Должное и ложное. ДРД. Часть 1, глава 14

  Приветствую всех!
   
  В первую очередь хочу извиниться за такое долгое время без публикаций. Я не забросил книгу, просто решил создать, так сказать, определенный резерв из нескольких глав. За этот месяц мне удалось написать целых три главы, но выйдет пока лишь одна из них. Последующие же главы будут публиковаться раз в две недели, ибо из-за учебы, скорость работы немного упала. Но, надеюсь, вы не сильно на меня разозлитесь, ведь похожее могло случаться и с вами.

  А пока что приношу свои искренние извинения. С уважением, Сердюк Константин...





  Да, мой друг, удивляюсь я порой, как же быстро летит время. Вот, кажется, совсем недавно был мой день рождения, мое пятнадцатилетие, а уже успел смениться целый год. И знаешь, в последнее время грустно смотреть на бесцельно улетающие дни жизни. А тогда, когда я был еще совсем молодым, ни о чем не беспокоящимся, мне было все равно… Казалось, успею – вся жизнь впереди.

  А потому и эти месяца я проводил просто: служба, Осип, дед Микула, отец. Каждую неделю, каждый день… Утром выходил на улицу и чистил выпавший за ночь снег. Я тебе, мой друг, уже говорил, что зима выдалась, мягко говоря, ужасной, а потому дни хорошие, без метели, солнечные можно легко пересчитать по пальцам.
После обеда, уже порядком ослабевший (снега ведь приходилось чистить очень много), не восстановивший силы, я уходил на службу. Чаще всего мне приходилось совершать обходы по Тумеку. Больше половины таких дней были морозными, и из-за этого через какое-то время я уже привык к холодам. А ведь правы оказались легионеры, каждый раз подшучивающие надо мной.

  - Иди, иди, парень… - смеялись они мне вслед. – Зато закалишься!

  Совсем забыл сказать… Джулиан после своего возвращения из Бестена 16 января практически перестал давать мне «грязные», назовем их так, поручения. Не знаю, с чем это связано, но я тогда сильно обрадовался.

  - Теперь не нужно к нему через каждые два дня являться, - с облегчением обращался к Клайду в то время. – Никогда не любил это делать…

  - Это хорошо, - соглашался со мной друг, но не объяснял почему.

  А вечером мы с Клайдом, порой даже с Осипом, отправлялись помогать деду Микуле по хозяйству. Сам он им теперь не успевал заниматься: местный столяр взял его к себе в мастерскую «за выдающийся талант». Неудобно нам, конечно, было помогать деду Микуле: темень ведь на улице, ничего не видно. А что поделать? Старичок наш сам не может, а без него хозяйство пропадает. Вот и приходилось терпеть… Зато дед Микула с Пантелеем Григорьевичем прославляли наше тумекское столярное мастерство.

  Вот так и текла моя жизнь в то время. С Осипом я виделся не так часто, как прежде: мы оба были в делах. Представляешь, мой друг, Донован поручил моему знакомому работу с, как выразился сам Доро, очень важными документами. Что это за бумаги такие, никто мне так и не поведал. Да и то, что Осип работает с ними, не было доложено даже самому Джулиану.

  Работы, к слову, прибавилось и у отца. Дело в том, что во взвод, который он обучал, добавилось еще целых семнадцать человек. Как по мне, это решение было довольно странным и, я бы даже сказал, глупым, необдуманным. Мой отец и так еле-еле успевал готовиться к занятиям во всех взводах, а тут еще людей добавили. Вот и приходилось мне с Клайдом помогать ему во всем, в чем только было возможным. И делали мы это, можно сказать, ночью, а потому ложились спать сильно уставшими. Один раз, помню, закончили отцу помогать, вернулись в комнату. Клайд сразу же свалился на кровать. Я тоже хотел. Правда… Вот, вроде, и встал прямо перед кроватью, наклонился вперед, думаю: «Сейчас отдохну», но почему-то промахнулся и упал прямо на пол. Такой грохот поднялся, аж Клайд испугался… Вскочил он с кровати и взволнованным голосом спросил:

  - Ты чего, Райан?!

  Я, собрав все свои последние силы, поднялся с пола и, вытерев струйку крови, стекающую с разбитой при падении губы, вяло ответил:

  - Да так… Промахнулся…

  Но что-то я стал сильно вдаваться в подробности… Вот, вроде, и много интересного есть, что можно рассказать тебе, мой друг, а времени почти нет. Потому и приходиться останавливаться на самом важном.

  Но как бы то ни было, мой друг, давай я расскажу тебе об одном дне,  который подарил мне еще несколько знакомых, которые как ни как сыграют свою роль в моей жизни…

  На дворе стояло 23 января 1461 года. С самого утра всем жителям Тумека казалось, что он будет на редкость хорошим. Ярко светило в голубом небе солнце, легкий морозец красил щеки прохожих. С крыши на крышу перепрыгивали веселые синички и снегири, напевающие свою загадочную песенку. Детишки дружно резвились. Одни катались с высоченных сугробов на санках, другие, соорудив себе белостенные крепости, играли в снежки. На последних, к слову, нам и довелось наткнуться.
Харя и Митяй в тот день приболели, а потому не смогли выйти на свою смену. Они попросили нас заменить их, подежурить с утра. Отказать мы просто не могли.

  - Клайд, собирайся, - обратился я к другу, стоящему рядом, кидая принесенное в десятом часу утра письмо знакомых на стол.

  - А что случилось-то? – спросил тот.

  - Харя и Митяй неожиданно приболели, - объяснял я другу, уже накидывая себе на плечи форму. – Просят подменить…

  - Получается, мы сегодня весь день… - вздохнул Клайд, натягивая себе на голову плотную шерстяную шапку. – Так ведь?

