Безжалостное время

Людмила Антошина шла в магазин, когда её окликнула Анька Чудинова.

-   Люська, смотрю на тебя и диву даюсь. Какая ты была красавица и что с тобой стало теперь. Возле глаз гусиные лапки, они так тебя портят, прям, всё лицо твоё стало старым и неприятным.

Людмила не стала слушать дальше, ускорила шаг, чтобы не принимать участие в бесполезной беседе.
Но на следующий день Анна вновь её остановила.

-   Люська, а волосы твои, Боже мой… Какие косы были, бывало, распустишь их, а они волнами падают, аж ниже спины. А нынче… мышиные хвостики торчат из-под косынки, прям, грустно мне от такого вида, в душе такой осадок, даже плакать охота…

Людмила лишь посмотрела на разговорчивую селянку и пошла дальше, надеясь, что та, наконец, угомонится.

«Угомонится», то не про Анну, она и в третий раз стала доставать Людмилу.

-   Люська, а фигура какая у тебя была, ну точно осиная талия, а что сейчас… Обрубок какой-то, ну что с тобой времечко сделало? Ой, грустно мне, ой, сердце разрывается на части.

На этот раз Людмила не выдержала:

-   А ты на себя давно в зеркало смотрела? Ты глянь, Анька, разок-другой и всё станет на свои места. Сразу и грусть улетучится, и душа твоя успокоится. На десять своих подбородков посмотри, на живот, видя который создаётся впечатление, что ты пятерню вынашиваешь, на ноги кривые и на всё остальное. Ты, Анна, наверное, считаешь, что всё вокруг меняется, а ты прежняя? А ты не подумала, что и мне на тебя смотреть грустно и осадок в душе, как тот валун огромный, что лежит на берегу нашей речки. С себя начинай, сначала на своё отражение почаще зыркай в зеркало, а потом уж и на других. Договорились? Вот и умница…