Береговой охранник

Автор: У. Э. Карлтон. издание: Чикаго, Иллинойс: The McCall Company, 1930 год
***
“Адские колокола! Вы-thutty год, и пять он на службе, и
вы не обнаружен ЮИТ, что береговая охрана не подменяйте
старушек домой! Дьявольский искатель приключений, который мне попался - Янсена перевели на станцию
Сэнди Холлер, и ты в очереди, чтобы занять его место. _ Тебе_ предстоит
стать серфером номер один!”

— Но, капитан Коул... — возразил светловолосый, загорелый молодой матрос под номером Два, расправляя свои крепкие плечи.

— Если контрабандисты с Кейп-Кода узнают, что ты заменил Янсена...
— Командир станции Сантак, — вмешался он, — они объявят выходной на полдня, чтобы отпраздновать. История о последнем деле _Сибрайта_ позапрошлой ночью, скорее всего, разойдётся по всему Кейп-Коду, если не дальше.

 — Не нужно мне об этом напоминать. Обри Сирс, второй по счёту сёрфингист, усердно полировал латунные детали пляжной тележки, а проницательные чёрные глаза капитана Коула скользили по навесу с оборудованием — Обри предполагал, что он ищет, к чему бы ещё придраться. «Но иногда,
капитан, всё не то, чем кажется, особенно тёмной ночью на
Солт-Марше».

— Не такие, какими кажутся? Что ты имеешь в виду?

 — Именно это. Всё, что я могу сказать, — это то, что тебе жаль, что ты не видел своими глазами, что произошло на самом деле, и тебе приходится верить Дженсену на слово.
 Густые чёрные усы и лохматые брови капитана Коула были едва ли темнее грозовой тучи, нависшей над его квадратным лицом. Он угрожающе ссутулил свои массивные плечи.

«Ты пытаешься выставить меня лжецом?» — взревел он.

«Нет, если бы я так думал, я бы сказал тебе прямо, капитан», — пояснил свою позицию Сирс. «Но я действительно обвиняю Янсена во лжи, хотя я
Я знаю, что это мне не поможет. Когда тот контрабандист с «Сибрайта» побежал через болото ко мне...


 — Ты позволил ему бежать — и он бы бежал, если бы Дженсен не всадил ему пулю в ногу, — закончил капитан. — И я не хочу, чтобы ты в моём присутствии называл моего лучшего серфингиста лжецом, Сирс. Он выше тебя по званию, и я буду считать его слова окончательными, пока мне не предоставят доказательства, которые изменят моё мнение. Когда ты закончишь с этой работой на тележке для перевозки песка, — сменил он тему, — поднимись в башню и почини там латунные детали. Командир «Сантака» развернулся на каблуках и
Он вышел из аппаратной.

 * * * * *

 Сирс обречённо вздохнул и энергично протёр блестящий металл тележки для сёрфинга мягкой фланелевой тряпкой.
Апрельское утро Кэп встретил гневной тирадой, которая была лишь повторением тех мягких упрёков, которым он в последнее время подвергал молодого сёрфера. Это начинало действовать на его совесть
Обри не спал по ночам, терзаясь мыслями в те драгоценные часы, когда ему
следовало бы отдыхать перед патрулированием пустынного пляжа Сантак или
хотя бы немного поспать после такого патрулирования, чтобы подготовиться к следующему дню.
работа. И обязанности члена команды «Сантака» были напряжёнными круглый год, потому что эта полоса побережья стала местом встречи различных специалистов по контрабанде, которые активно действовали на мысе Код.

 Независимая кровь янки в жилах Обри Сирса кипела, но ещё не выплеснулась наружу. До того, как два года назад он встретил Мейми Уэстон, он бы
свернул с намеченного пути, сказал Кэпу Коулу, куда ему
податься, и отправил бы «Сантак» и его высокоэффективную команду к Дэви Джонсу. Он был крепким, широкоплечим, стойким как скала, и хотя
Работа в береговой охране была единственным делом, с которым он был знаком.
Он мог бы найти работу на суше — что-то менее привлекательное, но приносящее достаточно средств для его содержания.  Снова и снова он
испытывал искушение сообщить Кэпу, что с него хватит.

 Но наградой за то, что он безропотно сносил издевательства Кэпа в Сантак-Сити,
скорее всего, стала бы работа сёрфера номер один. Он был в числе первых
кандидатов на повышение, и под его внешней суровостью скрывался не такой уж и жестокий человек.
Он всегда без страха и оглядки на старшинство в команде рекомендовал свою команду на повышение.
служба. Проблема с «Сибрайтом» заключалась в том, что Кэп доверял
Янсену, потому что тот был старше Обри по званию. Дисциплина на судне поддерживалась за счёт того, что Кэп во всём полагался на первого серфингиста.

 Обри и Мэми планировали пожениться, предполагая, что он получит повышение. Она была хорошенькой, со светло-каштановыми волосами и голубыми глазами.
Она была безответственным лучиком солнечного света и жила со своей овдовевшей матерью в
деревне Хауспорт.

На одной из стен гостиной в коттедже, где они с Обри обычно проводили время, когда он был не на службе, висел портрет Джорджа
Вашингтон; на противоположной стороне балансировал один из
Обри в своей форме.

