Жар сердец в Холодово

Начну, благословясь! Действие начинается в лето 2006, в вымышленных городах Московской области. События и персонажи являются вымышленными, любые совпадения с событиями, названиями организаций и объектов, фамилиями-именами-отчествами, должностями, профессиями людей являются случайными и непреднамеренными, и не имеют целью оскорбить кого бы то ни было по профессиональным или каким-либо другим признакам.
Некоторые слова приведены в аутентичной орфографии, вопреки более поздним нормам, исказившим их первоначальный смысл.

1. Вводная
Первое дежурство на новом рабочем месте следователь Татьяна Ивановна встречала благодушно. Коллеги оказались приятными людьми, начальство относилось к ней уважительно, делами ее поначалу не заваливали.
Утром ее супруг Борис Михайлович отвез детей в детский сад и «подбросил» жену до работы. Забирать детей из сада помогали хорошие соседи, которые работали в тресте газового хозяйства, они же помогли Борису Михайловичу устроиться туда на работу водителем. Автомобили были любимым делом Бориса, он мог работать и водителем и слесарем по ремонту транспорта. Сосед работал водителем на службе электрозащиты газопроводов, возил бригады на объекты, а его жена – уборщицей на этаже, где располагались кабинеты начальства.
В следственном отделе РУВД Маралюбово дежурный по городу доложил о последних происшествиях. Большее число нарушений было раскрыто по горячим следам, виновные лица были установлены. Но возникло на повестке дня дело о грабеже, именно его и поручили следователю Блиновой.
- Я еще не знаю города, мы недавно приехали в Маралюбово, - честно призналась Татьяна Ивановна начальнику следственного отдела.
- Мы знаем, но нам не легче. Город как город. Поскольку надо допрашивать многих, выезжайте для осмотра и допроса. В газовом тресте работает ваш муж, поможет, сориентирует на месте. Директор горгаза Кутафьин – на месте и ожидает тебя.
- Борис устроился в трест только с первого сентября.
- Сегодня 25 сентября, он уже освоился! Начинай, докладывай, поможем! Вы будете вести это дело, а также несколько уголовных дел, приостановленных производством «без лиц».
От дежурных оперативников Татьяна Ивановна узнала обстоятельства происшествия. Ночью с воскресенья на понедельник двое неизвестных перелезли через ограждение во двор треста газового хозяйства в микрорайоне Холодово, по ошибке им открыла дверь дежурная мастер аварийной газовой службы, они вошли в здание со стороны двора, связали мастера в помещении кухни, поднялись на второй этаж, открыли двери, вскрыли сейфы в кабинете директора и в других кабинетах.
Мастер сумела подать сигнал бедствия, который был замечен прохожими. Наряд милиции выехал по месту происшествия в 2:30 ночи, однако сторож, дежуривший в будке при въезде во двор треста, убедил милицию, что происшествий не было.
Позже поступил повторный вызов, наряд милиции выехал повторно в 3:00 и обнаружил связанную женщину в помещении кухни на первом этаже. Грабителей в помещениях уже не было. 
2. Газовый трест
Следственно-оперативная группа прибыла на место происшествия. Татьяна Ивановна успела предупредить мужа, их уже поджидали у треста и впустили во двор. К автомобилю подошел ее супруг Борис Михайлович и начальник гаража Ластенко Владимир Иванович, 60-летний полковник в отставке.
- Приветствую Вас, Татьяна Ивановна! У нас все в порядке, проходите смело!
Провожаемая Борисом, группа из милиции поднялась на второй этаж, в приемную директора и была тут же приглашена в первый кабинет.
Директор, встав навстречу посетителям, увидел молодую аккуратную женщину, похожую внешне на актрису Янину Жемойло из фильма-сказки «Золушка», с такой же аккуратной прической, белыми блестящими волосами, точеным профилем. Только легкомыслия в ней не было, она была задумчива, подтянута и готова к работе.
Видя деловой настрой посетителей, директор треста сразу поинтересовался, какая помощь нужна, куда провести, что показать.
- Покажите все кабинеты и опишите, что в них произошло этой ночью! – сказал оперативный уполномоченный Антон Александрович Маранин. Ему было около тридцати лет, он был невысокого роста, румяный, энергичный, юркий, и задавал темп, даже руководил коллегами при осмотре места происшествия.
Третьему члену группы – эксперту-криминалисту предстояло снять отпечатки пальцев у владельцев сейфов.
- Мой сейф скрыт в стене, за панелью, никто не должен был о нем знать, но грабители его нашли и открыли. – Далее директор тяжело вздохнул оттого, что приходилось кривить душой, и продолжил. – В сейфе не было материальных ценностей.
Владимир Константинович умел быть безупречным во внешности и манерах. На его распрямленных плечах хорошо сидел серый деловой костюм, уместный цветовой акцент давал серый галстук, яркой деталью была нежно-фиолетовая сорочка. Лицо директора было открытым и выразительным, с крупными чертами, большими голубыми глазами, голос - громким, речь - четкой.
- Отпечатки пальцев двоих людей, - доложил криминалист.
Молчаливая Татьяна Ивановна предпочла не задавать лишних вопросов, лучше, когда люди сами докладывают все, что считают нужным.
- Пойдемте дальше! – предложил директор.
В кабинете заместителя директора сейф был цельнометаллический, старого советского образца, не каждые перекрытия выдерживают такой вес, замки тоже оказались вскрытыми.
- Денис Еремеевич, доложи, что было в сейфе!
Хозяин кабинета принял скорбное выражение лица, устремил глаза к кончику носа, произнес заготовленную реплику, и стал затаённо наблюдать за реакцией следователя:
- Пропал мобильный телефон, выданный мне для служебного пользования, - солгал этот великан. Было похоже, что мизансцена разыграна по «системе Станиславского»: увидел, оценил, произнес реплику. Одновременно это сделать у актеров не получается.
Замдиректора Никоненко Денис Еремеевич был молодым мужчиной, крупным и грузным, но каким-то уязвимым, будто по своему развитию еще не достиг собственного возраста и роста. Он уважал и боялся директора.
- Еще пострадал сейф в кабинете заместителя по безопасности и в производственно-техническом отделе, мы Вам покажем! – сообщил директор и все направились в другой кабинет.
В коридоре не должно было быть посторонних лиц, потому что на входной двери висело объявление, что прием будет осуществляться на первом этаже в магазине газового оборудования. Тем, кто все же поднимался за второй этаж, охранник указывал спуститься обратно вниз. Но коридоры и кабинеты все равно были переполнены работниками и посетителями.
В кабинете заместителя директора по безопасности Медведева Дмитрия Николаевича сейф тоже был вскрыт, пропавшей вещью также был заявлен мобильный телефон. Сам хозяин кабинета сидел, будто воды в рот набравши. Это был мужчина лет пятидесяти, военный в отставке, такой, который начальства боится, а других людей не щадит.
Кабинет ПТО находился в конце коридора, рядом с кабинетом директора, состоял из нескольких узких помещений, тесно заставленных рабочими столами. Имелась отдельная комната для архива технической документации. Когда вошли директор и следственно-оперативная группа, свободного места почти не осталось.
Сейф с электронным замком находился во втором от входа помещении, рядом с рабочим местом тоненькой молодой женщины. При взгляде на ее лицо возникла мысль, которую Татьяна Ивановна сразу высказала:
- Вы не оставляли записку с шифром от замка где-то рядом?
- Нет, у меня бумажка с паролями от компьютера и шифром от сейфа приклеена на обороте клавиатуры! – доложила работница и продемонстрировала эту наклейку, а, вернее, собственную неосторожность.
- Вера Владимировна, доложи, что было в сейфе! – велел директор.
- Там был мобильный телефон, служебный, я его оставляю на работе. Домой мне нечего звонить, если надо, пусть звонят на личный! – нашлась, что ответить, Вера Владимировна.
- Для чего Вам нужен сейф? – задала вопрос Татьяна Ивановна.
- Я – женщина, мне нужно приводить себя в порядок! Там лежит моя сумочка с предметами гигиены. У нас целый день много посетителей, вещи могут пропасть.
- Мы заметили дамские сумки в помещении архива, туда не ходят посетители! – уточнила следователь.
- Там мы тоже храним наши личные вещи, - пояснила Вера.