  - Похоже на то, - ответил я, застегивая большие пуговицы формы. – Ну а что поделать? Попросили ведь…

  - И не говори, Райан, - согласился друг. – Все… Идем… - донеслось из-за моей спины.

  Я был сильно удивлен. Клайд собрался быстрее меня? Но обернувшись, я точно убедился в этом: мой друг стоял уже полностью одетый, с клинком в ножнах на поясе. Клайд, заприметивший на себе мой удивленный взгляд, решил поинтересоваться, почему я так на него смотрю.

  - Чего? – спросил он, слегка разведя руками и оглядывая себя сверху вниз.

  - Да так… Ничего, - ответил я и, взяв свой клинок, вышел из жилища.

  Клайд последовал прямо за мной. От солнца и снега, отражающего его веселые лучи, на улице было так ярко, что нам даже пришлось прикрыть глаза рукой.

  - О как хорошо, - спрыгнув с невысокого крыльца, произнес Клайд. – Морозец, солнце... Красота!

  - Ага, - согласился я с ним, выпустив изо рта густое облако пара и для чего-то глянув на белоснежные крыши построек.

  Мимо нас двоих прошла небольшая кучка кадетов, скорее всего, прогуливающих занятия.

  - Так мы идем… или как? – спросил у меня Клайд, провожая глазами группу подростков. – И где там Харя с Митяем дежурят?

  - Писали, что в жилом, - надевал я варежки. – Туда и пойдем, значит…

  - Тогда догоняй, - хлопнув меня по плечу, произнес Клайд и быстро зашагал по улице.

  Я засунул свой клинок в ножны, поправил пояс, чтобы было как можно удобнее, и нагнал друга, не успевшего уйти куда-то далеко. Вместе мы и отправились прямиком в жилой район.

  А жизнь там уже давно не дремлет. Мужики или с громким стуком топора колют во дворе дрова, или, таща за собой салазки, идут по улицам в направлении леса. Женщины, чаще всего попадавшиеся нам кучками, укутанные в зипуны и шерстяные шарфы, шагали на площадь в ремесленный район. И только дети резвились: кидали в друг друга снежки, крича и хохоча, толкались, падали в снег.

  Мы с Клайдом шли мимо них спокойно, никуда не торопясь. Глядя на них, я невольно вспоминал, как и сам недавно так же веселился. Что-то изнутри грело меня, было так уютно и отрадно, что слеза чуть не потекла.

  - Время, время, - думал я, смотря то на веселых ребят, то на небо. – Скажи, куда ты летишь-то? Зачем с каждым годом ускоряешься?

  Ответа мне никто, конечно же, не давал. Только Клайд, обращаясь к ребятам, смеялся: «Молодцы! Ну ладно… Играйте дальше!» Так и дошли мы до полей, где, как это было каждую зиму, творилось самое интересно. В этот день здесь развернулась целая баталия.

  На пустующем поле, по обе стороны от проходящей там дорожки, местные ребятишки соорудили высокие снежные крепости с башенками для стрелков. Разделившись на две равные команды, они сражались друг с другом. Цель была проста: «убить» всех своих противников.

  Как сейчас помню, внизу, на земле, шестнадцать ребят тонкими ветками деревьев изображали кровопролитную битву. А сверху четверо ребят пытались их поразить своими ледяными стрелами.

  Вот одного мальчика «пронзил» меч противника, другого, из той же команды, «убил» попаданием в голову снежок. Воевода их, паренек с красной повязкой на рукаве, видя все это, отчаянно кричал остальным:

  - Нам нужно подкрепление! Иначе все здесь поля…

  Противник одним точным ударом якобы оставил ему глубокую рану от левой части живота до правого плеча. Воевода, схватившись за грудь и изображая гибель, упал на землю.

  - Отступаем! – кричала со стрелецкой башенки девочка лет девяти. – Воеводу убили! – кидала она очередной снежок.

  Клайд, наблюдая за их веселой игрой, обратился ко мне:

  - Слышь, Райан… А может, нам это… К ним присоединиться?

  - А как же дежурство? – сложив руки в замок, спросил я у него.

  - Да ладно тебе… Никто даже не узнает, - уверял друг меня.

  - Думаешь? – как будто пустоте я задал этот вопрос и повернул голову в сторону ребят.

  Их крики, их сражение, пусть даже и ненастоящее – все влекло меня, толкало прямо к ним. Но вот обязанность службы пыталась остановить меня.

  - Ай, ладно… - махнул я рукой после недолгих раздумий. – Пошли…

  - Отлично! – воскликнул Клайд и тут же рванул к ребятам. – Чур я на стороне тех, что выигрывают! – донеслось до моих ушей.

  - Вот же хитрец, - мелькнуло у меня в голове.

  Мы присоединились к ребятам. Они вовсе не были против нас. Напротив, те, к кому присоединился я, очень даже обрадовались. Видать, увидели во мне человека, способного выиграть это сражение.

  Наши с Клайдом тактики кардинально различались. Друг стал обороняться, вернее, сдерживать моих союзников. Таким образом Клайд давал своим ребятам возможность добраться до нашей крепости. Допустить этого нам было нельзя, а потому я, схватив палку у одного из «погибших» воинов, бросился в атаку.