 Членов экипажа «Сантака» всегда радушно принимали у вдовы Уэстон,
ведь её муж был смотрителем станции «Сантак» в те времена, когда она
была частью спасательной службы. Он погиб героем при крушении
«Дэвида Ротвелла» — один из невоспетых мучеников великих
старых экипажей спасателей Кейп-Кода, которые погибли в тщетных попытках спасти своих товарищей, потерпевших кораблекрушение.

Но за последние несколько недель Дженсен перешёл все границы.
Он пренебрегал условностями этого гостеприимства, проводя большую часть своего свободного времени у вдовы. Обри достаточно хорошо знал природу этого влечения. Но Мейми заявила Обри, что терпеть не может серфингиста Дженсена. И Обри, доверившись этой честной и прямолинейной новообращённой поклоннице флэпперства, которая обещала выйти за него замуж, подавил свою ревность. Однако после одного из визитов Дженсена к вдове
Обри всегда поглядывал на его портрет на стене в гостиной, чтобы
убедиться, что он всё ещё там. У него было подозрение, что Дженсен
умеет обращаться с женщинами.

 * * * * *

В ту ночь Обри надел свою лучшую одежду, сунул автоматический пистолет
в задний карман брюк - мера предосторожности, к которой всегда прибегали мужчины Сантака из-за
многочисленных угроз, которые они анонимно получали от контрабандистов
джентри... и поплелся по песчаной дороге в деревню Хоупспорт, в двух милях
отсюда. Он поменялся выходным днем с серфингистом Пати - но не на ночь,
потому что Мэми должна была его ждать.

Она была. Она, как обычно, пригласила его в гостиную и села рядом с ним на диван. Но она не выглядела такой весёлой, как обычно.
не обременяя себя. Обри не могла вспомнить, когда заметила, что она
переживал за тебя.

“Что случилось, Бабуль?” спросил он.

Мама ответила не сразу. Затем: “Ты видел сегодняшнюю бостонскую газету
, Обри?”

“Нет! Что в ней?” Но он уже подозревал.

И его подозрения были верны. Мейми показала ему отчёт о том, как шхуна-нарушительница «Сибрайт» снова проскользнула мимо кордона катеров береговой охраны у задней части Кейп-Кода. Как команда «Сантака» была вызвана на помощь Сёрфменом Хаббардом, который заметил судно на
его патруль добрался до перевалочного пункта между Сантаком и Сэнди-Холлоу
 Как команда набросилась на десантников со шхуны и захватила контрабандный груз виски, доставленный на берег на скоростном катере с «Сибрайта», отпугнула береговую группу, которая приехала на автомобиле, очевидно, чтобы забрать контрабандный напиток, и перехватила одного из десантников, прежде чем он успел сбежать со своими товарищами на скоростном катере.

Но после того, как Обри закончил эту часть повествования, в его серых глазах вспыхнули искры, лицо потемнело, а газета
Он сжал его своими сильными мозолистыми пальцами.

[Иллюстрация: из серых глаз Обри чуть ли искры не посыпались. «Всё остальное — ложь!
— заявил он хриплым голосом.]

«Всё остальное — ложь! — заявил он хриплым голосом. — Этот парень бежал как олень, когда мы окружили его, — бежал прямо на меня. Я побежал ему навстречу, а он развернулся и побежал в другую сторону. Янсен стоял прямо перед ним. Но когда Янсен увидел, что он на него надвигается, он завизжал, развернулся и побежал. Побежал от него — клянусь богом! И когда я это увидел, я всадил в него пулю.
контрабандиста — и он упал, постанывая».

«Но где же были Кэп Коул и другие парни из Сантакруса всё это время?»
 — спросила Мейми.

«Подходили с берега — приближались к контрабандисту. Мы были в широком кругу...»

«Но разве Кэп не видел — не видел, кто стрелял?»

 * * * * *

Обри презрительно фыркнул. “Видишь это? Хм ... если бы Янсен не знал
Кэп не мог этого видеть, он бы не лгал так, как лгал. Было темно, как
карман на солончак. Если бы Янсен не был так близко ко мне, я бы не стал
я отшатнулся от него, пока он не издал тот визг, когда контрабандист
положили для него. Но когда контрабандист пошел с моей пулей в его
нога! Господа, _then_ Янсен был мальчиком на побегушках. Он наклонился над
тем контрабандистом и опустил его руки, прежде чем подошла остальная команда
. И это тогда он сказал Кэп его истории-просто, будто это напечатано
в этой проклятой газеты--взято, вероятно, из отчета крышка отправлена
суперинтендант”.

Он смял бумагу в своих сильных руках и швырнул её на пол.

 * * * * *

 Мами успокаивающе положила руку ему на щёку и с жалостью посмотрела в его сердитые глаза.

«Я знаю, что ты чувствуешь, Обри, дорогой, — посочувствовала она. — И я верю тебе — каждому твоему слову. Дженсен действительно подлый — я вижу это по его глазам, когда он приходит сюда. Хуже всего то, что он выставляет тебя трусом. А я знаю, что ты никогда не был трусом, Обри».