- Что искали грабители в Вашем сейфе?
- На этот вопрос отвечу я, - заступился за подчиненную директор. – Давайте пройдем в мой кабинет!
- Хорошо, - сдержанно согласилась следователь. – Вначале надо осмотреть все помещения треста, помогите мне, пожалуйста!
Директор провел следователя с группой и по другим кабинетам, не пострадавшим от взлома.
У главного инженера Иннокентьева было несколько посетителей из разных организаций, сам хозяин кабинета был поджарым мужчиной лет шестидесяти, с чисто мужским обаянием, быстро реагирующим на вопросы и на все вызовы дня. Посетители сидели, только он стоя встретил комиссию.
- Я сегодня вышел из отпуска, в моем сейфе ничего не было, туда не влезли. В кабинете в мое отсутствие работал мой заместитель, все бумаги на месте, - энергично и даже немного весело обрисовал ситуацию Иннокентьев, будто радовался своему везению!
- Виктор Михайлович, если следователь к Вам обратится, прошу оказать всяческое содействие! – дал поручение директор.
- Как иначе, Владимир Константинович?! Я всегда на месте!
В холле для посетителей, было рабочее место охранника, ночью оно пустовало.
В кабинетах бухгалтерии сейф находился в смежной темной комнате, где работники пили чай. Сейф был не тронут, там хранились остатки денежных средств - выручка кассы после приезда инкассаторов. Касса принимала оплату магазина газового оборудования, оплату населения за газ и отдельную оплату по счетам за газоопасные работы, на первом этаже к двум окошкам кассы всегда стояла очередь.
- Главный бухгалтер ежедневно ездит в банк в 10 часов, в 15-16 часов в кассу ежедневно приезжают инкассаторы, дисциплину отчетности по денежным средствам соблюдаем, - доложил директор. – Селена Николаевна, доложите нам о состоянии дел с сейфом бухгалтерии, я не получил от вас докладную записку!
- У нас ничего нет, писать докладные я не умею, пусть юристы пишут, - с трудом выговорила ответ на вопрос директора главный бухгалтер. Было похоже, что у нее проблемы с речью. Взгляд этой немолодой нарядно разодетой женщины был недобрым, получить от нее ценную информацию представлялось затруднительным.
В кабинетах службы режимов газоснабжения, отдела информобеспечения, юротдела сейфов не было. Татьяна Ивановна внимательно пригляделась к лицам юристов, надеясь, что они как коллеги помогут ей разобраться с этим делом.
На первом этаже следователь осмотрела кабинеты проектировщиков, хозяйственной службы, отдела кадров, канцелярии, еще один кабинет ПТО и комнату дежурного мастера, а также комнату приема пищи, где минувшей ночью происходили события.
3. Что известно работникам?
Имея представление о плане здания, можно было приступать к опросу и даче показаний пострадавшей – дежурного мастера аварийного участка.
- Кто может быть полезен мне перед разговором с потерпевшей? – спросила следователь у директора.
- Дежурная мастер общалась с Залужной Тамарой Александровной. Членам аварийной бригады, дежурившим ночью, мы велели отдохнуть утром и явиться в трест к 12 часам. Скоро они придут и будут в Вашем распоряжении. Мы вам предоставляем временно для вашей работы кабинет на первом этаже, это комната отдыха водителей.
- Тогда проведите меня в кабинет и пригласите ко мне Залужную!
Комната отдыха водителей выглядела приятно, имелся телефон, телевизор, чайник, маленький столик, диван. Хоть не выходи отсюда!
Тамара Александровна пришла незамедлительно. Ей было 60 лет, она имела большой опыт работы инженером, когда-то строила и «поднимала» предприятия на севере, и в тресте работала 20 лет, принимала законченные строительством газопроводы-вводы. Она сохранила стройную фигуру, пышную прическу, красила волосы в рыжий цвет, была умна и наблюдательна, буквально впивалась взглядом.
Татьяна Ивановна поняла, что надо действовать по всей форме, сразу заполнять протокол, потому что сведения от этой женщины будут ценными.
Из показаний коллеги потерпевшей следовало, что дежурный мастер Белова боялась работать ночью, у неё давно были плохие предчувствия. Она видела сон, в котором ночью во время дежурства на нее напали. О своем сне она рассказывала коллегам.
В ночь с 24 на 25 сентября 2006 года мастер дежурила в помещении аварийного участка, имеющего телефоны, аварийную сигнализацию, зарешеченное окно, выходящее во двор треста. На внутренней площадке был припаркован спецтранспорт, ворота закрыты, в сторожке дежурил сторож. Бригада в составе водителя-слесаря и слесаря аварийных работ выехала по заявке в поселок Кратово, находящийся в 15 минутах езды на автомобиле. Заявка оказалась ложной.
После отбытия бригады Белова Надежда Алексеевна услышала, что во дворе треста лает собака, решила посмотреть, открыла дверь, чтобы выйти во двор. Вошли двое молодых мужчин в масках, они втащили ее на кухню, привязали к стулу. Она кричала, тогда они вернулись, засунули ей кляп в рот и оставили одну. Она добралась до окна и мычала, чтобы прохожие ее услышали. Приезда милиции пришлось ждать долго. Побоев ей не нанесли, но пережить такое нелегко, она направилась в поликлинику к врачам, взяла больничный, и теперь имеет намерение уволиться.
- Почему Белова открыла дверь? - спросила Татьяна Ивановна, чтобы уточнить мотивы поступков потерпевшей.
- Лаяла наша собака, мы ее подкармливали, она прижилась во дворе треста. Собака умная, днем не лаяла, ее держали на привязи рядом со сторожкой, а ночью отпускали гулять по двору, вот Надежда Алексеевна и выглянула, когда услышала лай. Разве она могла подумать, что кто-то проник во двор мимо сторожа?
- Что находилось в сейфах?
- Этого я не знаю, у меня сейфа нет! – отказалась отвечать Тамара Александровна.
Далее следователь опросила членов бригады, которые показали, что заявка была ложной, по прибытии на место в домовладение их не пустили, они пытались позвонить дежурному мастеру, чтобы уточнить адрес, но не дозвонились, контактный телефон заказчика тоже не отвечал. Пока они добрались до Кратово, нашли адрес заявки, вернулись обратно, в тресте уже появилась милиция.
4. Что думают другие работники?
Антон Маранин выяснял обстановку в другой комнате отдыха водителей, в здании гаража, в помещении, заставленном металлическими шкафчиками для спецодежды. Тут же имелся стол с чайником, телевизор и диванчик для отдыха в ожидании рейса.
В окно он заметил, что во двор треста прибыла дорогая белая иномарка, из нее вышли двое мужчин и направились в здание через служебный вход. Надо было полагать, что они прошли к руководству.
Водители играли в домино. Вскоре с обеда прибыли персональные водители.
- Среди вас есть водители аварийных бригад? – уточнил оперативник.
Ему ответили, что на участках аварийных работ работают водители-слесари, они отдыхают вместе со слесарями, в помещении кухни, напротив дежурного мастера аварийки.
- Где стоит ночью аварийная машина?
- Автомобили МАВР-1 и МАВР-2 стоят в отдельном боксе, бригада может выехать на любой из этих машин, ночью эти автомобили стоят под окнами дежурного мастера.
- Из каких ворот выезжают машины?
- Только мимо сторожки. Другие ворота выходят прямо на деревню, мы их открываем для грузового транспорта. Там ровный въезд, а через сторожку въезд – с горки и сразу поворот во двор, не всякие габариты могут такое преодолеть. Но в деревне не любят, когда мимо них ездят, жалуются, мы это делаем редко.
- Это не деревня, а улица. Раньше здесь было село Холодово, здесь остались частные дома, только тот квартал - через дорогу, с другой стороны от треста - застроен высокими домами, - добавил другой водитель.
Маранин заметил в окно, что пассажиры белой иномарки вернулись в автомобиль и отъехали. Следом вышел директор, сел в служебный автомобиль с водителем и уехал.
- Кто приехал на белой иномарке во двор треста? – спросил Маранин у завгара Ластенко.
- Это люди из банка, они приезжают всегда во время обеда. Когда они уезжают, директор едет на обед. Ты сам не из Маралюбово?
