Граница стоит, как виселица

Лезгистан — это вкус железа,
Это камень, прижатый к виску.
Это имя, что режут слух резво
На сырой пограничной доске.

Самур — не вода, а сталь,
Растянутая между берегов.
Он шрам, он рубец, он печать,
Он линия чужих сапог.

По одну сторону — крик и дом,
По другую — тот же огонь.
Но поставлен меж ними закон,
Как затвор, как прицельный огонь.

Мать кричит — её голос глохнет,
Сын молчит — его учат ждать.
Бумага лежит, как гробница,
И учит живых умирать.

Граница стоит, как виселица,
Ровная, чистая, без греха.
Она не стреляет — не требуется,
Она душит привычкой к «нельзя».

Раньше кровь шла по венам дорог,
Свадьбы шли, как лавины с гор.
Теперь каждый шаг — это допрос,
Каждый взгляд — контрабандный взор.

Но горец — это не пепел и прах,
Не строка в реестре потерь.
Он носит свой дом в плечах,
И нож — не для страха, а для мер.

И пусть Самур рычит, как цепной,
Пусть власть говорит от имени тьмы —
Металл ржавеет.
Бумага горит.
А народ
переживает
границы.

Автор: ‘Али Албанви