Женщины не перчатки Из цикла Мужчины о женщинах

Встретившись как-то с Владимиром Ивановиче, услышал от него, как был он в свое время на деревенской свадьбе. Мы уже были хорошо знакомы, и в этот раз он говорил как бы для себя, и мне не приходилось вставлять по ходу какие-то реплики, когда он ненадолго останавливался. А начал он издалека:

— Мой хороший знакомый, который, конечно, не менял женщин, как перчатки, но заглядывался на них, а при случае и пользовался их, назовем, благосклонностью, любил при этом повторять, что «все они одинаковые».

Кстати, перчатки он уж точно не любил менять. Мало того, что он был почти абсолютно равнодушен к собственному внешнему виду, он ещё привязывался к вещам и те же разношенные любимые перчатки тысячу раз зашивал и даже подкрашивал ободранную кожу. Точно так же можно сказать и о его привязанности к собственной жене — он волновался за её здоровье, боялся одним словом, одним звуком дать повод заподозрить себя, чтоб, упаси бог, не нарушить её безмятежный покой. Он буквально изводился, ему казалось, что он смертельно рисковал, когда изредка отправлялся на сторону. Тем не менее, когда подворачивался случай, устоять он был не в силах...

Что самое странное — неизменно повторял: «Все они одинаковые». Может быть, он так утешал свою запятнанную совесть, а где-то в глубине души считал по-другому. Но, скорее всего, по своей слишком грубоватой душевной организации, он не улавливал отличий и все надеялся, что в следующий раз ему непременно повезет, и он встретится с такой... которая перевернет все его представления о женщинах.

Многие мужчины, тоже любят при случае повторять эту старую аксиому своего пола об одинаковости женщин. Правда, большинству из этих и сравнить не с чем, поэтому эта фраза служит им в качестве утешения. При этом они добавляют, что потому они им и не нужны…

Все и во все времена, не имея богатства ли, силы, женщин, впечатлений, утверждали, что это им и не нужно. Но когда, например, на такого бессребреника сваливалось неожиданное наследство, он принимал его, до сих пор ненужное ему, да еще и начинал драться с объявившимися родственниками-претендентами за каждую ложку и чашку. Так и с возможностью взять женщину, появись таковая — ни за что не откажется ни один мужчина...

Скажут, знаем тысячи таких случаев. Согласен. Дело в том, что для затурканного жёнкой, замученного работой человека, у которого не то что гроша в кармане не найдешь, а даже сигареты приличной никогда не валялось, такая возможность обставляется сотней условий. Почти всегда для этого нужны какая-то сумма денег, квартира, минимальная привлекательность женщины, многое другое и, главное, смелость. Когда боишься жены, начальника, соседей, венерических болезней, и, наконец, истерики, претензий, преследования избранницы, лучше не браться за это, с одной стороны, самое простое, с другой — значительное мероприятие. И не берутся, мотивируя тем, что «все они одинаковые».

Но стоит мужчине попасть куда-нибудь на курорт, где почти все препятствия разом исчезают, тут-то и начинается разгул. В сущности, это относится и к некоторым женщинам, но не о них теперь речь. По крайней мере, практика организованного отдыха доказывает, что даже обеспеченный порядочный, по его уверениям, человек, которому «это не нужно», не может устоять перед неожиданно сваливающимся на него то ли наследством, то ли возможностью взять женщину.

Строгие моралисты надуются, отвернутся от такого утверждения, но даже они не станут заявлять, что откажутся от кучи денег и понесут их в бюро находок, доказывая, что никакой тетушки в Австралии, оставившей наследство, знать не знали и знать не хотят. Так и в другом случае. Природа человека по своей сути требует обладания чем-нибудь, то ли деньгами, то ли любовным партнером. При этом, как деньги не пахнут, все купюры одинаковые, так и про женщин можно сказать, тому, кто ими обладает. Но не тому, кто этого лишен. Кстати, последние и по поводу моральных качеств прекрасной половины тоже несправедливо сходятся в этом же мнении — «все они одинаковые».

Это расхожее утверждение абсолютно неправильно. Все они — такие разные. Чем больше их разных знаешь, тем больше в этом убеждаешься. Это же точно, как древний мудрец говорил о всяком знании: чем больше знаешь, тем обширнее твой кругозор соприкасается с незнаемым, тем больше возникает вопросов. Но чтобы узнать отличие, надо дать женщине раскрыться, показать себя. Да, можно работать в одной организации с женщиной, привлекательной или не очень, и по дням, по мелким событиям и её отношениям к ним узнавать её характер, её какие-то душевные свойства, даже самые наилучшие... И для чего?.. Одолжить трешку перед получкой?... Когда будут чистить на собрании за моральное разложение, уловить сочувственный взгляд?.. Поделиться планами карьерного роста?..

Ни то, ни другое, ни третье лично мне не нужно. Эти проблемы меня просто не интересуют настолько, чтобы их обсуждать с женщиной, тем более не близкой тебе. Другое дело, поговорить о высоком, о смысле жизни, например. Но говорить об этом лучше всего лёжа в постели, чтобы не ходить вокруг да около, пользуясь намеками, иносказаниями, экивоками — так, кажется, говорили наши предки. Вот тогда и можно по-настоящему узнать женщину, а не по тем её ужимкам, словечкам и вихляниям бедрами, которые предназначены для публики в широком смысле слова: от старушек на лавочке у подъезда до возможного жениха из числа молодежи.

За час или несколько, прошедших с открывания бутылки шампанского до умиротворенных, а то и настороженных разговоров после этого самого, о женщине узнаешь столько особенностей, часто никогда не слышанных, сколько их не накопишь, ежедневно встречаясь и болтая на работе.

