экзистенциальный манифест одиночества

Каждый из нас сталкивается с одиночеством. Кому-то оно дается легко, кому-то — нет. Кто-то ощущает гармонию с собой, а кого-то раздражает пустота внутреннего голоса. Все люди разные, но одиночествовать по-настоящему может не каждый. Оно должно быть раскрашено разными красками, где каждый штрих имеет важную роль в целой картине. Одиночество — это не отсутствие, это присутствие того, что мы годами хороним под соцсетями, уведомлениями и прочим. Оно врывается в тот момент, когда садится телефон и ты слышишь тишину, оно врывается, когда уходят гости из твоего дома. Бегство от тишины —это бегство от собственного лица.

«Моя депрессия ярче вашей эйфории» — гласит уже старый мем. Но в чем ее яркость? Разве в уединении есть проблеск света, когда на самом деле очень тяжело? Там есть не только проблеск, одиночество — это то, что заставляет увидеть свет. Экзистенциальная ценность одиночества в анализе, а анализ имеет благотворное побочное действие — озарение. Это слово звучит жизнеутверждающе. Озарение — свет одиночества. Это свет подлинности, свет среди темных ночей души, ясно указывающий направление.

Люди по разным причинам могут одиночествовать. Кого-то к этому привели обстоятельства, а кто-то одиночествует осознанно. В любом случае можно найти истину, так как она рождается в тишине бытия, нужно только прислушаться. Вопрос собственно вот в чем: как я отношусь к своему голосу? Когда ты один, ты остро и отчетливо слышишь самого себя, и первое время становится непривычно, подобно тому, как записанный на диктофон голос кажется раздражающим и нелепым для его обладателя, нужно большое мужество, чтобы принять свой голос в записи. Осознанное одиночество — это мужество, в котором ты принимаешь какофонию своего голоса, стараешься услышать в этом голосе зов бытия и быть свободным, то есть независимым от того, что диктует общество.

Общество требует спасаться от одиночества, и для этого существует много развлечений: кино, торговые центры, массовые мероприятия, концертные залы, аквапарки и прочее. От всего этого исходит запах псевдонаполненности, в которой живут многие и которые боятся остаться наедине с собой. Дома они смотрят сериалы или YouTube, читают художественную литературу и убегают от реальности, в которой им так тяжело слышать себя. Люди не хотят слышать себя, они хотят быть как все. Маркетплейсы стали наполнять человека всякой всячиной, которая им не нужна, пытаются наполнить человеческую душу, которая пуста, но они никогда не смогут ее заполнить, так как душу можно наполнить только озарением. Озарением смысла, озарением пути, озарением творчества и озарением выхода, переосмыслением своих взглядов и действий.

В уединении человек такой, каков он есть перед Творцом. Нагой и беспомощный. Одиночество обнажает. Никакие общественные роли, количество подписчиков в Инстаграм или телеграмм-канале не спасут тебя от момента, когда ты услышишь себя. Тебе не придется держать маску, от себя никуда не убежишь, ты все равно, рано или поздно, встретишься с собой. И это столкновение поистине экзистенциально важно, такой зов собственной природы, кричащий «услышь меня», мы можем слышать каждый день. Такое своего рода приглашение на дайвинг: «а готов ли ты заплыть на глубину или будешь плескаться на мелководье как ребенок?».

В темных водах нашей души мы понимаем: страдаем мы от нехватки социума или испытываем наслаждение от присутствия себя. Подружиться с собой — это акт подлинности и глубины. Когда озарения движут тобой и показывают, как навигатор, куда тебе двигаться, ты находишь путь внутри себя. Может, в каждом заложен путь, который нужно найти, и найти в уединении?

Какое назначение у одиночества? Знакомство с истинным собой, самопознание, бесценные озарения, подлинная глубина, отказ от прежнего в силу нового. Смысл — это костер, который мы разжигаем своими руками, даже если дрова мокрые. Смысл — это конечная цель одиночества. Скорее, даже искание самого смысла и есть смысл одиночества. Эти поиски мучительны, но благотворны. Мы привносим смысл сами: сегодня один смысл, завтра другой. Из таких мини-смыслов и состоит жизнь. Наверное, это и является содержанием жизни. Ведь одиночество содержательно только тогда, когда мы активно одиночествуем — беседуем с собой, что-то рушим, возводим новое, смотрим на свои возможности, сожалеем об ошибках и синтезируем выход.

Выходы одиночества — это озарения, которые нас меняют. Если человек выходит из уединения пустым, то не было озарения, а если даже и было, то он его не применил. А может он выходит пустым потому, что раб псевдонаполненности и поверхностности, и внутри нет никакого содержания? И я слышу зов, призывающий напомнить другим и себе о подлинности, о зове души, и жить так ежедневно. Поэтому я возвращаюсь в город с этим манифестом как с фонарем, не чтобы ослеплять других, а чтобы напоминать: ваша тьма — это заблокированный свет. Отключите уведомления — и вы услышите, как он стучится.