- Я из Лытарино езжу.
- Мы тоже часто по этой дороге ездим. Говорят, там много ДПТ случается!
- Ничего подобного! Все эти истории – о нарушении правил дорожного движения и езде в пьяном виде!
- А как же чемпион СССР по боксу, который там разбился в выходной день утром? В его честь каждый год соревнования по боксу проходят в Любухтомске.
Мужчины нашли общий язык, обсуждая дороги и происшествия на дорогах.
- Как вы считаете, что произошло в эту ночь в тресте? Что было нужно посторонним людям, проникшим в здание? – спросил оперативник «не в бровь, а в глаз».
Водители не отвечали, опустив глаза. По их молчаливой реакции Антон Александрович понял, что они не пылают праведным гневом к злоумышленникам, потому что пострадало не предприятие, а только «карманы» начальства.
- Как Вы считаете, кто это сделал и для чего?
- Никто не мог этого сделать! У нас руководство в хороших отношениях со всеми в городе! Они знают всю милицию и ГАИ, к нам все приходят по вопросам газа.
Разговор продолжился в кабинете у завгара, тот высказал свое мнение о директоре треста.
- Кутафьин служил в армии, был в горячих точках, в Афганистане. Он вышел в отставку в 36 лет в звании полковника. Я отслужил весь срок и вышел в отставку, мне уже шестьдесят лет. Я знаю, что тех, кто намерен уволиться из армии, не повысят до полковника, а кому дадут это звание, те не уйдут тут же в отставку.
- Может быть, время изменилось, стало все иначе?
- Не думаю. Он – друг нового гендиректора Облгаза, который пришел в 2002 году, поэтому Кутафьин в 2003 году получил в тресте свою должность.
5. Потерпевшая
После произошедшего Белова Надежда Алексеевна была осмотрена врачами травмпункта, получила больничный, от госпитализации отказалась. Она находилась у себя дома, недалеко от треста, куда и направилась следователь. Предварительный звонок Надежде Алексеевне сделали ее коллеги.
Татьяна Ивановна увидела взъерошенную немолодую женщину, рыжую, не на шутку возмущенную после случившегося, но не раздавленную обстоятельствами, готовую бороться за себя и дальше.
- Вы приняли успокоительное?
- Мне сделали укол, я спала, потом приняла смесь: капли валерьянки, пустырника, пиона и боярышника.
- Я должна учесть Ваше состояние. Вы можете без новых переживаний описать случившееся?!
- Да, могу! У нас каждый день стресс, я работаю в аварийной службе. Хотя нападений никогда не было!
Из рассказа потерпевшей удалось узнать, что она в ожидании бригады заполняла журналы, описывала поступившую заявку. Услышав лай собаки, она подумала, что собаке нужна помощь, и выглянула во двор. За дверью стояли двое мужчин, они быстро ее втащили обратно в коридор, в помещение кухни, связали и привязали к стулу. Поначалу кляпа не было, но, когда она начала кричать, они вернулись и всунули ей в рот кляп. Она доскакала на стуле до окна и продолжала «мычать», чтобы ее услышали прохожие. Из окон была видна проезжая часть, через дорогу от треста – микрорайон с высокими домами, горели фонари, окна в домах. Кто-то ее услышал, потому что сторож потом рассказывал, что прибыл наряд милиции, но он не знал о случившемся и доложил, что все тихо. Через полчаса кто-то вновь вызвал милицию, и тогда уже сторож пропустил их во двор.
Рапорт дежурной бригады Татьяна Ивановна уже изучила. Судя по простоте произошедшего, и мастер и сторож действовали добросовестно, никто из них не был в сговоре с преступниками.
- Вам не кажется, что грабителям несколько раз просто повезло? Как бы они попали внутрь здания, если бы Вы им не открыли дверь?
- Они могли сами открыть дверь в трест, я бы услышала шум и подумала, что вернулась моя бригада. Я должна была уехать на заявку вместе с бригадой, таков был характер заявки. Но они меня пожалели, велели оставаться на телефоне, и поехали без меня.
- Бригада въезжает во двор на спецавтомобиле, прямо под ваши окна!
- Да, но я могла не сразу это сообразить! Ночью порой отвлекаешься, дремлешь за рабочим столом или на диванчике рядом. Когда звонит телефон, я просыпаюсь, или завожу будильник каждые полтора часа, просыпаюсь и снова дремлю. Совсем не спать ночью невозможно, мы дежурим на месте, чтобы быть готовыми быстро собраться – и за дело!
- Посетители днем ходят мимо Вашего дежурного помещения?
- Да, посетители ходят везде, а дверь у нас открыта, иначе нечем дышать. Прямо рядом с окном с утра работают выхлопными газами автомобили, а у нас – первый этаж. Члены бригады отдыхают в помещении кухни – напротив дежурки. Там им тоже покоя нет, во время обеда работники заполняют кухню, и слесари перемещаются в кабинет дежурного мастера.
- Заходят ли к вам другие работники треста?
- Да, у нас шкафчик с ключами, все с утра берут ключи от своих кабинетов. Потом рабочие берут ключи от подстанций, ГРП и от ограды запирающих устройств, все у нас хранится.
- Ключи от кабинета руководителей, ПТО – тоже с утра берут у вас?
- ПТО и секретарь берут свои ключи. Они могут и в выходные дни прийти на работу и взять ключи от кабинетов.
- Так что могло быть в сейфах?
- Я в этих делах не участвую.
- Из-за «этих дел» вы пострадали, рискуя жизнью. Вы, верно, догадываетесь, чьи интересы тому виной!
Мастер сама понимала, что пострадала из-за руководителей треста и их толстых карманов!
- Деньги от заказчиков газификации, от кооперативов. Что еще там могло быть? Только деньги. Но я вам ничего не говорила!
- За что платят эти деньги?
- Кооперативы получают с заказчиков за газификацию их домов, а трест должен выдать точку врезки в газопровод, согласовать проект, принять законченный строительством газопровод, дать пуск газа. Вот они и приносят «подарки» в ПТО.
- А если не приносить подарки?
- Напишут, что нет технической возможности, или дадут точку врезки, откуда строить будет в разы дороже.
- Получается, что нападавшие знали, что в тресте накапливаются взятки, об их пропаже никто не заявит. Кто мог знать ответственных лиц, у кого хранятся деньги? Кто мог добыть ключи?
- За нами наблюдают кооперативы, еще все понимают некоторые работники.
- А кто знает график Вашей работы?
- График работы на месяц вывешен в помещении дежурного мастера.
После небольшой паузы, внимательно глядя в глаза потерпевшей, Татьяна Ивановна продолжила:
- Кто мог все это знать и хотеть этих денег?
- Те, кого я знаю, не могли это сделать! Они работу любят, им денег хватает. В ПТО и на службах все получают большие премии и подарки от посетителей. Другие отделы далеки от этих дел, они не знают нашей «кухни».
- Есть ли у вас враги в тресте?
Мастер хмыкнула в ответ.
- Какие враги? Я много лет работаю в тресте, мы все как в одной деревне живем, помню, когда кто семью создавал, детей рожал. На дежурстве ни с кем не общаюсь, ко мне заходит Залужная, у нее кабинет рядом.
- Вспомните, многим ли людям вы рассказывали о своих тревожных снах?
- Вы считаете, что кто-то сделал так, как было в моем сне, о котором я рассказала?
- Да, как в сказке об Ассоль!
6. Коллеги
На рабочем месте Татьяна Ивановна сразу обратилась к «старшему товарищу», опытному милиционеру Сафронову Александру Дмитриевичу, двадцать лет отработавшему в системе МВД, кандидату наук. Это был удивительно порядочный и умный человек, он собирался перейти на преподавательскую работу в академию МВД. Заслуги в системе МВД у него были серьезные, он был в горячих точках, при этом сохранил культуру и даже доброту в общении с людьми.
