных  дамочек и несколько примитивным и высокомерным футуристом со своими знаменитыми стихами «Ананасы в шампанском» и «Это было у моря».
Мандельштам тогда едко о нём (уверен – от зависти) отозвался, но то был первый период эго-футуризма И-С, который он завершил к 1913 году.  А в противовес Мандельштаму, только ещё приобретающему известность, авторитетный поэт и литератор Фёдор Сологуб с любовью оценил «капризные, лёгкие, сверкающие и звенящие» стихи Северянина и покровительствовал ему.

И, чтобы установить какую-то истину хотя бы для себя, я решил для сравнения с его стихами перечитать стихи Мандельштама, Блока, Есенина, Цветаевой.
И вывод - он великолепный стихотворец и поэт высокого уровня художественности и мастерства!
По моему, он не хуже Блока, но Блок печален, а Игорь Васильевич – ироничен. По некоторым «поэзам», так он по называл свои стихи, они похожи  с Сашей Чёрным. И как Саша, он тоже жил за рубежом до оккупации СССР Эстонии, но был активнее и выступал с  эстрады в европейских странах. К тому ж был красив, спортивен (лыжник), остроумен и популярен.
Творец поэз (он придумал этот термин) в отличие от Блока, который принял сторону большевиков и погиб, перестав писать, живя в Эстонии, в 200 км от Петрограда, не изменил своей стихии и называл себя не эмигрантом, а дачником.

Вот некоторые интересные сведения о нём от составителя полного собрания сочинений в одном томе (издание 2017г.) М.Т.Петрова.
Он был первым публичным поэтом в России. Первопроходцем во многом. Выступал в роли эстрадной звезды.  Называл себя гением. И возмущённые критики были против: его казавшегося вычурным словотворчества; публичности; мелодекламации в чтении (тогда того ещё не было). Раздражал и его псевдоним, да и другое, как – огромная популярность у женщин, покровительство знаменитостей (даже заступничество княжны Юсуповой и В.Бехтерева), издание эксклюзивных книг, на александрийской бумаге  с переплетением в золотую парчу и в специальных картонных коробках, не прекращающиеся «поэзоконцерты» по стране во время первой мировой.
У него было несколько жён и любовниц и масса поклонниц.
Был влюбчив. Своим пассиям посвящал стихи.  Но потерянная родина и послевоенная Европа, которой было не до стихов – не давали средств к существованию. Жили бедно.

Один из значительных политиков времён революций, журналист и писатель  Василий Шульгин так описал его по впечатлениям 1931 года в своём дневнике. Игорю Васильевичу Лотарёву (Северянин – часть псевдонима)  тогда было  44 года.
«Он был высокий, худой, очень сутулый. На голове черная грива. Вот тебе и Северянин! Голос у него был глуховатый; но довольно сильный; звучавший в большой зале. Он читал свои стихи хорошо, в своей собственной манере…
В частной жизни он был скромный, тихий, молчаливый. Но не угрюмый. Он молчал, но слушал внимательно и охотно; и на губах его была добрая улыбка. В этой улыбке обозначалось одновременно и что-то детское, и что-то умудренное… В эту свою пору, он как бы стыдился того, что написал в молодости; всех этих «ананасов в шампанском»; всего того талантливого и оригинального кривлянья, которое сделало ему славу. Славу заслуженную, потому что юное ломанье Игоря Северянина было свежо и ароматно…
Его лира устала от побрякушек, хотя бы и тонко-ювелирных; ему захотелось заниматься бронзово-гранитным творчеством; оставить память по себе. И струны его лиры стали звенеть на темы о родине и на гражданские мотивы».

Мудрость и глубокая вдумчивость по отношению к жизни  проявились в его поэме «Солнечный дикарь», созданной в 1924 году (опубликована лишь в 1964 в сборнике «Уч. зап. ТГУ», вып. 184, Тарту). Его провидческие суждения в этом произведении о войнах, правителях  и людях актуальны и сегодня.
В сборнике «Медальоны» стихи с характеристиками  более сотни деятелей искусства, в том числе поэтов -  Пушкина (наиболее почитаем), Лермонтова, Ахматовой, Бальмонта, Блока, Брюсова (с осуждением), Бунина, Вертинского (весьма не лестно), Цветаевой, Гиппиус, Есенина («благочестивый русский хулиган»), Маяковского (противоречиво, но Северянину он симпатичен).

Вот что он написал в «Медальонах» в 1926 году о себе.

Он тем хорош, что он совсем не то,
Что думает о нём толпа пустая,
Стихов принципиально не читая,
Раз нет в них ананасов и авто.

Фокстрот, кинематограф и лото –
Вот, вот куда людская мчится стая!
А между тем душа его простая,
Как день весны. Но это знает кто?

Благословляя мир, проклятье войнам
Он шлёт в стихе, признания достойном,
Слегка скорбя, подчас слегка шутя
Над всею первенствующей планетой…
Он - в каждой песне им от сердца спетой,
Иронизирующее дитя.

В последние пять лет решился обзавестись новой семьёй, что создало большие хлопоты и расходы. И получилось написать только несколько стихотворений (сведения из сборника Аллы Марченко).  Страдал как человек и поэт вдали от России. Болел. И рано умер. Похоронен в Таллине в 1940, когда Эстония вошла в СССР.
Но не сбылось его пророчество - «как хороши, как свежи будут розы, моей страной мне брошенные в гроб».*
 
Примечания
* Первый сборник стихов Северянина будет издан в СССР в 1975 г.