Одни в этом большом мире

- Что здесь происходит? Какого черта? Я сейчас в полицию позвоню! – девушка в такси истерично искала телефон в своей сумочке.
- Начальник! Куда нам теперь? – Егор проигнорировал крики пассажирки.
- Она не нужна, пусть просто отдаст кулон, и высадим ее где-нибудь. Поездка опасна для каждого. – Ярослав не переносил женских истерик и теперь был крайне недоволен.
- Не отдам я вам ничего! Сейчас полиция с вами разберется. – девушке по-прежнему не удавалось найти телефон, который завалился на самое дно женской сумочки под кучу «очень важных» вещей.
- Милая, успокойтесь. Не нужно полиции. Мы спасаем мир и Вашу подругу Алёну, в частности. Это она подарила Вам этот кулон, а в нем капля ее крови. Откуда нам это знать, если мы не друзья? – Егор попытался успокоить даму.
- Что с Алёной? Может вы похитили ее и пытали? – не сдавалась пассажирка.
- Никто ее не похищал, с ней все в порядке, по крайней мере, пока. Поверьте нам. Мы хотим ей только добра. Защищаем ее. – настаивал молодой человек.
- Где Алёна? Немедленно мне скажите, где она! Пока я с ней не свяжусь, кулон вам не отдам!
- Алёна с друзьями в безопасности сейчас. Ваш кулон нам нужен, чтоб зверь в человеческом обличии ее не нашел, она бежит от него. Он уже приходил к этому зданию и ждал здесь ее. – от истерики девушки у Ярослава уже началась мигрень. – Вам нужно перестать мешать нам, отдать кулон, выйти из машины и просто жить дальше своей жизнью. Продолжая истерику, Вы очень рискуете. Зверь никого не щадит.
- Слепой не зверь. – вдруг ответила девушка, ее истерика резко прекратилась, она спокойно посмотрела не Егора и, улыбнувшись, тихо произнесла. – Слепой сделает меня своей женой, и мы будем править этим миром.
Водитель такси принял решение уже какое-то время назад, и теперь был уверен, как никогда, что единственный смысл для него – приложить все усилия, в помощи спасения людей. Он никогда не был так воодушевлен чем-то, не было в его жизни четко поставленных целей – жил как все, и только теперь появился смысл, поэтому молодой человек ни на секунду не намерен отступать.
Ни слова не говоря, Егор повернул автомобиль на знакомую заброшенную стройку, заехав в укромный угол, где, когда-то спал в ожидании новых заявок, он вышел из машины и уверенным шагом двинулся к пассажирской двери. Ни секунды не раздумывая, парень открыл дверь, выволок за руку девушку из такси, сорвал с шеи кулон, вернулся на место водителя и до упора нажал на газ. Девушка так и осталась стоять, недоумевая в облаке пыли, которая поднялась из-под покрышек уезжающего автомобиля.
- Вот теперь я еще и вор, до этого дня у меня были только штрафы за вождение. – молодой человек явно занервничал и искал поддержки у своего нового друга.
- Кулон не ее, поэтому ты не вор. А едем мы теперь в Иркутск. – отозвался старовер с заднего сидения. Отсутствие истеричной пассажирки его крайне радовало.
- Куда? – Егор в недоумении развернулся, посмотрел на спокойного Ярослава и понял, что тот не шутит. – Ну, Иркутск, так Иркутск. Никогда не видел Байкал.
Водитель сел поудобнее в кресле, нацелившись на дальнюю поездку. На соседнем с ним сидении лежал кулон с каплей крови Алёны, искрящейся под лучами солнца проникающего через лобовое стекло:
- Может, избавимся от него?
- Кровь Алёны не должна пролиться. Кулон нужно сохранить целым. – мужчина на заднем сидении закрыл глаза, в надежде поспать в дороге.
- Ну, целым, так целым. Значит, едем в Иркутск, спасать мир. Надо бы только заправиться где-нибудь.
