Солнце Прованса

"Ни одна благородная душа
не лишена доли сумасшествия"
                Аристотель


Плавая по волнам интернета,  однажды наткнулась на галерею картин, среди которых был и автопортрет художника с перебинтованной головой. Винсент Ван  Гог. Меня заинтересовали картины «Подсолнухи», «Едоки картофеля» и другие. Но больше всего-сам художник, изображенный в таком виде. Решила познакомиться  ближе. И если будет интересно, поделиться  мнением  с читателями. Итак,
*

Ван Гог был вторым ребенком,  названным Винсентом; первый родился мертвым за год до него. И поэтому по- праву был первым и старшим в семье лютеранского пастора Теодора и его жены Анны- Карнелии из небольшого поселка в Нидерландах на границе с Бельгией.  Мать очень переживала смерть первенца, но к счастью вскоре забеременела. В рождении этого младенца было что-то мистическое: он появился на свет в тот же день-30 марта, что и первый, ровно через год. Родственники  гадали: каким предзнаменованием может стать этот факт?

А тем временем шли годы. В скромной, очень религиозной семье,  рождались дети: дочь Анна, потом сын Теодор, затем еще две   девочки и младший мальчик Корнелиус. Дом наполнился шумом, смехом, беготней. И только  Винсент не участвовал в играх, сторонился их и часто уходил в окрестности Зюндерта, на озеро, рассматривал листья, стебли трав, мелких насекомых. Когда подрос брат Тео, он стал брать его с собой на прогулки.

Ещё одной особенностью будущего великого художника стало то, что дома он был мрачный, взрывной по всякому пустяку, на улице же это был  тихий, скромный, вежливый мальчик. Можно предположить, что в детстве его болезнь проявлялась меньше, чем позже. А тогда он был здоровым крепышом, с высоким лбом, глубокими сине- зелёными глазами под тяжелыми дугами бровей.

Когда пришло время, отец отвел Винсента в коммунальную школу. Но интерес к учебе мальчик не проявил, к тому же родители других учеников стали жаловаться на него за грубость, своеволие , и Теодор определил сына в пансион, где он проучился два года.

Сначала  был мягким, общительным. Но послушание не сделало его прилежным учеником. Все свободное время он отдавал книгам. Читал все, что попадало в руки. Единственно, чем мог похвалиться- это знанием трех языков кроме родного- французским, английским  и немецким. Затем ещё полтора года учился  в другом пансионе.

Вернулся в родительский дом, когда семья уже переехала в другое село, куда перевели Теодора. Но это не было повышением. Такая же бедность и серость. В эти годы Винсент ещё больше привязался к Тео, и вдвоём они много гуляли и разговаривали. Старший брат был восхищён младшим. Этот пятнадцатилетний мальчик был умным и целеустремленным, хорошо учился и позже сделал карьеру. Родители были спокойны в отношении его будущего, а вот любимый  Винсент вселял родителям страх. Почему он такой угрюмый, из-за малейшего пустяка впадает в ярость? На его лице никогда нельзя увидеть улыбку. Что его волнует? Ведь через эту броню родители видели глубокую богатую внутреннюю жизнь, которая выльется позже. А пока ни они, ни сам Винсент не знают, кем он хочет стать, что его интересует? Пример семейства Ван Гогов? Теодор священник, трое его братьев занимаются продажей произведений искусства. Может, и молодой человек пойдет по их стезе? Винсент хорошо знал тёзку дядю Сента, как нарекли его дети - гаагского торговца картинами. И когда отец договорился с братом об устройстве сына, тот безоговорочно рекомендовал племянника  продавцом в Гаагский антикварный магазин, который в тот момент являлся филиалом Лондонской фирмы «Гупиль».
 
Винсент принял работу как панацею от мыслей о своей ненужности никому, заурядности, бесталанности. Он не отходил от картин, репродукций, гравюр, обслуживал покупателей вежливо, подсказывал, рекомендовал. Ему нравилось рассматривать работы и мастеров, и слабое им подражание. Это были его университеты: он учился понимать искусство таким, каким оно должно быть, каким  чувствовал. Однако мыслей стать художником у него не было.  По- прежнему молодой человек наряду с работой интересовался книгами.

Во время одного из отпусков Винсент посетил Тео и ещё раз убедился  во взрослых рассуждениях мальчика. Понимая, что семье нужна  помощь, в 16 лет тот устроился на работу в бельгийский филиал фирмы Гупиль».

Вернувшись в Гаагу, старший брат тоже покинул Голландию: его за прилежную работу перевели в лондонский филиал фирмы.
*

Лондон сразу запал в душу Винсента. Он восхищался всем, что видел вокруг, ходил по музеям, выставкам. Познакомился с картинами известных  британских художников. Сильное впечатление на него произвели английские писатели. Особенно  Диккенс. Он читал и перечитывал его  «Давида Копперфильда» и считал, что и в картинах должна быть в полной мере выражена  душа героев, суть их существования.

В это время он жил на хорошей квартире, однако отсутствие денег подвигло его перейти на пансион вдовы священника мадам «Луйле, которая с дочерью держала детские ясли. Винсент писал брату: «теперь я располагаю комнатой, какую давно желал иметь…».

Это был период, когда он чувствовал себя счастливым, уравновешенным.  Обожал свою работу, книги, город, в котором жил. Ему исполнился 21 год, и  со всей молодой горячностью Винсент влюбился в дочь хозяйки, девятнадцатилетнюю Урсулу. Они очень хорошо общались, много разговаривали. Девушка выказывала ему симпатию, флиртовала, но всякий раз выскальзывала из рук, которые хотели обнять её. Винсент был счастлив, мир казался ему светлым и добрым. Он уже решил, что женится на Урсуле, у них родятся дети и все будет прекрасно. Ещё ничего не сказав ей, он уже писал родителям: «Вы не представляете, как мать и дочь любят друг друга, какое тепло исходит от них. Я прошу и вас полюбить их». Когда наконец насмелился рассказать девушке о своих чувствах, она захохотала:

-О чем вы говорите? Я уже год помолвлена с парнем, который жил до вас.
Юноша растерялся:

-Но почему вы не сказали об этом раньше? И вообще мы любим друг друга, я знаю! Расторгните помолвку и мы поженимся!

