Песни ландскнехтов

Правда наемника

Ты грезишь о славе? О звоне наград?
Поверь мне, малец, здесь не рай, а лишь ад.
Я видел таких — с чистым сердцем в груди,
Их кости белеют теперь позади.
Наёмник не рыцарь из сказок былых,
Он кормится горем и стоном живых.
Мы — волки, что рыщут в полночной тени,
Забудь про пощаду - себе то не ври.

Золото пахнет не мёдом, а гнилью,
Слава твоя обернётся лишь пылью.
В нашем труде нет места для слёз,
Только железо и лютый мороз.
Хочешь богатства? Готовься убить,
И совесть свою в крепком Эле топить.

Ты думал, мы бьёмся за правое дело?
Мы бьёмся за то, чтоб мошна тяжелела.
Сегодня ты жжёшь чей-то мирный очаг,
А завтра твой труп обглодал вурдалак.
Здесь нет ни друзей, ни знамён, ни богов,
Лишь список контрактов и горы долгов.
Твой меч станет тяжким от пролитых бед,
И в зеркале ты не узнаешь портрет.

Посмотри на меня — я из шрамов и тьмы,
Мы все у войны взяли душу взаймы.
Ты хочешь как я? Доживать в кабаке,
Сжимая лишь медный грошик в руке?

Золото пахнет не мёдом, а гнилью,
Слава твоя обернётся лишь пылью.
В нашем труде нет места для слёз,
Только железо и лютый мороз.

Иди же домой, пока цел, пока жив...
Война — это просто красивый призыв...


Ландскнехты

В полях, где ворон вьёт круги,
Идут наёмные полки.
В разрезах пёстрых их одежд
Нет места свету для надежд.

Сталь блещет холодом в ночи,
В руках тяжёлые мечи.
Где шёл ландскнехт — там гаснет свет,
И жизни больше в сёлах нет.

Они не знают слов любви,
Их руки вечно во крови.
Лишь барабан в тиши гремит,
И враг поверженный лежит.

Сквозь дым пожарищ и туман
Идёт их страшный караван.
Никто не вспомнит имена,
Когда закончится война.

В пустых глазницах лишь азарт,
Судьба их — ворох старых карт.
Истлеет шёлк, остынет медь,
Останется одна лишь смерть.

Скелет в берете над толпой
Ведёт их в бой лихой тропой.
За звон монет, за блеск вина
Им смерть — родимая страна.

Земля черна от их сапог,
Их бог — нажива и порок.
Где пировали за столом,
Теперь лишь пепел да разлом.

Когда ж последний грянет час,
Огонь в глазах навек погас.
В сырой земле, в глухой тени
Лежат забытые они.

Не слышен смех, не льётся эль,
Лишь воет в шлемах их метель.
Над грудой ржавых их оков
Нет ни молитв и ни крестов.


Марш ландскнехтов

Бьют сапоги по дороге пыльной!
Шёлк на плечах и доспех наш стильный.
Пика в руках — страшный зверь.
В нашу удачу, приятель, поверь!

Кто мы?
Ландскнехты!
И этим всё сказано!
Наши заботы
С войною связаны!
Скажут: «В пролом!» — и вперёд, ребята!
Кровью и сталью
Добудем злато!
Кто мы? Ландскнехты! Гордость и пламя!
Пёстрое в небе полощется знамя!
Звонкий гУльден — вот железное слово!
Жизни отдать мы за них готовы!

К чёрту сомнения! Совесть — в кружку!
Выкатим к полю стальную пушку!
Воин! Наёмник!
Пёс! Мародёр!
Смерть разжигает кровавый костёр!
Помни!
Помни!

Кто мы?
Ландскнехты!
И этим всё сказано!
Наши заботы
С войною связаны!
Скажут: «На штурм!» — и вперёд, ребята!
Кровью и сталью
Добудем злато!
Кто мы? Ландскнехты! Гордость и пламя!
Бьёмся во славу! Не ради славы!
Звонкий гульден — вот железное слово!
Жизни отдать мы за них готовы!

Выбыл камрад? Становись на место!
Мы из крутого замешаны теста!
Горько во рту от пороховой прозы.
Дождь из свинца выжигает слёзы!

Кто мы?
Ландскнехты!
И этим всё сказано!
Наши заботы
С войною связаны!

Скажут: «На штурм!»
И вперёд, ребята!
Это и значит: быть солдатом!

