Тоскана

Пестрая гусеница шоссе, поблескивая лужицами и
горбатясь свежими латками, с готовностью нырнула
под автомобиль, резво проскочила между колес и,
забрызгав заднее стекло, устремилась к следующей
машине. Автострада Аурелия, как, впрочем, и все
дороги, вела в Рим. Маленькие поселки слева и справа
строго предупреждали о необходимости сбросить
скорость. «Можете не предупреждать»- весело
сказала Сашенька, «И так тащимся, как черепаха,
боимся пропустить что-нибудь интересное»… Саша и
Костя первый раз приехали в Тоскану. Зеленые
долины, крутые холмы, увенчанные коронами
старинных городов -все им очень нравилось. Сейчас
Саша крутила головой, так как они решили заехать в
какой-нибудь из них. Осматривая окрестности с
высоты своих величественных холмов городки будто
приглашали дружественных путников посетить музеи,
церкви, ресторанчики. Врагов же они наверняка
встретили бы залпами пушек… Не сейчас. А когда-то.
Давным-давно. В те романтические времена, когда
рыцари сражались на дуэлях за руку прекрасной дамы,
а князья воевали друг с другом и с врагом, завоевывая
новые земли…Или теряя наследуемые… » Смотри,
какой красивый город. И название
красивое. Капальбио! Свернем»- предложила Саша.

Костя согласился, и они продолжили путь по
проселочной дороге, слегка подпрыгивая на
неровностях. Русских автомобилистов скорее
порадовало, чем разочаровало качество покрытия. У
себя на родине они встречали и похуже… Дорога
пошла вверх и, сделав несколько витков,
притормозила на симпатичной городской площади.
Здесь можно было оставить машину и с высоты холма
полюбоваться окрестностями. Холм действительно
был высокий. 218 метров над уровнем моря. Но это в
центре городка, а здесь метров 200, наверное, так как
городские улочки продолжали свое восхождение к
площади, на которой стояла Церковь Святого Николая,
построенная в 12-13 веках. Но о Церкви потом. И о
городке потом. Сейчас перед Сашенькой и Костей
открылся потрясающий тосканский пейзаж. Море на
горизонте переливалось всеми оттенками голубого:
зеленоватое местами, оно мрачнело синим на глубине
и безмятежно искрилось аквамарином на отмелях.
Между холмом и морем пригорки, красные
черепичные крыши поселков, сочные луга,
виноградники, рощицы пиний и олив создавали
безукоризненную в своем живописном многообразии
картину. Замечательно, что они свернули в этот
городок… На маленькой площади Сашу и Костю

поразила гигантская фигура женщины- богатыря.
Огромные толстые руки, огромные толстые ноги, груди
как два арбуза, огромные крутые бедра. Почему-то не
пропорционально маленькая голова. Женщина была в
пестром купальнике. Облицованная кусочками
смальты, зеркала и керамической плитки фигура
переливалась на солнце всеми цветами радуги. Чья
буйная фантазия создала этот утрированно
сексуальный символ плодородия? Этот ли смысл
вложил автор в свое творение? С какой внутренней
драмой и перипетиями судьбы боролся художник,
создавая фигуру женщины-победителя мужского
деспотизма, гендерного неравенства, сексуальной
закрепощенности. Почему эта фигура здесь, в
средневековом городке? Абсолютно инородное
тело… Кто, наконец, автор? Подошли поближе. Ники
де Сен-Фаль. Имя ничего не говорило нашим героям.
Интересно, кто она, эта Ники. Хрупкая красавица
принцесса или пышнотелая и злобная баба-Яга…Если
Яга весомых размеров, то не бесформенную же
немощь ей изображать. Разве что от противного… А
если хрупкая красавица, то сколько страсти, мужества,
и, в конце концов отчаяния вложила она в этот символ
женской силы! ... Ладно! Во всем этом разберемся
позже. Сейчас надо идти осматривать город. А он того

