Киберпанк или шоу для бабы Нюры

Вы слышали? В Москве запустили первый беспилотный трамвай. Это же технологический прорыв! Но проблема в том, что его никто не видел. Буквально никто. Я уверен, он обитает в каком-то секретном измерении трамвайного депо, курсируя исключительно между складом и столовой. Архетипичный маршрут!
И вот представьте этот триумф инженерной мысли: у него нет задней скорости. Вообще. Создатели решили, что регресс — это не наш путь. Только вперед по рельсам, к светлому будущему, за сосиской в тесте! И вот он доезжает до тупика у кастрюли с борщом, и всё. Тупик цивилизации.
Что они делают дальше? Они вызывают гигантский строительный кран. Весь персонал депо выходит курить и смотреть на это шоу. Кран цепляет этот беспилотный шедевр, медленно поднимает его над хрущевками, а колеса... они продолжают крутиться! Понимаете? В воздухе! Маленькие такие железные ножки, которые делают «тык-тык-тык» в пустоте. Это же чистое искусство. Это как перевернутый жук, который пытается договориться с космосом.
Кран разворачивает его на 180 градусов, крайне аккуратно, как будто это не многотонная махина, а последний эклер в Париже. Опускает на рельсы, и трамвай такой: «О, еда в другой стороне! Погнали!» И он торжественно уезжает обратно к складу. А баба Нюра, которая тридцать лет переводила стрелки ломом, смотрит на это и думает: «Ну да, киберпанк. У нас в 86-м так же уличный самовар разворачивали, только без крана и с помощью мата».
Мы создали машину, которая настолько гордая, что не умеет пятиться. Это же идеальная метафора нашей жизни. Мы можем лететь над гаражами на подъемном кране, дрыгая колесами, но мы никогда, слышите, никогда не признаем, что просто пропустили свой поворот! Мы скажем: «Это не отсутствие заднего хода, это стратегическая переориентация в пространстве под углом в 180 градусов!»

И вот этот трамвай, обретя новую цель, несется мимо хрущевок с таким достоинством, будто он не только что болтался на крюке, как сосиска над мангалом, а совершил стыковку в открытом космосе. Система автопилота внутри него сейчас наверняка выдает отчет: «Произведен вертикальный маневр по преодолению пространственного тупика». Никаких ошибок, только триумф инженерной мысли.
А баба Нюра тем временем вытирает руки о фартук и глубокомысленно сплевывает в сторону депо. Она-то знает, что через два километра трамвай упрется в другой тупик, потому что там ремонт теплотрассы, о котором искусственный интеллект узнает только тогда, когда в его датчик прилетит брызга кипящего гудрона. И снова начнется этот балет: кран, курящие слесари, колеса, дрыгающиеся в зените.
Самое прекрасное в этой ситуации — это пассажиры. Внутри сидит какой-нибудь хипстер с латте, который искренне верит, что задержка в пути — это запланированная пауза для медитации над рельсами. Он пишет в соцсетях: «Мой транспорт только что левитировал над городом, уровень урбанистики 80-й левел». Он и не подозревает, что его «левитация» держится на тросе химкинского производства и честном слове крановщика Михалыча, который обедал этим утром исключительно суровым взглядом.
Это же абсолютный концепт: город, где транспорт передвигается не по расписанию, а по законам абсурда. Зачем нам расширять пути или строить кольцевые развязки, когда у нас есть кран? Это ведь дешевле, чем учить машину сдавать назад. Пятиться — значит сомневаться. А наш беспилотник запрограммирован на абсолютную уверенность в завтрашнем дне, даже если этот день висит в пяти метрах над асфальтом.
В итоге, когда этот трамвай-миллионер возвращается к столовой , он делает это с таким звуком, будто он только что привез благую весть из другой галактики. Двери открываются, и из недр выходит сияющий контролер, который всё это время сидел внутри и делал вид, что так и надо. И они с бабой Нюрой встречаются взглядами. В её глазах — вечность и лом, в его — отражение светодиодных матриц. И в этот момент понимаешь: цивилизация — это не когда трамвай ездит сам, а когда у нас есть достаточно чувства юмора, чтобы вызвать строительный кран там, где достаточно было просто нажать кнопку «Реверс».