Но девушка только смеялась, а когда он, закрыл голову руками и убежал, крикнула вслед:

-Рыжий дурак!

Винсент  был ошеломлён, он не понимал, почему Урсула так отреагировала на его слова. Это ошибка! Он стал настойчиво добиваться взаимности. Он любил и должен быть любимым. Но она не подпускала его к себе, и мир перестал быть счастливым  и разноцветным, как было совсем недавно: он потерял все краски, не считая черных.
Родители радовались письмам, которые присылал старший сын, и в очередной отпуск ожидали его жизнерадостным, спокойным, воодушевленным, однако увидели несчастного, мрачного парня, который не хотел разговаривать, закрывался в своей комнате и курил, курил, не интересуясь ничем, кроме мыслями об Урсуле.

Неожиданно его вызвали на работу. Отец ,боясь, что он снова  пойдёт к девушке, отправил с ним Анну. Поселились брат с сестрой подальше от пансионата мадам Луйле. Анна  делала все, чтобы  он избавился от своей страсти.

Однако это уже был не тот заинтересованный молодой человек, а равнодушный, мрачный,  даже в свои 25 лет казавшийся гораздо старше. Хозяин магазина заметил это, сообщил Теодору.  Отец  обратился к брату Сенту, и тот быстро уладил дело: на неделю- другую Винсента отправили в Париж, город развлечений,  способный развеселить любого, привести в чувство.

Но это не помогло. Его не интересовали музеи, выставки, театры. Только книги спасали. Однако постепенно  стал посещать галереи. Теперь он выбирал картины с определенным уклоном. Его привлекла репродукция полотна Рембрандта « Чтение Библии». От любви к Урсуле, он устремился с душевным трепетом к Богу. Он обожал девушку, искусство, природу. Теперь обожал Бога. Читал духовную литературу, но также Гейне, Гюго, Эллиота и других. А после писал брату: «Во мне проснулось сострадание ко всему роду человеческому».

На Монмартре у  Ван Гогов тоже  было три магазина, и в одном, шикарно обставленном,  Винсент  служил. Но душевные страдания не могли не сказаться на  работе. Молодой   человек перестал интересоваться картинами, с хмурым лицом небрежно заворачивал холсты, молча, грубо совал их в руки покупателей.

Однажды произошло непредвиденное. В магазин зашла дама, объявив, что собирается купить картины, рисунки, эстампы для украшения  новой квартиры. Долго выбирала, затем подошла к продавцу, чтобы расплатиться:

- Я выбрала лучшее, что у вас есть,- гордо сказала она.

Винсент не сдержался, нахмурил брови и пробурчал:

- Вы выбрали худшее.

Дама расплакалась, бросила всё на пол, сбежались служащие … Разобрались, доложили руководителю. Молодому Ван Гогу был вынесен приговор --  уволить.
*

 С виновато опущенной головой он поехал в родительский дом. Отца снова перевели в нищенский приход, денег не хватало. И тогда Винсент позвонил знакомому в Лондон и тот посодействовал ему устроиться в школу для бедняков. Молодой педагог обучал детей всему: языкам, арифметике, правописанию.  А кроме того бегал по городу, собирал  с родителей учеников  деньги за обучение. Но это продолжалось недолго: детей забирали домой и школу закрыли.
 
 За то время, что он выполнял эту работу, попадал в трущобы и поражался тому, как живут люди. Многие не имели дома, а жили прямо на улице, закутавшись в тряпьё. Чем они питались, как переживали зимы, он не мог понять, и почувствовал  великое сострадание к отверженным. В   его душе укрепилось желание сделать жизнь несчастных  лучше. Вернувшись  домой, он рассказал, что видел и чувствовал. Любовь к Богу  усилила желание  стать священником.

 Тео и  отец с радостью поддержали  порыв,  уверяя, что это его призвание.

-Да, папа, я готов. - вдохновенно отреагировал сын.- Вы совершенно правы…

Теодор устроил его к миссионеру, который год объяснял  молодому человеку Библию, учил читать проповеди, проводить обряды. И когда  обучение закончилось, высокое духовенство  отправило его в поселок углекопов Боринаж. Это было не самое длительное пребывание в должности,  но самое страшное. От Ван Гога требовалось вселить в углекопов и их семьи веру в то, что скоро всё изменится, наступят хорошие времена.

На первую проповедь пришли почти все жители поселка. На Винсента смотрели как на Мессию. И сам он верил, что Бог услышит его и изменит невыносимые условия. Он ходил из одной хижины в другую. И всегда видел одну и ту же крайнюю нищету: железную кровать, деревянный стол и стул. А дневной рацион состоял из кружки кофе и небольшого  куска чёрного чёрствого хлеба на человека.

По терриконам целыми днями ползали женщины и дети, не работающие в шахте. В пустой породе они искали кусочки угля, чтобы  протапливать жильё. Лица и руки у них были черные всегда, потому что в поселке ни у кого не было мыла.

Энтузиазм молодого проповедника испарялся как лужи под солнцем. Однажды он упросил  опустить его в шахту на глубину 700 метров. Там был ад. Винсент еле выбрался наверх и отдышался от угольной пыли, заполнившей легкие. А люди работали по 12 часов. На следующий день он пошел к руководству и умолял повысить плату углекопам,  улучшить условия их работы. Однако ему отказали.

