Глава 1. Хочу быть хозяином банка

ГЛАВА ПЕРВАЯ
ХОЧУ БЫТЬ ХОЗЯИНОМ БАНКА
По вечерам в квартире семьи Копейкиных всегда пахло чаем с мятой и поджаренным хлебом. За окном шуршал февраль – не снег, не дождь, а что-то неопределённое, будто погода сама не решила, каким месяцем года она хочет быть.
На кухне горела лампа под жёлтым абажуром из плотного льна. Да и сама лампа тёплой, домашней, как и молодая хозяйка квартиры, Ирина Сергеевна Копейкина. Она вместе с мужем, молодым и симпатичным Алексеем Григорьевичем Копейкиным, сидели за накрытым столом и ждали их почти семилетнего сына Сёму. Для нас с вами он будет просто Сёмой, а на самом деле разрешите представить: отпрыск семьи Копейкиных, Семён Алексеевич собственной персоной. Сёме было семь лет, а точнее,– шесть лет и восемь месяцев. Это очень интересный возраст, когда человек умеет задавать интересные вопросы про то, откуда он взялся, но ещё совершенно не умеет выговаривать тяжёлые слова и завязывать шнурки. БабВера как-то попыталась обучить Сёму этому трудному делу, но сдалась после третьей попытки, сказав, что у Сёмы «руки-крюки». Сёма на бабу Веру не обижался: мама сказала, что все люди со странностями, и что у кого-то их больше, а у кого-то меньше. Сёма тут же сделал вывод, что у бабВеры странностей хватает.

Сёма был худенький, немного нескладный, и у родителей складывалось такое чувство, будто ребёнок вырос быстрее, чем успел привыкнуть к собственным рукам и ногам. Локти у него всегда выглядывали из рукавов, худые коленки выпирали из шорт, а уши торчали из-под любой причёски. Уши вообще жили своей жизнью: когда Сёма удивлялся, они будто становились ещё больше и подозрительно приподнимались, причём, сами. А когда мальчишка обижался – уши краснели первыми, выдавая его чувства.
Волосы у Сёмы были тёмные, непослушные, с завитком на затылке, который невозможно было пригладить ни водой, ни расчёской. Мама называла его «вихрастым мыслителем», потому что вихор появлялся именно тогда, когда Сёма особенно серьёзно о чём-то думал.

А думал Сёма часто. Всё время. Каждую минуту его голова была забита мыслями, прочитать которые родители даже не пытались.
Глаза у него были большие, внимательные, чуть прищуренные – как будто он всё время примерял мир на себя: «А это мне подойдёт? А это зачем? А это можно улучшить?» В этих глазах не было детской беспечности, свойственной мальчишкам его возраста – в них была какая-то настороженность и наблюдательность. И особая хитринка. Сёма был не тот парень, который верит каждому слову, сказанному ему взрослыми людьми. Он всё проверял. Молча. Анализировал, потом выдавал результат, который заставлял думать уже взрослых людей.
И, кстати, Сёма никогда не был шумным ребёнком. Он никогда не носился по квартире без причины и не устраивал истерик из-за поломанной железной дороги. Он знал: лупить за разбитую чашку его никто не станет. Это соседского Алика мама лупит при каждом удобном случае, хотя ему уже десять. И Вальке, девятилетней девочке со двора тоже иногда попадает от родителей. Сёма слышал, как мама говорила отцу как-то вечером, что бить детей – это грех большой. И расплата придёт неминуемая тем, кто поднимает руку на ребёнка. Папа с ней был полностью согласен. Сёма был очень горд за своих родителей и, услышав про грех, он сел между родителями, притянул их обоих к себе и сказал:
– Дорогие папа и мама! Вы самые лучшие родители на свете! Я, когда вырасту, вас тоже лупить не буду! Обещаю!
 Но если в Сёминой голове рождалась какая-то идея, то он становился прямо таки неудержим! Он мог ходить за родителями целый день, что-то уточнять, о чём-то спрашивать, возвращаться к теме по нескольку раз, пока не получал логически выстроенную картину эпизода.
Например, Сёма мог долго смотреть, как бабВера пересчитывает конфеты, и ничего напрямую ей об этом не говорить. Но вечером обязательно спросит у родителей:
– Мам, пап, а если бабВера случайно ошибётся на одну конфетку, это будет убыток или преступление?