  Много же «полегло» от моих рук… Я, честно сказать, иногда тренировался во владении клинком, а потому кое-какие навыки у меня были. В отличие от ребят… Буквально каждый, кто осмелился напасть на меня, тут же погибал, получив «смертельный удар» или в голову, или в грудь. Не беспокойся, мой друг, никто не пострадал: я едва касался их. Так же, как и мой товарищ…

  Поле боя достаточно быстро опустело. Остались в живых только я, Клайд и четыре стрелка, по два с каждой стороны. В воздухе витала та самая атмосфера напряжения. Клайд смотрел прямо мне в глаза. Сейчас мы были настоящими противниками, наша дружба словно забылась…

  - Может, сдашься? – предложил мне друг.

  - Размечтался, - сквозь зубы процедил я.

  - Тогда умри, - вжился в свою роль мой «противник».

  Он, схватив воображаемую рукоять клинка обеими руками, побежал прямо ко мне. В нескольких шагах от меня Клайд резко замахнулся и ударил. Раздался стук: я едва успел защититься своим оружием и следом отпрыгнуть в сторону.

  - Похоже, сейчас все по-настоящему, - пронеслось у меня в голове. – Не видно, чтобы он сдерживал силу…

  Еще несколько яростных атак Клайда, от которых мне приходилось только уклоняться. Защищаться я не мог: он каждый раз менял удар. То махнет по диагонали, то вообще сделает выпад… А еще ведь стрелки были. Их снежков тоже нужно остерегаться.

  Вскоре я заметил, что Клайд начал замедляться.

  - Вот он… Момент, - пронеслась мысль. – Он уже порядком вымотался…

  Мой друг, понимая, что может проиграть, предпринял последнюю попытку хоть как-то ударить меня. Бил по диагонали, из левого верхнего в правый нижний угол воображаемого квадрата. Громкий стук: я отбил его атаку. «Клинок» Клайда ушел в сторону.

  - Бей! – словно кто-то подсказывал мне в голове.

  Ударил прямо сверху вниз. Снова стук: Клайд успел защититься.

  - Быстро, - подумал я, замахиваясь для следующего удара.

  Стук. Стук. И снова стук… Друг каким-то чудом успевал подставлять свое оружие под мои атаки. В моменте я даже смог разглядеть тревожное лицо Клайда. Оно отвлекло меня… Я в последнее мгновенье заметил летящий мне в голову снежок, а потому едва успел подставить «клинок». Снаряд разлетелся на части. Снег залепил мне глаза.

  - Вот же, - испугался я у себя в голове. – Ничего не вижу…

  И тут… Клайд провел по моей груди «оружием» сверху вниз.

  - Эх… - стало мне досадно. – Почти получилось…

  Я упал на холодный снег. Стрелки из нашей команды, увидев мое поражение, решили сдаться.

  - Все, все! – поднимая руки над головой, крикнули они противникам. – Мы сдаемся!

  Радостные крики «Ура!». Все погибшие «воскресли». Я встал на колени, начал отряхивать форму от налипшего снега. Клайд подошел ко мне и, широко улыбаясь, протянул руку.

  - Ты молодец, Райан, - произнес друг.

  Я схватил крепко его руку. Клайд поднял меня с колен.

  - Спасибо, конечно, - засмущался немного я, отряхивая снег с ног. – Но ты оказался лучше…

  - Да брось… - хлопнул меня по плечу Клайд. – Мы же оба понимаем, если бы не снежок, ты бы одолел меня…

  В душе я понимал, что мой друг прав, но в открытую признавать это не стал. Радостные дети подбежали к нам с Клайдом, толкаясь, стали обнимать наши ноги.

  - Вот это да! – восхищались они. – Где вы такому научились?! А как вас зовут?! – сыпались со всех сторон вопросы.

  У меня от ребят чуть голова не закружилась. Зато Клайд совсем не растерялся. Он, сделав грудь колесом, поднял руку вверх, сжал кулак, посмотрел на небо, уже начинающее портиться, и громко произнес:

  - На это у нас ушли годы тренировок! Ох, какими же они были тяжелыми… Нас били толстенными палками, гоняли по полям целыми верстами…

  - Клайд, чего ты ребят обманываешь-то? – прервал я друга, развеселившись его рассказом.

  - Как это обманываю?! – удивился он. – Райан, ты чего это?! А-а-а, - протянул Клайд, - я понял… Похоже, ты от моих ударов все забыл. Но ничего, сейчас напомню…

  Друг продолжил свой рассказ. Хоть он и частенько обращался ко мне, я не слушал. Только иногда поддакивал, говорил: «Что-то такое припоминанию». Ребята слушали Клайда с явной заинтересованностью. Только один, бывший тем самым погибшим воеводой, стоял в стороне от остальных. Я тихо подошел к нему.

  - А ты чего в стороне стоишь-то? – задал ему вопрос.

  Мальчик обернулся. На ярко-бежевом лице словно две большие пуговицы посмотрели тотчас на меня. Чуть горбатый нос, бледно-розовые губы. Мальчику было, наверное, лет двенадцать.

  - Просто не хочу, - ответил он.

  - А чего так? – поинтересовался я. – Вроде же дружно с ними играл.

  - Им не хватало человека, - пояснил мальчик.

  - Так они не твои друзья? – спросил я, глянув на ребят.

  - Почему же? – не понял паренек. – Мы в одном доме живем. А я за ними… можно сказать, - посмотрел он на остальных ребят, - присматриваю…

  - В одном доме? – встал в моей голове вопрос. – Неужели все они… - повернулся я в сторону детишек.

  - Наконец-то нашел вас! – прохрипел кто-то рядом со мной. – Пелагея уже потеряла, просила сходить да поискать…

  Я, повернув голову влево, увидел невысокого скрученного старичка. Одет он был в совсем простенькую одежду: давнишний, в нескольких местах дырявый зипун да лапти. Лицо старичка с густой седой бородой показалось мне очень уставшим.

