Новогодние сюрпризы

Тоня сладко потянулась под одеялом и открыла глаза, день обещал быть счастливым, может быть, самым счастливым в её жизни. Ванька, её милый Вано, как она называла любимого, пообещал незабываемую встречу Нового года и сюрприз, а какой — не сказал. Тоня тоже приготовила своему мужчине подарок, вот Ванька обрадуется, когда узнает…

Конечно, на вечере только вдвоём настояла она. Вано, диджей местного стриптиз-клуба, категорически настаивал на весёлой компании, с которой отмечали любой красный день календаря. Но Тоня осталась непреклонна — только он и она, только свечи, волшебный запах хвои и ужин на двоих, а потом сюрпризы. Ей не терпелось узнать, что приготовил ей милый и кто кого больше удивит, ведь новогодняя ночь полна неожиданностей.

Сладкие мечты о предстоящем вечере прервал звонок в прихожей. Накинув халатик и мельком глянув на отражение в зеркале, Тоня побежала к двери. На пороге стоял высокий парень. Его глаза светились такой радостью, что казалось, он даже немного стесняется переполнявшего его чувства.

— Вы извините, — неуверенно начал незнакомец, — я внук вашей соседки сверху, бабы Груни. Она разрешила мне отметить Новый год в её квартире. Ожидается весёлая компания, но не хватает стульев, бабуля живет одна, ей много не надо. Вы не одолжите мне пару табуреток?

Тоня в замешательстве. А вдруг Вано передумает и приведёт к ней весь стриптиз-клуб, тогда и самим сидячих мест может не хватить. Но чем-то понравился ей этот видный парень с открытой белозубой улыбкой, и она притащила из кухни три табуретки.

— У меня к вам ещё одна просьба, — молодой человек заговорщицки перешёл на шёпот. — Вы не преподнесёте моей девушке в разгар праздника вот этот подарок, я очень хочу её удивить в эту ночь, может, сегодня решится моя судьба. Вы сыграете роль Снегурочки?

И он откинул крышку плетёной корзинки. Раскинув лапы и выпятив животик, на пелёнке спал прелестный щенок с хвостиком-морковкой. Чёрный носик влажно поблёскивал. На шее сбоку красовался голубой бант. Пёсик проснулся от света и смешно хлопал сонными глазками.

— Вообще-то я собак не люблю, — поспешила отказать Тоня, — от них псиной пахнет, правда, от вашего почему-то молочком. Да и на роль Снегурочки я не гожусь.

— Очень даже годитесь, — парень окинул взглядом девушку, — я и костюм Снегурочки прихватил с косой, у вас, я вижу, короткая стрижка, коса очень пригодится. А сигналом станет песня «Новый год к нам мчится», у вас уж точно всё слышно, что наверху творится.

— Слышно действительно отлично, — согласилась Тоня, — особенно когда прежние соседи наверху на скакалке прыгали, аж люстра ходуном ходила. Но ваша бабушка вернула мне спокойный сон, у неё всегда тихо.

— Так будете Снегурочкой? — парень умоляюще смотрел на девушку. — Это совсем ненадолго.

— Ладно уж, давайте, — неожиданно для самой себя согласилась она. Отказать такому красавцу, который хочет порадовать свою девушку, Тоня не смогла.

Она отправилась на кухню готовить праздничный ужин, а мысли всё время возвращались к внуку бабы Груни. Почему она раньше его не встречала? Правда, баба Груня переехала в их дом всего год назад. Интересно, кем он работает, уж наверняка не в ночном клубе. «Что он ещё готовит для своей девушки? — размышляла Тоня, укладывая фрукты в вазу. — Может, и я такое приготовлю для Вано».

На глаза попалась старая табуретка, которую она никак не соберётся выбросить. Вот отличный предлог подняться наверх.

Дверь ей открыл утренний знакомый в женском фартуке и смешном поварском колпаке.

— Над тортом колдую, — доверительно шепнул он, — моя Юля обожает «Наполеон». Вы ещё табурет принесли, вот спасибо.