Такси уже покидало город, когда возле офисного центра на улице Карла Маркса загорелся рейсовый автобус. Свидетели утверждают, что пассажиры сидели в нем неподвижно, пока водитель автобуса поливал его бензином из канистры и поджигал. Никто так даже не попытался остановить пожилого человека невысокого роста, а вот роликов в сети появилось великое множество – с разных ракурсов прохожие снимали этот акт, казалось бы, беспричинной казни и самосожжения. Уже вечером всевозможные информационные источники будут предлагать свои теории произошедшего: от временного помешательства шофера на фоне восходящего Сатурна до драм, произошедших накануне в его семье, хотя, на самом деле, Иван Владимирович уже давно жил совсем один в своей маленькой квартирке-студии на пятом этаже.
Последнее, что он сознательно увидел в своей жизни: были механические голубые глаза, которые, казалось, одновременно смеялись над его ничтожеством и звали его в пустоту, пустоту страшнее и безжизненнее, чем самая черная тьма. Он не боялся и не страдал, когда увидел эти глаза. Водитель перестал чувствовать, будто сам стал механической куклой в руках психически больного кукловода. Иван Владимирович пытался не поддаться пустоте, он истерично вспоминал лицо своей любимой дочери, но пустота, она не дала прорваться чувствам и заперла навечно его память.

Темноволосая девушка средних лет, восторженно смотрела на приближающегося к ней молодого человека в мятом  костюме с кровавыми пятнами:
- Милый, тебе срочно нужно переодеться, ты привлекаешь к себе очень много внимания, - она, не дожидаясь, кинулась к Слепому в попытке его обнять.
- Где кулон?! – мужчина оттолкнул девушку, не увидев на ней заветной вещицы. – Где кулон, я спрашиваю?
Не удержавшись на ногах, молодая особа упала прямо посреди дороги  возле строительной площадки, той самой на которой недавно у нее отобрали вещь, объединяющую ее с мужчиной мечты. Его таинственность и холодность притягивали Татьяну, так давно страдающую по мужской ласке. Уже несколько лет они искала только его – брутального, благородного и высокомерного, не похожего на других. Татьяна устала от мягких «маменькиных» сынков, за которых постоянно нужно решать все их проблемы. Слепой был не похож ни на одного из них. С ним девушка чувствовала себя защищённой от всего мира, «под куполом его власти и силы».  Сколько ночей она провела в мечтах об их близости? И сейчас все рушилось.
- Я хранила его для тебя, но эти странные мужланы. Как я могла совладать с двумя огромными мужиками? Ты же оставил меня здесь совсем одну. – на глаза девушки навернулись слезы обиды и несправедливости.
Только слезы никогда не действовали на Слепого, ему плевать на человеческие чувства. Главным же чувством Слепого всегда было превосходство. Его раздражали эти мелкие носители жизней со своими приземленными желаниями и страхами. Зверя изумляли предательства и измены, которые происходили на всей этой планете, но о которых было принято умалчивать, воспевая только любовь.
- Кто они? И что сказали?
- Сказали, что им нужен кулон, чтоб ты не нашел Аленку, что они друзья и ее где-то охраняют какие-то люди.
- Где Алёна?
- Зачем она тебе? Ты же обещал, что я буду твоей женой? Что мы будем вместе навсегда. Я все для тебя делала. За что ты так со мной?
- Глупые создания. – Слепой на момент смягчился. – Вы всегда врете и продолжаете верить в обещания. Как вы еще можете верить? Ты предала подругу и людей в целом, но веришь мне.
Немного помолчав, он подошел к девушке, которая подалась к нему навстречу в надежде на помощь, но в ту же секунду носок ботинка врезался в ее плоть. Кажется, она даже услышала хруст ребер, слезы покатились градом по щекам Татьяны:
- За что? Я же тебе верна! – только и успела проговорить девушка, как второй удар пришелся ей прямо в лицо, рассекая щеку и сломав нос.
- Верность? О какой верности ты говоришь? Вы не умеете хранить верность! Все, что могут люди – лгать и предавать! Я учил вас этому столетия и у меня получилось. «Знает даже детвора - «Балом правит Сатана», первым кто предать успеет, стать слугой его сумеет».
