14. Смысл жизни

Само понятие «смысл» достаточно широко и включает несколько понятийных граней. Смысл — это значение, умопостигаемое содержание, разумное основание, цель, целесообразность, функция, предназначение и ценность, ответ на вопрос «для чего» и «ради чего».

Если для примера задаться вопросом о смысле слова как единицы языка, то все эти определения окажутся уместными. Смысл слова — это его умопостигаемое содержание; цель — передача заложенной в нём информации; она же выступает его функцией, предназначением и ценностью. Именно ради этого слово существует и было создано.

Смысл по своей природе является субъектной категорией, коренящейся в психической природе живого существа. Он существует лишь в соотношении с субъектом и для него. Объекты неживой материи, взятые сами по себе и вне сознания смысла не имеют.

Смысл жизни — это её целостное и основополагающее значение, а не значение её отдельных составляющих — смыслов в жизни. Подобно тому, как мы говорим о смысле предложения в целом, а не о значении входящих в него отдельных слов.

Кроме того, под смыслом жизни здесь понимается значение жизни для самого человека — как её обладателя, а не её значение для кого-то извне. Если жизнь одного человека имеет смысл для другого, то это будет личный смысл этого другого.
Так, для наездника смысл жизни его лошади может сводиться к её транспортной функции. Однако в данном рассмотрении нас интересовал бы вопрос: в чём состоит смысл жизни лошади для неё самой.

В этом контексте объективный смысл жизни понимается не как нечто существующее вне субъекта, а как объективные свойства самой человеческой жизни и её природы — прежде всего психические и экзистенциальные — в их соотнесённости с вопросом о том, для чего живёт человек.

Объективной функцией глаза — его общей для всех ценностью, происходящей из самой природы человека — является зрение. Однако эта функция существует только для сознания живого существа. Ампутированный глаз, вне всего остального организма и, главное, вне соотношения с использующим его сознанием, сам по себе не обладает никакой функцией. Этот пример наглядно показывает, в каком смысле здесь говорится об объективности.

Базовой мотивацией человеческой жизни является стремление к счастью. Это стремление конкретизируется в системе жизненных ценностей — в том, что человек переживает как благо и источник удовлетворения.
Ценности могут быть самыми разными, однако в обобщённом виде их можно разделить на три основные группы: физические, психические и духовные.
По своему потенциалу глубины переживания, полноты удовлетворения и устойчивости во времени они образуют иерархию, восходящую от физических к психическим и от психических к духовным.

Человеческая природа не удовлетворяется имеющимся и всегда направлена к большему. Конечной точкой этого вектора устремлений является высшее благо — состояние отсутствия страдания и непреходящего счастья. Оно раскрывается в двух взаимосвязанных аспектах: как освобождение от эгоизма, устраняющее внутренние причины страдания, и как жизнь из любви, наполняющее существование положительной полнотой.

Всё вышесказанное раскрывает объективное содержание природы смысла жизни — универсальное стремление человеческой природы к высшему благу, закономерности позитивного развития этого движения и общий принцип его достижения.

Объективность природы смысла жизни не исключает его индивидуального измерения. Оно проявляется в конкретном положении каждого человека на пути стремления к высшему благу, в его осознанном и свободном выборе ценностей и направлений развития, а также в личных ошибках и трудностях этого пути.
Жизнь многообразна и вариативна, поэтому универсальное стремление к смыслу принимает множество индивидуальных форм, зависящих от особенностей и предпочтений личности. Тем не менее за этим многообразием сохраняется единая сущностная основа и внутренняя логика.

Может возникнуть вопрос: почему именно освобождение от эгоизма и совершенство жизни из любви приводит к высшему непреходящему счастью, а не что-либо иное? На чём основана эта уверенность?

Во-первых, на это указывает внутренняя логика самого феномена счастья. Все внешние психофизические ценности, к которым человек стремится как к источникам блага, сопряжены со страданием. Они могут не быть достигнуты, могут быть утрачены или привести к пресыщению и разочарованию. Всё внешнее по своей природе способно дать лишь временное удовлетворение.
Внешние ценности зависят от внешних обстоятельств, которые по своей сути непостоянны.

В мире неизменно лишь одно — сами изменения.

Следовательно, устойчивое счастье не может корениться во внешних преходящих объектах. Оно возможно лишь при изменении внутреннего принципа восприятия и отношения к жизни — такого, при котором счастье перестаёт быть объектом поиска вовне и становится свойством преобразованного сознания.

Освобождаясь от эгоистических желаний и болезненных привязанностей, человек устраняет внутренние причины страдания. В этом состоянии жизнь из любви становится источником радости и вдохновения, не зависящим от внешних условий.

Счастье – это не субстанция во внешнем мире, которую мы должны найти и присвоить, подобно насыщению физической пищей. Счастье – это состояние нашего сознания, и только сознание является его внутренним источником.   

При этом внешние ценности не утрачивают своего значения, но перестают быть самоцелью и становятся формами проявления любви, её языком и средствами творческого выражения.

Во-вторых, к тем же выводам независимо и опытным путём приходят основные духовные традиции человечества. Иудаизм, христианство, ислам, индуизм, буддизм, джайнизм и даосизм сходятся в утверждении, что высшее благо достигается через освобождение от эгоизма и совершенствование любви. Полнота счастья выступает в них высшим практическим результатом развития человеческой жизни.

При всём различии формулировок, вероучений, методов и расставляемых акцентов, в практическом измерении эти традиции демонстрируют принципиальное сходство.
Знания о высшем благе и путях его реализации известны человечеству на протяжении тысячелетий и подтверждены опытом множества духовных подвижников, святых, мистиков и просветлённых.

Здесь не совершается открытий — предпринимается лишь попытка рационально осмыслить и систематизировать то, что давно известно человеческому опыту.

Итак, смысл жизни в своём общем содержании раскрывается как стремление человеческой природы к высшему благу и его достижение. Однако на данном этапе рассмотрения эта концепция остаётся принципиально неполной. Она указывает направление и цель, но не отвечает в полной мере на вопрос о реальной осуществимости этого смысла.

Цель — это ещё не достигнутый результат. Если результат не существует объективно в пространстве возможностей, стремление к нему может носить лишь относительный, регулирующий, но не высший и всеопределяющий характер.

Подробнее об этом в следующей главе.