Наблюдатель

Мне был один год, когда я впервые увидела себя в зеркале. Существо с круглыми глазами и пухлыми ладонями, прижатыми к стеклу. «Это кто?» — прошелестела мысль где-то в глубине. «Это я? Кто это Я?» Вопрос упал в тишину, как камень в колодец, и эхо его растянулось на десятилетия.

Прошли годы. Я искала ответ в умных книгах, где мудрецы спорили о душе и материи. Я вглядывалась в лица умных тёть и дядь, надеясь прочесть в их взглядах отгадку. Я пролистывала ролики на Ютубе, где коучи и гуру уверенно раздавали рецепты «настоящего Я». Все говорили о чём-то. О предназначении, о самореализации, об идентичности. Но никто — абсолютно никто — не знал, кто же та Я, что смотрела на них из-за моих глаз.

Я стала отличной ученицей мира. Я узнала, какой я должна быть: доброй, но не слабой, умной, но не занудной, целеустремлённой, но гибкой. Я выучила наизусть свод правил: что должна делать, что говорить, что думать и что чувствовать. Я собрала идеальный пазл. Но узнала ли я в нем себя? Нет. Я лишь научилась мастерски играть роль под названием «Я».

И вот прошло много лет. Говорят, я стала взрослой. Я стою перед тем же зеркалом. «Неужели это я?» — вопрос звучит так же, как тогда, в один год. «Всё та же я, как и много лет назад?» Где-то в глубине, за всеми слоями усвоенных правил и надетых масок, что-то отзывается слабым, но несгибаемым «да». Но отражение совсем другое. В нём следы времени, прожитых бурь, принятых решений. В нём глаза, видевшие слишком много, чтобы светиться по-детски. И всё же, упрямо шепчет что-то из самой сердцевины: это я. Только я.

Моё отражение даёт мне хрупкое, обманчивое чувство единства. Я всё-таки есть. Реальная. Видимая. Осязаемая. Это доказательство. Но в следующее мгновение это доказательство рассыпается. Это отражение в зеркале — оно такое чужое. Чуждое. Далёкое. Как будто я смотрю на актрису, которая с невероятной убедительностью играет мою жизнь. Черты знакомы до боли, но сущность за ними — незнакомая планета. «Как ЭТО может быть мной???» — крик застревает в горле…

Ощущение раскола. Пропасти. Бездны, которая была всегда. Это не больно. Это не страшно. Словно я стою на краю и чувствую тихое, неотвратимое падение в эту расщелину. Но я не сопротивляюсь. Не хватаюсь за края, не кричу, не пытаюсь заклеить эту пропасть ярлыками из книг или советами от гуру. Усталость? Смирение? Прозрение? Не знаю.

Я лишь наблюдаю.

Наблюдаю, как это тело-отражение готовит кофе, отвечает на сообщения, смеётся в нужных местах. Наблюдаю за вспышками мыслей и эмоций — они приходят и уходят, как погода за окном, не принадлежа мне по-настоящему. Наблюдаю за самой этой потребностью найти «Я», понять, кто я. И за тем, как эта потребность тоже постепенно отдаляется, становится просто ещё одним объектом в поле зрения.

Я — не мысли. Не тело в зеркале. Не сумма ролей. Не даже этот вопрос «кто я?».

Я — пространство, в котором всё это возникает. Тихий, безмолвный, бескрайний свидетель. Наблюдатель, который был там в один год, глядя в зеркало с удивлением, и который здесь сейчас, глядя на всю свою жизнь с тем же спокойным, безоценочным удивлением.

Падение в бездну оказалось возвращением в тишину. В чистоту присутствия. Туда, где наконец-то можно перестать искать себя.

И просто быть. Тем, кто всегда был. Наблюдателем.