В скором поезде Адлер-Москва

     Я возвращался домой с Черноморского курорта. Единственный раз в жизни я рискнул воспользоваться бесплатной путевкой в ведомственный дом отдыха, которую мне выделили на работе. Вместо положенных двадцати четырех, я удрал через двенадцать суток, проявив полную неготовность  к цивилизованному  отдыху. Говоря о цивилизованном отдыхе, я бы эти слова взял в кавычки, потому что цивилизованным его назвать, по моему мнению,  можно было весьма условно.   

     Море по случаю непогоды было холодным, пляжи пустовали, поэтому мужчины в соседнем поселке отоваривались спиртным, пили, потом отрывались на аттракционах, типа «бег в мешке», а вечером после танцев разбредались по тёмным аллеям с дамами из числа отдыхающих. И уж совсем прикольным мне показалось, что наш массовик – молодая особа, по её собственному признанию, раньше работала в городском бюро ритуальных услуг!

     Дав зарок никогда не ездить на курорты, я в мрачном настроении возвращался в Москву, зная, что из моей, и без того не очень большой зарплаты, будет удержана стоимость путевки за неиспользованные дни отдыха.

     Поезд, на который я смог купить билет, давно отжил свой век, поэтому пустили его, как дополнительный на время летних отпусков.  Я коротал время в ресторане, так как не был готов с соседями по купе до отупения резаться  в карты. Народ, скучающий, как и я, неторопливо пил пиво, чем-то закусывал, негромко переговаривался, пока поезд отстукивал километры, приближая нас к Москве.

     И, вдруг, спокойная атмосфера ресторанного быта была нарушена пронзительным  криком, срывающимся на визг. Все притихли и обернулись к возмутителю спокойствия. Им оказался тщедушного вида мужичок, который, право же, заслуживал, чтобы я хотя бы чуть-чуть описал его внешность.

    Возраста он был пенсионного с лысиной на голове, а вот очки на носу в солидной оправе выдавали, скорее всего, бывшего чиновника, хотя одет он был явно не для ресторана - в  вытянутое на коленях трико, вылинявшую  майку и тапки  на босу ногу.  Ему под стать была супруга, возраста примерно такого же, только объёмом больше раза в два.

     А крик он поднял из-за того, что официант с извинениями попросил их привстать, чтобы достать бутылки с минералкой, хранившиеся под лавкой, на которой они сидели, помешав тем самым им обедать.

     Не берусь судить, был ли прав официант, но вопрос явно не стоил  того гнева, с которым пассажир на него обрушился. А кричал он долго, не желая слышать ни извинений, ни оправданий официанта.

     - Ты еще пожалеешь! Ты не знаешь, кто я такой! – бушевал он. – Я из Москвы! Я не шваль какая-нибудь подзаборная! Я буду жаловаться Министру путей сообщения!

     И пошло, и поехало! Долго он еще «якал», пока кто-то из присутствующих довольно категорично не оборвал его словами:

     - Ну, ты, «москвич» ср…ный, закрой свой рот! 

     Сказал, как отрезал. И чувствовалось, что присутствующие в ресторане солидарны с ним. Скандальный пассажир сразу скукожился, по всей видимости, поняв, что симпатии присутствующих не на его стороне, а его заслуженное прошлое здесь никого не интересует, поэтому торопливо покончил с обедом и ведомый своей женой, покинул ресторан.

     Позже, бывая в разных городах нашей необъятной, мне не раз приходилось сталкиваться с не очень дружелюбным отношением местных к москвичам. Не ошибусь, если скажу, что причина кроется в неистребимом чванстве, которое часто демонстрируют жители Москвы, даже если они таковыми стали недавно, и случай в скором поезде Адлер – Москва есть лучшее тому подтверждение.