- Разрешите посоветоваться по делу о грабеже? Получив утвердительный ответ, Татьяна Ивановна продолжила. - Получается, что это ограбление было хорошо организовано. Планировалось, что работники на пути налетчиков не встретятся. Вариант, что дежурный мастер встретится, тоже был предусмотрен, работник был связан без опасности для жизни и здоровья. Они перелезли через забор там, где нет колючей проволоки и будки сторожа – через запасные ворота. Подошли к зданию со стороны двора, залаяла собака, сторож не выглянул во двор из своей будки, но выглянула дежурный мастер и открыла дверь. Если бы дверь не открыли, они бы вскрыли замок сами. Потом взяли ключи в помещении дежурного мастера аварийки, прошли на второй этаж. Открыли двери кабинетов ключами из шкафчика. Сейфы тоже сумели вскрыть.
Значит, заранее знали, где какие ключи висят, где нужные им кабинеты, и даже знали про сейф, замаскированный в стене в кабинете директора. Взяли деньги только в сейфах взяточников, что пострадавшие скрыли, материальным ущербом заявлена пропажа телефонов из сейфов.
- Пострадавшие не знают, что телефоны последних моделей в наше время можно отследить, - заметил Сафронов. - Что тогда они заявят? Если бы не было потерпевшей, заявления бы вообще не было!
- В тресте всё по-простому, посетители приходят и видят, что двери – нараспашку, - продолжала Татьяна Ивановна. – Прием ведет главный инженер и все службы, но директор не принимает простых посетителей.
- Организатор должен быть вхож к директору. Надо проверить секретаря, - подсказал опытный коллега. От нее секреты могли узнать другие. Надо проверить зама по безопасности. Наука виктимология говорит нам о том, что есть люди, приковывающие к себе внимание преступников.
- Что за лица из банка приезжают к директору в обеденный перерыв? Я записала номер иномарки.
- Это те, кто решают дела в городе.
7. Дела семейные
Дома Татьяну Ивановну ждали ежедневные заботы. Начала жаловаться на боли ее мама Светлана Павловна, бывшая учительница, строгая и умная женщина. Врачи Маралюбовской больницы не могли определиться с диагнозом. Невролог сказала, что это – «не ее», а надо идти к хирургу. Хирург, напротив, объяснил, что по его части все в порядке, боль от невралгии. Терапевт выписала обезболивающие таблетки, но боль давала себя знать все сильнее и сильнее.
Коллеги из милиции помогли Светлане Павловне попасть к главврачу больницы, врачи обследовали пациентку повторно, но оставили свои рекомендации в силе, а лекарства выписали еще более сильнодействующие.
Всегда сдержанная и культурная женщина уже начала стонать и говорить о невыносимой боли и желании покончить с этим, она не могла спать ночью и терпеть непрекращающуюся боль! Татьяна Ивановна обещала матери, что узнает, где еще можно найти хороших врачей, и просила потерпеть еще день!
Татьяна Ивановна обратилась к соседям, работающим в тресте. Лидия Михайловна трудилась уборщицей в кабинете директора и на всем втором этаже, ее муж Алексей Владимирович – водителем на службе, возил бригады «в поля» для работы на объектах. Их дочери учились в институте с намерением по окончании вуза устроиться в горгаз. Его брат-близнец Сергей был персональным водителем заместителя директора по безопасности.
Алексей сообщил, что главный инженер треста знает, где найти хороших врачей в Любухтомске, коли в Маралюбово врачи не справились.
- Ты все выяснила в нашем тресте? - напрямую спросил Алексей свою соседку. – Надо спрашивать «по горячим следам»! К вечеру они уже пришли в себя, завтра не скажут ничего! Вечером зам по безопасности Медведев всех вызывал к себе, навёл шорох! Про наше соседство они не знают, только завгар в курсе, а он лишнего не скажет!
- Лидия, поможет ли мне секретарь Жиляева? Она ведь знает все «подводные камни» и всех влиятельных лиц!
- Я люблю этих людей, 16 лет в горгазе работаю! Но у нас все «стучат» начальству. Утром к директору приходят начальники и доносят на своих подчиненных разную ерунду!
- Директор все это выслушивает?
- Слушает, он и Лену просит все ему докладывать. Она ему и на меня жаловалась, а он потом меня носом тыкал туда, где плохо убрано. Но помяни мое слово – Алена Тарасовна может «отплатить» кому-то, у нее много обид на наших влиятельных женщин! Еще недавно она была молодой и красивой, бывший главный инженер Владислав Иванович увивался за ней, обещал, что у нее будет все, что она только пожелает! Она помогала посетителям, получала от них подарки. Из-за этих дел ее уволили, она работала на заводе два года, потом сумела вернуться. Теперь пришло время других красавиц, а ей обидно, что упустила такой шанс!
- Кто был инициатором ее увольнения?
- ПТО-шницы Залужная и Белова. Они же потом вернули ее обратно, когда она их слёзно попросила!
- Белова, которая работает мастером на аварийной участке?!
- Да, она в пенсионном возрасте перешла на аварийку.
- У секретарши есть любовная связь в тресте? Может быть, с директором?
- Нет, директор окружен другими женщинами. Ей нравится один мужчина в тресте, но она мне его не назвала. Наверное, женатый!
8. Взаимопомощь
Во вторник с утра Татьяна Ивановна вновь явилась в трест. В неприемный день посетителей не было, она направилась к главному инженеру и высказала просьбу помочь найти хороших врачей для матери. Инокентьев тут же позвонил, тут же договорился и посоветовал прибыть в Любухтомскую больницу.
- Машина нужна или отпустить Бориса, чтобы отвез?
Татьяна Ивановна была несказанно благодарна за такую быструю и четкую помощь! Все моментом было организовано, Борис повез тещу на служебной машине в Любухтомск.
Пока Виктор Михайлович созванивался, он успевал замечать, кто и с какими документами к нему заходит, подписывал бухгалтерские акты, просматривал инженерные схемы. Работники быстро заходили и выходили, процесс работы был хорошо налажен.
Заявился и посетитель, требующий особого к себе внимания. Это был мужчина лет тридцати пяти, высокий, в светлом костюме. Заложив одну руку в карман брюк, он облокотился на дверной косяк и потребовал:
- Надо сделать.
Виктор Михайлович понял, о чем речь, высказал несколько аргументов против.
- Директор сказал: «Найти возможность», - безапелляционно продолжил посетитель. Это был руководитель одного из кооперативов, занимающихся газификацией.
Главный инженер сглотнул комок в горле, начал думать, как выполнить команду и при этом не нарушить правила инженерной безопасности.
Татьяна Ивановна убедилась, как непроста работа в газовом тресте, как давят заказчики, имеющие подходы к руководству, и каково приходится главному инженеру! Впрочем, подобное происходило и на ее работе.
9. Ближний круг руководства
Оперативный уполномоченный Маранин направился в отдел кадров, где царили две женщины. Начальник отдела Зинаида Серафимовна была одета в красивый наряд, ее грудь упруго распирала шелковую ткань костюма, было в ней что-то мягкое, материнское. Ее светлые волосы всегда были уложены шикарно, как у актрисы Вии Артмане.
Младшую должность в отделе кадров занимала Наталья Романовна, ей было около тридцати лет, она была невысокой, пухленькой, одетой в мягкое трикотажное платье.
- Мне нужна информация, кадровики все знают о людях! – так начался разговор. Маранина слушали молча, глядели приветливо. – Директор работает с 2003 года, а секретарь работала и до него?
- Пусть ответит Наталья Романовна, потому что я работала до прошлого года в Любухтомском тресте, наши два треста объединили прошлым летом.
- Алена Тарасовна работала еще с предыдущим директором, - ответила Наталья Романовна. – До нее я выполняла обязанности секретаря, но перешла в отдел кадров.
- Часто ли здесь менялись директора?
- Я работаю десять лет, - продолжала Наталья Романовна. – Долго, до старости директором был Левов, потом в 2002 году пришел Полеванов, но проработал всего два месяца. Его ударили по голове в подъезде. Он был «пришлый», не из этих мест, не нашел общего языка с руководителями городских организаций. После него назначили Назарова, но ненадолго – пришел Кутафьин, и Назаров ушел работать в кооператив в Ногинске.
- А секретарь Алена Тарасовна пришла на работу при Назарове?
- Она работала давно, потом уволилась в 2000 году, и снова вернулась в 2002 году. Раньше секретарь сидела в приемной между кабинетами директора и главного инженера, это сейчас приемная у дверей главного инженера, там ожидают посетители. Потом директор занял зал заседаний, где проводились собрания коллектива, к нему примыкал спортзал, там сейчас комната отдыха директора.
