Десять лет спустя

Наш караван, состоящий их пяти грузовых автомобилей, медленно преодолевая поворот за поворотом, поднимается к высшей перевальной точке на трассе Кызыл-Абакан. За лобовым стеклом теплой уютной кабины мечутся снежные вихри. Их сила и мощь порой столь велика, что тяжелый грузовик, загруженный нашим экспедиционным оборудованием, вздрагивает и чертыхается. Еще усилие – и мы на Буйбинском перевале. Сквозь облачность и снеговые заряды пытаемся разглядеть склоны гор, на которых завтра начнем испытания новых отечественных снегоходов с сибирским именем «Тайга».

Предложение провести первые испытания снегохода от завода-изготовителя «Рыбинские моторы» пришло в начале октября 1999 года. Первая мысль, пришедшая в голову: «Невероятно!». Нам, группе энтузиастов снегоходных путешествий, доверяют испытание снегохода, в который завод вложил огромные деньги! Новый отечественный снегоход, поставленный на одну ступень со многими мировыми машинами – это, по меньшей мере, государственная задача. Вот нелепость: Государство и мы. И хочется, и колется, и ответственность доселе невиданная. А… Была – не была!

Работа не закипела, а вскипела как-то сразу. Тест-экспедицию решили провести в районе Западного и Восточного Саяна. стартовать со знаменитого хребта Ергаки и финишировать в районе г. Красноярска, пройдя более тысячи километров. В условиях малоснежной зимы, снег можно было найти только в горах. Перепады высот более полутора тысяч над уровнем моря покажут тяговую силу и реакцию карбюратора на разреженность воздуха. Весь маршрут пройдет в автономном режиме, с канистрами с бензином, палаткой, печкой, продуктами питания, спальным снаряжением и т.д. Насколько тщательно будет выполнена подготовка, настолько успешно пройдет экспедиция. Причем подготовка, как правило, не уступает по накалу, остроте, трагизму и восхищению, самой экспедиции.

В конце ноября пришло с завода шесть снегоходов в упаковочных ящиках, взятые прямо с конвейера, без какой-либо подготовки. Это было основным условием теста – испытание серийной машины.
И вот 5 декабря мы уже разглядываем гольцы Западного Саяна. Базовая палатка оранжевого цвета, словно апельсин на снегу. Вокруг желтые, белые, черные снегоходы, фирменные флаги, рекламные баннеры, журналисты и телевизионщики в ярких пуховках, участники экспедиции в специальной форме.

Все это, возникшее вдруг среди вековых кедров и красивейших гор, на фоне ослепительно белого снега, выглядит полиграфически блестящим мгновением. Присутствует эффект какого-то праздника. Как будто бы его давно ждали, да объявили только сейчас. Даже природа, похоже, этому удивилась, прекратив всяческое перемещение снега, а солнце выпучилось на нас, будто бы раньше ничего подобного не видело…

Эйфория первого дня налицо. Всем хочется надавить на газ, заложить невероятный вираж, да так чтобы коснуться плечом снега, нырнуть в сугроб и вылететь из него вместе с фонтаном снежных брызг. По сияющим лицам понятно, что появился новый вожак в отечественном снегоходостроении.
Я счастлив и рад, как ребенок новой игрушке.

Прошло десять лет. И вновь я счастлив и рад, как ребенок новой игрушке. У меня новый отечественный снегоход «Тайга-Атака-II», который занес меня далеко в горы Восточного Саяна, в охотничью избушку. Подбросив дров в печурку и завалившись на полати, слушая как трещат дрова, я невольно вспоминаю события прошедших лет.

Ту экспедицию мы провели блестяще. Снегоходы не жалели, выжимая из них последние соки. Отрывались лыжи, лопались капоты, отлетали стекла, рвались ремни, выходили из строя вариаторы и коробки передач. Мы прорубались сквозь вековую тайгу на «Тайге». Поднимались на гольцы и ухали в синие дебри. Шли через скалы и проваливались в речные промоины. Спасали сани с грузом в наледях и грелись у костра, клепая или чиня очередную неисправность. В черном небе сверкали звезды по кулаку сквозь продырявившуюся палатку. А мы шли и шли вперед, выявляя недостатки и тщательно записывая их в бортовой журнал экспедиции, чтобы потом на заводе все их исправить и устранить.

Мы выполняли поставленную государством задачу, как подобает русским людям, служащим своему Отечеству. Мы верили и надеялись, что Молодая Россия со своей богатой героической историей сможет преодолеть свалившиеся на ее плечи трудные перестроечные 90-е годы. Мы верили, что будет у нас свой отечественный снегоход, способный конкурировать с мировыми лидерами. Мы очень верили, и потому не жалели ни себя, ни машины.

Много воды утекло с тех пор. «Рыбинские моторы» стали «Русской механикой». Сменилось три президента страны. Мы испытали экономический подъем. Из страны-должника вновь стали Великой Россией. Раньше называя все снегоходы словом «Буран», теперь стали называть их снегоходами, различая их марки, мощности и предназначения для соответствующих работ. Ергаки превратились в природный парк и обросли базами отдыха, горнолыжными курортами, фешенебельными гостиницами. Теперь штурмуют гольцы Саян импортные снегоходы, красуясь друг перед другом новыми начинками, раскосыми глазами-фарами, блестящими багажниками, как барышни на званном балу.

