Мариенгоф, которого похвалил Бродский

Мой Бел Город. Мариенгоф, которого похвалил Бродский
Поэт Лев Харченко представил в книжном клубе «Между строк» научной библиотеки роман поэта Анатолия Мариенгофа «Циники» (1928), предварив его вопросом: «Как эмоционально выжить в историческую эпоху?» В смысле, в эпоху, в которой хотя бы выжить.

Исторический разбор одним поэтом — другого сам по себе представляет интерес, имажинистские образы Мариенгофа, шокирующие своей странностью, с литературной точки зрения привлекательны, но читатель часто остаётся в недоумении. Здесь слово взяли филологи и любители словесности, и завязалась жаркая дискуссия, получился хороший разговор о литературе, зачинщиком которого стал Лев Харченко.

Роман «Циники» интересен тем, что он написан поэтом, представляет собой как бы стихи, написанные прозой, причём с поэтическим «безумием», соединяющим высокое с низким, в этом была новизна имажинистов, уже своим именем намекающая и на связь с акмеистами и прочими «истами» начала ХХ века. Она действительно была, но была прервана революцией 1917 года. Имажинисты, в небольшом числе, но во главе с Сергеем Есениным, пытались продолжить «серебряные» традиции начала ХХ века на почве советской действительности, в ревущие послереволюционные 1920-е годы.

За эти голодные и нэпмановские годы сегодня нам стыдно, за то, что они были бессовестны, были циничны, об этих годах рассказывает в романе «Циники» Анатолий Мариенгоф, поэтический друг Сергея Есенина, между прочим. Мариенгофа вспоминают сегодня больше как друга Сергея Есенина, только один поэт Иосиф Бродский отметил его роман «Циники», назвав его одним из «лучших романов в плане языка», и это до сих пор самая высокая оценка творчества Мариенгофа. Поэт поддержал поэта?

Читая «Циников», вспоминаешь «Окаянные дни» Ивана Бунина, которые были опубликованы раньше и представляют дневниковые записи писателя о революционных годах в России; «роман» Мариенгофа, по сути, тоже дневник, о постреволюционных годах в России, который замаскирован под любовный роман, по понятным причинам. Опубликованы «Циники» были в Европе, и предназначались автором, на наш взгляд, для эмигрантской литературной публики, его прочитали, но не оценили.

Критик Ю.Айхенвальд назвал роман «негигиеническим; ценным для патологии», Иван Бунин так вообще обозвал Мариенгофа «пройдохой и негодяем». Мнение нашей эмиграции об этом романе, и самом Мариенгофе, конечно, весьма пристрастное, Иван Бунин вообще никого не пощадил из оставшихся в Советской России поэтов, всем досталось от академика русской словесности. У себя дома автор имел за роман большие неприятности, приносил извинения, попал в опалу, но этим и отделался. В СССР «Циники» были опубликованы только в 1988 году.

Все эти неприятные последствия были весьма предсказуемы, но, надо отдать должное смелости Мариенгофа, они его не остановили, и он оставил нам ценное и талантливое свидетельство о послереволюционных годах в России.

«Циники», наверное, лучший роман 1920-х годов, написанный в России, в этом можно согласиться с Бродским, и это «форточка» для нас в те годы, в шокирующую эпоху... цинизма. Это был способ выжить, цинично смотря на всё: на жизнь, на смерть и на любовь. В конце концов, цинизм убивает его носителей, главная героиня - Ольга кончает жизнь самоубийством. Её возлюбленный Владимир остаётся жить, но финал романа остаётся открытым, дневник Владимира не дописан... И вспоминается метафора Мариенгофа: «...зацелованный пулями....»

Надо сказать, этот книжный клуб, и другие, арт-клубы, и театр «Спичка», стали каким-то эмоциональным пространством, в котором отражаются разные исторические эпохи, события, вечные проблемы, и хорошо, что это пространство сегодня у нас есть, и есть люди, которым это интересно.

Потому что... великая русская литература, пожалуй, уже за холмом. «Золотой век», предреволюционный «Серебряный век», революционный «Красный век» с имажинистами, Есениным, Шолоховым, Булгаковым и другими его деятелями, уже за холмом. А дальше не видно ни зги...

Ё моё
28.01.2026