- Почему она уволилась и почему вернулась?
- Она ушла не по своей воле, но все время просилась обратно, ей помогли вернуться, потому что она хорошо работает.
- Есть ли кто-то в тресте, кого руководство сильно обидело, уволило?
- Нет, у нас такого не бывает, текучка небольшая. Сокращения были год назад после объединения трестов. В юротделе в этом месяце переводы, Алексеева вышла из декрета, Макошину перевели в канцелярию.
10. Кладезь знаний
Татьяна Ивановна взяла показания у секретаря Алены Тарасовны, сорокалетней яркой женщины, с масляной блестящей кожей, притягательным взглядом карих глаз, высокой прической с шиньоном и необычной заколкой, тонкой талией, приятной полнотой. Образования выше среднего Алена Тарасовна не имела, но людей считывала безошибочно. Она хотела нравиться, быть заметной и привлекательной. Ее наряды были куплены на рынке, относились к так называемому «вульгарно-доступному стилю». Она была похоже на Валентину Малявину, роковую красавицу кинематографа 70-х годов.
Секретарь рассказала, что работает в тресте давно, ее увольнение было связано с завистницами из треста.
- Я была молодая, нравилась посетителям, мне завидовали и потому меня убрали.
- Ваши завистницы до сих пор работают в тресте?
- Да, у них пенсионный возраст, они работают в ПТО и в канцелярии. Это Залужная и Громова. А какие это были влиятельные женщины, вы и представить себе не можете!
Следователь заметила, что секретарь скрыла фамилию Беловой.
- Что вы думаете о происшествии?
- Я ничего не знаю, я была в отпуске.
- Вы были за границей?
- Да, на Кипре, с другом, мы уже двадцать лет вместе. Муж болен, он знает о наших отношениях с Аркадием Борисовичем. Я вышла замуж и родила дочь в 18 лет, а потом закрутила романы, мне жаль мужа, я живу вместе с мужем и дочерью, но на отдых уезжаю с другом.
- Кипр – дорогое место для отдыха.
- Аркадий строит высокие дома в Маралюбово, у него большой бизнес. Его семья живет в Москве, здесь у него частный дом. Он уже пожилой, старше меня на двадцать лет, я при нем на отдыхе нахожусь, как сиделка.
- Все эти двадцать лет ваш любовник помогает вам деньгами?
- Нет, он жадный! Недавно он был в запое, я на свои деньги покупала и привозила ему кисло-молочные продукты, и попросила у него пятьдесят тысяч на покупку новой кухни, он дал, но, когда выздоровел, забрал обратно, сказал, что нужно его дочери. А про меня сказал при своих друзьях: «Это так, времяпрепровождение!».
- А в прошлые годы он помогал вам деньгами?
- Я просила только однажды, когда два года на заводе картонные коробки собирала, жила впроголодь. Помню, ехала с ним в машине и канючила со слезами на глазах: «Вы можете мне дать пятьсот рублей?». Это было так унизительно!
- Кто помогал вам деньгами, ваши родные?
- У них мало денег. Мой отец работал летчиком, он уже был на пенсии, мама работала уборщицей. Брат тогда работал водителем, у него своя семья и дети.
- Вашей дочери уже больше двадцати лет, она работает или учится?
- Василиса работает в тресте и учится на платном отделении, я ей помогаю в учебе, печатаю за нее рефераты. Она не получает премии, ее начальник забирает их себе.
- Ваш брат тоже устроился в трест?
- Нет, брат работает инкассатором.
- Вы знали о сейфе в кабинете директора?
- Нет, я только однажды видела, как директор стоял в том углу кабинета, тогда я узнала про сейф за панелью.
Татьяна Ивановна оценила страстную натуру Алены Тарасовны, та хорошо запоминала отношение людей к ней самой, в своих рассказах сама себе противоречила, жила чувствами и, как орлица, оберегала свою семью.
11. Сколько юристов, столько и мнений
Татьяна Ивановна вызвала к себе начальника юротдела, тот был братом заместителя по безопасности и вел себя аналогично – будто воды в рот набрал.
- Мне предоставили помещение на первом этаже, прошу работников юротдела прийти сюда по очереди, для беседы! – твердо настояла на своем следователь.
Работники послушно направились на первый этаж все вместе.
Юрист Алексеева Марина Борисовна произвела хорошее впечатление на Татьяну Ивановну своей честностью, прямотой и приятной улыбкой.
- Я мечтала работать в милиции, сама выбрала учебное заведение, после школы уехала учиться в другой город, жила в общежитии. Но в милиции я проработала недолго. В газовый трест я попала по знакомству. Вначале коллеги думали, что я – «засланный казачок», но потом стали мне доверять. Работы здесь много, платят хорошо.
- Вам дали поручение составить заявление в милицию об этом происшествии?
- Да, в понедельник утром мне дали такое поручение, но в тот же день директор сказал, что будет заниматься этим делом самостоятельно.
- Из юротдела недавно были уволены или переведены работники?
- Да, я вышла из декрета 4 сентября, из-за этого пришлось решать вопрос с работником на временной должности – с Леной Майоровой, но перевели не ее, а другую. Это начальник отдела задумал такую комбинацию, я могла еще полгода находиться в декрете, он мне звонил и говорил, что я очень нужна на работе. Меня никто не предупредил, что он хотел уволить Юлию Макошину, и для этого вызвал меня из декрета. Юлия перешла на работу в канцелярию.
- В чем причина их конфликта?
- Леонтий Николаевич стал другим, раньше он был лучше как человек. Юлия тут не виновата, она хороший работник.
Другие два работника отдела во всем подтвердили мнение Марины Борисовны, еще одна работница отдела находилась на больничном.
Следователь вызвала у себе юриста Макошину.
- Мы с вами коллеги, вы тоже юрист, помогите мне разобраться в этом деле! – попросила Татьяна Ивановна Юлию Валентиновну.
Перед ней находилась женщина лет тридцати пяти, с милым русским лицом, добрым светом зеленых глаз, излишней полнотой, спокойная, даже какая-то домашняя. Одета она была в брюки и трикотажную кофту, обилие бижутерии говорило о желании нравиться, обручальное кольцо отсутствовало.
Та выразила полную готовность помочь, но умалила свое значение:
- Я работала офисным юристом, у нас разнообразная работа, но все-таки с гражданским законодательством, а не с уголовным. Я только немного знаю по роду вашей деятельности!
- Что вы думаете по поводу происшествия?
- Меня это удивило! Мы на первом этаже не сразу узнали обо всем. А Облгаз узнал сразу. Кто-то им сообщил! В тресте есть те, кто собирает информацию и «стучит» в Облгаз – это наша вышестоящая организация в Москве.
- Откуда вы знаете?
- Мне сказала Алена Тарасовна, что из Облгаза звонили уже в девять утра.
- Кто, по Вашему, сообщил в Облгаз?
- Начальник юротдела Медведев Леонтий Николаевич мог сообщить своему начальнику в Облгаз. Он, похоже, обо всем ему сообщает. Когда я замещала начальника прошлым летом, то мне позвонил руководитель юруправления из Облгаза и ругал меня за то, что я ему не сообщила об одном письме Ростехнадзора, не имеющем никакого отношения к его юруправлению. Видимо, он привык получать информацию от нашего отдела, а у меня нет такой привычки - стучать.
- Вы замещали начальника, хорошо работали, так почему от вас избавились?
- Нет причин, я не «подсиживала» начальника. У него брат – замдиректора, все в его руках. Я была согласна просто тащить работу. Возможно, я несколько раз проявила принципиальность в делах, отстояла что-то, просила за кого-то. Леонтий устроил мне несколько раз большие проблемы по работе, чтобы уволить. Я думаю, что ему нужны большие деньги, здесь их можно получать, если войти в определенный круг лиц. Его брат входит в этот круг, а ему дали только возможность работать «за зарплату», но он сумел подсидеть бывшего начальника отдела – пожилого юриста, с опытом работы судьей, тот уволился, и Леонтий Николаевич занял его место. Медведев приехал из Крыма с семьей, у него было съемное жилье, двое детей. А этим летом он переехал в свою квартиру, купил автомобиль.
- Вы полагает, что Медведев этим летом вошел в круг лиц, получающих большие премии?