А через несколько дней в шахте произошёл взрыв метана. Погибло 57 человек…Ещё нескольких человек удалось спасти. Но беда не приходит одна: поселок охватила эпидемия тифа. Люди умирали:  лекарств не было, условий никаких. Больных трясло, бил озноб ,и Винсент отдал всю одежду, что была у него на смену, а потом снял и с себя. Оставшись полуголым, заразившись тифом,  лежал на голой земле в продуваемой всеми ветрами хижине.  Таким застали его священники,  прибывшие с инспекцией из Лондона. Они  были разгневаны:

-Вместо того, чтобы утешить людей, убедить в светлом будущем, он валяется на земле. Тебе не место в наших рядах…

За него никто не заступился, хотя ради них он рисковал жизнью. Винсент не сразу уехал из Боринажа, но уже не был проповедником. Однако  желание помогать людям держало его в этом поселке. Оправившись от тифа, пытался помогать несчастным, сердца которых  оттаивали  от обиды, видя его старания.

Однажды он сидел возле своего жалкого жилища и увидел идущего с работы рудокопа. Взял кусок угля и стал рисовать мужчину.

Исследователи творчества Ван Гога разнятся в утверждениях о том, когда он начал писать. Одни говорят, что в детстве рисовал кошечек , пейзажи и дарил рисунки дворовым мальчишкам, другие утверждают, что палитру и кисть взял в руки в 27 лет.
Тогда, в 26 лет, ему не на что было жить. Униженный,  голодный и в лохмотьях, с неизбывной  болью в душе, он собрал свои пожитки в узелок и пешком отправился в Лондон.
*

Пастор Питерсон, к которому он пришел, был поражен видом пришельца в лохмотьях, с окровавленными босыми ногами. Он внимательно рассмотрел рисунки Винсента (сам рисовал акварелью). И, возможно, именно  тогда, и именно Питерсон  увидел в нем будущего гения. Винсент прожил у него  несколько дней и отправился в родительский дом.
 
Дома его приняли неприветливо: сколько можно быть  иждивенцем? Пора работать, семья бедствует!  Тео уже перевели в Париж, домой заехал, чтобы попрощаться. По этому поводу со старшим братом у него произошли разногласия, и он посоветовал серьёзно взяться за художественное творчество. Как специалист-эксперт  видел в брате потенциал.

Винсент обиделся, захватив свои наброски, пошел бродяжничать. Плохо одетый, голодный он вызывал недоумение у людей. Иногда менял свои рисунки на кусок хлеба, иногда его подкармливали добрые люди, но часто оставался голодный. И размышлял. Почему его не любят? Почему он постоянно находится в бедственном положении? И Бог, которому  служил, ничем не может помочь ему и таким же беднякам как он? Мысли  рождались в мозгу и по ночам. Устроившись где-нибудь на сеновале, он рыдал так, что окружающие слышали его.

Наконец увидел город Курьер и вспомнил, что здесь живет знакомый пейзажист. Может, он что-то сделает для него хорошее? Но подойдя к богатому дому с плотно закрытыми воротами понял, что здесь не найдет понимания. Повернулся- и снова пошёл в Эттен,  домой.

На этот раз его встретили с ещё большим неудовольствием.  «Бродяга», «бездельник», «До каких пор…». И тут на его имя пришел перевод на 50 франков. Их выслал Тео, с которым Винсент не поддерживал связь 9 месяцев. Но теперь  исписал кипу бумаги  с горячими словами благодарности брату и желанием стать художником. Мир вновь окрасился в разноцветные краски.
 
Это было прозрение, вернувшее его к жизни. Он почувствовал, что наконец понял в чем его призвание. Не долго думая, быстро собрался и уехал в Боринаж, снял комнату и стал рисовать.( Забегая чуть вперед, скажу, что этот «бездельник» за день мог написать 2- 3 картины, но это позже). Сейчас же он учился наряду с   пейзажами осваивать  технику изображения  человеческого тела. Для этого нужны были натурщицы, которые бесплатно не позировали. Хорошо ещё, что младший брат прислал ему хорошую бумагу, кисти и акварели.

Он не только рисовал, но копировал известных художников, читал специальные книги. И писал Тео:  «Путь к знанию тернист…книги вызывают острое раздражение… Но я надеюсь,…что  тернии обернутся когда-нибудь цветами… А борьба, которую я веду, подобна родовым мукам. Сначала -боль, после- радость».

Однако ему не хватало опытных и талантливых учителей. Голландский   живописец Рулофс согласился дать ему несколько уроков мастерства. Затем он постучал в двери молодого художника Ван Раппарда, который встретил странного пришельца с недоумением, но когда увидел  рисунки, мнение его изменилось. Они подружились и работали  в мастерской хозяина, понимая друг друга. Но Раппард  возвратился в Голландию, хотел передать свою мастерскую Ван Гогу, однако у того не было денег.
Лишившись поддержки, Винсент тоже покинул Брюссель,  обогатившись знаниями. На этот раз в родном доме его встретили с любовью и радостью, увидев рисунки, эскизы, горящие глаза, которые с довольным видом смотрели на них. Побывали в Эттене и Тео с   Раппардом ,и тоже оценили его работы.

Но Винсент понимал, что  еще не освоил законы перспективы. Борьба шла за соблюдение пропорций, за то, чтобы ожили фигуры. Просил  соседей позировать ему. Не всегда получалось ,и в ярости  бросал рисунок на пол и топтал ногами, а потом долго ходил мрачный. Мать удивлялась:

-Этот человек не умеет радоваться жизни!

И вдруг он заявил:

-Пусть кто хочет грустит, а я буду радоваться как жаворонок по весне.