  - Деда Прокофий, - обратился к неизвестному мне человеку мальчик, с которым я недавно говорил.- Зачем же ты пришел? – подошел он к старичку и взялся за него, словно хотел помочь ему куда-то пройти. – Мы бы совсем скоро сами пришли… Я бы привел…

  - Я и не сомневаюсь, Илюшка, - произнес старичок, слабо поглаживая мальчика по голове. – Но Пелагея сказала звать сейчас. Гутарит, мол, все остынет…

  Не успел старичок и договорить, как Илья обернулся к ребятам, со всех сторон облепившим Клайда, и громко крикнул им:

  - Пойдемте-ка все домой! Баба Пелагея зовет нас!

  Ребята от досады все дружно завыли: так сильно им не хотелось уходить.

  - Можно мы еще погуляем? – спросила у старичка какая-то маленькая девочка.

  - Да я бы рад вам разрешить, - ответил им дед Прокофий, подходя медленно к детишкам, - да только вот… Сомневаюсь, что баба Пелагея это одобрит…

  - Ну как всегда! – расстроился кто-то из ребятишек. – Только самое интересное началось….

  Тут Клайд, который, как я понял, уже успел заиметь кое-какой авторитет, решил вмешаться.

  - Ребят, не расстраивайтесь, - обратился он к маленьким воинам. – В самом деле… Идите… Отдохнете, наберетесь сил и продолжите играть…

  Как восприняли его слова ребята, я не особо понял. Какое-то время простояла тишина. На лицах детей нельзя было ничего прочитать.

  - И чего это? – всплыл в моей голове вопрос. – Они пойдут или нет?

  Благо, скоро вопрос сам нашел свой ответ. Ребята всей компанией двинулись в одну сторону, мимо меня, деда Прокофия и Ильи. Старичок бегал глазами по головам детишек, дожидался, пока все они пройдут.

  - Что же… - произнес он, поворачиваясь к спинам ребят. – Пойдем, Илюша…

  - Пойдем, пойдем, деда Прокофий, - словно успокаивал его мальчик.

  Я стоял молча и смотрел на них. Ко мне тихо подошел Клайд.

  - Слушай, Райан, - почти шептал он. – А ведь славные ребята… Даже жаль, что они уже уходят…

  - Честно признаться, в тот момент я даже не обратил на сказанное Клайдом. Эти незнакомые люди словно завладели мной. Я отчего-то не мог смотреть на них без грусти, без тоски, что ли…

  - Простите! Могу узнать?.. – неожиданно даже для самого себя, слегка приподняв правую руку, крикнул я деду Прокофию и Илье, не успевшим отойти далеко. – Чего это ты?! Зачем окликнул их?! – тут же ругнул себя в голове.

  - Что такое, милок? – обернувшись, спросил у меня старичок.

  Он устало улыбнулся. Мне от этого еще больше не хотелось задавать свой вопрос. Но раз начал – заканчивай.

  - Далеко не все эти ребята Ваши, так ведь?! – с диким стыдом задал я свой вопрос.

  Старичок, как мне показалось в одно мгновение, улыбнулся уже от всей души.

  - Признаться, не думал, что кто-нибудь об этом спросит, - ответил мне дед Прокофий. – А так… Да… Ты прав… Только среди них моих и вовсе нет…

  - Мы все сироты, - продолжил вместо старичка Илья. – Спасибо деду Прокофию за приют. Без него и бабы Пелагеи… Страшно представить, что было бы с нами…

  - И… - хотел спросить о чем-то Клайд, но тут же нарвался на мой локоть.

  - Простите за такой вопрос, - опустив голову вниз, извинился я. – Не знаю, что на меня нашло…

  - Да ничего страшного, - ответил дед Прокофий. – Ничего страшного, - повторил он и, развернувшись, зашагал дальше.

  - Этот старичок, - думал я, оставаясь на месте. – Он… Он… Почему он продолжает делать вид, будто все хорошо? По его лицу ведь видно, что это далеко не так…

  И в этот момент вспомнилось мне, как отец однажды говорил кому-то: «Просто помогать нужно… От чистого сердца помогать…» Не помню точно, при каких обстоятельствах это было сказано, но след в памяти оставило навсегда.

  - Клайд, - обратился я к другу так, словно горел чей-то дом вместе с его хозяином, спасение которого зависело только от меня. – У тебя есть с собой деньги?

  - Деньги? – с явным недоумением на лице переспросил у меня Клайд. – Были где-то… А что? – уже рыская по карманам формы, поинтересовался друг.

  - Да им дать, - переводя взгляд то на старичка с пареньком, то на Клайда, ответил я. – Ты, главное, не переживай… Я все потом верну…

  - Да ладно уж, - произнес друг, подавая мне звенящий мешочек. – Свои люди… Сочтемся как-нибудь…

  Я, словно оголодавший хватает кусок хлеба, схватил у Клайда деньги и поспешил догнать наших незнакомцев. Так хотелось мне, чтобы жизнь их стала чуть проще и приятнее…

  - Простите! – нагнав старичка с пареньком и остановившись подле них, протянул я руку с деньгами.

  Незнакомцы обернулись. Дед Прокофий все также широко улыбался, а Илья был сильно удивлен, заметив у меня в руке полный мешочек.

  - Вот возьмите, - продолжил я. – Не знаю, сколько здесь наверняка, но надеюсь, что они хоть как-то облегчат Вам жизнь…

  Старичок быстро глянул на паренька, словно это был какой-то сигнал для него.
 
  - Спасибо тебе… - хотел поблагодарить дед Прокофий меня, но понял тут же, что не знает имени.

