Мышь на ферме

Никто из жителей фермы уже не помнил точно когда, но все знали наверняка, что когда-то, где-то там, а точнее - в зерновом амбаре родилась Мышь. Все сколько себя помнили, она всегда там по ночам скреблась. Долго ли коротко ли жила Мышь припеваючи в фермерском амбаре, и сколько бы еще она там пробыла тоже никому не было известно, но все же однажды наступили-таки трудные времена для того королевства, в котором находилась та ферма с зерновым амбаром.

Работники фермы по приказу короля ушли на войну с соседним княжеством. Из каналов рядом с фермой тут же ушла вода, которой поливали поля с зерном вокруг, а недобрые суховеи забрали с собой и унесли в другие королевства всю плодородную почву с полей, где работникам не надо было уходить на войну.

Амбар постепенно оскудевал, и фермер поставил в нём мышеловку – ему ничего не оставалось делать:

- От лишних ртов надо избавляться, - решил он заботливо, но с неохотой.

Все происходило на глазах у мыши, и она по ночам в гулкой от доносившейся издалека канонады темноте с грустью прокручивала в памяти картинку, как ещё в мирное время сынишка фермера с широко распахнутыми от удивления и восторга глазами протягивает пухлую ручонку и, указывая ею перед собой, кричит весело:

- Мыка...! Мыка..!

Тогда зоркий глаз юнца зацепил её в тот самый момент, когда она с водопоя от ключа возвращалась в своё жилище. Восторгу малыша не было конца.

Мышь тяжело вздохнула от нахлынувших воспоминаний и побежала скорее, пока вечер и не наступило утро. Обитатели фермы будут заняты привычными утрешними заботами и всем будет не до неё. Она торопилась рассказать соседям по стойлу о поставленной на подворье мышеловке.

Хохлатка в темноте видела плохо-плохо, но слышала отменно, поэтому снисходительно выслушала объявление распищавшейся не ко времени гостьи, а по окончании мышиного объявления, подумав чуть, тряхнула кокетливо помпезным хохолком на маленькой головке и недовольно прокудахтала:

- Причём тут я и мышеловка…, - и повернулась на насесте клювом к дощатой стене курятника.

Овечка, похоже, вообще ничего не поняла из объяснений ночной гостьи и просто из вежливости проблеяла громко, что-то совсем невнятное. Не отчаиваясь, Мышь побежала к стоявшей в загоне, тут же невдалеке от овчарни, корове и поведала ей о случившемся с ней несчастье. Корова задумчиво выслушала и лишь потом протяжно замычала:

- Мышеловка вряд ли сможет помешать мне дожевать положенную мне перед сном охапку сена .
Дальше вести с ней беседу не имело никакого смысла – корова полностью
погрузилась в уже отлаженный годами процесс пережёвывания травы.

Мышь задумалась:

- И впрямь, на кого сетовать: мышеловка – это лишь моя проблема, к ним она никакого отношения не имеет. Мышеловка поставлена только для меня…

Наутро Мышь проснулась не от привычного блеяния овец, которых в ту пору всегда выгоняли на выпас и не от петушиного «кукареку» с кудахтаньем куриц – на ферме был настоящий переполох. Все озабоченно бегали беспорядочно, туда-сюда, что-то друг другу сбивчиво объясняли по пути и мчались дальше по своим делам, было совсем непонятно, с чего вдруг все переполошились.

Оказалось, ночью в мышеловку попал хвост змеи. Змея всю ночь тщетно пыталась освободить свою совсем не лишнюю для неё часть тела от чужеродного ей предмета, который к тому же причинял ей нестерпимую муку. А утром, обезумев от непрекращающейся боли и страха, змея решила укусить вышедшую во двор по хозяйству жену фермера.

Все погрузились в хлопоты по излечению хозяйки, привезли доктора издалёка. Доктор понавыписывал мазей да пилюль очень необходимых в тех случаях, когда змея укусит и посоветовал в ожидании подвоза лекарств попоить больную бульоном из цесарки.

Доктор сказал, что бульон из черепахи мог бы благотворно подействовать на организм укушенной быстрее, но за черепахой пришлось бы лететь в Таиланд, а цесарок на ферме не было, поэтому поймали курицу, сварили бульон, больную попоили. Пока отпаивали, понаехали гости навестить хворую и просто поприсутствовать рядом с ней до её полного выздоровления.

Гостей необходимо было как следует приветить и пришлось заколоть овцу, потому что проведывающих необходимо было кормить. А дальше, пока суть да дело, – фермерша вдруг скончалась. Пришлось бурёнку отправлять на кухню, чтобы справить достойные поминки  по усопшей.

Все это время мышь издали внимательно наблюдала за происходящей вокруг суетой и сумятицей, озабоченно думая:

- Что не говори, а война - всегда не к добру…