Причина была. Он встретился с двоюродной сестрой Кее, молодой вдовой с ребенком, потерявшей недавно мужа. И влюбился, как когда-то в Урсулу.  На этот раз тянуть долго не стал, объяснился в любви  и предложил руку и сердце. Но Кее испугалась и с криком «Никогда! Нет, никогда!» убежала. Винсент не отступал, умолял её, обещал золотые горы. Ничего не помогало. В конце концов, она в спешке собрала вещи и уехала в Амстердам. Но и там он не оставлял её в покое. Любовные письма приходили регулярно. Женщина не отвечала. Винсент неистовствовал, собрался и поехал к ней домой. Семья обедала, Кее сразу убежала. Винсент потребовал, чтобы она вышла, но родители отказались.

-Раз она против- уходи,- не то я вышвырну тебя из дому, -пригрозил  дядя Винсента, он же отец Кее.

И тогда обезумевший Ван Гог протянул ладонь к горевшей лампе и заявил, что не уберет руку пока Кее не выйдет. Перепуганные родственники оторвали его от лампы и вытолкали за дверь.
*

В полном отчаянии возвращался он домой. Однако родные не поддержали его. Слухи о буйствах в столице дошли до Эттена и отец объявил сына никчемным и конченым человеком. В таких условиях Винсент не мог сосредоточиться и  работать: он уехал в Гаагу  к дальнему родственнику и учителю Мауве. Художник и его жена встретили Ван Гога приветливо и радушно. Мауве  льстило, что гость смотрит на  него с восхищением, разрешает поправлять рисунки. Винсент под его руководством написал 5 первых натюрмортов. Затем, прихватив палитру и ящик с красками, которые подарил ему благодетель, он вернулся домой. Но после бурной  ссоры с отцом, выскочил из дома, чтобы никогда туда не возвращаться, и уехал в Гаагу, чтобы работать в мастерской учителя.

Но жить ему было не на что, и он снова обратился к брату за помощью. «Тео, мне нужно овладеть техникой акварели и тогда смогу надеяться, что продам что-нибудь, а пока помоги…»

Мауве познакомил его с художниками, устроил в мастерскую. И Ваг Гог почувствовал себя не таким одиноким и никому не нужным.  Но так продолжалось недолго. Вскоре он заметил, что художники следят друг за другом, сплетничают и стараются «подставить другому ножку». Вместо братства- лишь соперничество. Он стал дерзить и спорить с Мауве, которого такое отношение оскорбило. Союз распался, Винсент снова остался один, совершено убитый. Он никогда не думал о последствиях своих слов и поступков.
После  ссоры с Мауве  буквально заболел, забросил живопись и акварель, бездумно слонялся по бедным кварталам города. Как-то зашел в кафе и познакомился с женщиной по имени Христина. Она была блеклая, не смотря на свои 32 года, да ещё беременная на четвёртом или пятом месяце. Женщина слонялась по улицам, кое-как зарабатывая на хлеб проституцией.

Винсента взволновала  история соблазненной девушки, а еще под влиянием ссоры со всеми, книг Диккенса, Гюго, он решил, что Христина-жертва, а он её спаситель. И пригласил  жить с ней. Новая знакомая согласилась. Ваг Гог ухаживал за женщиной пока она болела, лечил.

Когда Син, как Винсент звал её, поправилась, взяла на себя обязанности хозяйки: мыла, убирала, варила пищу, но главное позировала ему. А когда он заболел—так же старательно ухаживала за ним.

Пришло время родов, и Винсент  отвез Син в роддом, потом забрал их с малышом. С ними жил еще один ребенок женщины. Ван Гог уже дал себе залог не любить, но глядя на Син и её детей чувствовал себя в кругу семьи и подумывал жениться на ней. Но не получилось -Син тратила деньги, которые им присылал Тео, на спиртное и табак. Забросила свои обязанности, стала равнодушной ко всему. А Ван Гог и её дети голодали.

Однажды он пришел домой и не застал её. Когда явилась, спросил:

-Ты где была?

Она промолчала.

-Понятно…

Син заговорила устало и грустно:
-А что делать? Денег нет. Ты себя не можешь прокормить, а тут ещё мы…- и, помолчав, добавила: - мать приходила, с ней же ещё мои дети остались. Они есть просят…

-Она отправляет тебя на улицу?

-Да,- подтвердила женщина…, я больше ничего не  умею   делать…

*
Но судьба решила поддержать Винсента: ещё один дядюшка заказал ему двенадцать маленьких рисунков с видами Гааги и сказал, что если они ему понравятся, закажет еще по более высокой цене.

Рисунки дядюшка Кор принял, но они ему не очень понравились. И не отказываясь от второй партии, намекнул, что совершает не только величайшую  милость, если не милостыню.

Винсент был раздавлен, у него опустились руки, нервы напряжены до предела. Тучи сгущались над ним. От него хотели небольших рисунков, нарисованных  углем, карандашом или  гуашью. А он хотел писать картины, вдохнув в них жизнь. Сина еще время от времени приходила к нему, и он иступлено рисовал её с разных ракурсов, шлифуя мастерство.

Ван Гог ходил в сушильни, где готовили на продажу камбалу, часто бывал в трактирах, в залах ожидания третьего класса ,в полях, где трудились крестьяне,   наблюдал за работой ткачей и другого простого люда. В результате смог послать ещё пять рисунков дядюшке. Но,  работая как каторжник, выкладываясь до конца, испытывая  лишения, он подорвал здоровье. В дюнах Винсент схватил простуду, и его стала трясти лихорадка. А дядюшка вместо обещанных  30 флоринов, заплатил только 20. Не хватало на лекарства. Помог немного друг Раппарт. И все-таки пришлось отлежать в больнице три недели.