- Он все для этого сделал! Но я знаю, что директор ему не доверяет.
- Поясните подробнее!
- Мы все – жертвы интриг, это затронет некрасивое поведение людей. Здесь люди не только работают, но и живут, есть любовные и другие семейные связи, это монополия, люди надолго связывают свою судьбу с газовым трестом.
Вобщем, брат Леонтия, Дмитрий Николаевич устроил в наш юротдел молодую женщину Майорову Елену Владимировну, она ничего не знала по работе и работать не умела, но постоянно звала нас что-то отметить. Мы, несколько человек из отдела, ездили вместе в бассейн перед работой, отмечали «пятницу» в сквере, устраивали пикник на озере, бывали в кафе, еще она предлагала распить бутылку вина во время обеда. Леонтий фактически «предложил» ее нашему директору. Тот активно за ней ухлёстывал, она стала замещать секретаря во время отпуска, Леонтий вместе с ней приобщился к «узкому кругу ограниченных людей», у них часто бывают посиделки в ресторанах. В этот круг входят работницы ПТО, заместители директора и другие руководители.
Лена была на временной должности, в этом была шаткость ее положения, но злой нрав заставил ее бороться за себя. В результате вначале был уволен один работник отдела, чтобы сохранить место для Майоровой. Потом Леонтий вместе с начальником юруправления начали устраивать мне неприятности по работе. Но директор имеет опыт работы с людьми, он не хотел плохо поступать со мной. Тогда Леонтий вызвал Марину из декрета, чтобы вновь встал вопрос об увольнении Елены, занимающей временную должность, а ее, ясное дело, не уволят, зато уволят меня. Так и вышло бы, в поддержку этого плана директору специально звонил начальник юруправления из Облгаза, но Владимир Константинович предложил мне перейти в канцелярию, которую только что сформировали.   
- Почему вы согласились поменять профессию?
- Мне надо прийти в себя, понять, что случилось! Я и так плакала этим летом так долго, что поседела, теперь крашу волосы. Если я просто уйду, то буду продолжать переживать о случившемся. Здесь хороший коллектив, другие люди тоже страдали от власть имущих, меня понимают.
- Вы что-то скрываете!
- Да, директор обещал, что я вернусь обратно в юротдел через два месяца. Это я никому не говорила.
- Каким образом он может вернуть вас в юротдел?
- Наверное, попросят другую работницу перейти в канцелярию – ту, у которой нет юробразования, она сейчас на больничном.
- Кто еще «пострадал от власть имущих»?
- Я не знаю, я работала в Любухтомском тресте, нас объединили с Маралюбовским трестом прошлым летом. Но Алена Тарасовна мне рассказывала, что ее в свое время уволили из-за зависти, это сделали Залужная и Белова.
- Вы слышали от Беловой, что она боялась работать по ночам?
- Да, недавно она это говорила. Когда я узнала, что меня переводят из юротдела в канцелярию, мы вместе с Аленой Тарасовной зашли за ключами на аварийку, там находилась Залужная, и мы услышали про этот сон от самой Надежды Алексеевны.
- Расскажите подробно!
- Накануне дня нефтяника вызвал директор и сообщил, что начальник юруправления ему звонил насчет меня…
- Пожалуйста, расскажите про Надежду Алексеевну!
- Сейчас! Директор вызвал меня и начальницу отдела кадров, дал указания о переводах, мы вместе с ней пошли в отдел кадров. Туда прибежала секретарь, ей было интересно, чем дело кончилось, она сказала, что директор уехал, и взяла меня с собой. Мы прошли до помещения аварийно-диспетчерского участка. Алена Тарасовна повесила в шкафчик какие-то ключи.
Далее предстала такая картина. На АДУ дежурила мастер Надежда Алексеевна, рядом с ней находилась инженер ПТО Тамара Александровна.
- Соседний кабинет отдают под канцелярию. Туда переводят делопроизводителем Юлию Валентиновну, - поставила их в известность секретарь.
- Как? А юристы нам больше не нужны?! – вопросила Тамара Александровна.
- Марина Борисовна выходит из декрета раньше времени, и надо утрясти вопросы с кадрами. Будем с вами соседями! – пояснила Юлия. Каково женщине руководить бригадой слесарей на аварийке и по ночам дежурить?!
- У меня лучшая бригада, они всё знают и всё умеют. – Доложила мастер аварийки. - Раньше у нас была еще диспетчер, она принимала звонки, а мы с бригадой ездили на заявки. Теперь, когда ночью бригада выезжает на заявки, а я остаюсь одна здесь дежурить, мне становится «не по себе». Я боюсь, что ночью кто-то придёт, нападет на меня и свяжет. Я сон такой видела.
- Я убеждаю Надежду Алексеевну, что такого не случится, - пояснила Тамара Александровна и начала сыпать аргументами. - Окна диспетчерской зарешечены и выходят во двор, там стоит спецтранспорт, все огорожено забором, ночью ворота закрыты, есть сторожка, там дежурный с телефоном. Есть собака, которую выпускают во двор по ночам. Другая сторона нашего здания окнами выходит на проезжую часть, там фонари всю ночь светят.
12. Он или она?
На работе Татьяна Ивановна доложила свои размышления коллеге Александру Дмитриевичу.
- У меня две версии. Возможно, информацию грабители получили от секретаря, у нее есть обида на пострадавшую из-за увольнения шесть лет тому назад, когда ей пришлось два года работать сборщиком коробок и испытывать нужду в деньгах. Через два года она вернулась в трест, но ей нужны деньги на больного мужа, на учебу дочери, на красивые вещи, чтобы нравиться любовнику. Она подвержена страстям, испытывает и зависть, и ненависть, и любовь, и страх!
Второй подозреваемый в организации ограбления – это начальник юротдела. Он затевал интриги против работников ради карьеры и получения дополнительных премий, он переехал из Крыма, у него ничего здесь не было. На работу его устроил брат, который работает в тресте. Этим летом он приобрел собственное жилье и автомобиль, возможно, в кредит.
От секретаря информацию могли получить люди из большого бизнеса либо ее местные друзья из криминала. Но директора ей доверяет.
Юрист сам нашел путь к получению больших денег, но ему директор не доверяет.
- Должен быть кто-то между ними, близкий и ему и ей! Он ими обоими манипулирует.
- Между ними может быть директор, но он главнее их. Еще есть подруга секретаря и бывшая подчиненная юриста, но она - безхитростная женщина. Скорее, ею манипулируют и секретарь и начальник юротдела.
- Секретарь имеет любовника, у нее может быть не один любовник. Скорее всего, за такое серьезное дело взялся мужчина! Что порождает мотив откровенности, почему люди так быстро раскрывают информацию, чем они недовольны?
- Видимо, тем, что у начальства совсем другой уровень доходов! А среди простых работников идет борьба за место поближе к начальству, иначе можно остаться без премий или вовсе потерять работу.
Под вечер Татьяне Ивановне позвонил Кутафьин. Он вежливо поинтересовался, как идут дела, какая помощь от него требуется, и спросил разрешения подъехать к ней на работу. Это было похоже на ухаживание, так и оказалось: Кутафьин приехал с букетом цветов. Татьяне Ивановне часто приходилось слышать комплименты от мужчин, она вежливо выслушивала и переводила разговор на правильные рельсы.
- Спасибо! А теперь давайте по делу!
- Татьяна Ивановна, я давал присягу на верность народу и родине, я честный человек! Прошу держать меня в курсе, я должен знать, что происходит в тресте, это – вверенный мне личный состав!
- Хорошо. Я уведомлю вас, когда получу конкретные результаты!
- Должен вам доложить, по моим каналам я не установил лиц, причастных к ограблению. Это неизвестные люди. Могу я быть откровенным, строго между нами?
- Слушаю вас!
- Возникло предположение, что эти люди – из силовых органов. Они таким путем наказали наш трест!
- Из-за коррупции?
Директор молча подтвердил мнение следователя и дополнил:
- Мы не заинтересованы в поиске исполнителей. Для себя мы должны установить, кто мог быть пособником грабителей!