стоил. Узенькие мощеные булыжником улочки
взбирались по холму вверх к Церковной Площади.
Небольшая Церковь Святого Николая 12-13 веков
радовала своими прекрасными фресками,
сравнительно хорошо сохранившимися… Благо, что
созданы были позже…Стертые булыжники мостовых,
арочные перекрытия между двух и трехэтажными
средневековыми домами, лестницы, ведущие наверх
и лестницы, идущие вниз, бесконечные мелкие
детали, говорящие о многовековом прошлом города.
Уютные маленькие ресторанчики с хорошей едой,
вкуснейшим местным вином и улыбчивыми
потомками тех, кто жил здесь когда-то. Вино, к тому
же, можно было унести домой, налив в специально
приготовленные для такого случая пятилитровые
бутыли... Прогуливаясь по двойной крепостной стене
Саша и Костя думали о вечности, о людях, которые
жили когда- то в городе. Об истории этого края,
называемого Тоскана. Много всего интересного
вычитали они, вернувшись домой…Вечером купались в
море и любовались закатом. Великолепное зрелище-
заход солнца на море. И неповторимое. В тот день был
штиль, и солнце, как изнеженная барышня, сначала
коснулось воды, попробовав, не холодна ли. Потом
началось его медленное погружение. Восхищенное

море, не в силах утаить от зрителей красоту этого
купания, засверкало золотыми искрами, слившимися в
светящуюся дорожку между горизонтом и берегом.
Небо также не осталось равнодушным. Золотисто
желтое, нежно розовое и зеленоватое в начале оно
багровело, сгущая краски, постепенно превращаясь в
пылающий фон для эпилога. Безмятежные
наблюдатели облака, белые и пушистые, отороченные
золотой каймой, постепенно мрачнели, становясь
вполне весомыми тучками. Заканчивался этот полный
интересными событиями день… А ночью…Было утро. И
Сашенька, одетая в красивое длинное платье,
провожала жениха на корабль с черными парусами.
Передавала ему пистоль и шпагу и просила беречь
себя. Жених пиратствовал в Тирренском море.
Прощание это происходило под красивейшую песню
Стинга «Невеста пирата». Действительно звучала
музыка. «Бывают музыкальные сны...Песня очень
красивая и гармоничная. Значит у меня гармония в
душе. И это понятно. Вокруг красота и покой.»-во сне
подумала Сашенька. Потом приходила девушка, уже
не Сашенька, на берег моря, смотрела в даль, надеясь
увидеть корабль. Волны льнули к ее ногам, отбегали
обратно. День за днем…День за днем… В
Сашенькином сне у этой истории был вполне

счастливый конец. Красивая этрусская девушка стала
женой молодого пирата. Этруски (тиррены) не только
пиратствовали на море, но и вели оживленную
морскую торговлю. Остепенившийся пират теперь
снаряжал свои корабли и успешно торговал с
соседними государствами… Сон продолжался. Теперь
молодая пара в своем богато украшенном доме
принимала гостей. На ложах, покрытых роскошными
шерстяными покрывалами возлежали женщины и
мужчины. Одетые в красивые облачения они
принимали угощения из рук нарядных прислужниц.
«Местные жительницы, видимо»- подумала Саша.
Разговор знатных этрусков был почему-то понятен
Саше.» Ведь этруски славяне. Пришли на север Италии
и поработили местных умбрийцев. Среди прочих есть
и такая теория»-вспомнила во сне она. «Вот язык слуг я
не понимаю совсем.» Потом гости обсуждали новости,
богатый урожай, любовались прекрасными
керамическими вазами, созданными этрусскими
мастерами. Когда-то они учились у греков. Теперь же
передавали свое искусство из поколения в поколение,
привнеся в него этрусское своеобразие. Гостьи
женского пола на равных участвовали в разговорах
мужчин, смело высказывая свое мнение.
«Эмансипация. Совсем, как сейчас»- отметила зритель

Сашенька. Потом гости вышли в сад и по полету птиц
стали гадать, удачно ли пройдет заседание Лукомонов
-глав городов – государств, входящих в конфедерацию
«Двенадцатиградие». Получалось, что все пройдет
успешно…На этой оптимистичной ноте Саша
проснулась. «Какая умная у меня голова! Быстро
переработала то, что мы вчера прочитали и увидели в
музее. Получилось вполне остросюжетное действо.
Странно, что не приснились эти удивительные грубо
отесанные глыбы, из которых этруски строили свои
крепостные стены. Ведь меня поразило то, как они
умело подгоняли каменные блоки друг к другу.
Строили даже арки. И все без связующего раствора.
Только точный расчет! И как хорошо, что не
приснились христианские мученики»-сказала она
себе…Читая про маленький итальянский городок
Капальбио Сашенька вместе с его обитателями
прожила как минимум три тысячелетия! Загадочные
этруски, так занимательно скрасившие ее сон, в этом
районе проживали с девятого века до нашей эры.
Откуда они здесь, в Италии, появились никто толком
не знает. Саше больше всего импонировала мысль,
что они славяне. Сторонники славянского
происхождения этого народа утверждают также, что
при помощи древнеславянского можно