Тео упрекал его в том, что он гробит здоровье, совсем не жалеет себя, на что Винсент отвечал:

- Чтобы стать хорошим художником, нужно пережить все невзгоды и бедствия  тех, кого рисуешь.

Поправив здоровье, еще усерднее взялся за работу. Он знал, чего от него ждут, но категорически отказывался переходить в разряд «мазил», дал себе слово стать настоящим художником. Своими переживаниями делился с Тео. И тот его поддерживал.
Винсент объехал пол- Европы, на два года остановился в Драбанте,области  на границе Нидерландов и Бельгии.  Здесь написал свою первую картину на холсте «Едоки картофеля». Она была выполнена в темных тонах. Оставаться здесь больше не мог, так как не было денег на краски, акварель и другое. Художник голодал, и принял предложение Тео приехать к нему в Париж.
*

Братья были рады встрече, тем более, что Тео повысили— поручили галерею   на бульваре  Монмартра. А значит повысили жалование.

-Это здорово-- иметь свою галерею!- воскликнул Винсент.

-Она не моя. Но мне разрешили выставлять импрессионистов,- пояснил Тео.

- Кто уже удостоился этой чести?

-Моне, Дега, Писсарро и Мане.

-Я хочу познакомиться с ними!

И он познакомился не только с  картинами, что имел в виду Тео, но и самими авторами. В то время в Париже было около 500  художников. Среди них- чьё творчество дошло до наших дней, и другие -- «прошедшие мимо» искусства живописи. Конечно, не все, но кто входил в гильдию живописцев, по очереди устраивали выставки своих работ. Это было шумное  сборище мужчин—спорящих, доказывающих, восхваляющих  и наоборот, подбадривающих себя абсентом. (70% спиртной напиток).
Когда братья пришли в галерею Тео, он сказал Винсенту:

-Картины, которые тебя интересуют, на антресолях,- и загадочно улыбнулся.

Ван Гог вошел в помещение, в уме мелькнуло: « Неужели я в сумасшедшем доме?»С 12 лет он знал только одну живопись—темную и мрачноватую. «Та живопись, что весело смотрела не него со стены, не имела ничего общего с картинами, виденными им до сих пор. Здесь были полотна, напоённые буйным, неистовым солнцем. Здесь трепетали свет и воздух…»(И. Стоун)

Картины Мане напоминали ему книги Эмиля Золя: тут были те же искания правды, проницательность, убеждённость. Он внимательно рассматривал технологию нанесения красок и старался понять. И наконец понял. Эти художники наполняли свои полотна воздухом, и зрители чувствовали его.  Ван Гог осознал, что старая живопись отжила свой век.

Тео встретил его внизу с улыбкой:

-Ну, как?

-Ох, брат…

И выскочил на улицу.

Когда вечером они встретились, Винсент спросил:

-И что же мне теперь делать?

Тео ответил:

-Ты всё правильно делаешь. У импрессионистов тебе нужно только взять  свет и колорит, но не подражать, а идти своим путем.
*

Этот путь оказался непростым. Художники  Парижа приняли Винсента  хорошо, признав его талант, дали место в общей мастерской. Ван Гог  с энтузиазмом взялся за работу. Но то, чего он добивался -не получалось. Анри  Лотрек, с которым его познакомил Тео, сидел рядом, но не  вмешивался. А Винсент срывал  свежую работу с мольберта и рвал её на куски.

Наконец он перестал бояться чистого цвета. Его палитра наполнилась синим, желтым и зеленым. В такой манере появились городские  пейзажи набережных Сены и парижские улицы. Освоил он и технику раздельного мазка(« Автопортрет в серой фетровой шляпе»). Всего Винсент  написал  37 автопортретов. И вовсе не для того, чтобы  любоваться собой, а чтобы понять себя.

Здесь же он увлекся  японской живописью, копировал гравюры авторов. Отдыхая, сошелся со многими художниками, в частности с Полем  Гогеном, Эмилем Бернаром, Камилем Писсарро, Жоржем Сёра и другими. Поль Синьяк стал его другом.
«К 1888 году он синтезировал всё увиденное : импрессионистский свет, пуантилистский  мазок и японскую композицию. Всего за два года жизни в Париже  Ванг Гог написал 200 картин»( интернет).

Но Париж стал для него слишком шумным, и он предложил создать колонию художников на юге Франции в городе Арль. Инициативу поддержали все. Но по здравому размышлению поняли, что это не реально -- денег ни у кого не было, общую мастерскую купить было не за что. И собрав все свои работы, Винсент Ван  Гог отправился за «светом» и «воздухом» в Арль.
*

Художника встретило такое яркое солнце, что  вынужден был закрыть глаза. Потихоньку открыв их,  увидел шар лимонного огня, который катился по ярко-голубому небу и заливал всё вокруг ослепительным светом.

Сойдя с поезда, он отправился туда, где теснились убогие гостиницы. Не выбирая, снял комнату в  первой попавшейся, бросил чемодан и отправился знакомиться с окрестностями.  Река Рона и разгуливавшие по её берегам розовые фламинго, сливовые и смешанные сады, зеленые  холма  его обворожили. Единственно, что не могло понравиться - это  мистраль (ветер), который  способен был с корнем вырвать дерево, а уж мольберт был для него игрушкой. Но Ван Гог вставал и шел на пленэр, когда солнце и ветер еще спали. Конечно, работал и под изрыгающим  огонь солнцем, и усмирял мистраль, укрепляя мольберт. В это время он не думал, хорошо ли  рисует, у него была  тяга писать. Он мог отказаться от всего. Но не мог обойтись без того, что было его жизнью—без творческого огня, без силы вдохновения.

Однажды ранним утром он увидел девушку. У неё было кофейного цвета тело, пепельные волосы и серые глаза. Сквозь тонкое платье просвечивалось стройное тело. Винсент уже полгода не общался с женщинами. И природа заявила о себе. Тем же вечером  он пришел в дом под названием «Красный фонарь».