Удар за ударом сыпались на бедную девушку, которая, выставив руки вперед, пыталась защитить себя из последних сил, но в следующий раз ботинок врезался в челюсть, вызвав резкую, мучительную боль и лишив ее сразу нескольких зубов. Татьяна замычала от боли:
- Прекрати. Пожалуйста, не надо. – едва можно было разобрать слова через слезы, кровь и выбитые зубы.
Когда же девушка перестала подавать признаки жизни, Слепой нанес еще пару ударов, чтоб окончательно убедиться в ее смерти. Реакции не было. Довольный мужчина пару минут стоял и смотрел на результат своих действий, а затем, не поворачиваясь, громко произнес:
- Подойди!
- Это Вы мне? – произнес из-за угла напуганный подросток, в недоумении, как этот человек мог спиной увидеть его, снимающего все на камеру телефона из своего укрытия.
- Кому же еще? Подойди!
Мальчишка понял, что пора бежать, но ноги отказывались его слушаться. Против его воли он шел прямо в руки жуткого садиста только что забившего ногами насмерть девушку: «Нужно было звонить в полицию, а не снимать» - последняя мысль пронеслась в голове подростка, перед тем, как он увидел глаза.

Слепой сидел прямо на земле, перед ним лежали остывающие трупы темноволосой девушки средних лет и подростка. Он пересматривал убийство Татьяны на телефоне мальчишки и смеялся, как ребенок:
- Это у меня хорошо вышло… Удар с левой нужно еще потренировать… Какую гримасу она состроила, думала, что я ее пожалею. Жалость – чувство мне совсем не знакомое, детка. А вот боль я люблю, мне нравится смотреть на боль таких, как ты.
Данное развлечение быстро надоело Слепому, и он кинул телефон не глядя, через плечо в сторону строительной площадки. Посмотрев по сторонам, словно оценивая масштаб бедствия, мужчина поднялся с земли, отряхнул окровавленный костюм от пыли, будто от этого он стал чище и пошел в сторону магазина одежды, напевая одному ему известный мотив.
Рабочее время еще не закончилось, поэтому покупателей в магазине было мало. Колокольчик над дверью зазвенел, оповещая всех, о том, что пришел новый посетитель. На пороге появился симпатичный молодой человек, с бездонными голубыми глазами. Увидев его окровавленный костюм, продавец потянулась к тревожной кнопке, но в этот момент, глаза парня стали механическими и пустыми. Они сверкнули яростью, и тут же рука девушки безвольно опустилась, так и не нажав заветную кнопку.
- Мне нужен костюм, девочки. – улыбнувшись, произнес покупатель с порога. – И, похоже, новые ботинки.
Легкой походкой молодой человек проследовал в зал, он стал ходить между рядами костюмов, подыскивая себе подходящий. Пожилая женщина, заметив странного парня, перестала копаться в уцененных товарах и поспешила к выходу из магазина.
- Куда Вы так торопитесь, мамаша. – подскочил к ней Слепой и ласково приобнял. – Вы моя на веки.
- Стара я для тебя, мальчик. – женщина тщетно пыталась вывернуться из объятий зверя.
- А мне все возрасты покорны, как и любви, «которой у Вас никогда не было». Так же Вы говорили, когда подсыпали лекарства в еду супруга, чтоб он поскорей Вас «оставил»?
- Я ничего такого не делала! Что Вы говорите?!
- Да Вы же правы. Нет ее, любви. Вон посмотрите хотя бы на самых лучших подружек – продавцов и одновременно хозяек этого прекрасного заведения. Они настолько близки, что и мужчина у них один на двоих.
- Что за чушь! – возмутилась было одна из продавцов, но, посмотрев на свою подругу детства, опустившую глаза, села на табурет, и тихо произнесла. – Как ты могла спать с моим мужем?
- Да, и хорошо, что все выяснилось, он давно мне обещает свадьбу, но все жалеет тебя и боится уйти, потому что «ты с собой что-нибудь сделаешь». Но мы любим друг друга. Наша любовь настоящая! – ответила второй продавец, стоявшая за кассой.