расшифровывать этрусские слова. Посмотрев таблицы
с этрусскими надписями Сашенька пришла к выводу,
что они похожи на славянские, так как и те и другие
явно имеют греческие корни…Далее ее мысль
перескочила через несколько веков перед Рождеством
Христовым, распрощавшись с этрусками, которые
более или менее мирно ассимилировали с италийским
населением, переняв обычаи, язык и культуру и внеся
свой большой вклад в их развитие. Теперь Саша
думала о христианских мучениках. Наша эра началась,
как известно, с Рождения Христа. Христос вырос и стал
рассказывать людям, как, по каким правилам они
должны жить. Многие слушали его проповеди,
уверовали в ценность его учения и были готовы ему
следовать. Но старое никогда ничего не уступает
новому без боя. Привычные боги и богини, с
которыми сроднились люди за многие века
поклонения, не хотели уступать свой олимп. Тем
более, что старую веру поддерживали власть
предержащие. Начались гонения на пытающихся
исповедовать христианство. Две Анастасии. Старшая -
Римлянка, жившая в начале третьего века, и Младшая-
Узорешительница, принявшая свою мученическую
смерть в начале четвертого века. Наверное теперь об
этих двух Анастасиях Сашенька знала гораздо больше,

чем о своей Анастасии, бабушке Насте, которая
родилась в семидесятых годах Девятнадцатого века, а
умерла в конце 50-х века Двадцатого, вынужденно
перейдя из одной эпохи в другую, исповедуя (скорее
всего не исповедуя, так как тайно крестила Сашеньку)
Новую Коммунистическую Веру. Названа она была в
честь одной из этих Анастасий. Интересно, которой из
них? Хотя…Римлянка жила в Италии, в младенчестве
осталась без родителей. Воспитали ее в христианском
монастыре под Римом. Выросла она красавицей, но
замуж решила не выходить, посвятив себя Христу.
Разгневанные женихи жестоко расправились с ней,
мстя ей и за инакомыслие тоже. Младшая Анастасия
тоже жила в Италии, тайно исповедовала
христианство. Выросла и стала ходить по тюрьмам,
облегчая муки узников- христиан. Была сожжена на
костре за свое христианство. …Дети обычно редко
интересуются жизнью старших. Сашенька не
спрашивала, а бабушка ничего почти не рассказывала
о себе. Она хорошо играла на фортепиано и пела
русские романсы. Рояль был дедушкин. Блютнер.
Остались старинные ноты и рассказы о том, каким
прекрасным пианистом он был. А ещё замечательным
врачом. Позже Саша узнала, что врачом он был
военным, генералом царской армии, участвовал в

Русско- Японской войне. Остались фотографии,
сделанные дедушкой. На них военный лагерь,
дедушка на коне, какие-то китайские женщины и
дети. До Сашенькиного появления на свет дожили
красивые вышитые ленты и большая перламутровая
раковина. Девочка любила слушать шум моря. Нужно
было только приложить раковину к уху… Эта реликвия
положила начало большой коллекции, которую
взрослая Саша собрала. Дедушкина раковина
называлась Трохус Коммерциал. Из таких делают
самые дорогие пуговицы, так как у них очень толстый
слой перламутра… Рассказывали, что небогатых
больных дедушка лечил бесплатно. И умел абсолютно
точно поставить диагноз… Бабушка Анастасия…
Прекрасные воспоминания закружились в
Сашенькиной голове…Бабушка с ложкой наперевес
гоняется за внучкой по квартире, а внучка истошным
голосом орет «не буду я есть эту мешку». Или «Не хочу
я этот противный рыбий жир!». Крики соответствовали
тому, чем «необходимым для здоровья ребенка»
самоотверженная голубоглазая бабушка (седая,
конечно, как и положено бабушке) наполнила ложку.
Рецепт «мешки» трудно точно описать. В этот
удивительный микст, как сейчас сказала бы уже
Сашенькина внучка, Бабушка вносила все, что в