  - Райан, - догадался я, отдавая мешочек с деньгами Илье, подошедшему во время обращения старичка.

  - Райан, - повторил дед Прокофий. – Интересное имечко… Никогда такого не слышал… - посмотрел старичок в небо, как будто пытаясь что-то вспомнить. – Что же… - произнес он, снова посмотрев на меня. – Спасибо тебе большое, Райан… Никто нам такого подарка еще не делал…

  - Мы не забудем, - добавил Илья.

  - Да, - согласился с ним дед Прокофий. – Мы не забудем… - начал он было отворачиваться.

  - Если нужна будет помощь, зовите нас, - словно само вырвалось из моих уст. – Мы в 137-ом жилище живем.

  Как это произошло, я так, честно говоря, и не понял. Словно кто-то за меня произнес. Но… что сказано, то сказано…

  - Хорошо, - ответил мне дед Прокофий в пол-оборота. – Если что-нибудь понадобится, пришлю к вам Илюшу…

  Старичок отвернулся. В одно мгновенье мне даже показалось, будто на солнце что-то блеснуло, скатываясь с щеки деда Прокофия.

  - Неужели, - пронеслась в моей голове мысль, но сразу же исчезла.

  Старичок и паренек совсем скоро скрылись из виду. Я стоял на прежнем месте. Какое-то странное ощущение растекалось по всему моему телу. Было тепло, радостно, но словно что-то покалывало где-то там, ближе к сердцу.

  Клайд молча подошел ко мне и, положив руку на мое плечо, спросил:

  - Все в порядке?

  - Да… да, - ответил я, повернувшись к нему и глянув в голубые глаза. – Просто чувство странное…

  - Это пройдет, - явно не поняв, о чем я говорил, произнес друг. – А нам, пожалуй, идти нужно…

  - Да, - слегка подрагивающим голосом согласился я. – Да… Пойдем…

  И мы продолжили свое дежурство. Клайд пытался со мной заговорить, но я до сих пор был занят этим старичком. Почему-то он не хотел оставлять меня, все время лез в голову… Не знаю даже, как и описать тебе это, мой друг…

  После обеда погода совсем испортилась. Небо полностью затянули серые грозные тучи, повалил хлопьями снег. И как назло поднялся сильный, пронизывающий до самых костей ветер. Он подхватывал легкие снежинки и бросал их прямо в глаза прохожим.

  Мы с Клайдом, прикрывая глаза ладонью и отворачивая голову немного в сторону, почти покинули жилой район.

  - Райан, - обратился ко мне друг. – Давай в ремесленном забежим в какую-нибудь лавку… Отогреемся там…

  - Было бы славно, - согласился я с ним. – Тоже промерз?

  - Ага, - ответил Клайд. – Вот же ветер проклятый!

  Прошли мы так еще немного и остановились. Не потому, что нам захотелось… Просто услыхали в нескольких саженях громкий грубый крик:

  - Что это значит?! Мы сюда больше недели ехали! И вообще!.. Какого черта?!

  Услышав эти крики, мы не могли не остановиться. Повернули головы вправо и увидали такую картину. Около, я бы сказал, очень хорошего двора, где были и изба, и большой сарай, и конюшня, стояла телега, доверху набитая вещами. Из-под огромного куска ткани, прикрывающего всю эту груду добра, виднелись и сундуки с вещами, и посуда, и ручки некоторых инструментов.

  Рядом с телегой стояло пять человек. Один из них был высоким, в меру упитанным, с широким лицом, очень сильно походившим на свиную морду. Это был известный в Тумеке хитрюга и аферист Степка Савельев… Или, как его зовут жители, Плут…

  - Гляди, Райан, - обратился ко мне Клайд, головой кивнув на афериста. – Как думаешь, Плут опять кого-то дурит?

  - Видать, - ответил я, не отрывая взгляда от остальных четырех человек, одетых в почти новые дубленки. – И, похоже, не местных…

  - Может, вмешаемся? – предложил мне друг.

  Я глянул на Клайда. По лицу его было видно, что ему сильно хотелось помочь разобраться пострадавшим. Меня отчего-то тоже тянуло к этому.

  - Ай… Давай! – махнул я окоченевшей ладонью.

  - Ух! – обрадовался Клайд и быстро зашагал прямо к людям. – Сейчас мы этому Плуту покажем!

  Я едва поспевал за своим другом. В голове моей сразу же пронеслась мысль о том, что мне придется «подстраховывать» Клайда. Скорее всего, в какой-то момент он запнется… А значит, мне придется его выручать…

  - Здравия желаю! – уверенно произнес мой друг, подойдя к людям и низко поклонившись им. – Могу ли я чем-то Вам помочь?

  Все сразу же посмотрели на нас двоих. На лице Плута мелькнула недовольная гримаса с презирающим взглядом. Собеседник же Степки, мужчина крупный и крепкий, с широким подбородком, загоревшей кожей на лице, густыми бровями т разросшейся черной бородой, сильно обрадовался нашему появлению. Глаза его сразу засверкали.

  - Слава Богу! – произнес мужчина, сделав пару шагов в нашу сторону. – Хоть кто-то из властных подошел к нам. Можете себе представить, этот вот жирдяй, - указал он голой рукой на Плута, значительно повысив голос на последнем слове.

  - Жирдяй?! – выпучил глаза Степка. – Да как Вы смеете меня так называть?! – аферист глянул на нас с Клайдом. – Господа-легионеры, ну разве так можно?! – обеими руками показал Плут на мужчину. – Обзываться-то?!

  - В самом деле, - подошел Клайд к приезжему и приложил ладонь к его предплечью. – Не надо так… - ласково попросил мой друг.