Слепой громко засмеялся, закинув голову назад:
- Какой парадокс. Живут с одними, но у них есть и настоящая любовь. Лжецы! Вы никогда не знаете, просто, чего хотите на самом деле. Как же это свойственно для вас – менять свое мнение. Сегодня я люблю одного, а завтра другого. Любовь, любовь. Ложь! Вы ищете выгоду. Где спокойнее живется, и лучше кормят. Один поманил – к нему побежала, с ним живешь, а спишь с мужем подруги. Это любовь? Это ложь!
Молодой человек снова сверкнул глазами и отпустил бабушку, которая, кажется, погрузилась в какой-то транс, как и все остальные люди, находившиеся в магазине в тот момент. Напевая одному ему известный мотив, он прошел в примерочную, по дороге прихватив понравившиеся ему костюм, рубашку и туфли.
Когда Слепой в следующий раз оказался на пороге магазина, на нем была белоснежная рубашка, новый костюм со слегка приталенным пиджаком, что ему так шло и сияющие начищенные ботинки:
- Ну, что же, дамы, с вами было очень весело поболтать, но вынужден извиниться – меня ждут великие дела! Или великие тела? Как там правильно было? Никто не ответит?
Все присутствующие в магазине, по-прежнему, стояли молча и без движений, как будто злой волшебник заколдовал время и оно остановилось.
- Ну, нет, так нет. Вынужден откланяться. Надеюсь, вы тут повеселитесь без меня, а вы повеселитесь.
Глаза Слепого снова свернули и все «ожили». Ни секунды ни медля, бабушка первая кинулась на ближайшую покупательницу и начала выцарапывать ей глаза с силой, которой просто не может быть у женщины преклонного возраста. Продавцы сцепились в смертельной схватке. Волосы клочьями летели по магазину, брызги крови хлестали на только что заботливо отпаренные костюмы и платья. Женщины больше не ругались, а только издавали нечеловеческие рыки.
- И это я еще слаб в вашем мире. – проговорил Слепой, наблюдая за безумной бойней. – Представляете, как нам будет весело, когда я воссоединю свои глаза с теми, что дают мне полный контроль и бесконечную власть. У нас будет так много времени на развлеченья. Вы даже не можете себе представить, что скоро все люди получат то, о чем они мечтали – вы станете почти бессмертными, ну, если опустить подробности о том, насколько при этом бесконечными будут ваши страдания. Но ведь главное – получить желаемое, а остальное – всего лишь формальности. Не так ли, девочки?
В этот момент одна продавец смогла накинуть провод парогенератора на шею другой и уже душила ее, прилагая все свои силы. Посетители, теперь мало напоминающие женщин, продолжали бить друг друга первыми попавшимися под руку предметами. В конце зала можно было разглядеть ноги трупа в луже крови, торчащие из примерочной, где еще недавно Слепой мерил свой безупречный костюм.
- Ну, дальше сами, девочки, как я говорил ранее – мне пора откланяться. Путь мой долог, а день близится к закату – с этими словами он покинул магазин, и пошел в сторону остановки междугородних автобусов, улыбаясь и напевая одному ему известную мелодию.
На этот раз представители власти, вымотанные количеством происшествий за один день, в отчаянии от количества трупов и открытых расследований, предложат журналистам первую, пришедшую им в голову причину происшествия в магазине одежды – вирус. Какой-то неизвестный вирус влияет на психику людей. Возможно, поджег автобуса водителем, тоже как-то связан с этим вирусом.

На заправке за городом молодой человек с увлечением отдирал наклейки службы такси от корпуса автомобиля. Возле него крупный мужчина ел пирог, запивая его кофе из кофемашины:
- Как вы едите и пьете эту гадость? – негодовал Ярослав.
- В современном мире уже все ненатуральное, друг мой. Тут я с тобой согласен. Фальшь повсюду. Как там пелось? «Пластмассовый мир победил». – Егор никогда не чувствовал себя таким живым, как в компании с этим странным старовером.
