Шефинька часть 4

часть 1
http://proza.ru/2026/01/29/1021

часть 2
http://proza.ru/2026/01/29/1054

 часть 3
http://proza.ru/2026/01/29/1103
Моё любопытство отчаянно боролось с усталостью , она всё-таки победила,  и я  уснула.
В памяти осталась говорливая женщина , о которой я ещё не думаю так, как только что написала выше.
Я ещё не вижу в ней раболепия, я просто не умею так думать о живых людях.

Понятие "раб" было для меня далёким ,чуждым для понимания живых людей, потенциально содержащим   унижение человека какой-то неявной, но  моментальной оценкой его личности.
(Пройдёт время, придёт сегодняшний день,  и я уже использую  понятие рабства как обычное описание отношений современников, живых людей, не сомневаясь в том, что меня поймут.
Оно наполнилось  бытовым содержанием , тем опытом жизни, который придаёт динамику картине мира, существующей как содержание психической реальности у каждого человека. Только не говорите  о том, хорошо это или плохо. Так есть, современное рабство - факт, увы, факт бытовой социальной жизни ).

Я запомнила не только говорунью, её сестра и муж описаны в моём дневнике , мне нетрудно воспроизвести эти записи здесь, но ограничусь кратким описанием поклонницы " шефиньки". Мне она показалась моей ровеснице - под пятьдесят лет, невысокая, из тех, что ещё можно назвать не толстой, но уже пухленькой.   Полнеющее тело обтянуто леопардовыми лосинами и зелёной майкой с расплывчатым принтом, майка коротковата и над лосинами то и дело проглядывает полоска стрингов.

Такой было женская мода того  времени - привычные платья и юбки стремительно сменяли лосины, брюки, шорты , стринги вытесняли привычные трусики, майки сменяли блузки и т.п.
Женщина коротко подстрижена, очень заметно, что волосы свежеокрашены и уложены.
Она  отличается своей одеждой и подвижностью от сестры, которая сидит практически неподвижно, сложив руки на коленях, которые покрывает длинная юбка летнего платья. Я успеваю отметить для себя, что это - платье, они уже становились редкостью в то время. Из разговора понятно, что сёстры только встретились и для младшей - той, что в платье - это первая поездка за границу.



( Думаю, надо уточнить, что в этот момент моей жизни я была полна профессиональных планов, жизнь открывала всё новые и новые возможности для их реализации. У меня в руках был мой советский паспорт, срок действия которого подходил к концу, мне предстояло получить паспорт уже независимой республики, где я жила и работала.)

В тот день, когда смотрела на моих попутчиков и слушала , казалось, нескончаемый рассказ о немецкой " шефиньке", я не могла и предполагать, что скоро, очень скоро , по законам синхронизации или каким-то другим,  неизвестным  мне законам, жвачка станет снова значимым предметом - маркёром идентификации.
( Идентификация - непрерывный процесс, проявление жизни в психической реальности, постоянно требующей уточнения её границ, предполагающей обозначение этих границ для осуществления рефлексии. Рефлексия же - наша способность задавать самому себе вопросы :" Что я делаю ?" "Как я делаю?" " Почему я делаю так , а не иначе ?" Так Я узнаёт самого себя, так существует  воля. )

Ещё один факт , который я тоже считаю важным для понимания того, что и как происходило со всеми нами после распада нашей Родины - СССР.

В моём дневнике есть точная дата , она была и в моём рабочем ежедневнике - дата поездки в Москву, в издательство.
У меня уже есть годовой  контракт и я работаю в Европе, лечу в Москву. Это было летом 1998 года.
В издательстве известно, что я работаю в Европе и сейчас прилетела оттуда.
Я не знала  этого сотрудника редакции- молодого человека, который по возрасту вполне годился бы мне в сыновья.
Мы остались на некоторое время  вдвоём в тесной комнатке редакции.
- Говорят, что Вы приехали из Европы?, - он обращается ко мне, но смотрит как-то мимо.
Отвечаю утвердительно.
- У Вас случайно нет жвачки, так хочется попробовать настоящей. Ту, что у нас продают и жвачкой-то не назвать, ни вкуса, ни вязкости.
Я отвечаю, что у меня нет жвачки.
Он продолжает торопливо , словно оправдывается: " Я же не специалист в печатном деле, но оно приносит доход, я не мог найти работу по специальности, а теперь уже и забыл всё, я -инженер по электронике ".
Он прерывает себя: " У Вас точно нет жвачки из Европы? "
Я повторяю , что нет.
-А жаль, - вздыхает он.
Наш разговор на этом и закончился.
Я могу предполагать, что этот незнакомый мне человек, мучился неразрешимым для многих из нас вопросом  о том, кто " мы" и кто " они" - другие люди, пришедшие в нашу страну со своей философией жизни, в которой "нам" было отведено ещё непонятное  место.
 Сам вопрос ещё не был  сформулирован, но личная жизнь человека, его Я уже испытывали непривычное и непонятное ещё напряжение меняющейся идентификации.