Сёма совсем не был жадным – он был заинтересованным в денежном вопросе. Да, не удивляйтесь: такие нынче рождаются дети. Деньги для него были не бумажками, а загадкой. Кто ими командует? Почему они слушаются одних и убегают от других? Почему «хозяин» магазина звучит важнее, чем «директор»?
Сёма очень любил своих родителей, как любит каждый мальчишка в свои неполные семь лет.  В нём уже жила странная смесь: детская прямота и взрослый расчёт, наивность и стратегическое мышление, нежность и стремление владеть миром. Родители удивлялись, глядя на своё чадо, а иногда им казалось, что он просто играет словами, не понимая их истинного смысла.
Перед ними стояли чашки с чаем, к которым уже никто не притрагивался: разговор был важнее.
– Ир, – тихо сказал Алёша, – Сёмка сегодня долго засыпал. Крутился, вздыхал. Его что-то волнует. Я спросил, но он не говорит.
Ирина улыбнулась краешком губ.
– Вынашивает. Ты же знаешь нашего Сёму: он носится с идеей, потом как выдаст – хоть стой, хоть падай!
Алёша задумчиво покрутил ложечку в чашке.
– Интересно, в кого он у нас такой?
– Не понимаю, – пожала плечами Ирина. – Вроде похож на моего отца. Ленивый – точно в меня. Весёлый – в тебя, Лёшка. Умный – в твоего отца. Жадный – в твою маму.
Алёша резко поднял голову.
– Что? Чего это моя мама – жадная? Вовсе она не жадная! Она экономная.
– Расчётливая.
– Практичная.
– Скупая!
– Бережливая.
Ирина фыркнула.
– Да она всё делает ради выгоды!
– Ириша, – вздохнул Алёша, – мама просто всё продумывает. И давай потише. Мы уже на повышенных тонах – сейчас Сёмка проснётся.
– Ладно, – примирительно сказала Ирина. – Пусть будет бережливая. Она конфеты пересчитывает, когда Сёмка к ней в гости приходит. Я сама видела. Но если по-твоему это бережливость – пусть будет бережливость.
В этот момент в дверном проёме появился Сёма. В пижаме с машинками, растрёпанный, с сонными глазами. Он широко зевнул и сел за стол.
– Сёмочка, ты чего встал? – испугалась Ирина. – Ты же уже спал!
– Мамочка, мне приснился один очень серьёзный вопрос, - сонно произнёс мальчик.
Алёша приподнял брови.
– А до завтра твой вопрос не подождёт?
– Нет, не подождёт никак… Я его до завтра забуду.
Ирина подвинула стул.
– Ну давай, выкладывай, раз пришёл.
Сёма сел, сложил руки на столе и внимательно посмотрел на родителей. Он выглядел так, будто собирался обсуждать государственный бюджет.
– Мама, папа… скажите, а как мне стать хозяином банка?
Родители переглянулись.
– Сёма, – осторожно начал Алёша, – в каком смысле? Может, директором? Нужно сначала пойти в школу, потом окончить школу, поступить в университет. Окончить университет. Там тебя научат, как деньги считать, как людей слушать…
– Ага, – вставила Ирина, – и научат, как делать так, чтобы деньги тебя слушали.
– Университет… – нахмурился Сёма. – Это где?
– Там, где учат терпению, – шутливо ответил Алёша. – Учёба будет долгой и сложной. Потом практика. Пойдёшь работать в банк. Потом ещё практика. И, наконец… если повезёт, станешь директором.
Сёма задумался и нахмурился.
– Папа, это очень долго. Но я не хочу быть директором банка! Я хочу быть хозяином банка!
Ирина чуть прищурилась.
– Упс… Сёмочка, для того чтобы ты стал хозяином банка, нужно, чтобы твой папа был хозяином банка. Но у нас нет банка.