  - Нет, я, конечно, все понимаю, - ответил ему мужчина раздраженно, - нормы там всякие, правила… Но жирдяем его можно назвать вполне заслужено!

  - Меня-то?! – воскликнул Плут, хлопнув себя по груди. – Честного-то человека?!

  - Да скотина ты, а не честный человек! – грозно ругнул Степку мужчина.

  - Дорогой, - стыдясь за поведение мужа, обратилась к нему жена, держащая обертывающий голову шарф на высоте ключицы.

  - Отстань! – отмахнулся от нее мужчина. – Так вот, - обратился он снова к нам. – Эта скотина продала дом!

  Мы с Клайдом ничего не поняли, а потому тупо смотрели на раздраженного мужчину. Ну, продал Плут дом, и что с того? Почему этот человек так гневается?

  - А… - хотел было уточнить я.

  - А мы с ней уже договорились две недели назад, что купим этот дом! – пояснил нам мужчина.

  - Попрошу Вас! – краснея лицом, встрял Плут. – Не с ней, а с ним!

  - Нет, с ней! – повернув голову в сторону афериста, кричал приезжий. – Ты ведь скотина!

  - Так! – резко бросил высокий кареглазый паренек, как я понял, старший сын мужчины. – Мне эти ваши препирания уже надоели!

  Паренек глянул на всех присутствующих. Взгляд его был явно недовольным и, я бы даже сказал, немного уставшим. То ли это от дороги, то ли от криков отца. Мне было непонятно.

  А паренек-то просто взял и отошел к лошадям, начал гладить одну из них по шее с густой гривой, не обращая внимания на препирания Плута и мужчины.

  - Подождите! – резко прервал их всех Клайд. – Я уже совсем запутался! То есть Вы утверждаете, - обратился он к мужчине, - что две недели назад договорились о покупке этого дома… А когда сегодня приехали, он уже был продан, но не Вам? Так ведь?

  - В яблочко, парень! – ответил ему мужчина. – А сейчас эта скотина отказывается нам предоставлять хоть какое-нибудь жилье!

  - Попрошу!.. – снова хотел вмешаться Плут.

  - Заткнись! – остановил его приезжий.

  - О-о-о! – устав уже от их криков, говорил я про себя. – Вроде только пришли, а уже надоело… Может, к пареньку подойти? – посмотрел я на него. – Пообщаться… У Клайда ведь неплохо получается…

  И гонимый такими мыслями я зашагал к пареньку. Никто этого даже не заметил: внимание всех было устремлено на препирающихся. Парень, услыхав мое приближение, повернул голову и, слегка прищурив глаза, глянул на меня. Этот взгляд сразу же выкинул из меня всю уверенность.

  - Зд... Здорово, - слегка приподняв ладонь, поприветствовал я паренька.

  - И тебе не хворать, - продолжая гладить лошадь, ответил он спокойным голосом, но подозревающим что-то взглядом. – Нужно чего?

  - Нет… просто, - ответил я и осторожно положил ладонь на телегу. – Не местные? – поинтересовался у паренька.

  - Не местные, - покачивая головой, ответил он. – В глухой деревушке жили, что на севере, почти на самой границе, по левому берегу реки…

  - А что за деревушка? – для чего-то спросил я.

  - Да кто ж ее знает?! – пожал плечами паренек. – Ее название даже местные не помнят… Просто поголовно называют Глушью…

  Я частенько покачивал головой, якобы давая знать собеседнику, что понял его. Но на самом деле мысли мои не особо хотели вязаться.

  - Тебя, к слову, как зовут? – спросил у меня паренек.

  - Райан, - ответил я, отчего-то смущаясь, словно стыдно было произносить собственное имя.

  - Интересно, интересно, - повторил собеседник. – У нас в Глуши имена похуже будут… У вас здесь они проще, что ли… звучнее…

  - В самом деле? – удивился я.

  - Ага, - ответил паренек. – У нас что не имя, то, считай, новое ругательство. Меня, кстати, Яном звать…

  - Приятно познакомиться, - протянул я ему руку.

  Ян не понял, что это за жест. Пришлось пояснять.

  - Вот это у Вас обычаи, конечно, - произнес он, снимая с ладони теплую варежку.

  Ян крепко пожал мне руку. Я, честно говоря, сразу почувствовал силу его хвата. Казалось, вот-вот моя рука затрещит, сломается. Благо, этого не произошло.

  Зато заметил я одну интересную деталь. Рука Яна была очень грубой, с редкими торчащими волосами. На тыльной стороне его ладони мне удалось увидеть небольшие шрамы, оставшиеся словно после ожога. И шрамы эти были не в одном месте, а разбросаны по всей видимой части руки.

  - Что-то не так? Спросил у меня Ян, заметив, как я уставился на его ладонь.

  - Да нет… Просто задумался, - был ответ.

  Паренек отпустил мою руку. Внезапно раздался громкий крик мужчины. Не то, чтобы его не было раньше, только вот оказался он, пожалуй, самым яростным.

  - Ступай к чертям, сволочь! Чтоб тебя и твою семью сам дьявол забрал!

  Я, Клайд, даже прохожие обомлели от этих проклятий, некоторые вовсе перекрестились.

  - Не обращай внимания, - обратился ко мне Ян. – Батек мой часто так ругается… Мы уже привыкли.

  Я глянул в лицо пареньку. И в самом деле, на нем не было ни капли удивления. Как и на лицах остальных приезжих.