К тому времени у меня уже был полугодовой опыт не туристической жизни в Европе, я уже точно знала, что товары, которые были привезены европейцами к нам и товары, которыми они пользовались сами, существенно отличались качеством.

Для меня это было временем  начала переоценки  собственного представления о мире, в котором деление на своих и чужих предполагало нечто большее, чем  границы и языковые барьеры.
Я уже с очевидностью для себя понимала, что сравнения как интеллектуального усилия недостаточно для понимания смысла жизни людей в разных странах.

У меня рождались первые сомнения в безусловной ценности идей о том, что" все люди -люди, все люди -братья , всегда можно договориться"   и прочие , как я сегодня говорю сама себе - стереотипы ложного гуманизма.

Придётся написать ещё раз, что через время энн в Интернете я найду информацию о методах воздействия на сознание. Ещё и ещё раз испытаю сложное чувство горчи и стыда за использование научного знания с грязными целями, за коллег, получающих это знание за гранты и не несущих ответственность за способы получения и  использования этого знания. Информационное, психологическое оружие   - уже привычные термины сегодняшнего дня в 2026 году. Психологи прошлого  столетия предупреждали о возможном отравлении психологической информацией, называя это шизоидной интоксикацией. Сегодня через СМИ и другие методы воздействия  она стала оружием массового поражения .

При всей кажущейся сложности и неповторимости психической реальности каждого человека в ней действуют и универсальные законы , обеспечивающие существование этой реальности как системы.
Думается, что один из таких законом проявляется в наличии специальных символов , фиксирующих присутствие другого .
Одной из функций языков является именно эта, есть и другие символы, о которых можно  и нужно говорить  подробно, но я вернусь к жвачке.
Пошучу: именно она, приклеенная неряхой под столиком вагона немецкой железной дороги, потянула за собой мой рассказ , который привёл в далёкое уже прошлое - в московское лето 1976 года.
Иду, гуляю по Москве ? Нет, топаю по делу мимо детского сада, где за забором, недалеко от тротуара гуляют дети.
Иду мимо и трое, а за ними и остальные , бегут ко мне с криком :
- Тётя иностранка, дай жвачки.
Я оглядываюсь , думая, что за мной идёт иностранка, но за моей спиной никого нет.

До меня мгновенно доходит, что они меня приняли за иностранку, потому что на мне - джинсовый костюм : брюки и расшитая блузка. Сестра купила их мне в подарок. (Она работала врачом в леспромхозе, куда завозили импортные товары, потому что леспромхоз сотрудничал с Японией. Мой джинсовый костюм и был оттуда.

А теперь пришло время упомянуть о том, что известное сегодня почти всем выражение:" Мир, дружба, жвачка" имеет для меня и личное  значение.

Жвачка - давно уже  символ  другого мира. Притягательного тем, что он -другой, не такой, как твой. В предмете как бы скрывается и тайная надежда на объединение с тем, другим, объединение через предмет, который может стать общим.

Вернусь к началу моего рассказа.
Я написала, что мне потребовалось много сил и времени, чтобы написать то, что я написала. В рукописном варианте осталось ещё много страниц, которые я не набрала здесь, они показались ненужными, лишними.
Что я могу сказать, прощаясь с этим текстом ?
Могу задать вопрос, вопросы.  Риторический вопрос , риторические вопросы :
- Человек . Это звучит гордо ? Или ...
- "Как прекрасен этот мир, посмотри "... Так ли уж прекрасен этот мир или мы просто обманываем себя?
То море лжи о жизни людей в Советском Союзе, о моей жизни среди них, которое сегодня обрушивается на голову моей внучки, требует не только  от меня реалистичного понимания жизни среди людей,  реалистичного понимания человеческой природы и назначения человека на нашей планете.
Возможно ли такое понимание в информационном мире полном лжи и заведомого искажения фактов?
У меня нет ответа. Ищу его.