Глава 5

История одного вымышленного дома

Глава 5

Дух Олеси нависал над Андреем, пристально изучая его жизнь. Она вглядывалась в каждую деталь — в его привычки, в его мысли, в строки написанной им книги. В этих строках она видела не просто слова: перед ней раскрывалась душа человека — трепетная, искренняя, полная невысказанной глубины.

И тогда в Олесе заговорило то, чего она не могла предвидеть: молодость, женственность, жажда любви. Постепенно, незаметно для себя, она начала влюбляться в Андрея. Её сердце отзывалось на его искренность, на тихий свет, что исходил от его существа.

В ней боролись две силы, словно две чаши весов, дрожащие в неустойчивом равновесии:

Девичья влюблённость — тёплая, робкая, пробуждающая в ней желание защитить, понять, быть рядом;

Просьба умершей бабушки — тяжёлый груз долга, ледяной голос мести, звучащий в памяти как наказ.

Внимательно осмотрев Андрея — не взглядом ведьмы, а взглядом женщины, — Олеся отступила. Ей нужно было уединение, тишина, чтобы разобраться в вихре чувств и мыслей. Она ушла в старинную ведьмину библиотеку, доставшуюся ей по наследству. Полки, уставленные древними фолиантами, шептали ей тайны поколений, но ни одна из этих тайн не могла дать ответ на вопрос, терзавший её душу.

Чем больше она размышляла о просьбе бабушки, тем сильнее волна сострадания к Андрею размывала ледяные стены долга. В каждом воспоминании о нём — в его улыбке, в задумчивом взгляде, в трепетных строках книги — она видела не врага, а человека, достойного не мести, а любви.

Олеся оказалась в тупике. Её сердце рвалось навстречу новому чувству, а дух предков требовал исполнения клятвы. Она стояла на перепутье, и ни один из путей не казался ей правильным.

В тишине библиотеки, среди пыльных томов и мерцающих свечей, Олеся прошептала, обращаясь к невидимым силам:
— Что мне делать?..

Ответа не было. Лишь шёпот ветра за окном, словно эхо её сомнений, повторял: «Выбор… выбор…»