13. Места родные
Татьяна Ивановна была вежливой и неторопливой, серьезной и доброжелательной, так она была воспитана в семье военнослужащего и учительницы. Они жили в сельской местности в Молдавии, где служил в воинской части ее отец, где ее мать работала в средней школе. Родные места были цветущими, с тихими круглыми озерами, спрятанными в зарослях. Домики на селе были белыми, опрятными, у соседей было по трое и даже более детей, школа была переполнена, учились по 30 человек в классе, были классы и «А», и «Б», и «В». 
Если юноша и девушка ходили вместе по селению, это означало, что они – жених и невеста, бросить друг друга они уже не могли, это считалось «стронуть девушку». Когда Татьяна закончила вуз, родители решили, что пришла пора выходить ей замуж. Она не хотела этого, не была готова к таким переменам, к совсем другой жизни в трудах и заботах о муже и детях.
- Вот когда перестанешь быть Блиновой, тогда и поступай по-своему, - часто говорил ей отец. – А сейчас слушайся меня!
Татьяну познакомили с Борисом как с женихом, молодые осторожно присматривались друг к другу. Борис закончил авторемонтный техникум, был готов ехать в город, устраиваться на работу на предприятие. Татьяна получила юридическое образование, ее пригласили на работу в районный отдел милиции. Пока был законный месяц отпуска после получения дипломов, молодые вместе гуляли по полю, лесочку, сидели рядком у озера. Любовь пришла к ним, они решили пожениться.
Татьяна так и осталась Блиновой, не решилась брать молдавскую фамилию мужа.
На родине происходили перепитии, при защите диплома от студентов потребовали перевести работы на румынский язык, что было сродни научному труду, никто этого не сделал, и всем снизили оценки. В райотделе милиции перед тем, как идти к начальнику, ей приходилось штудировать словарь румынского языка. Однажды она выступала на межрайонном совещании, и ей пришлось приносить извинения, что доклад будет сделан на русском языке, но, к счастью, ее внимательно слушали.
Муж Борис оказался хорошо воспитанным, с каждым годом он любил супругу все сильнее, семья стала крепкой, родилось двое детей. Молодые родители делили все заботы пополам. Им пришлось уехать из любимых мест, где голубые озера и щедрые дары природы. Там остались жить их родители, только мать Татьяны приезжала и по полгода жила с ними, а летом увозила внуков на малую родину.
14. Кто он и откуда?
В этот вечер Татьяна Ивановна с облегчением узнала, что в Любухтомской больнице ее матери помогли, госпитализировали в отделение неврологии и сразу сняли боли с помощью иглоукалывания и других процедур.
- Здесь такая хорошая врач по фамилии Сметана! Все говорят, что ее скоро заберут в Москву, не оставят нам таких хороших! Люди ей благодарны!
Когда треволнения из-за врачей улеглись, домашние успокоились, можно было по-семейному спросить совета у мужа.
- Борис, надо установить, есть ли такой человек, который влияет и на секретаря и на начальника юротдела?
- Леонтий Николаевич ездит на обед с Анатолием Романовичем, это помощник заместителя по безопасности.
Утром в среду Антон Маранин вновь явился в трест.
- В штатном расписании не вижу должности помощников, а они есть? – спросил он в отделе кадров.
- Нет таких должностей. А кто вам нужен?
- Нужен помощник заместителя по безопасности.
- Это, наверное, Зубов Анатолий Романович, он по должности мастер в абонентском отделе. Он с этой недели в отпуске.
- Позвольте ознакомиться с его личным делом.
После беглого чтения анкеты и просмотра дипломов работника, Антон Александрович вопросил:
- Какие у него недостатки поведения?
- Он не владеет компьютером и немного выпивает! У него всегда красное лицо, - раскрыла секрет Зинаида Серафимовна.
Оперативник усмотрел из личного дела, что Зубов владеет несколькими языками, имеет опыт работы в госбезопасности. Было похоже, что его не миновал кризис среднего возраста, и он нашел себе работу попроще – устроился в горгаз. Следователь решила посоветоваться с Мариной Борисовной как со своей бывшей коллегой по телефону.
От Марины следователь узнала, что лучше спросить Сан Саныча из юротдела, тот все знает. Сама Марина менее месяца назад вышла из декрета.
Следователю пришлось вызывать работников горгаза в предоставленный ей в тресте кабинет. Опросить надо было многих, а в знакомых стенах они отвечали охотно.
Сан Саныч явился на разговор, при первой встрече он односложно отвечал на вопросы следователя, теперь у них получился полноценный диалог. Татьяна Ивановна узнала, что Зубов часто после работы ездит с начальником юротдела в кафе, раньше они туда ездили всем отделом, и Зубов был с ними. Леонтий Николаевич как-то раз проговорился, что гордится знакомством с таким человеком, знающим языки, имеющим опыт работы в разведке. 
- Кто же он теперь?!
- У его жены туристическая фирма, он организует поездки для нашего начальства. На работе он помогает заместителю директора по безопасности, а это у нас главный человек после директора. Они отслеживают незаконные подключения к газопроводам.
Сан Саныч внешне был похож на актера Евгения Леонова, казался таким же добряком, со сметливым умом и простотой в общении.
- Каковы методы работы Леонтия Николаевича?
- Он сам ничего не делает, он еще учится на юриста. От меня требует доносить на работников отдела, платить ему деньги за то, что я езжу в БТИ и заказываю там схемы на газопроводы для заказчиков. Эти схемы нужны для составления документов, все газопроводы передаются нам на баланс, а платить должны заказчики. Я помогаю, у нас налажена работа с БТИ. Чтобы не платить Леонтию, я езжу в БТИ во время обеда.
У Татьяны Ивановны возник вопрос к Юлии Макошиной, и она вызвала ее к себе.
- Помогал ли Зубов начальнику юротдела, когда тот добивался вашего увольнения?
- Думаю, что да! Они вместе ждали этого, они стояли в дверях и смотрели, как я собираю вещи и ухожу. На их лицах была написана долгожданная радость!
- Есть ли связь Зубова с кем-то еще в тресте?
- Да, однажды я заметила, что его любит Алена Тарасовна. Он как-то наклонившись к ней стоял, а она млела и страдала одновременно. Она потом мне сама сказала, что в тресте есть мужчина, которого она любит, прямо не может, как сильно!
- У нее есть нужда в больших деньгах?
- Она говорит, что ее зарплата – вторая после уборщицы, хотя я знаю, что у нее есть надбавка к зарплате 50 процентов, как у всех начальников. Еще начальники берут заём от треста, а потом с них возврата никто не требует, есть такая схема обогащения. Алена Тарасовна собирается купить автомобиль для дочери и спрашивала, есть ли у меня деньги. Обычно она одалживает у меня или у Марины Борисовны небольшие суммы, а теперь ей нужно много.
15. Когда задеты чувства женщины
- Алена Тарасовна, сегодня третий день, как я занимаюсь этим делом. Есть человек, о котором я хочу узнать от вас.
- Какой человек?
- Через кого вы приобретали путевку на Кипр?
- Путевку оплатил Аркадий, часть стоимости я получила от турфирмы как подарок, ну и что? Мне нужно было купить пляжную одежду!
- Есть мужчина, которого вы любите, он женатый и пьющий, но не Аркадий Борисович!
- Зачем вам это?
- Что этот человек требовал от вас? Вспомните, что вы для него делали!
Алена Тарасовна молчала.
- Может быть, надо вызвать в милицию вашего брата-инкассатора? У него тоже есть алиби, как и у вас?
- Мой брат тут ни при чём!
- Ваш брат обладает специальными навыками, от вас он мог узнать все о тресте, мог и навещать вас здесь! У вас старая обида на Белову и Залужную, вы лишились работы и два года страдали от нехватки денег! Вы нуждаетесь в деньгах, берете взаймы, берете подарки от заказчиков. Кто мог знать о сейфе, спрятанном в кабинете директора?
- Меня все расспрашивают о директоре, все знают, на месте он или нет, кто к нему вошел, какие дела творятся! Я не могу всегда молчать, что-нибудь да скажу, а они это разносят! Здесь и прослушка есть!
Алена Тарасовна твердила, что ни в чем не виновата, она даже не расстроилась! Следователь отдала должное ее силе духа.
