Давным-давно начало...

Давным-давно

Когда этот рассказ еще не был дописан, я, с ужасом подумал, что со времени, в котором живут и действуют мои герои прошло больше пятидесяти лет. Целая жизнь.
А что, по сути, изменилось в человеческих отношениях? Мир стал более циничным? Вряд ли. Более целомудренным? Не смешите меня…
Разве события, описанные в художественном произведении и по воле автора происходящие черт знает когда не могли произойти сегодня?
Давайте так, те кому претит столь древняя история пусть считает, что герои живут сегодня в 2026 году …
Уверяю вас, ничего не изменилось…Легко можно было указать годом действия, например год 2024,5,6…

Какой тяжелый сон, сердце колотится где-то в области живота, испарина на лице, потряхивает. Опять, подумал Павел, опять тот же сон.
Все ведь тогда обошлось, на самом деле после Танькиных слов и ее стремительного бегства он услышал всплеск воды и бросился к стенке обшитого гранитом Итальянского пруда, но ничего в воде е увидел. Скорее всего с берега в воду сорвалась глыба слежавшегося снега. Их много свисало с гранитных стенок.
Но ее последние слова, мол пойду утоплюсь, застряли в мозгу и снятся ему по сей день.
Конечно, он не собирался ничего, в отношении нее предпринимать, вообще не воспринимал ее, как объект внимания, тем более сексуального.
Ну тетка, ну не то, чтобы тетка, но никак не девочка. С его точки зрения, точки зрения двадцатилетнего парня эта смешно одетая неопределенного возраста пожилая девушка со вставными железными зубами и кичкой на голове, поскольку уж им довелось вместе работать требует внимания не более чем жарочный шкаф, который находится в ее ведении.
Сейчас, покуда ресторан куда он устроился на работу находится на ремонте директриса направила его на работу в кондитерский цех, находящийся на другом конце города…
Шел, точнее уже подходил к концу 1974 год. Пашка только-только демобилизовался из красной армии, где благополучно прослужил поваром два года в учебном инженерном батальоне в курортной зоне Ленинграда. Там он, совсем зеленый салага приобрел незабываемый опыт работы на больших объемах в солдатской столовой и наконец-то получил настоящий сексуальный опыт, сначала с одной, а потом и с другими безотказными медицинскими сестричками из общежития для персонала при огромном онкологическом центре именуемом «Центральным П…до хранилищем, сокращенно ЦПХ, находящемся в пешей доступности от его войскового соединения.
После чего почувствовал себя настоящим мужиком.
Вернувшись домой, он, быстро и благополучно вступив в половые отношения со своей старинной подружкой, которая когда-то не дала ему, а за два года его отсутствия успела выйти замуж, родить ребенка и развестись.
И потому, теперь была готова и давать и в рот брать, готовой была к самым необузданным страстям, от которых так опрометчиво отказалась в юности, но где-то за столь короткий срок им обучилась.
Удивительно, несмотря на кажущуюся сдержанность она оказалась замечательной сексуальной партнершей, которая, на фоне его незначительного мужского опыта прямо-таки светилась от своего неистового желания и неутомимости.
Ему же, двадцатилетнему здоровому парню ничего не стоило соответствовать ее, порою неожиданным, но все-таки несложным сексуальным запросам и даже потом, спустя годы он будет вспоминать эти многочисленные его и ее до изнеможения яркие оргазмы.
Когда он впервые, ухватившись за подол ее платья потянул его вверх стащил и вывернул вместе в комбинацией, непременным атрибутом женского нижнего белья в те героические годы и увидел сквозь плотный эластик колготок черные трусы с высокой посадкой и черный же лифчик его и без того торчащий колом дернулся ибо черное белье он видел впервые, искренне считая, что женщины предпочитают более светлые оттенки. С тех пор черное белье на партнерше служило для него дополнительным стимулом для возбуждения.
Тогда же бывшая скромница быстренько стянула с себя колготки и деловито принялась расстегивать его узкие в бедрах и широкие внизу, по моде тех лет штаны, с которыми справилась очень ловко и сдернув их влезла в узкие белые трусы  вынула гудящий от напряжения орган и тут же погрузила его в рот, ошеломим его столь неожиданным поступком заставившим откинуть голову, прикрыть глаза и отдаться восприятию новых для него ощущений.
Потом она позволила и помогла ему снять с себя оставшееся белье и опять завладела инициативой поместившись сверху и предоставляя в его распоряжение различные части своего оказавшегося плотным и горячим тела.
Наконец, оседлав его, погрузив член в себя без остатка, зажала ногами узкие бедра и несколькими сильными движениями довела его до оргазма испытывая при этом и сама наивысшее наслаждение, сопровождаемое громкими стонами, почти криком…
Такая яркая связь, безо всяких обязательств вполне его устраивала и, покуда ничего интересного на горизонте не наблюдалась он занимался поисками работы, а не партнерши, не ища добра от добра.
 