— А ёлка-то у вас есть?

— Бабуля просила не ставить, говорит, это соперница для её любимой пальмы. Не знаю, что и придумать, чтобы чувствовался Новый год…

— Давайте, я пальму украшу вместо ёлки, — вновь с готовностью предложила Тоня, удивляясь сама себе, — у меня есть мишура, и игрушки остались ещё со времён детства.

Квартиру бабы Груни она покидала со смешанным чувством — роскошная пальма, превращённая её стараниями в нарядную красавицу, ей уже нравилась больше, чем ёлка в своей квартире. Да и больно задевало за живое, что парень так хлопочет о своей девушке. Её-то Вано, скорее всего, оттягивается сейчас со стриптизёршами в баре. Что с него взять, только гулять да веселить публику и умеет.

Она накрыла праздничный ужин на журнальном столике в углу и, устроившись на диване с ногами, незаметно задремала. Маленькое чёрное платьице с блёстками осталось дожидаться своего триумфа на спинке стула. Проснулась Тоня оттого, что щенок нетерпеливо лизал ей нос и губы. Господи, сколько времени, ведь она проспала! Часы показывали 22.00. Но где же Вано, он обещал прийти ровно в девять вечера. Может, сюрприз готовит… Хотя нехорошее предчувствие уже шевельнулось в душе. Подозрительно тихо было и наверху. «Что-то к внуку девушка с компанией тоже не торопится», — не без злорадства подумала Тоня, довольная тем, что их положения уравнялись. Долгожданный телефонный звонок раздался в одиннадцать. Она рванулась к трубке, едва не порвав облегающее чудесное платьице. Ванька был пьян и еле шевелил заплетающимся языком:

— Знаешь, я два часа собирался с духом, чтобы позвонить и сказать, что не приду. Совсем не приду, понимаешь, Тошка? У меня давно другая, но если бы не выпил, ни за что не решился бы сказать. Извини, сердцу не прикажешь.

— А как же сюрприз? Ведь ты обещал, — словно хватаясь за соломинку, пролепетала она, не в силах даже заплакать.

— Это и был мой сюрприз, — пьяно хмыкнул Ванька и бросил трубку.

…Перебить посуду или выброситься с балкона? Нет, теперь она не имела права на последний вариант, могла позволить себе только первый. В доме напротив и во дворе уже слышались музыка и весёлые голоса. Оживал и их подъезд. Только наверху было по-прежнему тихо. «Этот внук ещё навязался на мою голову со своим дурацким щенком и дурацкой девушкой. Верну корзинку, пусть сам дарит, мне не до чужого праздника». Она торопливо вытирала слёзы, но они всё текли и текли против её воли.

Тоня решительно сгребла в охапку наряд Снегурочки, затолкала повизгивающего щенка в корзинку и поплелась наверх — коса её несыгранной роли, волочась по полу, считала ступеньки.

Внук был в том же смешном колпаке. Пальма таинственно поблёскивала в темноте, но голосов в квартире не было слышно.

— Почему не при параде, и где ваша девушка с компанией? — Тоне не хотелось объяснять причину своего преждевременного визита. Но внук и так всё понял по её лицу, как и она — по его.

— Всё в жизни фальшиво, — грустно произнёс он, — ничего настоящего не осталось, даже чувств. Меня вот только что девушка бросила.

— Я тоже вся ненастоящая, — устало и равнодушно заметила Тоня, — разве бывают зареванные Снегурочки, да ещё без косы, и к тому же беременные…

Щенок не успевал слизывать слёзы с её щёк.

— А может, ну его, наше прошлое, может, именно оно фальшивое, а настоящее истинное? — повеселев, вдруг сказал внук и подкинул щенка под потолок. Пёс растопырил лапы и стал похож на воздушный шарик, только хвостик победно торчал вверх морковкой, — один «ребёнок» пушистенький у нас уже есть, и второго вырастим.

Он вытёр её слёзы и размазанную тушь:

— Кстати, как вас зовут? Меня Антоном, а этот щенок — Тошка.

Январь 2006 г.