- Совершить ограбление, удалив из здания дежурную бригаду аварийной службы – это задумка человека, знающего работу треста досконально! График дежурств, где лежат ключи, какие замки открыть, в какие сейфы залезть – это вопросы к тому, кто работает в тресте. Вы умны, но в таких делах вы наверняка положились бы на опытного мужчину! – заключила следователь.
- Директор не заявлял о пропаже, ничего не украли! Звоните директору! – потребовала секретарь.
- Чтож, я намерена сообщить свои соображения вашему директору!
16. Защитник готов на всё!
Тут настала пора призадуматься самой Татьяне Ивановне. Местечковость, иначе говоря, - связи местных больших руководителей что-нибудь, да значили! Несомненно, что директор треста будет обсуждать с милицейским начальством приостановку дела. В его интересах не выпускать информацию о коррупции.
Директор явился, попросил отпустить Алену Тарасовну на рабочее место и устремил бездонный взгляд своих синих глаз на Татьяну Ивановну. После молчаливого диалога был начат тихий разговор тет-а-тет.
- Мне трудно говорить, - изрекла Татьяна Ивановна. – Я чувствую страсти людей, из-за которых они поступают неосмысленно, и знаю, к чему это их приводит.
Совершена попытка грабежа, с применением насилия над одним пострадавшим, без причинения ущерба жизни и здоровью. Виновные лица должны быть установлены. О пропаже денег не заявлено. Установлена осведомленность злоумышленников в делах треста, откуда следует, что в тресте работают пособники преступников.
- Давайте так! Мне тоже трудно говорить. Это сделать помогли люди, которые работают рядом со мной. Уволить их я могу, а посадить не хочу! Эти люди – под моей ответственностью.
В Маралюбовском районе газифицировано менее половины домов, население отапливает дома дровами, печками-буржуйками, а мы несем «тепло», устанавливаем газоиспользующие обогреватели воды и помещений. Наша работа нужна людям, но она опасна и трудна, требует оформления технической документации и постоянного обхода всех объектов для поддержания их работоспособности, ремонта планового и аварийного. Люди трудятся в котлованах и лежа на земле, на улице и в недостроенных домах в любую погоду, днем и ночью. Я должен обеспечить им хорошую оплату труда, у меня должны работать лучшие мастера своего дела.
Под ваше подозрение в пособничестве попали Зубов и Жиляева. Я это учту. Вы установили, что в сейфах были деньги, это надо скрыть. Мне дали информацию, что к ограблению причастны люди из милиции, никто не захочет осложнять с ними отношения. Это урок мне, меня наказали, хотя я действую с уважением ко всем местным руководителям, в интересах развития нашего Маралюбовского района.
- Дело могут приостановить в связи с неустановлением лиц, совершивших преступление. Вы должны решить вопрос с моим руководством. Мне достаточно внутренней убежденности, что я разобралась, установила причастных лиц и мотивы их действий с целью, чтобы преступление не повторялось.
- Благодарю за понимание!
17. Непредсказуемая реакция
После разговора и подъема по лестнице сердце директора громко стучало, будто выпрыгивая из груди. В коридоре на втором этаже стояли посетители в ожидании приема у главного инженера. Дверь приемной была открыта нараспашку, Алены Тарасовны там не было. Нехорошее предчувствие сдавило грудь. Двойные двери кабинета были распахнуты, Алена Тарасовна стояла на стуле и уже закидывала под основание люстры скрученную простыню.
- Ну-ка, остановись, безумная!
Только крепкими мужскими объятиями можно было остановить отчаявшуюся женщину. Алена Тарасовна буквально трепетала в руках Владимира Константиновича, сучила ногами и руками, рыдала, выкрикивала: «Не хочу! Не буду!».
Каким-то чудом никто не возник в дверях, никто не вошел в приемную. Только директор об этом подумал, как вошла Татьяна Ивановна, которую никто не заметил.
- Иди немедленно в душ, омойся с головой, пусть вода все смоет! – велел Владимир Константинович секретарше.
Кабинет директора имел задние помещения, комнату отдыха, душевую, кухню. Алена Тарасовна была там хозяйкой, но Владимиру Константиновичу пришлось самому подвести ее к душевой, посадить на скамью, чтобы начала раздеваться, и потом поминутно заглядывать, чтобы не упускать из виду непредсказуемую женщину.
Он заметил кстати появившуюся тут женщину из милиции.
- Вот видите, Татьяна Ивановна, что с людьми делается!
Когда страсти слегка улеглись, директор велел секретарю направляться домой на служебной машине.
- Дома ложись спать и ни о чем не безпокойся! А мы с Татьяной Ивановной проследуем в следственный отдел. Завтра утром приходи на работу! 
18. Пусть забирают всё!
В четверг в тресте был неприемный день, посетителей было меньше. Директора на месте не было. Алена Тарасовна вместе с Юлией Валентиновной в обеденный перерыв пошли прогуляться по улицам, зайти в магазины и на рынок.
- Был мой отпуск или не был – уже и сама не знаю! – заметила секретарь. – Я люблю солнце, но мы мало были на пляже. Аркадий болел, я сидела при нем в номере, одну меня он никуда не отпускал.
Раздался звонок ее мобильного телефона, но позвонил не тот, о ком шла речь. Алена Тарасовна слушала директора, он сообщал о чем-то шутливо, в духе бравады, она смеялась. Затем решила поделиться новостью с Юлией:
- Директор говорит: «А, пусть всё забирают, что есть!».
- О чём это он?
- Это сама милиция наш трест ограбила. Больше некому. Завидуют, что у нас есть деньги.
- Не может быть! А почему он тебе таким тоном сказал, как будто хотел вместе посмеяться? Обозначил, что понял ситуацию?
- Он – артист!

После обеда Юлия Валентиновна посетила абонентский отдел, заодно пообщалась со своей приятельницей Людмилой, муж которой был когда-то милиционером, а последнее время работал на Старой площади в службе безопасности.
- Что твой муж сказал о случае с ограблением?
- Что это организовали свои работники. Если в сейфе были деньги, то это – «левые» деньги, которые не успели отнести домой. Об этих суммах никто не заявит в милицию.
- А может такое быть, чтобы ограбили сами милиционеры?
- Нет, конечно! Сколько мой муж пережил на работе, а такого я не слышала!
- Иннокентьева не подставили, потому что у него связи с Любухтомской милицией, да и вообще он со всеми ладит! Получается, затронули только тех, кто повязан темными делами!

На другой день секретарь «посадила» на свое место Юлию, чтобы выйти по делам, пока директор был занят у себя в кабинете.
- Покарауль в приемной, пока я выйду!
Вошла мастер Белова и, не говоря ни слова, подала в почту директору свое заявление на увольнение. Она была бледной и взбудораженной, ее рыжие волосы растрепались. Когда директор выглянул из своего кабинета в приемную, Юлия тут же показала ему это заявление. Директор читал его и серьёзно кивал головой.
- Это заявление от мастера аварийки Надежды Алексеевны, она сегодня вышла с больничного и, вот, увольняется. Она молодец, дала отпор, позвала на помощь!
Эпилог
На разбор дела в милицию являлся сам директор. Виновные в ограблении треста так и остались неизвестными работникам горгаза.
Мастеру Беловой при увольнении любезно сообщили в отделе кадров, что после выхода на пенсию она может каждый год подавать заявление на матпомощь, на лекарства.
Водителя Бориса Михайловича повысили до мастера по ремонту автотранспорта.
Юрист Макошина через месяц была переведена обратно в юротдел.
Секретарь Жиляева продолжала работать в приемной, часть ее заданий передали канцелярии, чтобы снизить загруженность секретаря делами.
Зарплату работникам повысили, перед новым годом заплатили хорошую премию.
Когда у людей в целом дела идут хорошо и на работе и дома, то они уважают свое начальство и чувствуют уверенность в завтрашнем дне.

 
Содержание
1. Вводная
2. Газовый трест
3. Что известно работникам?
4. Что думают другие работники?
5. Потерпевшая
6. Коллеги
7. Дела семейные
8. Взаимопомощь
9. Ближний круг руководства
10. Кладезь знаний
11. Сколько юристов, столько и мнений
12. Он или она?
13. Места родные
14. Кто он и откуда?
15. Когда задеты чувства женщины
16. Защитник готов на всё!
17. Непредсказуемая реакция
18. Пусть забирают всё!
Эпилог