 «Дженсен за это заплатит!» — возмутился Обри. «Жаль, что я не был таким же кротким ради соблюдения дисциплины, когда он солгал капитану. Я бы заставил его проглотить эту ложь прямо там, на Солт-Марш. Но я сделаю это сегодня вечером — будь проклята дисциплина! Он возьмёт свои слова обратно, даже если меня выгонят со службы за то, что я его покрывал!»

«И когда же мы поженимся?» жалобно спросила Мейми. «Что
станет с твоей службой? Всё пойдёт прахом! Даже если Кэп
будет настолько подл, что не даст тебе продвинуться по службе,
появится другая возможность, где ты сможешь сделать себе имя,
которое Дженсен не сможет испортить своей ложью. И, судя по
всему, такая возможность есть прямо сейчас».

Обри вопросительно посмотрел на неё. «Что ты имеешь в виду под возможностью?» — спросил он.

 «Вчера днём приходил Амос Свифт. Он утверждает, что в гавани Хоуспорта, прямо перед его домом, происходит контрабанда».

“Тьфу! Я в это не верю!” Обри высмеял эту идею. “Это маловероятно"
Контрабандисты были бы настолько смелыми. Эймос и ’Кэп Коул" были на острие "шпаг"
в течение многих лет. Я бы не стал недооценивать Эймоса, начавшего подобную историю, чтобы
сделать вид, что Кэп спит на своей работе ”.

“Кэп _is_!” - провозгласила Мэми. “Никто из мужчин Сантака никогда не патрулирует
В наши дни в гавани Хауспорта. Когда отец командовал станцией, он
организовал патрулирование, как и на главном пляже».

«Да, но с тех пор многое изменилось», — вступился Обри за своего начальника.
«Патруль в гавани Хауспорта отвёл нас на две мили от обычного маршрута
Патрулирование — мы его ненавидели. Это была _одна_ услуга, которую Дженсен оказал на станции. Он убедил Кэпа, что это пустая трата времени, и Кэп с ним согласился. В результате мы получили приказ от суперинтенданта не включать гавань Хауспорта в зону нашего патрулирования.


 «Тогда неудивительно, что контрабандисты этим пользуются!» — возразила  Мейми. “Амос говорит, что их можно увидеть там в любую туманную ночь, как сегодня. Он
думает, что они с ”Сибрайта".

“Тогда почему Амос не сообщает об этом?” - Возмущенно спросил Обри. “ Если не к
Кэпу, то к кому-нибудь из нас.

“ Обри, ты думаешь, Амос хочет неприятностей? Эти контрабандисты могут убить
Он и Эмма живут отдельно от деревни. Ты не должен даже упоминать о том, что я тебе это рассказал, Обри, потому что Амос поручил тебе самому что-то с этим сделать, не впутывая Кэпа. Он знает, как Кэп тебя сдерживает. Это твой шанс, Обри, поймать этих контрабандистов и получить за это полную награду, без вмешательства Кэпа. Разве ты не понимаешь?

 * * * * *

Обри увидел. Но это был не шанс проявить себя как героя. Если те люди, о которых
сообщил Амос, были настоящими контрабандистами, то существовала вероятность, что капитан
У него была особая причина настаивать на прекращении патрулирования гавани Хауспорта.
 Хотя Кэп казался образцом чести, никогда нельзя было быть уверенным в этом.


  Если бы Обри вмешался в такое предприятие, в котором Кэп принимал непосредственное участие, у него был бы отличный шанс получить повышение, ведь он во многом зависел от рекомендаций Кэпа! Кроме того, он знал, что команда «Морского сияния» была сборищем отъявленных головорезов, каких только создавал Господь. Побег Янсена на Солт-Марше от одного из них был если не доблестным, то хотя бы осмотрительным.

“Это туманный вечер” Мами напомнил ему. “Там не может быть лучше
ночь прыгать на них. И после этого кусок в бостонской газете,
Обри--”

“Эймос и Эмма нервничают”, - запротестовал он. “Живя в одиночестве, как они это делают".
”вдали от деревни, они, вероятно, воображают..."

“Они не представляют!” Мами энергично топнула своей маленькой ножкой. — Самое меньшее, что ты можешь сделать, — это провести расследование. Ты... боишься, Обри?

 — Боюсь? Конечно, я не боюсь! Если старина Амос хочет, чтобы я успокоил его, спустившись туда и осмотрев местность, я могу это сделать.
Успокой его. Я пойду обратно на станцию тем же путём, как только уйду отсюда, и...


 — Давай не будем ждать. Обри, — взмолилась Мэйми. — Пойдём _сейчас_!

 Обри посмотрел на неё прищурившись. — Ты в этом не участвуешь,
Мэйми, — заявил он. — Ты останешься здесь. Если бы Амос _не_ искажал факты и они оказались бы настоящими контрабандистами с _Seabright_, тебе бы не поздоровилось, если бы они застукали меня за слежкой.