Разумеется, и сотой доли не узнаешь за это время, но всё же многое. Это понятно. Решившись на близость с мужчиной, женщине, скорее всего, кажется, что ему можно рассказать почти всё. Зря они это делают — не каждый похож на меня, не каждый способен быть порядочным слушателем, не разглашающим доверенное только тебе. Знаю, многим нелегко долгими минутами без равнодушия и ухмылок слушать иной раз настоящий словесный ливень, да еще собственной мимикой удивления, радости, огорчения усиливать его. Зато можно ожидать и «тихий дождь», который, правда, грозит вызвать губительное для него твое незаметное засыпание. Главное, не каждый удержится потом, чтоб не рассказать о сокровенном чужого человека да еще едва ли не с указанием адреса.

Впрочем, женщины всегда настороже и редко, сказав многое, скажут лишнее. С другой стороны, у многих и нечего сказать... Иногда, я тоже ловлю себя на мысли, что «все они одинаковые». Но это происходит только тогда, когда я вот так абстрактно думаю о них. Достаточно мне вспомнить кого-нибудь конкретно, и я вижу, что сильно похожих на неё я никогда не встречал...

Женщины не перчатки. Это их можно наштамповать тысячи одинаковых. Но даже они после носки, притершись к владельцу, становятся непохожими друг на друга. Наденешь чужую и сразу чувствуешь — не твоя, и следующая не твоя... Кстати, с женщинами похожее происходит: когда привыкнешь — узнаёшь не глядя. И так же узнавание это приедается, как надоевшие перчатки... Зато новые объекты вызывают прилив эмоций…

Вспомнилось по этому поводу, как гулял я когда-то давно на деревенской свадьбе инженера из нашего института. Держался я там вместе с сотрудницей, которую на работе уже считали моей пассией. Известно, на свадьбе много соблазнов в виде пёстрого вкрапления женских персон в более темную и медлительную мужскую массу. Почти не поддавался я искушениям, по крайней мере, большую часть времени не отходил от своей старой знакомой. Благо, чем больше присматривался к ней, тем приятнее она мне казалась. Да и её отклики на мои комплименты и подмигивания становились всё веселее и смелее. К концу дня мы совсем сблизились, целовались почти в открытую, и она уже перестала хвататься за мою руку, когда, как ей казалось, та появлялась не там, где нужно. Такому нашему поведению способствовала безмятежная хмельная обстановка, когда подобные моменты улавливают разве что наблюдательные старушки, да и они только переглядываются и посмеиваются.

С ночлегом мне повезло. В соседнем доме пожилая хозяйка, посетовав, что все койки заняты, предложила нам с Тамарой устроиться на большой русской печке. Настелила там ватных одеял, чтобы не припекало снизу и было помягче, набросала подушек. Моя подружка немного скривилась, но делать нечего, как-никак не в одну постель укладывают ее с парнем, а всего лишь на одну печку. В дальний угол она забралась, платье сняла, оставшись в модной тогда комбинации и легким одеяльцем защитилась от холода и прочих невзгод. Мне одеяло было ни к чему. Прилег рядом, а тут и свет выключили — сигнал для меня…

Только мы поцеловались, пообнимались немного, как хозяйка приводит из передней комнаты уже с фонариком какую-то даму и советует ей прилечь на краешке печи. Мол, места много, молодежи она не помешает, а больше все равно лечь негде. Та и устроилась чуть ли не рядом со мной, тоже одеялом прикрылась.

Нарушили слегка наше начало, но опять темнота, тишина — надо продолжать. Моя Тамарочка немного поупиралась, но…как в песне поется,  «я поцелуями покрыл ее усталое чело…» Успокоилась, как будто и отзываться на ласки стала, правда, до определенного предела. Начала всерьез дергаться, когда стал ощупью определять, насколько гладкая и скользкая ее шелковая комбинация… Переждал, чтоб точно все уснули. Снова попытался — ни в какую…

Разозлился, разнервничался, затаился. Полежал, полежал, успокоил сам себя. Чего, думаю, я к ней привязался? Под венец с ней не ходил, да и стоит ли идти?.. И тут меня осенило. Ведь рядом другая. Какая мне разница? А женщины все одинаковые. Вспомнилось, что соседку по печи видел на свадьбе, нормальная, хотя понятия не имею, кто и откуда. Да и зачем мне это. Сегодня день такой, когда у всех кровь играет…

Повернулся и стал те же движения делать, что и раньше, только другой рукой… Молчание, не дергается… Потом самые плавные движения начались, да именно те, по которым понятно, что отзывается женщина на ласки…

Тут, моя прежняя, фыркнула, вскочила, убежала в переднюю. Там потом в кресле её хозяйка утром и нашла. Ну, думаю, вот теперь и мне расслабиться можно по-настоящему. Хорошо, что все эти такие одинаковые женщины — такие разные.

До сих пор помню ту прекрасную ночь на жаркой печке. Утром проснулся — рядом никого. За стол сели, не могу толком признать, кто тоже запомнит навсегда эту ночь. Не сразу догадался, которая…

Встречались потом не раз. Она оказалась старше меня. Претензий друг к другу не имели, на более серьезные отношения не рассчитывали. Расстались друзьями. Ну, а Тамара… Она в соседнем бюро работала — видел её редко и раньше, а после свадьбы и ещё реже…

Женщины не перчатки, но в тот раз я сменил одну на вторую быстрее, чем рукавицы сбросить, надеть… Что ж, повезло и первой: сразу мою сущность раскусила. Повезло и второй: радость ей доставил. Каждому — в соответствии с характером…