  А вот Плут так испугался этого крика, что аж пошатнулся, словно его не держали ноги, и чуть не свалился в сугроб позади. Глаза Степки, мгновенно округлившиеся, бегали быстро по всем присутствующим. Глянут то на мужчину, то на его жену, то на Клайда.

  Все ждали, что же выкинет сейчас Плут. А он просто взял и быстрым, причем, я бы сказал, даже очень быстрым шагом поспешил удалиться. Мужчина хотел было его остановить, но не дал Клайд.

  - Да пусть он идет, - говорил мой друг. – Плут эдакий…

  - Ах ты, скотина! – ругался мужчина. – У тебя совесть-то хоть есть?! А, сволочь?!

  Ответа, как вполне и ожидалось, не последовало. Жена приезжего подошла к нему и, взявшись за его руку, принялась успокаивать:

  - Не переживай, дорогой, - звучал ее слегка писклявый голосок. – Найдем другую избушку, там и заживем… Мало здесь, что ли, их?

  - Найдем, - нервно усмехнулся мужчина. – Ингрид, ты совсем не соображаешь?! А спать-то мы где будем?! На улице?!

  - Конрад, не кипятись! – тоже повысила тон Ингрид. – Кто-нибудь нас точно на ночь да пустит!

  - На ночь пустят?! – спародировал удивление мужчина. – Нас-то?! Эти скотины?! Ты смеешься или, в самом деле, дура?! Витька! – обратился он к меньшему сыну. – Залазь в телегу!

  - Зачем же в телегу?! – решил вмешаться я. – Пойдемте до нас с Клайдом, - было мое предложение. – У нас, признаться честно, места не так уж и много, но как-нибудь вместимся…

  - Вот видишь?! – выслушав меня, обратилась к мужу Ингрид. – А ты говорил… Никто нас не пустит! – махала она руками. – Вот… Добрые люди нашлись…

  - А-а-а, черт с вами всеми! – махнув рукой, произнес Конрад и подошел к телеге. – Показывайте, где ваш дом! – обратился он ко мне, взяв в руки плетку.

  - Вам Клайд покажет, - указал я на друга. – Мне нужно к начальству сбегать доложить…

  Конрад меня уже словно не слушал: он просто ждал, пока ему покажут дорогу. Вместо него ко мне обратилась Ингрид, забиравшаяся в тот момент на телегу:

  - Хорошо, хорошо… Вам еще что-нибудь нужно?

  - Могу Яна с собой прихватить? – спросил я у нее. – Чтобы начальству все подробнее рассказал… Он, как ни как, лучше меня знает…

  Ингрид слушала с задумчивым лицом. Глаза куда-то в сторону, губы слегка поджаты.

  - Раз так, - произнесла она, приняв решение. – Ян, сходи с этим молодым человеком… Хорошо?

  - Без проблем, - ответил матери паренек, спрыгивая с бока телеги, на который уже успел залезть.

  Мы с Яном, никого не дожидаясь, отправились прямиком к Дому лидеров. Я успел услышать, как Клайд сказал Конраду: «За мной» и как сразу после этих слов раздался свист плети. Лошади заржали, телега тронулась.

  У моего спутника сразу же появилось ко мне много вопросов. Что за начальство? Откуда я? Много ли в Тумеке интересностей? Одним словом, вопросы текли рекой. Я не успевал отвечать на один, а Ян уже задавала следующий. И так всю дорогу.
Я, к слову, тоже не оставался в стороне, задал несколько вопросов пареньку. И вот, что выяснил. Эвенруды (а именно такая фамилия была у приезжих) уже в котором поколении являются кузнецами. Жили до этого, как мы знаем, в Глуши. Причем жили-то они вполне хорошо: достаток у семьи был солидный. Глушь постепенно пустела, из нее уезжали люди. Конрад в поисках лучшей жизни решил последовать примеру остальных, а потому и отправился сюда, в Тумек, смотреть подходящий дом. Тут-то он и сошелся с Плутом, договорились о покупке, которая, как ты уже понял, мой друг, должна была состояться в этот самый день. Конрад, вернувшись в Глушь, захватил с собой семью и вновь отправился в Тумек. Но вот Степка Савельев за два дня до назначенной даты успел продать дом, из-за чего, собственно, между ним и Конрадом и состоялся такой душевный диалог.

  Вот, мой друг… Как-то так. Теперь понятно, почему Конрад так злился на Плута. Признаться честно, я в этот момент был готов собственноручно повесить Степку за такое «преступление». Но все-таки сдержался.

  Вот мы с Яном и подошли к Дому лидеров. На площади было совсем пусто, только несколько легионеров чистили снег да отец Петрушки осматривал для чего-то крыльцо. Как только мы подошли, последний сразу же бросился нас приветствовать.

  - Здрасьте, здрасьте! – радовался отец Петрушки нашей встрече. – Не ждал вас, Райан! Это кто с тобой?!

  - И Вам здоровья, Михайло Семенович, - поклонился я ему (Ян повторил за мной). – А это приезжий, - указал на своего спутника. – Ян Эвенруд…

  - Ух ты какое имя интересное, - заметил отец Петрушки. – Ну… Будем знакомы! – протянул он ладонь.

  Ян, уже столкнувшийся с подобным в тот же день, пожал моему знакомому руку. Как они закончили, я тут же обратился к отцу Петрушки:

  - Скажите, Михайло Семенович, есть кто в Доме?

  - А как же?! – усмехнувшись, развел руками он. – Господин Донован у себя в кабинете работает… А Юльмус уехал куда-то, но скоро должен вернуться…

  - Спасибо, - поблагодарил я Михайло Семеновича, снова поклонившись. – Очень выручили…

  Тот от такого жеста уважения даже засмущался и сказал нам: «Идите, идите… раз дела есть…» Мы и не стали сопротивляться: вошли в Дом лидеров и, поднявшись на второй этаж, постучали в закрытую дверь кабинета Донована.