 — Я _иду_!  Я пойду к Амосу и навещу Эмму.  Ты можешь проводить меня туда, а потом спуститься на площадку под домом.  Мы будем наблюдать оттуда
Поднимись наверх и позвони в участок, если тебе нужна помощь. Только я надеюсь, что она тебе не понадобится, Обри. Я надеюсь, что ты сможешь сделать всё сам, чтобы Кэп и
 Дженсен не вмешивались.
— Многое можно увидеть из окна наверху в такую тёмную ночь, — усмехнулся Обри. — Но если ты предпочитаешь бродить по гавани Хоуспорта, а не развлекать меня в мой выходной...

— Обри, ты же знаешь, что это не так! — упрекнула она его. — Я делаю всё это, потому что... ну, мне как бы стыдно за ту статью в газете. И я хочу, чтобы ты показал всем в Хауспорте, что ты не трус и никогда им не был.

“Ну, тогда давай!” Обри согласилась. Мама побежала наверх, сказал ей
мать она собиралась Эммы, поставить на ней обручи, и с Обри пошел
в ночи.

 * * * * *

Сквозь туман они шли по песчаной дороге к гавани, разговаривая.
полушепотом, Мами убыстряла три шага, чтобы не отстать от него на один.
он. Деревенские часы уныло пробили восемь, и их отдалённые удары прозвучали в свинцовой атмосфере ещё более погребально, чем когда-либо.

 Они свернули на боковую дорогу, ведущую к двухэтажному дому Свифтов.
на лесистом холме с видом на Свифтс-Лэндинг, расположенный на укромном маленьком пляже внизу. Внизу, в гостиной, горел свет.


«Подожди здесь, пока я не войду, — прошептала Мейми, ободряюще сжимая его руку.
— Тогда иди на причал. Если тебе понадобится помощь, Обри, крикни.
Мы будем слушать и позвоним на станцию, если ты позовешь. Амос спустится, чтобы помочь тебе, пока команда добирается сюда.

 Обри усмехнулся про себя.  Амос!  От этого робкого старикашки будет мало толку!
Обри подождал, пока дверь ковчега на холме открылась и закрылась, а затем спустился по тропинке к причалу.

Крошечные волны плескались о затянутый туманом берег. На узкой полоске воды — не намного шире Солт-Марш-Крик во время прилива — в тумане виднелись два пустых летних домика. Справа от них мерцал свет в окне кухни фермерского дома Рубена Никерсона, а в конюшне за ним беспокойно мычала корова. Отличное место для контрабандистов! Да они с такой же вероятностью могли бы выгрузить контрабанду прямо перед станцией Сантак, под самым носом у первоклассной команды Кейп-Кода!

Боже, если бы ребята на станции узнали, что он шпионил
Если он будет искать контрабандистов в Свифтс-Лэндинг, то никогда не успокоится! Это станет постоянной шуткой на станции.

 Обри отошёл от берега к низкорослым соснам на возвышенности и
уселся на перевернутую лодку. В дальнем конце гавани время от времени раздавался свистящий звук маяка Нэрроу-Пойнт. В воздухе чувствовался холод — более промозглый и сырой, чем тот, что он ощущал во время патрулирования более широких и открытых участков пляжа Сантак.

 Гудение туманного свистка и непрерывное _шлёп-шлёп_ волн
Он убаюкал его, и тот почти заснул. Деревенские часы пробили десять.
 Где-то в Атлантическом океане за пределами гавани Хоуспорта пыхтела моторная лодка. Скорее всего, это была одна из флотилий береговой охраны, прочёсывающая воды в пределах трёх миль в поисках неуловимого «Сибрайта».

 Внезапно он вскочил со своего места и вгляделся в пристань.
 Из тумана вырисовывался нос плоскодонки. А за этой лодкой
следовала другая. В каждой было по два человека: один греб, другой стоял на
корме. И вёсла этих лодок были заглушены!

 Обри спрятался глубже в зарослях низкорослых сосен — как раз вовремя, потому что
На берегу заиграл луч фонарика, плывущего впереди, и низкий голос, слегка приглушённый, пропел: «Всё в порядке — прямо по курсу!»

 Нос первой лодки заскрежетал по берегу, затем вторая лодка
остановилась на песке рядом с ней. Пассажиры обеих лодок
сошли в воду, и их морские ботинки зашлёпали по воде, когда лодки
подняли выше.

— Эй, Расс, подай нам ящик! — раздался низкий голос. — У нас тут, кажется, на несколько омаров больше, чем у тебя.

 Из-за огромного грузного тела высунулась большая рука и с глухим стуком опустила ящик на землю.
пропорционально большой выхватил из воздуха летающий ящик. Тщательно
он и его компаньон меньшего размера наполнил ее Омаров со дна
лодки, в то время как меньшие люди из других Дори притащил несколько
лобстер-нагруженные ящики на берег.

[Иллюстрация: Наблюдающий за происходящим Обри проворчал что-то себе под нос. “Контрабандисты” Эймоса
были безобидными ловцами омаров!]

«Я мог бы догадаться, что всё так обернётся!» — проворчал себе под нос наблюдавший за происходящим Обри.
Ведь «контрабандистами» Амоса были старый Натан Холвей и трое его сыновей, безобидные, трудолюбивые ловцы омаров, которые занимались своим делом
Это было не по делу — чего нельзя было сказать о самом Амосе. И чтобы выставить
Обри в ещё более нелепом свете, если его присутствие там будет обнаружено, они были кузенами Дженсена.