данный сезон года полезного рождала щедрая
Природа. За основу бралась какая-нибудь каша…
Нелюбовь к кашам Саша сохранила на всю
жизнь…Письма бабушка писала только в стихах... На
сохранившихся фотографиях изображена молодая
женщина со строгим, очень волевым лицом (бабушка
Настя) в дорогом, до пола, шелковом платье,
подчеркивающем прекрасную фигуру. На женщине
шляпа со страусиным пером, длинные перчатки, и
стоит она перед красивым загородным домом. Или
сидит в кресле, а рядом с ней две, похожие на
прелестных кукол, девочки. Девочки тоже одеты очень
модно. Это доченьки. Одна из них Сашенькина мама…
На других фотографиях уже седая бабушка в простом
домашнем платье в окружении внуков. У нее очень
доброе, мягкое лицо… В семье обычно не говорили о
прошлой, до Революции, жизни. Сашин папа был, как
тогда называлось, «номенклатурный работник». Жили
они в Доме на набережной, где, как теперь известно, и
стены имели уши. Может быть поэтому… Однажды
бабушка вдруг вспомнила, как она с дедушкой и двумя
дочками поднималась в Швейцарии в горы… Как- то,
когда девочка Саша принесла домой дворнягу и
заявила, что щенок будет жить с ними, бабушка
сказала, что до революции у них в семье тоже жила

собака. Мопс Жулька. Много позже Саша прочла, что
как раз в это время в Россию привезли первых собак
этой породы. Таких кусочков бабушкиного прошлого
было очень мало...Недавно, когда стало возможным
обо всем узнать в интернете, Саша вычитала, что
бабушка принадлежала к старинному дворянскому
роду, упоминаемому с шестнадцатого века. Столбовая
дворянка Анастасия…В переводе с греческого
«воскресшая, бессмертная». Размышлять об
Анастасиях Саша начала, так как, изучая историю
Капальбио, узнала, что эти земли с начала девятого
века принадлежали Аббатству святой Анастасии. В
одиннадцатом веке монастырь перестал их
использовать, так как местные болота были
рассадником малярийных москитов. Победить это зло
удалось только в конце сороковых годов двадцатого
века. Прелесть общения с этими очаровательными
насекомыми Саша и Костя познали на себе. Особенно
их радовал, в данном случае, тот факт, что зудящие
укусы не несли, слава богу, никакой опасности…Так к
Анастасиям… Заинтересовало Сашеньку, что за
Анастасия такая, чьим именем было названо
Аббатство и в честь которой бабушка получила свое
имя. Правда, при более подробном изучении,
выяснилось, что аббатство это имени Святого

Анастасия, великомученика, который в третьем веке
пострадал за христианскую веру. Был убит и брошен в
море. «Праведная христианка позже извлекла тело из
моря и похоронила с почестями у себя в саду. Мощи
мученика стали чудотворными» … Об этом говорят
легенды…Итак. Анастасии были во втором и третьем
веке, аббатству Папа передал эти земли в девятом. А
вот во второй половине шестого века в Капальбио
поселились воинственные лангобарды, то есть
«длиннобородые». Это германское племя изначально
проживало на Эльбе. К пятому веку, в поисках
охотничьих и прочих угодий, лангобарды
переселились на Дунай. Затем, вдоволь повоевав с
соседями, они решили двинуться в Италию. По другой
версии, оценив воинственный характер германцев,
Рим пригласил их защищать свои границы от
вершащих разбои соседей. Так или иначе, во второй
половине шестого века они уже насаждали свои
порядки на севере Италии, постепенно
распространяясь на юг. Надо сказать, очень грубо
насаждали, совершенно не отличаясь толерантностью.
В конце восьмого века их удалось усмирить королю
франков Карлу Великому, ставшему в восьмисотом
году Римским Императором. Это, несомненно,
ставится итальянцами ему в заслугу. В Капальбио от