Около входа происходила  драка. Воспользовавшись суматохой,  проник внутрь. Хозяин провел его в комнату, где жила одна из девушек.

-Её зовут Рашель. Она совсем молоденькая.

Это была совсем  не та красотка, которую он видел утром. И хоть не так  хороша, но милая, веселая. Она приняла его  как доброго  друга  и попросила приходить каждый день. Клиент сказал со вздохом:

- У меня нет денег…

- Тогда подари мне что-нибудь…

-Что же?

-Ну, например, ухо. Оно у тебя такое маленькое, мягкое,- и громко засмеялась.
*

Винсент задыхался от нехватки материалов и обратился к Тео. Брат поговорил с хорошим знакомым, и они выслали ему ингредиенты.  Смешивая их, художник получал более дешёвые и качественные краски. Затем научился делать деревянные рамки и бурчал себе под нос, глядя на готовые картины:

-Жаль, что я не могу покупать сам у себя картины, тогда бы я был вполне обеспечен…
Как всегда, мистраль дал арлезианцам передышку, Ван Гог вышел на воздух. И каждый раз возвращался с готовыми работами. Такая потрясающая работоспособность не могла не сказаться на здоровье и мнении парижских критиков, которые считали, что он пишет слишком быстро. Но Винсент не соглашался с ними. Его кистью двигало  восхищение природой, окружающей средой, и упускать момент нельзя. Чувства его так сильны - нужно спешить запечатлеть эти моменты. Ведь может, придёт день, когда кисть  будет валиться из рук, а вдохновение уйдёт!

За семь дней он написал 7 больших картин. И это при том, что сначала надо было пройти 10 или 12 километров, чтобы найти интересное место. К концу недели он валился с ног от усталости и не мог работать, спал по 16 часов без просыпу. Карман был пуст, хотя Тео еженедельно присылал ему деньги. Но  Винсент вбил себе в голову, что каждая его работа должна быть вставлена в рамку, что отнимало  немало денег.

Отдохнув неделю, Ван Год принялся вновь за работу. Теперь он рисовал ночью: кафе с улицы, потом внутренний интерьер, звездное небо, кипарисы. А днем спал.
Однажды вышел на прогулку со знакомым и увидел дом на два  крыла.

-Эх ,мне бы такой, так надоела темная, грязная гостиница…

-Так в чем дело? Пойдемте к хозяину!- сказал его спутник.

Сговорились  быстро, как раз в кармане Винсента были деньги, присланные Тео. Он тут же  внес первый взнос и начал обустраиваться.
И тут пришло письмо от Поля Гогена, одного из лучших  друзей. Он жаловался, что у него совсем нет денег, что он голодает и болеет.

Винсент оглядел свое новое жильё и решил, что им обоим хватит места…
*

На деле всё оказалось сложнее, но он попросил ещё 50 франков у Тео и купил комод, стулья, одеяло для Гогена.
 
Винсент полюбил  дом всей душой и писал брату, что никогда из Арля не уедет. И снова с головой ушёл в работу. В тот день темнело, когда он взял полотно и пошел домой. Зашел в кафе, выпил чашечку, заказал другую, побрёл в квартиру и, не глядя, кинул полотно на кровать. И только через полчаса развернул его и ахнул:
«…Перед ним предстала  великолепная  роща—два зеленых, цвета бутылочного стекла, кипариса, похожие по форме на бутылки; три невысоких каштана… тис с бледно—лимонной кроной и фиолетовым стволом; два куста с кроваво-красной, пурпурной и багряной листвой; впереди немного песка и травы, и над всем—голубое-голубое небо с витым шаром серно-лимонного  огня (И. Стоун).

- Это хорошо,- сказал он вслух.—Это сделано хорошо…
*

Наступила зима. Винсент сидел в своей маленькой комнате с бумагой и карандашом. Тео сообщил, что Гоген приехал в Париж больной и немощный. Винсент ускорил работу. К его счастью умер один из Гогов и оставил ему небольшое наследство. Обрадованный племянник тут же кинулся закупать мебель для спальни Поля, а в свободное время оттачивал мастерство  овладения натурой. Ему позировали жена хозяина, иногда приходила Рашель.

Весной приехал Поль Гоген. Он довольно  критически осмотрел работы друга, а потом с кривой  ухмылкой отозвался о кумире Ван Гога  Монтичелли. Завязался спор, и в ярости Винсент выбежал за дверь. Однако на утро они помирились. С того дня вместе ходили на пленэр, вели разные разговоры. Но как только речь заходила о живописи и художниках, их суждения разлетались в разные стороны как пчёлы, и как эти насекомые пытались посильнее ужалить друг друга. Поль рассуждал размеренно и  спокойно, Винсент защищался, дрожа от возбуждения. В конце концов они возненавидели  друг друга.

Однажды Гоген проснулся, Ван Гог  стоял и пристально  смотрел на него. На вторую ночь то же самое. А утром, как ни в чем не бывало, вместе  вышли  работать.
И снова от мирного тона перешли на  исступленный спор и неистовство. Поль повернулся и пошел. Вдруг услышал за собой  шаги. Оглянулся и увидел Винсента с открытой бритвой в руке. Глаза его метали молнии, но в какой-то момент он словно проснулся, отбежал в сторону и…отрезал себе ухо, оставив узкую полоску мОчки. Забежав в дом,  завернул ухо в бумагу, потом в газету и велел  рассыльному отнести его в дом терпимости Рашель. Девушка развернула сверток и упала в обморок. Гоген в тот же день уехал в Париж. А Винсента увезли в психиатрическую клинику.