 Молодой сёрфингист сделал шаг назад, чтобы между ним и пляжем оказалось больше сосен. Но при этом он наступил на пустую бутылку, и она с громким звоном лопнула под его ботинком.

— Что это, чёрт возьми, было? — воскликнул Натан, и луч фонарика
проник сквозь сосны, в которых прятался Обри.

 — Вот он — кто-то прячется в соснах! — раздался гнусавый тенор Расса
— Холвей! Вылезай из этой чащи, ты! Мы тебя видим!

 — Будь я проклят! — крикнул его брат Энох. — Это же Обри Сирс!

 Узнав его, Обри вышел из своего укрытия и смело направился к причалу. — Добрый вечер, — поприветствовал он ловцов омаров. — Киндер-Тик, не так ли?

— Что ты тут делаешь, рыскаешь вокруг и шпионишь за нами? — воинственно проревел старый Натан. — Разве честные люди не могут зарабатывать себе на жизнь без какого-то проклятого берегового охранника, который приходит в двух милях от своего поста, чтобы подглядывать за нами?

 — Может, он ищет того парня, от которого сбежал на Солт-Марш, —
— предположил Енох, и двое его братьев хихикнули.

 * * * * *

 От этих слов в Обри вскипела кровь. — Неважно, почему я здесь, — бросил он им вызов, решив сохранить достоинство, хотя и чувствовал себя дураком. И он ухватился за самую важную деталь их высадки: — Вы могли бы сказать мне, почему гребли вёслами с заглушками.

— Слышь, храбрый задира из Сантакруса! — усмехнулся Расс. — Он устраивает нам перекрёстный допрос. Не знаю, какое ему дело до того, почему...

 — Заткнись! — Натан заставил своего умника замолчать. — Этот наблюдатель —
Он жалкий трусливый подонок, но он офицер федерального правительства, и к нему нужно относиться с уважением за его форму, если не за что-то другое.
Даже если сейчас он её не носит, — многозначительно добавил он. “В
причина, по которой мы заглушили наши весла, г-н береговой охраны”, - пояснил он с притворным
вежливость, “заключается в том, что мы не хотели distarb Амос Свифт и Эмма, жизнь-это
как мы Кеп’ вышел позже обычного-н-от сильного течения после того, как мы вытащили наши
Омаров горшки”.

“Тебя это удовлетворяет?” - злобно спросил Фред, младший брат. “Если
это не...”

“Закрой свою чертову ловушку!” - взревел Натан. И он снова повернулся к Обри.
«Когда-нибудь тебе проломят твою дурацкую башку за то, что ты суёшь нос не в своё дело», — предупредил он. «Я собираюсь поговорить об этом с капитаном Коулом!»

 «А раз уж ты не в форме, — предложил Расс, — я бы хотел немного поразмяться с тобой прямо здесь, голыми руками. Я бы хотел
как-нибудь получше устроить тебя, чтобы у тебя не было амбиций
больше беспокоить честных рыбаков или беглых контрабандистов ”.

Обри снял пальто и пиджак от своего лучшего серого костюма,
и бросил их на пляж. “Я помогу тебе, Расс Холуэй!” - сказал он.
— крикнул он, принимая оборонительную стойку, в которой немного поднаторел, занимаясь боксом с Сёрфменом Пэти в свободное время на станции. — Давай! — принял он вызов рыбака.

 Но между ними встал Натан. — Здесь не будет кулачных боёв! — заявил он. — Ты, может, и можешь его уделать, Расс, но я не доверяю этим
подхалимам из береговой охраны, у которых есть лицензия на ношение огнестрельного оружия, особенно если они его получают. А теперь, малыш из береговой охраны, — поддразнил он Обри, — беги обратно в участок. Уже поздно, а мы с моими ребятами
Я хочу выспаться перед завтрашним днём».

 «К чёрту тебя и твой сон!» — парировал Обри. «Может, ты и законопослушный гражданин, но ты, кажется, забыл, что смеёшься над сотрудником береговой охраны. И теперь, когда ты проявил так мало уважения к службе, я собираюсь заявить о своих полномочиях, чтобы показать тебе, кто здесь главный. Ты
можешь отложить укладывание спать, пока я не посмотрю на твоих омаров - и еще раз хорошенько, клянусь Годфри!
посмотри хорошенько!

“ Будь ты проклят, если будешь! ” взревел Натан. “ Ты не в форме. Вот - отойди
от этого ящика!” - когда Обри наклонился и начал рыться в омарах, которые были в нем
.

Натан бросился на Обри, но тот ловко отскочил в сторону.

 «Предупреждаю тебя — ты связался с правительством Соединённых Штатов, а не со мной лично!» — предупредил Обри крупного рыбака.

 Натан отступил.  «Это моя лодка», — заявил он, указывая на ближайшую лодку. Его лицо было чёрным от ярости. — А теперь, молодой человек, я приглашу вас отведать моих омаров. Посмотрим, будет ли молодой парень без формы рыться в моём имуществе. Если вы заберёте эту дори, то только через мой труп!