С работой все более-менее определилось. Один из лучших в городе ресторан ждал его, а он ждал его открытия после ремонта.
Временная работа в кондитерском, а скорее пекарском цеху, поскольку готовили там в основном изделия из дрожжевого и песочного теста его не напрягала, а напротив обогащала опытом, который, как он уже понимал рано или поздно пригодится в жизни.
Вольно-невольно, а и в чисто женском коллективе общаться приходилось, больше всего его полюбила заведующая цехом которую звали запросто Гавриловна, она была несказанно рада, когда в ее женском, как она выражалась бл…ском коллективе наконец-то появился мужик.
Он быстро вошел к ней в доверие и в пятницу - день отоваривания она, как обычно переругавшись со всеми своими сотрудницами, несмотря ни на что поручала Пашке оделить каждого продуктовым набором состоящем из клетки яиц, масла, сахара и прочего того, что удалось сэкономить за неделю работы.
Поскольку в цеху работали одни бабы он старался не заходить в гардероб для персонала, дабы не смущать их, переодевался в коридоре, а в гардероб заходил только повесить одежду и вот однажды случайно открыв дверь увидел там не успевшую одеться Татьяну.
И был поражен не столько тем, что у нее оказывается неплохая фигура, сколько тем, что на ней, довольно молодой женщине было надето допотопное нижнее белье, панталоны и чулки с поясом, каких никто из его знакомых пассий давно не носил, обходясь трусами и колготками.
Этот случай, как ни странно, пробудил у Павла интерес к особе, которая в свои довольно небольшие, а он навел справки, ей двадцать пять лет так странно одевается.
Обнаружилось вдруг, что у нее неплохие ноги, которые на работе она и не думает прятать, а напротив подвязывает фартук вокруг бедер, юбок работницы не носили, обходясь обернутым вокруг тела длинным белым фартуком, довольно коротко из чего он сделал вывод, что панталоны она на работе не носит, иначе они наверняка выглядывали бы из-под короткого фартука.
Ноги стройные с круглыми коленками и не худые, он почему-то не любил у девушек тощих ног. Одно дело, когда ты забрасываешь себе на плечи плотные голени, а не палки костлявые. Здесь можно даже уступить в длине и ляжки притом должны быть упругими.
Правда он с трудом представлял себе Танины ноги на своих плечах, больше всего его смущали штаны, если резинки от пояса еще как-то могли считаться предметом эротическим, то байковые тепленькие штанишки чуть ли не до колен могли отбить охоту у любого, даже у такого безотказно возбуждающегося юноши как Паша.
Опять же вязаные кофты и юбки за колено. В те героические годы на смену радикальному мини уже пришли миди и даже макси, но это где-нибудь в районе Невского проспекта. Там было на что посмотреть, и патлы до плеч и те самые макси и доморощенные хиппи, одетые в экзотические хламиды и военные френчи армий НАТО и советской армии без погон тоже…
Здесь тоже ведь, отчасти миди, а по сути, просто юбка за колено. Молодая девушка могла бы одеваться как-то иначе, тем более, как удалось рассмотреть и нога под ней и талия и бедра, настоящие женские. И, хотя в моду стали входить девушки без бедер с так называемой мальчишеской фигурой аппетитная попка у девушки всегда будет на шаг впереди относительно узких юношеских бедер.
Началось все после небольшой пьянки, случившейся по окончании работы по случаю дня рождения одной из сотрудниц.
Выпито было много, к удивлению Павла, Татьяна пила портвейн с ним наравне и почти не пьянела, правда по мере всасывания спиртного организмом становилась оживленнее и разговорчивее. Даже лицо у нее изменилось, ушло обычное выражение сонливости и бледность. Глаза заблестели, щеки порозовели, то и дело появлялась улыбка, довольно милая, если бы не некоторое количество блестящих металлических зубов во рту, какие нынче можно встретить в основном в сельской местности, да и то у пожилых людей.
Непонятно откуда у молодой девушки в семьдесят четвертом году в Ленинграде во рту такой раритет, не может быть что ей это безразлично. Не зря же она постоянно пытается прикрыть рот. Значит это ее смущает.
Глядя на Татьяну, Павел все более находил в ней интересное и не только во внешности, даже скорее не во внешности, а в манере вести беседу, смущаться и улыбаться, прикрывая рот ладошкой. Отвечать почти не думая, а потом, если ляпнула невпопад делать круглые глаза и поправляться.
Кончилась пьянка тем, что Паша отправился провожать Татьяну домой.
Всю дорогу он рассказывал ей смешные истории заставляя смеяться и, соответственно прикрывать рот.
Жила она в старой кирпичной пятиэтажке на последнем этаже в трехкомнатной «распашонке» с мамой и братом. Папа, носитель экзотического имени Ульян к тому времени уже благополучно скончался.
В квартиру его естественно не пригласили, предложили распрощаться внизу у подъезда. Юноша пылкий и целеустремленный он не мог оставить все без последствий и потому, к изумлению Тани, не привыкшей к такому обращению, да и вообще не имеющей опыта свиданий, затащил ее в тамбур между входных дверей и, воспользовавшись темнотой облапил, влез за пазуху, расстегнул  передние пуговки лифчика, опустил его на живот и добрался до груди, грудь оказалась мягкой не дряблой как у поживших женщин, но и не упругой, как у юной девушки. Затем попытался задрать юбку, но был решительно остановлен, все, что ниже пояса, покуда было ему недоступно. Правда он крепко прижался своим эрегированным членом к ее бедрам и по ее реакции понял, что она это ощутила и оценила, в любом случае это не оставило ее равнодушной. 
Выполнив программу минимум, снимать сексуальное напряжение он отправился к старой подружке.