На следующий день, по телеграмме Гогена, приехал Тео. Он плакал, сидя на стуле возле  кровати брата. Немного успокоившись, сообщил, что женился на любимой женщине  Иоганне Бонгер, голландке. Старший брат был  рад за младшего и загрустил о себе: кто же теперь будет его финансировать? Но Тео успокоил—всё останется по - прежнему.

В больнице Ван  Гог пробыл месяц, сдружился  с доктором Реем, почувствовал себя хорошо, улучшился аппетит,  и он взялся за работу. Трудился день и ночь, однако ничего не получалось!
 
-Доктор, почему?

-Вы неврастеник. Всегда им были. И, знаете, нет художника, который был бы нормальным. Нормальные произведений искусства не создают. У вас гипертрофированная чувствительность к жизни и природе; вот почему вы способны быть их толкователем для остальных людей. Но если вы не будете беречь себя, она вас погубит.

Это не остановило Ван Гога, он упорно стремился к совершенству .  Творчество вновь вернулось к нему. Он снова  держался на одном кофе, абсенте и табаке, написал З7 полотен без передышки. На следующее утро проснулся в полном бессилии, опять в ушах зазвучали голоса. К вечеру, собравшись с силами, он пошел в кафе и  попросил супу. Когда его принесли,  вскочил, швырнул тарелку на пол и закричал:

-Вы хотите меня отравить? Я видел, как подсыпали яд!

Явились двое полицейских и отнесли его в психбольницу.

«Через сутки он снова был тих и спокоен. Понемногу доктор Рей разрешил ему выходить в сад и работать. Через три недели Винсент вернулся домой. Его стали травить. Не пускали в ресторан с парадного входа, дети собирались толпами и кричали:

-Фу-Ру, Фу-Ру, отрежь себе другое ухо! Полоумный! Полоумный!

Мальцы наглели, бегали всюду за ним, распевая про сумасшедшего художника; притащили доски и, подставив их к окну комнаты, в которой жил Винсент, трое залезли на подоконник и продолжали издевательства. Не выдержав все это, Ван Гог сбросил мальчишек, и в ярости стал выбрасывать на улицу стулья, мольберт,  зеркало, стол, одеяло. Когда он огляделся и увидел, что выкинуть уже нечего, упал на подоконник грудью. Голова его свесилась вниз»(И. Стоун)
*

В то же время  жители Арля написали мэру города коллективное письмо, в котором требовали избавить их от буйно помешанного Ван Гога. Пришли полицейские и отвели его в околоток. Доктор Рей, узнав об этом, попросил  свидания со своим пациентом . В первый раз ему отказали, во второй пустили. И доктор уговорил Винсента поехать на год в приют святого Павла Мавзолийского, где располагалась  лечебница для умалишенных.

 -Там очень красиво, тихо, вы сможете найти много замечательных пейзажей, за вами будут заботиться, разрешат работать.

- А меня отсюда выпустят?

-Да, я уже договорился с комиссаром полиции.  И доктор Пейрон ждёт вас . Через год Вы совершенно выздоровеете. Эпилепсия такая болезнь, что может в любой момент обострится. Длительное лечение поможет полностью выздороветь. Я поеду с вами.

Доктор Пейрон приветливо встретил нового пациента, ещё подробнее рассказал о его болезни. Поселили его в палате, где было 11 человек. Но царила тишина. Все сидели вокруг печки и молчали. До самого вечера никто не проронил ни слова. Не зажигая свет, все  легли спать, закрыв пологи. А ночью раздался дикий крик:

-Я не убивал его! Я не виноват, уверяю вас!

Кричал и бился в страшном припадке молодой человек. Винсент попросил соседа помочь ему успокоить больного, но тот смотрел на него, пускал слюни и ничего не говорил, только мычал. За неделю Винсент увидел человека, который выл по-волчьи, и приступ падучей, и мужчину, который уже год за обедом брал нож, приставлял к груди и кричал:

-Я зарежу себя, я понял, что должен покончить с собой!

Нож отбирали, и он утихал.

Насмотрелся всего, но сам чувствовал себя всё лучше. Через шесть недель доктор отвел для него небольшую комнату и разрешил работать, не выходя за ворота Сан-Реми. Ван Гога привлекли кипарисы. Он удивился, что никто ещё не перенес такую красоту на холсты. И почувствовав прилив сил, стал писать. А вскоре попросил у доктора разрешения сходить в Арль  для продажи полотен. Ему разрешили. Вечером он не вернулся, а утром его нашли по дороге к лечебнице. Он лежал, свесив голову в канаву…
*

Целых три недели его мозг был словно окутан туманом. Товарищи по палате ухаживали за ним, помня, что он никогда не оставался в стороне, когда было плохо кому-то из них.

Когда Винсент почувствовал себя лучше, захотел работать,  в то же время осознавая, что приступы случаются именно от переутомления. Но не работать  он не мог.
Доктор сказал, что разрешит, если брат даст добро. Тео прислал деньги, разрешение и приятную новость: у них с женой скоро родится ребёнок. Винсент был счастлив, что у него появится племянник.

Он вернулся в свою мастерскую, писал пейзаж, открывающийся из зарешетченного  окна: поле пшеницы с маленькой фигуркой  жнеца. Выйдя за ворота лечебницы, рисовал женщин, собирающих маслины. Его картины радовали глаза яркостью красок. Но снова через какое-то время Винсента нашли лежащим в нескольких метрах от мольберта.
На пятые сутки он совершенно пришел в себя. Однако с постели не вставал. Проходили дни, похожие друг на друга: больные  молча сидели вокруг печки, сестры в черных одеяниях ходили по палате и, держась за нагрудные кресты, монотонно молились.