 Несколько секунд Обри колебался. Он знал, что формально имеет право
орган, равномерный или нет униформа. Не богатырской силой и
бои репутацию Натана остановило. Но он полностью осознал, что нет
очевидно, что он преследует сейчас, он выйдет проигравшим.
Общественные настроения способствовали бы Holways если они вводят звук
обмолота с ним. И шапку бы обязательно ему выговор за такое
взаимодействие с законопослушных граждан, если не принять меры по его
были сняты со службы.

Но, с другой стороны, если бы он отказался обыскивать лодку, Холуэи
провозгласили бы свой триумф, а его заклеймили бы ещё большим
Он оказался трусом, а не лжецом, каким его выставила Янсен.

 Пока он размышлял, Натан и его сыновья стояли напряжённые и молчаливые, с нетерпением ожидая его следующего шага.
На возвышенности хрустнула ветка. Натан посмотрел в ту сторону, и Обри тоже. В свете
фонарика он увидел Мэйми, Амоса и Эмму, которые прятались там, частично скрытые за чахлыми соснами.


— Мэйми, иди домой! — крикнул Обри.

Но Мейми вышла из своего импровизированного укрытия, и Эмма последовала за ней на пляж, в то время как Амос поспешно взбирался по крутой тропинке, ведущей к дому.

— Чего ты ждёшь, Обри? — спросила Мейми, сверкая глазами и повышая голос от волнения. — Ты что, не собираешься обыскать эту лодку?


Натан дурашливо рассмеялся. — Я так понимаю, твой герой передумал, мисс Уэстон, — усмехнулся он. — Он прекрасно знает, что, если ему будет больно, капитан Коул поддержит меня и моих ребят.

— Значит, ты собираешься позволить Кэпу Коулу запугать тебя и заставить отказаться от выполнения своего долга, Обри? — тон Мэми был иронично-сладким. — О, если бы мой отец был здесь! Я знаю, что бы он сделал!

 Обри сжал кулаки, сделал шаг вперёд — и ещё один. Он знал
что бы сделал доблестный старый капитан Уэстон, будь он жив и окажись он в таком затруднительном положении. Герой кораблекрушения на «Дэвиде Ротвелле» сделал бы то, что задумал, или погиб бы при попытке это сделать!

 Обри решительно направился к шлюпке. Он услышал рёв Натана, когда тот вместе с сыновьями бросился в атаку.

Обри вовремя отпрыгнул назад, чтобы избежать стремительной атаки Натана, но при этом столкнулся с Рассом. Старший сын ещё не оправился от удара, как получил сокрушительный удар чуть выше пояса.
Он согнулся пополам, хватая ртом воздух. Обри развернулся к Фреду и врезал ему.
жестокий удар в челюсть этого сбитого с толку юноши. Подобно разъяренному быку
подстегиваемый своими мучителями на ринге, Обри столкнулся с Енохом и после
короткого обмена ударами умерил пыл второго сына,
подношу ему к носу копну сена.

Тяжело дыша от напряжения, он повернулся к Натану, который бросился на него
опустив голову и размахивая кулаками. Сёрфер увернулся — но недостаточно быстро, потому что один из ударов рыбака пришёлся Обри в подбородок.
 Несмотря на то, что он был полупьяным, Обри нанёс ответный удар правой в челюсть гиганта, который причинил не больше вреда, чем выстрел дробью.
шкура носорога.

 С этого момента бой превратился в грубую потасовку, в которой каждый сам за себя, и в общем хаосе у Обри не было ни единого шанса продемонстрировать хоть какие-то навыки, которые он приобрёл, занимаясь боксом с Пэти. Он наносил удары вслепую, спасался от нападавших, быстро перемещаясь, и был атакован со всех сторон одновременно. Лёгкие и тяжёлые удары обрушивались на его щёки, подбородок и челюсти,
пока он танцевал и уворачивался в центре схватки, сбитый с толку
превосходящими силами противника, но не дававший своим противникам
опередить себя, избегая грязных приёмов вроде подножек или ударов ногами.

Затем, когда они подошли ближе, он прорвался сквозь окружавшее его кольцо
и пробежал несколько метров по пляжу, где снова столкнулся с ними. Он
нанёс удар правой в лицо Эноху, от которого тот пошатнулся. Но в то же
время береговой охранник получил сокрушительный удар в щёку от Расса.
Однако ему удалось проскользнуть мимо Эноха и вырваться из круга, который снова образовался вокруг него. И там,
стоя спиной к гавани, примерно в пятидесяти ярдах от лодок, он снова бросил вызов четырём приближающимся рыбакам.

 * * * * *

Обри тяжело дышал, у него шла кровь из носа, щёки и губы были разбиты, один глаз залит кровью, а рубашка висела клочьями. Снова и снова он вырывался из хватки нападавших, и место битвы часто менялось по всему пляжу.

После одного из таких стремительных побегов Обри Натан оттолкнул сыновей и остался один на один с серфингистом. — Ну что, хватит? — Огромный лобстер тяжело дышал. Его
кожеподобное лицо было залито кровью, толстые губы разбиты.

— Чёрт, нет! Я ещё не начал драться! — бросил ему вызов Обри. — Попробуй ещё раз!
Давай, я тебя прошу!