тех времен осталась крепостная стена, которую позже
перестроили. Но это было уже в тринадцатом веке.
При Альдобрандеско… Красивая фамилия
заинтересовала Сашу. Кто такие? Оказалось, что это
лангобардское семейство весьма удачно вписалось в
итальянскую историю, на правах герцогов владея
красивейшими городами и землями в южной Тоскане,
строя там свои крепости и замки. В семействе
рождались девочки и мальчики. Мальчики росли,
превращались в юношей и женились на богатых
итальянских аристократках, а девушки выходили
замуж за юношей из знатных итальянских родов.
Семейство постепенно растворилось в итальянской
истории, где- то в Сиенской Республике, в которую с
середины тринадцатого по середину шестнадцатого
входили эти земли. Или при последующем испанском
владычестве… Впрочем, может быть и сейчас можно
найти представителей Альдобрандеско, но об этом
Сашенька пока ничего не знала…

Зато с удовлетворением отметила, что ее
голове все же удалось разложить по полочкам
добытую информацию. Крохотный
итальянский городок хранил в своих
подземельях, старинных сундуках, в

поцарапанных стертых булыжниках историю
трех тысячелетий триумфов и поражений,
рождений и смертей. Когда-то здесь бегали
этрусские дети, дергали за хвосты этрусских
кошек и плакали от полученных в отместку
царапин. А кошки ловили птиц, вмешиваясь
таким образом в стройную логику
предсказаний по полетам пернатых… На этих
улицах сражались с врагом защитники города-
крепости. По ним же юные Ромео спешили к
своим прекрасным Джульеттам… Сашенька
подумала о том, что если бы она вдруг
написала симфонию, посвященную
маленьким итальянским городкам, то в ней
обязательно звучали бы цоканье лошадиных
копыт, лязг клинков и плачи по погибшим,
нежные звуки серенад и вздохи влюбленных,
звон свадебных колоколов и крики
новорожденных. В звуках Саша постаралась
бы передать то ощущение вечности,
преемственности жизни, ее бесконечности,
которое возникало у нее всякий раз, когда она
попадала в такие старинные города. Здесь
жило прошлое, бил родник настоящего и,
несомненно, зарождалось

будущее…Поразмышляв о вечности, Сашенька
наконец вернулась в день сегодняшний.
Современность в древнем городке была
представлена этой огромной женской фигурой.
И водружена она здесь была не случайно. В
восьми километрах от города находился Сад
Таро. Сад исполнившейся мечты Ники день
Сен-Фаль… А Ники оказалась хрупкой
красавицей принцессой, жившей в
Хрустальном Замке… И это не преувеличение.
Красавица Ники действительно построила
Хрустальный Замок, в котором прожила долгих
десять лет, создавая свой Сад мечты…Но все по
порядку…Сначала путешественники Саша и
Костя стали ошеломлёнными и восхищенными
зрителями в этом неповторимом творении
абсолютно неординарного художника. Первые
впечатления? Но что может сказать один
человек другому, когда видит произведение
художника, разорвавшего привычные оковы
понятий красивого и безобразного, того, что
можно, а что нельзя! Мастера, отбросившего
веками бытовавшие предрассудки, создавшего
свой неповторимый мир, в котором
неукротимая фантазия бьется в осколках

зеркал, керамики, смальты, и где
безукоризненный вкус переплетается с
эпатажем и создаёт уникальную гремучую
смесь для зрительского восприятия.
Восхищённый зритель может сказать только: «
Хвала всем, воспарившим над привычным,
общепринятым и обыденным! Хвала смелой,
мужественной, хрупкой красавице Ники де
Сен-Фаль, осуществившей свою мечту! Хвала
Ники, спевшей здесь свою прекрасную
лебединую песню» … Ники родилась в 1930
году в богатом предместье Парижа, в семье
банкира, отпрыска старинного
аристократического рода, и американки.
Выросла она в Америке, куда семья переехала,
когда Ники было три года. Бунтарь и любитель
эпатажа, борец за свободу личности, яростный
противник произвола и насилия
превратилась в юную красавицу, портреты
которой украшали обложки дорогих глянцевых
журналов. Характер остался прежним…Побег
из дома и замужество освободили ее от
деспотизма отца, но сделали ли свободной.?
Ибо, что есть свобода? ... Сашенька особенно
любила высказывание, которое приписывают