- Предки плачут, глядя, во что превратился некогда светлый мир.
- То, что предки плачут – это только начало. Вот потомкам мир достанется и вовсе безрадостный. А у тебя есть дети? Семья?
- Ни одна женщина не согласилась жить в уединении. Испорченные они стали. Дом вести не хотят, за скотиной ухаживать не умеют. Только вот в эти ваши телефоны и пялятся круглый день, жизнь чужую рассматривают и завидуют. Разве это дело?
- И тут я с тобой согласен, Амиго. Я вот тоже женщинам не гож. Машина не та, квартирка маленькая, бизнеса нет своего. Зато у меня есть новый классный друг. – Егор похлопал по плечу Ярослава.
- Хочешь, я научу тебя слышать духов? – вдруг предложил старовер, сам не ожидая от себя такой инициативы.
- А можно?
- Почему нет? Может, станет жизнь тебе понятнее, и ты найдешь свой путь.
- Учиться никогда не поздно. А вот путь, кажется, я свой уже нашел. Никогда я еще так не был уверен в правильности своего пути, как в поездке с тобой «во имя спасения мира».
Парень закончил отрывать наклейки, бак автомобиля к тому моменту был уже полон и молодые люди продолжили путь, поскольку время до заката еще оставалось.
- Где остановимся на ночь? Гостиница получше или дешевый мотель устроит? – Егор старался предусмотреть все в поездке.
- В поле остановимся.
Водитель не стал возражать, лишь пожал плечами.
Через пару часов солнце село, и мужчины стали присматривать место для стоянки. Прошло еще минут тридцать езды в тишине, до того как Ярослав безоговорочно произнес:
- Здесь встанем.
Егор подчинился, и, не задавая лишних вопросов, съехал на обочину. Молодые люди прошли метров двести вглубь поля и там стали размещаться на ночлег. Ярослав быстро развел костер, собрав вокруг какую-то щепу. Огонь взметнулся к небу, словно по волшебству и Егор вспомнил, как в детстве ходил с друзьями в походы. Снова подумал о лучшем друге Антоне и на этот раз дал себе твердое обещание: если вернется живым, обязательно его разыскать.
Постелив старую куртку на землю, парень сел напротив Ярослава, который предпочитал спать прямо на земле, ничего не подкладывая.
- Теперь закрой глаза и слушай. – голос старовера стал значительно тише.
Молодой человек подчинился, закрыл глаза и стал прислушиваться. Сначала он слышал только гул дороги вдалеке, треск дров, которых в костре не было, поскольку там была только щепа и гул ветра.
- Как поддерживается костер до сих пор, щепа давно должна была прогореть? – не выдержал Егор.
- Молчи и слушай.
Спустя пол часа молчаливого сидения с закрытыми глазами в тишине, водитель такси решил прекратить свое участие в бестолковом представлении и лечь спать, так как завтра в дорогу, но не смог пошевелиться. Он не чувствовал своих рук и ног. Тело не затекло, его как будто просто не было. Егор боялся открыть глаза и увидеть, что теперь его попросту нет. Мысли есть, а его самого нет. И тут он услышал едва разбираемый шепоток:
- Ты сам все видел, сам все понимал, но бежал. Все бегут, все уходят, понимать страшно, проще бежать. Поток все заберет. Человек никто против течения. Течение все зародило, оно все и заберет. Заблудиться может каждый – не каждый найдет путь обратно. Ищи свой путь там, где заблудился.
Одни и те же слова повторялись снова и снова. Шепот был повсюду. Разные голоса говорили со всех сторон одновременно. Сначала это казалось Егору странным и непонятным, потом он решил, что особенный и стал радоваться происходящему, но позже пришел страх, осознанный страх. Ему хотелось вырвать от этих голосов и бежать, но он по-прежнему не мог пошевелиться, просто сидел и слушал.
Когда парня уже начала охватывать паника от безысходности, кто-то схватил его за плечо:
- Вставай, нам пора уже ехать. Солнце взошло. – над ним, спящим, лежа на своей старой куртке, стоял Ярослав, протягивая кружку горячего чая.