А что же «Тайга»? А наш снегоход «Тайга» ушел, как и подобает русскому характеру, тяжело и добросовестно работать в тайгу, в тундру, в Арктику. Работает «Тайга» также исправно, как и великий и легендарный «Буран», на хозяйствах рыбаков и охотников, на лесном промысле, на газовых месторождениях. В общем, некогда ему тусоваться по «покатушкам» и пафосным мероприятиям.
Все это подтвердил неожиданный звонок с завода «Русская механика» с предложением провести «Праздник снегоходчика» для снегохода «Тайга» у нас в Красноярске! Ну надо же! Как же так! Десять лет спустя! Да как же это!

И вновь работа не закипела, а вскипела разом. Но на этот раз в качестве праздника для труженика, как и подобает на Руси, поработал – отдохни! Формат праздника возник как-то сам собой, без каких-либо колебаний. Русскому мужику что кадриль плясать, что топором махать – мы на все гожи. Так и решили.
Первый этап будет «SNOW-DRAG» (по-нашему – «наперегонки»). Покажем, что и мы не лыком шиты.
Второй этап – «Полоса препятствий». Снегоход «Тайга» - первый помощник в работе. Вот и стартуем задом наперед между флажков замысловатой «змейкой», будто в тайге между деревьев, далее разворот на 180 градусов на тесном пятачке и вперед – устанавливать бивуак и разжигать костер. Снегоход и снегоходчик сливаются в одно целое, как каюр и собачья упряжка. Пока хозяин выполняет задание – я, его снегоход, урчу и переживаю, готовый рвануть выше неба…
Третий этап – «Гонка преследования». Ну какой же русский не любит быстрой езды! Три круга по шестьсот метров по разухабистым берегам красавицы-сибирячки реки Манны. Догнать, обогнать и победить!

Все просто, без заумных «заморочек» с баллами, штрафами и другими спорными штучками. По итогам лучших мест в трех видах – приз, снегоход «Тайга»! Ух, какой приз! Не лучший ли стимул выйти в люди, показать себя и посмотреть на других?
Но не тут-то было. Собрать снегоходчиков со снегоходом «Тайга» с огромных территорий, где порой, как в известной песне, «только самолетом можно долететь» стало практически не преодолимым препятствием. Организаторы, не теряя надежды, по закону жанра, отправляют приглашение за приглашением на светский бал.

И вот уже все готово. И сцена, и артисты, и трассы, и видимо-невидимо подарков под Рождество Христово для зрителей и болельщиков. Щедрость организаторов под стать широкой русской душе – «Русской механике».
И вот уж час пробил. И градусник на улице отмерил – 440 С. Сибиряки и те прижали уши с непониманием: а как же всемирное потепление? Природа неумолимо напомнила, что действие происходит в Сибири, под Рождество Христово, 6 января и лютые рождественские морозы – это еще одно испытание для снегохода с сибирским именем «Тайга». Несмотря на это, Старт дан и закружились вихри, словно снежная метель, завлекая в свою круговерть и гонщиков, и болельщиков. И пар пошел из-под шапок, и валенки заплясали залихватские русские пляски. И «Эх, Мороз, Мороз! Не морозь меня! Не морозь меня, Моего коня!» - полилось из-под гармошек по таежным сопкам, по кедровым веткам, по алым ягодам рябины. И я там был, мед, пиво пил… И так хорошо на душе стало! Праздник состоялся! Как и 10 лет назад, нам удалось сделать это!
Окончен бал, погасли свечи… Но отголоски «Праздника снегоходчика» отозвались в бесконечных телефонных звонках с одними и теми же вопросами. И что, в такие морозы «Тайга» завелась? И что, не сломалась? И вы гонялись, и ничего не отлетело? И охватила меня великая гордость за наш отечественный снегоход «Тайга» - и завелась, и не сломалась, и ничего не отлетело, и, будь здоров, как гонялись!

Проснулся рано. Растопил печку. С минуты на минуту Светило начнет свой путь, освещая путь каждого из нас. Что уготовано тебе? Я люблю налить чашку чая. И дымить сигаретой, наблюдая, как печка через отверстия в дверце втягивает невидимой силой пущенную мною струю дыма. Я не верю, что вновь удалось встретиться с «Тайгой» в испытаниях и выйти их них достойно. Завтракаю нарезанной сохатиной, запивая сладким чаем. Выхожу из теплой избушки на мороз. Снег поскрипывает под унтами. Где-то в горах гудит ветер. Подхожу к своему новому другу – к «Тайге – Атаке II», красной, как снегирь. Наша птица – промелькнуло где-то в мыслях. Осторожно сметаю снежную порошу и тянусь к ключу зажигания. Мотор ровно урчит (на первых снегоходах он почему-то звякал – отмечаю про себя) и зазывает в путь. Еду медленно, наслаждаясь мягкостью хода рычажной подвески. Еду и ловлю себя на мысли, что пытаюсь сравнить «Тайгу» с импортным снегоходом и не нахожу различий. Это хороший знак! Вдруг из распадка выкатывается куча «импорта» и мимо меня по газам. Рука моментально нажала на ручку газа до упора, а внутренний голос скомандовал: «Тайга», в атаку!»