Через несколько дней Винсента пригласили в кабинет врача, чтобы он расписался в получении заказного письма. Вскрыв конверт,  увидел чек на 400 франков. Такую сумму  в руках он ещё никогда не держал. В письме Тео писал, что продал картину «Красный  виноградник», что познакомился с замечательным человеком, доктором Гаше, который уверяет, что знаком с такими болезнями и живет в Овере, который всего в часе езды от Парижа.

Продажа картины и радостная телеграмма от Тео о том, что у них с  Иоганной родился мальчик, которого назвали его именем помогли Винсенту сразу стать здоровым.  С утра он пошел в мастерскую и набросился на работу. К нему вновь вернулась  творческая мощь и жажда жизни. Писал смотрителя лечебницы и его жену, палату, копии с картин  известных художников и анализировал течение болезни. Он заметил, что приступы возвращаются через каждые три месяца. На этот раз до  рокового дня он оставил работу и лег в постель. Однако день наступил, но ничего не произошло. Единственно, что его убивало, это религиозный экстаз, царивший в больнице. Он закрывался, затыкал  уши, но не мог избавиться от бормотания сестер. Их фанатизм выводил его из себя.


Прошло ещё 3 дня, он встал и принялся за работу, убедив себя, что был последний припадок и больше не будет. А глубокой ночью, когда все спали, спустился в подвал, где хранился уголь, взял пригоршню угольной пыли и размазал её по лицу, обращаясь к мадам Дени (неизвестно, кто это)бормотал бессвязные молитвы, фразы из писания...
Там утром и нашли его смотрители.
*
Следующий приступ должен был произойти в мае. Но Тео решил забрать его к себе,
убеждая, что в Овере (пригороде Парижа) живет доктор Гаше, который знаком с нервными  болезнями и вылечивает больных. Он не занимается живописью, но очень хорошо разбирается в ней. Видел работы Винсента и дал им высокую оценку.

Винсент был счастлив: он два года не встречался с  братом, не знаком с его женой и не видел тезку- племянника. Встреча была теплой и сердечной. Гость увидел, что квартира Тео увешана его картинами, полотна лежали под стульями, кроватью, кладовке: на стенах все не помещались.
 
Узнав о приезде Ван Гога, его приходили навещать друзья, и он почувствовал себя так, как в прошлый приезд в Париж.

Однажды за какой-то надобностью открыл стол Тео и обнаружил толстую пачку писем, аккуратно перевязанных  бечёвкой. Он очень удивился, увидев, что это его письма.(около 700 штук) Дальше стопкой лежали ранние рисунки. В другом месте те, что  брат присылал последние десять лет, разложенные по времени их рождения. Тео бережно хранил все, что выходило из--под пера и кисти его любимого брата.

На третий день они поехали в Овер. На вокзале их встретил доктор Гаше. Это был небольшой, суетливый, порывистый человек с добрыми глазами. Он сразу взял под покровительство Винсента, объявив Тео, что знает, как обращаться с такими больными, накормил их вкусным обедом и посетовал, что не может оставить у себя Винсента, потому что у него маленькая квартира. В тот же день Тео уехал в Париж, а Гаше пошел устраивать его брата на квартиру,  и тот сразу же принялся за работу. Так  Ван Гог вновь вступил на стезю  художника. В Овере написал местную церковь, сад Добиньи, пшеничное поле, равнину, над которой проносятся грозовые тучи и другие.

Выбрав время, он поехал навестить семью брата. Там все было плохо: малыш болел, Тео изменился до неузнаваемости, и начальство пригрозило его уволить, так как он из-за нездоровья не мог работать.
 
По мнению экспертов, между братьями  произошел разговор, в котором промелькнул укор младшего в том, что иждивенчество  Винсента привело  семью к печальному концу: денег, так нужных  ему для лечения,не было.

Вернувшись в Овер, он кинулся к мольберту. Однако на этот раз кисть выпала из рук, и он понял, что душа его пуста, что он сказал всё, что мог и хотел. Мазки, которые  успел сделать,  на холсте были извилисты и непонятны.  И что дальше? Он так хотел отдать  Тео вложенные в него деньги, так страдал в роли иждивенца… И что? Денег нет. А картины никому не нужны…

Уединившись в саду, он выстрелил в грудь из пистолета, который брал для отпугивания птиц… Затем прошел через кафе и поднялся в свою комнату. Трактирщик Раву заподозрил неладное и поднялся к нему. На стук квартирант не ответил, тогда хозяин зашёл сам и увидел его в крови, стонущего на кровати. Вызвали доктора Гаше. Перевязав рану, он сказал, что пулю изъять невозможно—слишком слаб их друг.
«В половине второго утра 29 июля1890 г. тело Винсента вдруг обмякло. Винсент умер..Без страданий, без единого слова, без единой жалобы. Со спокойствием того, кто пришел к ПОЗНАНИЮ. Ему было 37 лет» (Анри Перрюшо)
*
ПОСЛЕСЛОВИЕ

Всё огромное наследство художника перешло к Тео. Но он пережил брата всего на 6 месяцев. Имущество перешло к его жене Иоханне. Она продолжила дело по популяризации и сохранению работ брата мужа. Вместе с художником Бернаром смогла организовать выставки картин Винсента в музеях. Именно  она сыграла главную роль в распространении творческого наследия Ван Гога в Европе. После её смерти эстафету подхватил   сын  Винсент Виллем  Ван Гог. Наконец в 1925 году  полотна были переданы в аренду в Амстердамский музей. А в 1960 году по инициативе государства был создан музей художника. Его наследие составляют 2100 работ. Картины  выставлены в музеях многих столиц Европы и мира. По итогам 2025 года в рейтинге самых востребованных и дорогих работ живописи на первой строчке стоит имя Винсента Ван Гога…

При  подготовке материала использованы:
«Жажда жизни» И Стоуна; «Ван Гог» А. Перрюшо;
 Статья о художнике  С. Темури;  Интернет