Акимыч

Все-таки зря ругают нашу медицину! Листал свои записные книжки — еще раз в этом убедился. Не только полечат тебя но и мудрости житейской научишься. Запись примерно двадцатилетней давности. В то время еще бы постеснялся публиковать такие откровения, а теперь — чего уж там...
Лежим в палате — все москвичи, до сорока. Только Акимыч — старик неопределённого возраста и происхождения. Как его зовут, не знаю, все кличут Акимычем. Он в основном слушает, в беседу вступает редко.
А тут вдруг говорит:
— Раньше в больнице пижаму выдавали, а теперь — носи своё. Разве это порядок?
Народ подхватывает тему:
— Неизвестно, кто в этой пижаме до тебя ходил. Уж лучше свои джинсы из дома.
— Вот, вот, — ворчит Акимыч. — Джинсы — это неуважение к врачам. В советское время, может, и беднее одевались, но намного приличнее. Костюм, пиджак, галстук. А сейчас и в театр идут в ваших этих джинсах. Раньше приличного человека от оборванца отличить можно было, а теперь все в обносках.
Мне тоже захотелось поучаствовать в диспуте. Поймав паузу, спешу поделиться:
— Вот и у меня на эту тему была история. Племянник рассказывал. «Был он в Италии», — идёт, говорит, по пригороду Рима. Вечереет, редкие прохожие мимо него спешат. А он не торопится, разглядывает этот народец с ног до головы. Вот один его обогнал — волосы чёрные, блестят, видимо, гелем уложены, рубашка шёлковая, модная, джинсы — последний писк: все будто порезаны бритвой, изнутри заплатаны, а сверху ещё брызги краски. На ногах сапоги из змеиной кожи. Жара, а он, значит, в этих сапогах парится.
Выходит на площадь, ещё один щеголь его обгоняет: волосы чёрные, блестят, майка рваная, в брызгах краски, джинсы и потёрты, и порваны, и в краске. Переводит взгляд на ботинки, а они тоже рваные, тоже в краске, и подошва того гляди отвалится.
Народ в палате посмеивается.
Через какое-то время Акимыч подаёт голос из своего угла:
— Ну и кто это был?
— Кто, Акимыч? — улыбаясь, спрашивает его сосед Витя.
— Ну, этот ваш итальянец?
— Какой из них?
— Ну, в краске который?
— Не знаю. Маляр, наверное.
— А почему?
— Ну, бедно одет, ботинки рваные, и в краске.
— А первый почему в краске?
— Это специально так, Акимыч — высший шик. Сначала джинсы рвут, потом штопают, брызгают краской, мода такая.
Акимыч думает про себя, потом машет рукой и выдаёт неожиданный вердикт:
— Яйца бы им всем оторвать, прости Господи!