Мой Чехов

Год назад.

У каждого из нас — свой Чехов.
 Для кого-то он — строгий классик со школьной программы, для другого — мастер короткого рассказа, для третьего — беспощадный диагност эпохи.
 Моего Чехова, Антона Павловича, я открыл для себя ещё в далёком детстве, случайно взяв с полки томик с его рассказами.
 С тех самых пор любовь к этому автору не только не прошла, но с годами окрепла, превратившись из простой симпатии в глубокую, осознанную привязанность.

В нашей семейной библиотеке, пестрой и разношерстной, мирно уживаются самые разные миры.
 Поэзия соседствует с прозой, классический роман — с современной беллетристикой, художественный вымысел — с документальной хроникой. Сказочные вселенные граничат с историческими сагами и остросюжетными детективами.
 Однако Чехов занимает в этом многообразии особенное, тихое и прочное место.
 Оно — не только на книжной полке, но и где-то в самом сердце.

Почему?
 Ответ, кажется, лежит вне литературных оценок.
Его герои не остались на пожелтевших страницах вековой давности.
 Я встречаю их ежедневно: в утренней толпе метро, в разговорах на работе, в немой задумчивости человека на улице. Чеховский гений в том, что он писал не о типажах, а о вечных состояниях человеческой души.
 Его персонажи — это люди, раздираемые внутренними противоречиями; они одновременно мечтают и страдают, борются и смиряются, полны самых радужных надежд и самых горьких разочарований.

В этом и есть его магия — тонкая, ироничная и бесконечно сострадательная. Чехов не осуждает и не поучает.
Он, будто внимательный и немного усталый доктор, лишь высвечивает «боли» и «радости» своего персонажа, любя в каждом эту искру человечности, даже под слоем пошлости, страха или лицемерия. Его юмор — это не смех над, а грустная улыбка понимания.

Таким я узнал его когда-то и таким он остаётся для меня сегодня: проводником в сложный мир человеческих мотивов.
 Его рассказы — это не просто история, а ключ.
Ключ к пониманию того вечного театра жизни, актёрами в котором мы все, хотим того или нет, являемся.
 И пока в человеке живут эти противоречия — трепет надежды и горечь неудачи, стремление к идеалу и будничная рутина, — Чехов будет современен, а его герои — узнаваемы.
Потому что он писал о нас.
 Просто и гениально — о нас.