 Расс и Енох, перепачканные в крови и разорванные в клочья, двинулись к
загнанный в угол сёрфер. Но Натан схватил Расса за руку, оттолкнул его и встал между Энохом и Обри.


— Не лезь в это! — приказал он своему отпрыску. — Этот Сирс... ему нужна такая доза лекарства, которую может дать только человек моего поколения.
Я позабочусь о нём по старинке. Вы трое идите
возвращайтесь на пристань и ”проследите ", чтобы никто не воровал наших омаров.

В спешке большой рыбак возобновил конфликт. Натан сражался
теперь уже не только кулаками, но и коленями - так дрались
Шкиперы "Янки" в старые времена, когда все другие методы подавления
непокорные члены их команд потерпели неудачу. В молодости Натан
Холуэй получил прозвище «Кровавый Натан» за своё мастерство в этом стиле боя.
Обри однажды видел, как капитан Коул сражался в таком стиле, когда он чуть не убил обезумевшего от пьянки моряка, так что он знал, чего ожидать.

 Он уклонялся от ударов Кровавого Натана, делая шаг в сторону и нанося апперкоты левой и правой рукой в опущенное лицо рыбака. Но выносливость этого
гиганта из костей и мышц была поистине поразительной, и он, казалось, не
пострадал.

 Время от времени Обри ощущал на себе удары огромного кулака Кровавого Натана.
Он прорвал его оборону. Однажды Натан ударил берегового охранника коленом в живот, и тот согнулся, пошатнувшись. Но он взял себя в руки и снова набросился на своего противника, нанеся ему удар левой в челюсть и апперкот правой в подбородок, и снова уклонился от атаки рыбака, ведущего грязную борьбу, сделав шаг в сторону и нанеся ещё один удар левой и правой.

 Темп начал сказываться на Натане. Обри уже не так сильно дул в лицо
Он был измотан, но не настолько, чтобы тратить силы на безрассудные рывки. Один глаз Кровавого Натана был закрыт, а его
Его окровавленный рот был открыт. В лёгких хрипело, а колени дрожали.

Затем Обри бросился вперёд. Он нанёс быстрый размашистый удар левой рукой, который пробил неуклюжую защиту рыбака и пришёлся ему в выпуклый нос. Тот застонал и рухнул на песок, как подрубленный топором бык.

Падение отца, казалось, придало трём сыновьям новых сил.
Они набросились на Обри со всех сторон, и он, выбившийся из сил в ожесточённой схватке с их отцом, упал на песок.
Они начали безжалостно избивать его.

Но Обри вывернулся и ускользнул от них троих, оставив в их лапах свою майку и сбив с ног Фреда.
 Он знал, что проиграл; драка с Натаном отняла у него слишком много сил, чтобы снова проходить через это.  Но как бы сильно его ни избили, он получил удовлетворение от того, что заставил Кровавого Натана отступить.  Мэми, где бы она ни была, теперь не могла обвинить его в трусости. Кэп тоже не мог, что бы он ни думал о своём решении начать этот роман.

 Теперь его не волновала работа сёрфера номер один. И Мейми тоже
кажется, жизненно важный фактор в его жизни. Она втянула его в эту историю.
Было бы интересно узнать, осталась бы она с ним или нет
если бы работа номер один досталась кому-то другому.

 * * * * *

Он снова стоял спиной к гавани, трое сыновей
Кровавого Натана смотрели на него, но не переносили битву на него. Рядом он
различил, как Мейми пытается до него дотянуться, но Амос и Эмма удерживают её.

«Давай, чёртов трус!» — насмехался Обри над Рассом.

«Давай, сам начинай!» — ответил Расс.

«Начинай уже!» — взвизгнул Енох.

И Обри принял приглашение, бросившись на Расса с опущенной головой, вслепую,
используя метод атаки Кровавого Натана — метод, который
зарекомендовал себя в боях без правил. Снова и снова он
махал кулаками перед старшим сыном рыбака, который не отступал,
но покорно сносил наказание, если это действительно было
наказание, которое Обри в своём изнурённом состоянии
причинял.

Его схватили за плечо и резко оттащили назад, его кулаки взметнулись в воздух.

 — Сирс, веди себя прилично!  Ты уже достаточно далеко зашёл!

 Обри с трудом поднял голову и одним открытым глазом посмотрел на Кэпа Коула.
Одной сильной рукой он держал его за плечо, а в другой сжимал что-то похожее на цилиндрический металлический корпус пляжного фонаря.

«Я не... зашёл... достаточно далеко!» Обри бросил вызов своему командиру, слабо и безуспешно пытаясь вырваться. «Я не... _начал_...
сражаться!»

— Это всё его проделки, кэп! — простонал Кровавый Натан, выбираясь из тумана и направляясь к командиру «Сантака», в то время как трое его сыновей отступили к двум лодкам.
— Сирс вмешался в наши дела, кэп, — от имени береговой охраны, — просто чтобы позлить нас и не дать нам как следует выспаться. Он был в штатском, без полномочий...

