Христос на кончике пальца

Анна Ивановна была крепкой верующей пенсионеркой шестидесяти лет. Бывшая учительница, она умела обращаться со смартфоном в отличие от своих глупеньких подруг, не ведавших, что за пределами вацапа есть интернет-жизнь.

Анна Ивановна  начинала утро с  вычитывания  молитвенного правила, акафиста и  кафизмы. Затем, сделав перерыв на завтрак, садилась читать Библию. Но чтобы пользу от чтения Священного Писания получала не одна она, а и ближние ея, Анна Ивановна наиболее звучные цитаты постила в соцсетях с хэштегом "Библия для всех". Тщательно подбирала для фона картинки с церквями, свечами и умильными девочками в платочках; добавляла треки с церковными хорами. Выкладывала на свои страницы, в  чаты, статусы  и каналы, кидала в предложку групп "Самые сильные молитвы" и "Подай записку в монастырь".

Ни за что бы не согласилась Анна Ивановна с тем, кто бы сказал ей, что её  ежедневное чтение Библии постепенно превратилось  в поиск цитат. Что она скользит взглядом по строкам, выбирая фразу поярче, покрасивей. Что Евангелие стало для неё источником не веры, а контента.
Ни за что бы не согласилась. Более того: кто бы ни сказал сие, будь он хоть ангелом, получил бы такую отповедь, что самозабанился бы на веки веков.
Потому что Анна Ивановна  спуску не давала никому, нигде и никогда. Порядок должен быть везде: и в транспорте, и в поликлинике, и в храме, и  в виртуальном пространстве. Если Анна Ивановна видела в соцсетях посты или комментарии, где какие-нибудь вольнодумцы писали от ветра главы своея, то обязательно вступала  в полемику: "жгла" еретиков цитатами из творений святых отцов; в ответ на  реплики оппонентов выкладывала "простыни"  библейского текста и смело обличала их в обновленчестве и отступлении от веры. Откладывая смартфон,  Анна Ивановна ощущала себя солдатом,  вернувшимся с победой.

Сегодня она как обычно открыла сайт Азбука.ру с ежедневным отрывком из Нового Завета и уже выделила перстом нужную фразу, нажав "копировать", как вдруг палец её дрогнул. А палец дрогнул от того, что вся Анна Ивановна чуть не подскочила на стуле - резкий и сильный удар сотряс решётку, защищающую окно её квартиры на первом этаже.  У неё мгновенно подскочило давление - опять мальчишки со своим мячом!
Анна Ивановна, как была, в халате, выскочила из подъезда  и громко, на весь двор высказала улепётывающим пацанам всё о них, об их футболе и об их родителях, не умеющих воспитывать детей. Только выпустила пар и хотела уже идти домой, как сзади со скамейки раздался препротивнейший голос соседа Толика. Заступаться за малолетних хулиганов удумал, адвокат хренов! Мол, - "Нечаянно," - мол, - "ничего же не случилось." Инфаркт у неё чуть не случился! "Сам великовозрастный балбес, вот и оправдываешь этих оболтусов," - гремела  Анна Ивановна. - "А был бы нормальным мужиком, так надрал бы им уши. Ну куда там, только пиво сосать мастак! Вот и у самого дети вырастут такими же дебилами! А жена уйдёт! И с работы попрут!" Толик давно уж заткнулся, даже как-то весь скрючился креветкой - видно,  сам уж не рад, что вякнул. Вот и нечего тут выступать!  Ублаготворенная Анна Ивановна хотела уж было идти домой, но тут из-за угла дома вышла соседка Семёновна с полным пакетом продуктов, видать из магазина шла. Ну как было не поделиться с хорошей женщиной переживаниями? Семёновна никогда не спорила с Анной Ивановной, всегда выслушивала да поддакивала. Чудесный человечек! Поэтому монолог Анны Ивановны с мальчишек перескочил на молодёжь, которая по вечерам горланит, на дворника, который плохо метёт, на лифт, что вечно на ремонте, на то, что клумбы некому, кроме неё, Анны Ивановны, поливать. Много проблем обсудили, пока осмелевший Толик не подлез, паразит: "Давайте,"- мол,- "Татьяна Семёновна, я Вам пакет донесу." Взял сумку у Семёновны и пошёл в подъезд, та извинилась и потрусила за ним, аки овечка. Тут Анна Ивановна ощутила, что озябла в одном халате под тусклым сентябрьским солнышком и тоже пошла домой. Когда за ней закрылась дверь, повылезали из подвала коты, вышли из-за дома прятавшиеся мальчишки, голуби слетели с козырька и затоптались на газоне.

А Анна Ивановна, придя домой, разогрела постный борщ (была среда), позволила себе немножко селёдочки с картошкой, потом горячего чайку с малиновым вареньем. Раскраснелась, согрелась, ноги налились тяжестью. Села она в удобное кресло, ноги положила на придвинутый пуфик, чтоб "кровь отлила". Ну и пока отдыхает, решила заглянуть в телефон - что там пишут. В одном паблике, где вечно всякие провокации выкладывают, типа: "давайте  переведём службу на русский", напечатали пост про то, что надо терпеть, когда малыши в церкви ходят с места на место,  - мол, не могут они час на месте стоять. Что не надо на мамочек шикать, когда они приводят девочек не в платочках. Что давайте устраивать при храмах комнатки, где бы можно было покормить и перепеленать младенцев.
Боец с ересями, живущий  в голове Анны Ивановны,  мгновенно  облёкся в латы истины и шлем правды. "Сейчас я напишу им" - думала апологетка  скреп и основ, - "про то,  что храмы превратятся в вертепы, где нормальному человеку нельзя будет спокойно  помолиться. Про то, что вырастят они из таких детей хулиганов, которые нормальным людям окна бьют и нервы расшатывают. Ишь, постоять они не могут! А как же Никола Угодник три часа в купели стоял?!"
И ещё много, много чего хотелось написать Анне Ивановне этим "несмысленным галатам". Она вонзила перст, как копьё, в поле для комментария. Почему-то на экране появилось окошечко "вставить". Анна Ивановна не задумываясь, привычно ткнула в это окошко и прочла появившийся текст: "Не препятствуйте детям приходить ко Мне, ибо таковых есть Царство Небесное." Первые мгновения она изумлённо смотрела на строку, которой будто Кто-то перечеркнул всё, что она приготовилась сказать. А потом вспомнила, что до всей этой передряги сама же  выделила эту цитату для ежедневного поста. Даже была уже  скачана  с пинтерест премиленькая картинка с кудрявым мальчоночкой.
Задумчиво потирала она большим пальцем указательный, на кончике которого слова Христовы невидимо хранились, пока она орала на весь двор, пока сердилась на весь белый свет. "Да что ж такое-то со мной, Господи," - подумала она. - "Это про меня, дуру, сказано: "Глазами смотрите и не видите, ушами слышите и не понимаете, ибо окаменели сердца ваши." И глаза её наполнились слезами...

А через полчаса Анна Ивановна одевалась с самым решительным видом. Она направлялась к депутату требовать, чтоб в их дворе установили футбольную коробку. И тренажёры. И качели новые, а то старые уже перекосились все. Зная её энергию и напористость, можно не сомневаться - всё будет!