- Так это был всего лишь сон? – выдохнул Егор и сел, разминая спину. – Все затекло, как ты так спишь?
- Я сплю правильно, и земля дает мне силы. А ты слишком слаб душой и телом, чтоб принять это.
Молодые люди попили чай, собрали вещи и пошли к машине. По пути Егор не удержался и стал расспрашивать Ярослава о своем странном сне.
- Когда придет время, ты поймешь, что тебе говорили голоса. Но время должно прийти правильное. – не добавил ясности в расспросы старовер.
Десятью минутами позже они уже ехали по дорогам Сибири.

Самолет приземлился, согласно расписания. Вероника, уставшая от полета с пересадкой, еле волочила ноги. Святослав, наоборот, очень нервничал перед встречей с Данко и переживал, насколько он справлялся со своей ролью «лидера группы» до настоящего момента.
 - Как ты думаешь, какие они? Дед и Аленка? – сестра боролась со сном разговорами.
- Думаю, что я их вижу.
Навстречу им шли молодой парень и симпатичная ухоженная девушка, улыбка которой заставила занервничать и без того напряженного Святослава. Вероника посмотрела в направлении, указанном братом и побежала вперед с криком: «Дедушка!».
Люди в аэропорту были заняты своими делами, и никто не обратил внимание на сумасшедшую, которая накинулась на опешившего парня:
- Надо полагать – Вероника. – засмеялся Данко.
- Она самая. – девушка чмокнула щеку своего «шесть раз прадедушки» и тут же вытерла остатки помады тыльной стороной ладони.
- Святослав. – молодой человек с чемоданами присоединился к ним и уважительно протянул руку своему родственнику.
- Можно просто «дедушка».
Все дружно засмеялись и начали обниматься по очереди.
- Как тебе наша безумная семейка? – обратилась Вероника к Алене.
- Не знаю, но почему то я чувствую себя ее неотъемлемой частью. И простите за Алису. Она из-за меня пострадала. – при этих словах у молодой девушки по щекам потекли слезы.
- Алиса у нас сильная и смелая, а поскольку мы тут туда-сюда по времени скачем, кто его знает – может еще где с ней встретимся. Да и нам сразу сказали о нашей кончине. Поверь, мы славный отряд самоубийц, как в фильме, только по-настоящему. – поддержала Вероника подругу, как умела. – А где тут у вас можно поесть, помыться и поспать?
- Нам еще многое нужно обсудить, а ты спать собралась. – возразил Святослав.
- Если что, я не могла уснуть в самолете, потому что кое-кто храпел. – засмеялась сестра и привычно толкнула брата в бок.
- Давайте поедем уже домой и накормим вас. – предложил Данко.
- А чем мы их будем кормить? – уточнила Алена.
- Закажем еду. – ответил дедушка.
- Значит, нас ты чаем с сухарями кормил, а для них сразу еду заказываешь, предатель. – возмутилась шутя девушка.
Вся компания, весело смеясь, вышла из терминала аэропорта и направилась к заблаговременно вызванному Данко такси.
- На Байкал успеем съездить? – уточнила Вероника, когда машина уже выезжала со стоянки аэропорта.
- Это вряд ли, дорогая. Извини. – глубоко вздохнув, ответил дедушка.
- Ну, хоть повидались, перед боем. – поддержал деда Святослав.
«Сколько раз я вас уже встречал и терял. Как я устал от всего этого. Но мы не имеем права сдаться. Сколько раз еще повторится этот сценарий, пока я не пойму, как нам одержать победу. Я не хочу снова вас терять, но мне придется» - подумал Данко про себя, но вслух сказал лишь:
- Внучатки мои, в этот раз у нас обязательно все получится, я в нас верю!
- Мы знаем, дедулечка. Мы сейчас это точно знаем. – подмигнув прощебетала Вероника, отвернулась к окошку и тихо, чтоб никто не услышал, добавила. – Мы знаем, что умрем снова.