  - Иду, иду, - донесся до нас с той стороны спокойный голос Доро.

  Щеколда стукнула, дверь заскрипела. Перед нами показался и сам хозяин кабинета, одетый в простенький наряд крестьянина и держащий в руке перо, кончик которого уже не раз побывал в чернильнице.

  - О, Райан! – воскликнул Донован и тут же обнял меня. – Здравствуй, здравствуй! Давненько мы с тобой не виделись…

  Взгляд Доро перебежал на Яна. Паренек наш стоял в изумлении. Мне кажется, он просто не ожидал увидеть одного из лидеров «Движения…» в простой крестьянской рубахе и подпоясанных портах.

  - А это кто с тобой?! – поинтересовался Донован.

  - Ян Эвенруд, - опомнившись и поклонившись, представился мой знакомый. – Приезжий… кузнец…

  - Донован Доро, - ответно представился хозяин кабинета. – Один из лидеров «Движения…». Рад с тобой, Ян, познакомиться…

  Они пожали друг другу руки.

  - Есть контакт, - пронеслось у меня в голове.

  - Ты, стало быть, из северных районов? – поинтересовался Донован у паренька. – Угадал?

  - Да, - удивился Ян. – Но… как?

  - Есть у меня там один знакомый, - признался Доро. – Много рассказывал о ваших обычаях. Имена называл смешные…

  Тут-то оба моих знакомых и разговорились. Один расспрашивал о северных районах: хотел знать о них как можно больше. Другой же восхищался Тумеком, передавал свои эмоции от увиденного.

  Я, осознав, что диалог этот будет долгим, оперся о стену и, сложив руки замком, стал ждать. И знаешь, мой друг, не прогадал… Полчаса точно мне пришлось так стоять.

  Донован, заливаясь смехом, наконец-то вспомнил, что мы по делу, как ни как, приходили, и все же обратился ко мне:

  - Райан, извини, забыл… У вас ведь какое-то дело ко мне было?

  - Да, - отстав от стены, подтвердил я его слова. – Оно как раз с Эвенрудами связано…

  - О как, - удивился Донован и глянул на Яна. – И что же там такое?

  - Понимаете… - произнес Ян, сделав шаг вперед.

  И рассказал он обо всем, что я вкратце уже поведал тебе, мой друг. Говорил Ян быстро, но с выражением. Донован слушал его внимательно, не перебивал, иногда задавал простые вопросы, чтобы лучше вникнуть в произошедшее.

  - Ага, - произнес Доро, когда рассказ Яна подошел к концу. – Да уж… Ситуация не из приятных, - почесал он ладонью затылок. – Но решить  ее, я думаю, можно…

  - Правда?! Вы поможете?! – обрадовался Ян.

  - Помогу, конечно, - улыбаясь, ответил Донован. – Только мне нужно будет об этом с Джулианом потолковать, - посмотрел он на меня. – Райан, сможешь завтра сюда подбежать?

  - Легко, - ответил я. – Утром? После обеда? – решил уточнить на всякий случай.

  - Утром, утром, - повторил Доро. – В таком деле чем раньше начнешь, тем раньше закончишь…

  - Хорошо, - поклонился я, приложив ладонь к груди.

  - Донован, черт тебя!.. – раздался в коридоре крик, в сторону которого все мы трое тут же повернули голову. – Где там твой приказ?! Мне же его нужно другим передать!

  - Минут двадцать еще! – крикнул в ответ Доро, поднеся ко рту ладонь. – Немного осталось!

  - Так давай шустрее!

  - Мы пойдем, пожалуй, - поклонился я Доновану снова.

  - Не будем Вам мешать, - повторил за мной Ян.

  - Хорошо, - произнес Донован. – Надеюсь, ночь эту вы все проведете нормально…

  - Доро! – крикнул вновь тот же голос. – Хватит болтать! Лучше приказ иди дописывай!

  - Да подожди ты! – ответил этому нетерпеливому человеку Донован и исчез за дверью своего кабинета.

  Мы же с Яном отправились к нам домой. Невежливо было бы, если бы я не показал ему дорогу. Да и кто знает, вдруг заблудился бы он…

  В этот раз речь зашла о Доноване. Ян был так впечатлен им, что никак не мог сдержать своих эмоций. Я не был против: сам ведь восхищался им, его добротой и открытостью…

  Из-за этого мы даже не заметили, как оказались около нашего жилища. Около крыльца стояла телега Эвенрудов, за стенами – какая-то суета. Мы с Яном вошли.
Всей этой суетой руководил уже вернувшийся из училища отец. Он, совсем не колеблясь, решил так: гостей мы размещаем в двух комнатах, а сами (я, Клайд да отец) поживем пока на кухне. Никто не оказался против, а потому стали переносить вещей.

  Отца, как я узнал от брата Яна, Виктора, появление гостей, честно говоря, застало врасплох. У него как раз начались трудные дни в училище (скоро проверка), а потому нужно было готовиться. Отец мог просто сказать Эвенрудам «нет» и отправить их куда-нибудь, но решил в ущерб себе этого не делать. Зато обрел хороших знакомых…

  Все успели сделать до ночи. Вещи Эвенрудов перенесли в нашу с Клайдом комнату, лошадей отвели в ближайшую конюшню. Гости легли рано, по их обычаям, примерно часу в девятом. А мы с отцом и Клайдом еще долго сидели подл тусклым светом свечи и, перешептываясь, готовили все необходимое для проверки…