все мы учились понемногу

Я начал учиться в школе номер четыре города Тюмени.

Выбор школы был сделан мамой. Школа номер двадцать один, где училась моя сестра, с отличным уровнем преподавания (практически все выпускники поступали в ВУЗы), находилась на приличном расстоянии от дома. Мама решила, что ее сыночка будут обижать по дороге, и решила отдать меня в школу поближе.
Школа номер четыре. Старое кирпичное здание бывшей ВЧК.
Среди школьников ходили легенды, о том, что в подвалах расстреливали. Мы все облазили, но следов пуль на стенах не нашли.
Ученики набраны были сплошь из портовых ребят с соответствующим воспитанием и привычками, но учителя были чудесные.
Моя первая учительница Мария Ильинична жила недалеко от нашего дома и поэтому родители были в курсе моих «успехов». Учился я хорошо. Одно время даже висел на доске почета. Видимо там то и был заложен базис и желание учиться. Но нравы! Драки, срывы уроков.
В результате нашу школу расформировали, говорили потому, что основная масса учеников состояла на учете в детской комнате милиции. Но скорее всего причины были другие.   Попасть на учет мне тоже пришлось и всего за то, что отбиваясь в драке, я воткнул гвоздь в бок обидчику. Ничего страшного - дырка в рубашке и царапина на коже, но реакция!
Правда, дома меня не наказали.  Папа сказал: «Правильно сынок! В другой ряд не полезут, но ты все-таки на кулаки надейся, а за железку могут и посадить!».
Нас частично перевели в школу номер сорок, которая находилась рядом с домом и естественно стала центром сбора моих одноклассников. К слову, контингент учеников остался прежним и нравы те же!
Вспоминаю, что когда нас распределяли на иностранные языки, то мама выбрала немецкий. При этом моя сестра изучала английский, но мама сказала: «Папа был в плену и немецкий знает и поможет!». Папа потом сказал, что кроме слов  Аусвайс и Хенде Хох он ничего не помнит!
Но, тем не менее, знания нам давали необходимые и давали их на понимание и усвоение. Особых репрессий я не помню, а вот хулиганили мы много. По нынешним временам я бы телесные наказания не отменял, а ужесточал.
К счастью, я в числе немногих взявшихся за ум, к концу десятого класса, поступил в медицинский институт.
  Правда для этого мне все лето пришлось заниматься с репетиторами по физике и химии, знания по которым были никакие, от слова совсем. Это было тогда, когда мои одноклассники отдыхали, загорали на пляжах, рыбачили, просто шатались по городу.

 Это к тому, что все надо делать во время.