Левой! Левой! Шаг чеканя...
В пёстром строю, в грозовом тумане...


Рви их, ландскнехт

Грязь по колено, в брюхе — пустота,
В глазах не Бог, а только темнота.
Напротив — «коровы», швейцарская мразь,
Мы втопчем их белые крестики в грязь.
Не будет пощады, не будет пленных,
Только ошмётки в канавах презренных.
Зубы оскалены, пика дрожит,
Тот, кто упал, — уж не убежит.

Рви их, ландскнехт, жилы тяни!
В адские бездны врага столкни!
Нет здесь людей, только бешеные псы,
Смерть положила кишки на весы.
Эх, запевай, чтоб дрожала земля,
Кровью чужою намокли поля!

Пика вошла под ребро со свистом,
Был ты солдатом — станешь мясистом.
Сапогом по лицу, чтоб кости хрустели,
Мы этой крови так долго хотели.
Хрип из пробитых, гнилых лёгких,
Нет здесь путей — ни прямых, ни лёгких.
Брат на брата? Нет, зверь на зверя!
В милость небес мы давно не верим.

Бей! Круши! Режь! Топчи!
Пусть захлебнутся в крови палачи!

Рви их, ландскнехт, жилы тяни!
В адские бездны врага столкни!
Нет здесь людей, только бешеные псы,
Смерть положила кишки на весы.
Эх, запевай, чтоб дрожала земля,
Кровью чужою намокли поля!

Вороны сыты, в поле покой...
Кто-то не вернётся сегодня домой.
Лишь грязь и железо, лишь гарь и вина...
Будь ты проклята, эта война.


Павший Рим

Стены пали, и город открыт,
Слышен топот железных копыт.
Мы голодные волки в садах,
Нам не ведом ни стыд и ни страх.
Золотой Ватикан задрожал,
Кто не спрятался — тот и пропал.
Нам плевать на святые посты,
Мы сжигаем дворцы и мосты.

Эх, Рим, ты сегодня в огне,
Мы гуляем на этой войне!
Рви парчу, выбивай ворота,
В кошельках теперь не пустота!
Ландскнехт пьёт из святой чаши сок,
Наступил твой последний срок.

В алтарях мы разводим костры,
Наши сабли сегодня остры.
Папа спрятался в замке своём,
Ну а мы здесь по-чёрному пьём.
Жги картины, тащи серебро,
Нам сегодня плевать на добро.
Грязь сапог на мраморных лбах,
Город тонет в горьких слезах.

Дым над Тибром, и стоны в ночи,
Не помогут теперь палачи.
Всё, что копилось веками в тиши,
Мы заберём для пропащей души.

Эх, Рим, ты сегодня в огне,
Мы гуляем на этой войне!
Рви парчу, выбивай ворота,
В кошельках теперь не пустота!
Ландскнехт пьёт из святой чаши сок,
Наступил твой последний срок.

Вечный город... Пепел и прах...
Только ветер гуляет в стенах.


Молитва ландскнехта

Погляди на меня, Боже, сверху вниз,
На коленях стою — это мой каприз.
Завтра снова в поход, завтра снова в дым,
Дай мне, Господи, выйти из боя живым.
Не за веру прошу, не за чей-то трон,
Слышишь стали моей погребальный звон?

Дай нам, Боже, злата, чтоб звенело в горсти,
Дай вина покрепче, чтоб грехи унести.
Дай девчонку в кабаке, чтоб забыть про страх,
Чтобы сладко спалось на её руках.
Эх, судьба-злодейка, пика да сума,
От такой молитвы можно сойти с ума.

Мы не святы, Господь, мы в крови по локоть,
В наших душах лишь гарь да густая копоть.
Но другой мы дороги не знали вовек,
Я всего лишь наёмник, простой человек.
Ты прости нам разбой, ты прости нам Рим,
Мы в аду, если надо, за всё догорим.

А на небе звёзды — как искры костра...
Дожить бы, дотянуть бы нам до утра.

Дай нам, Боже, злата, чтоб звенело в горсти,
Дай вина покрепче, чтоб грехи унести.
Дай девчонку в кабаке, чтоб забыть про страх,
Чтобы сладко спалось на её руках.
Эх, судьба-злодейка, пика да сума,
От такой молитвы можно сойти с ума.

Злато, вино, да ласка в ночи...
Слышишь, Господь? Ну, тогда помолчи.