«Почему ты устраиваешь такое представление перед таким законопослушным гражданином, как Натан?» Коул строго спросил молодого сёрфера. «Хорошо, что Амос Свифт позвонил мне и сказал, что ты попал в переплёт на пристани, судя по громким разговорам, которые он слышал. Если бы у тебя был пистолет, я бы сказал, что это было бы убийством — с твоим-то нынешним настроем. Если бы Дженсен не был в патруле и пришёл сюда со мной...


 — Да, — резко ответила Обри. — Это всегда был Дженсен.
Это он солгал обо мне той ночью на Солт-Марш. И ты не лучше его, раз...
«Поверь ему и отправь этот лживый отчёт суперинтенданту!» Он
полез в карман брюк, достал автоматический пистолет и протянул его
 Кэпу, держа за ствол. «Вот мой пистолет, Кэп, — сказал он.
Он был у меня в кармане брюк всё это время».

 Кэп без комментариев принял оружие и отпустил плечо
 Обри.

«Я покончил с этой чёртовой береговой охраной и Сантаком!» Обри пнул
по колесам и впечатал их в приборную панель. «Покончил с тобой,
Дженсен, и с твоей ложью обо мне. Я отправляюсь в море — вглубь материка — _куда угодно_»
Отвалите от вас двоих. Я сказал тебе правду той ночью на Солт-Марш.
 И что же сделал _ты_? Ты поверил тому, что сказал тебе Дженсен, и, что ещё хуже,
ты написал об этом в отчёте для штаба, и это попало в газету.
 Сегодня вечером я сделал то, что собирался сделать, — я получил _такое_ удовлетворение от этого,
независимо от того, каким дураком вы меня считаете и как меня называют в Хауспорте!

Маленькая ручка нежно промокнула его подбитый глаз крошечным носовым платком.


«Молодец, Обри!» Мейми зааплодировала. «Мы ни на йоту не изменим нашим планам, Обри, ты и я. Мы как-нибудь справимся — я пройду через
я сделаю всё, чтобы ты была счастлива». Она яростно повернулась к Кэпу. «Сама мысль о том, что ты принижаешь моего Обри после того, как он был... таким храбрым...» Её душили рыдания.

 * * * * *

Но Кэп рассмеялся и снова положил руку на плечо Обри. «Ты
_не_ уйдёшь из береговой охраны, Сирс!» — заявил он. «Ты станешь следующим лучшим сёрфером на станции Сантак, если я хоть что-то скажу по этому поводу — а я считаю, что скажу! Ты же не думаешь, что я поверил Дженсену после того, как он опубликовал ту статью в бостонской газете, не так ли
Да? Я не об этом докладывал суперинтенданту. Я не упоминал
ваше имя в том отчёте. А когда я увидел ту газету, я позвонил
в редакцию, чтобы узнать, откуда они взяли эту информацию, и они сказали: «От Янсена». У него не было полномочий публиковать это без моего одобрения. Это открытое нарушение дисциплины, и для меня это доказательство того, что ему нельзя доверять. И он не будет командовать Сэнди Холлером, если _я_
не смогу ему помешать, клянусь богом!

 — Тогда почему ты не сказал Обри об этом сегодня? — возмущённо спросила Мейми.

 — Потому что, — ответил Кэп, — я хотел, чтобы у меня было что-то получше, о чём можно было бы доложить
суперинтендант поговорил с Сирсом’ прежде чем я порекомендовал его на место Янсена
. И я придумал лучший способ расшевелить его, чтобы я мог это сделать
было бы заставить его думать, что он чертовски нездоров, и заставить его
сражаюсь с перхотью наверху.”

 * * * * *

— Я не вижу, где он _находится_, кроме как там, — сказал Натан, который уже достаточно оправился после нападения, чтобы с интересом слушать разговор Мейми и Кэпа. Луч фонарика, направленный на пляж,
сквозь редеющий туман осветил троих сыновей рыбака и четверых
люди в форме из экипажа "Сантака" сгруппировались возле шлюпок. “Ты что?
Ребята из береговой охраны продвигают отважных серфингистов, которые пристают к безобидным рыбакам и ’черт возьми’ чуть не выбили из них смолу?” он усмехнулся.-“ Нет, не за избиение _вредных_ рыбаков, ” возразил Кэп. “ Но за
растление их, занятых _ этим_ видом рыбалки. Он поднял металлический цилиндр.

Натан пьяно покачнулся, взглянув на него. «О, чёрт!» — застонал он. «Я рассчитывал, что Расс и парни позаботятся об этом!»
 «Ты был слишком занят дракой — ты и твои парни, Натан, — чтобы заметить меня
Парни из Сантакка ищут твоих омаров, — объяснил Кэп. — Эта трубка полна опиума. Я с ним знаком — это тот же сорт, который «Сибрайт»
выбрасывал на берег. Теперь я понимаю, почему Дженсен так убедительно
доказывал мне, что нужно прекратить патрулирование гавани Хоуспорта. Я
думаю, что его показания в суде — и твои тоже, Натан, — будут по-настоящему интересными!
— С этого момента, Сирс, — он повернулся к Обри, — всё, что ты скажешь на станции Сантак, _имеет силу_! Это окончательно!
***************
*********
[Примечание редактора: эта история была опубликована в феврале 1930 года в журнале _The Blue Book_.]