– А у бабВеры тоже нет банка?
Ирина выразительно посмотрела на мужа.
– У бабы Веры есть только банки, в которых она компоты и огурцы закручивает.
Сёма вздохнул.
– Жалко. Я думал, раз она жадная, у неё есть банк.
Ирина с наслаждением посмотрела на Алёшу. Тот сделал вид, что изучает узор на скатерти.
– Скажите… – Сёма опустил плечи. – А есть ещё вариант стать хозяином банка?
Алёша, подумав немного, улыбнулся:
– Конечно, мой мальчик! А то как же!
– И что это за вариант? – насторожилась Ирина.
– Жениться на дочери хозяина банка! Вот если бы я женился на дочери хозяина банка, то банк когда-нибудь перешёл бы тебе по наследству!
Сёма задумался.
– А мама бы не обиделась?
Ирина приподняла брови.
– Так… Вы меня сейчас оба продали, я правильно поняла? Я тебя, Сёмочка, разочарую. Дочери хозяев банков, как правило, выходят замуж за сыновей хозяев других банков. Что, съели?
Сёма почти заплакал.
– А есть ещё варианты? Ну хоть один, маленький…
Ирина вдруг оживилась.
– Есть!
Теперь насторожился Алёша:
– И какой, если не секрет?
– Можно жениться на вдове хозяина банка!
Алёша едва не свалился со стула.
– А вдова – это кто? – спросил Сёма.
– Ответь сыну, – сладко произнесла Ирина.
Алёша почесал затылок.
– Представь, Сёма, что у банка была большая-пребольшая книга… Хозяин банка уже закончил читать часть этой огромной книги и уехал в далёкое путешествие. А его жена осталась с оставшейся частью книги и продолжает её читать. Ну, то есть, все дела вести в банке. Тут ты на ней и женишься, чтобы вместе дочитать эту книгу.
Ирина тихо хихикнула.
– А если вдруг хозяин возьмёт и вернётся, чтобы самому дочитать эту книгу? – серьёзно спросил Сёма.
Ирина рассмеялась в голос.
– Не вернётся, – уверенно сказал Алёша. – Ему надоело её читать. Он устал.
Сёма кивнул.
– Да… Пожалуй, мне этот вариант подходит.
Родители уставились на сына.
– Сыночек, – осторожно начала Ирина, –зачем тебе старая жена какого-то хозяина банка?
– Почему обязательно старая? – вступился за вдову Алёша. – Может, она у него не первая!
– Ага. Пятая. И он у неё восьмой. Сёма, ну их, этих хозяев и их банки. Пойдём спать, я тебе песенку спою.
Ирина взяла сына за руку: его ладонь была тёплая и совсем ещё маленькая. В спальне было темно, горел только маленький ночник. Ирина уложила Сёму в кровать, легла рядом и тихо запела колыбельную – ту самую, которую пела ему с младенчества.
Сёма уже почти спал.
– Мамочка… я не продал бы тебя ни за какой банк. Как хорошо, что папа на тебе женился… Скажи, а вдова хозяина банка красивая?
Ирина улыбнулась в темноте.
– Ну… да, наверное. Денег-то много. А красоту с деньгами навести – раз плюнуть. Салоны, тренажёрные залы, маникюры…
Сёма пробормотал сквозь сон:
– Мне точно это подходит… А как сделать, чтобы хозяин быстрее дочитал свою книгу и уехал в кругосветное путешествие?..
Ирина замерла.

За окном в комнату подглядывал уличный фонарь, февраль всё так же не мог решить, каким месяцем он хочет быть, но на всякий случай решил побаловать жителей города снежком.
В маленькой комнате уже спал мальчик, который хотел стать хозяином банка. Но он хотел стать хозяином не ради денег, нет,  а потому что слово «хозяин» звучало очень важно и очень по-взрослому. Даже важнее, чем слово «директор»…

02.02.2026
Клайпеда, Литва