многим, начиная с древних греков. Спиноза и
прочие товарищи- философы считали, что
«Свобода есть осознанная необходимость».
Каждый, кому приписывают это высказывание,
вкладывал в его толкование собственное
понимание вопроса... Говоря о свободе
многие борцы за эту самую свободу заняты
раскрепощением только собственной
личности, абсолютно не принимая во
внимание тот факт, что зачастую эта их
раскованность наносит большой ущерб тем,
кто имея собственное понимание логики
отношений между индивидуумом и
обществом, вынуждены ограничивать сон,
покой, своё право строить эти самые
отношения по совсем другим принципам...
Сама же Сашенька имела собственную
трактовку. Она считала, что коль скоро
развитие цивилизации привело к тому, что
человек стал существом общественным, то
принимая те правила в обществе, которые не
противоречат его понятиям справедливости,
добра и зла, и следуя им, человек остаётся
абсолютно свободным. Это, конечно, вовсе не
означает, что он должен быть согласен со всем

по-определению… Так думала Саша…Мудрые
мысли посетили ее, когда она вспомнила о
свободных московских личностях, об их
раскованном нарушении городской тишины и
общепринятого удобного для остальных
горожан порядка… А что Ники? Ее бунтарство
постоянно вступало в конфликт с тем укладом
и законами буржуазного общества, которые
она ненавидела и отрицала. Возможность
выразить себя она могла обрести только в
творчестве. И творчество привело ее к
свободе... В начале пятидесятых годов Де
Сен- Фаль ездила в Барселону, где впервые
увидела поразительные произведения
Антонио Гауди. Возникла мечта. Ники решила
создать парк, который стал бы данью ее
восхищению удивительными творениями
мастера. Так появилась идея Сада
Таро...Примерно в это же время произошла
ее встреча с швейцарским скульптором Жаном
Тэнгли, представителем «кинетического
искусства». Их творческий и, впоследствии,
супружеский союз был очень
плодотворен…Оба стали знаменитыми… В
начатом в 1979 году Саду Таро Тэнгли создал

очаровательный фонтан. Разновеликие
плоские диски движутся, в круглых отверстиях
на их плоскостях меняются картинки: небо,
деревья, люди, облака… И опять-небо,
деревья, люди, облака… Вращательное
движение разнообразят и гармонизуют
двигающиеся в верх и в низ, в лево и в право
металлические прутья, струны, дуги.
Вырывающаяся в небо струя воды
переливающимися на солнце брызгами
возвращается в маленькое озерцо- лужицу,
мелодичным журчанием дополняя эту
симфонию цвета, света и звуков… Сашенька
вспомнила, с каким восхищением изучала она
движущиеся металлические конструкции
талантливого художника. Было это на выставке
в Москве в 1990 году. Прошло много лет, и вот
она с радостным изумлением рассматривает
вписанное уже в пространство и время
творение мастера… Сад Таро. Парк, в котором
Ники поселила двадцать две огромные фигуры
козырей из гадальной колоды Таро, так
называемый «Большой Аркан». Карты были
придуманы в Италии, в четырнадцатом веке и
имеют очень сложное толкование. «Тайные

знания» астрологии, алхимии, оккультизма и
других загадочных вещей помогают в этом
деле. Саша сразу отказалась от мысли
разгадать аллегорический смысл созданных
Де Сен- Фаль фигур. Да и зрелище это, с ее
точки зрения, не нуждалось в специальном
толковании. Великолепные многоцветные
фигуры переливались на солнце как перья
гордого своей красотой павлина. В осколках
зеркал, смальты, керамики отражалось солнце,
дробилось небо, плыли облака и
переплетались ветви деревьев. А вечером в
сад заглядывали звезды, и их холодная
серебряная красота преумножалась,
многократно повторяясь в драгоценном
калейдоскопе. На звезды наверняка смотрела
Ники, выходя из своего хрустального дворца.
Дом из кусочков зеркал внутри огромной
фигуры «Императрица». В нем она прожила
долгих десять лет, создавая гимн жизни, ее
победе над смертью… Гимн смелости творцов
и всепобеждающей силе таланта…Сад Таро
открыли в 1998 году. Де Сен-Фаль работала
здесь около двадцати лет. Умерла она в 2002,
от хронической болезни легких, возникшей из-

за красителей, которые использовала в
своей работе…Удивительный Сад Таро
произвел сильное впечатление на Сашу и
Костю. Вернувшись домой, в Москву, они сразу
же купили альбом «Ники де Сен-Фаль», отдав
дань уважения этой замечательной женщине