Лабиринты судеб - книга

          Содержание
1. Наташа
2. Эта женщина – легенда
3. Путь комиссара
4. Дела семейные
5. Дитя революции
6. Биография времени
7. Корифей
8. Эдвард Бернейс, отец пиара
9. Ромка
10. Прихотливая судьба
11. История генерала
12. Советское братство, или было у отца три сына...
13. Путешествие молодоженов
14. Выбор лидера
15. Девичье достоинство
16. Командировка
17. В заложниках
18. Вопреки приговору
19. Без надежды
20. На похоронах Сталина
21. Маршал из-под расстрела
22. Подкрепление
23. В архиве
24. Подруга
25. О наших мамах
26. Не получилось
27. Нам не дано предугадать
28. По потребности государства
29. Прерванная карьера
30. Судьба по доверию
31. Судьба женщины
32. Переезд
33. В нашей жизни всякое бывает



1. НАТАША               
          Наташа была в молодости очень хороша собой. Вдохновенное лицо, стройная фигура. Мы оба работали в одной большой организации, только в разных подразделениях. На момент нашего знакомства она уже побывала замужем, родила дочь. Кандидат наук, энергичная женщина. Ничто не позволяло предположить в ней глубокий надлом. Он проскальзывал неуловимо, когда всплывали детали биографии. Невозможно сохранить внутреннюю безмятежность, если твоя мама последняя представительница древнего хрестоматийного рода, чья фамилия украшает историю Европы, а папа ближайший родственник одного из тиранов нашего государства эпохи диктатуры. Если твоих родных по маме физически уничтожили в лагерях с молчаливого попустительства этого тирана. Выход внутренние противоречия получили на рубеже девяностых годов, когда на переломе отечественной истории в стране возникла и ширилась волна демократических перемен. Наталья занялась общественной работой, стала депутатом Московского совета депутатов и, одновременно, депутатом Совета одного из центральных районов Москвы. Возглавляла одну из депутатских комиссий Моссовета, была заметным членом общественно-политического движения «Демократическая Россия» в поддержку демократических реформ. Ее вскоре заметили и оценили, пригласив в команду на самый верх, главным специалистом в администрацию Президента Бориса Николаевича Ельцина.
          Идиллия длилась недолго. Помню метания Наташи и ее сомнения: нельзя оставаться овечкой в хищной стае. Не было нынешней вертикали власти, но уже начинался разгул коррупции, корпоративных игрищ и проросших в Кремле «дворцовых игр» с получением и передачей наверх по служебной лестнице денежных взяток. Со  взяточничеством Наташа примириться не пожелала и оказалась в оппозиции к своему руководству. В итоге через небольшое время ей пригрозили увольнением, а когда Наташа так и не приняла правила «игры», ее уволили по надуманному предлогу. Как сказано в мудрой восточной пословице, «торчащий гвоздь забивают». Спустя год по суду выплатили денежную компенсацию.
          Оставшись без работы, Наташа не смогла принять пассивное существование и сообразно своим убеждениям попросилась помощником к Сергею Адамовичу Ковалеву, советскому диссиденту, боровшемуся за демократию и права человека еще в рамках СССР, соратнику и другу ушедшего к тому времени в легенду Андрея Дмитриевича Сахарова. Насколько мне известно, работала его помощником. 

          Дальнейшая жизнь Наташи мне почти неизвестна. Я ушел с бюджетной работы на вольные хлеба и самоопределение.  Первое время мы с Наташей  эпизодически перезванивались, но обоих поглотили наши новые дела и  обязанности. Позднее мы оба сменили  места жительства, а несколько позже - и телефоны.  Прошло немало лет, но моя память сохраняет уважение к этой замечательной женщине, поставившей принципы и нравственность выше своей личной выгоды.   


2. ЭТА ЖЕНЩИНА - ЛЕГЕНДА
          Елизавета Васильевна Штайгер, а тогда еще маленькая Лиза, в начале Великой Отечественной войны оказалась на оккупированной немцами территории. Десятилетнюю еврейскую девочку вывели на расстрел. Уже раздетую поставили на краю рва, когда стоявшая рядом женщина успела крикнуть: "Оставьте ребенка, ее отец – немец!" Отчасти это было правдой: отчим Елизаветы, композитор и главный дирижер Одесского музыкального театра Василий Штайгер был этническим немцем;  в тот период он где-то далеко гастролировал с театром и мамой маленькой Лизы, концертмейстером того же театра. Следует отдать должное аккуратности оккупантов – ребенка отвели в сторону, а после уточнения, подержав в тюрьме с уголовницами, оставили в живых.
          Потом последовали долгие скитания по чужим людям и детские дома.  И вот счастье – удалось встретиться с родителями. Выросла, выучилась, окончила с золотой медалью школу, затем университет. Стала филологом и журналистом, много лет работала в Министерстве иностранных дел СССР. Среди прочего случалось переводить даже королеве Великобритании Елизавете II. Учила русскому языку восемь послов США в нашей стране. Была советником по культуре в посольстве Финляндии, а полтора десятка ее учеников-финнов стали послами в России или других странах. Одновременно Елизавета Васильевна многократно руководила пресс-центрами Международных музыкальных конкурсов имени П.И. Чайковского, играла на любительской сцене английского театра в Москве, сотрудничала в известнейших газетах и журналах. Для CNN совместно с его основателем Тедом Тёрнером освещала Игры доброй воли в Сиэттле. Единственной из российских  журналистов оказалась в Стокгольме на вручении Нобелевских премий в 2001 году. Вела на американском телевидении передачи о советской культуре. Всего не перечислить!
          Большая статья о Елизавете Васильевне в одном из номеров журнала "Diplomat" тридцатилетней давности начинается словами: "Эта женщина – живая легенда". Сейчас ей девяносто три года. Живет Елизавета Васильевна в Московском интернате для пожилых людей, при малодоступной возможности редкого общения с немногочисленными дальними родственниками. Ни Министерство иностранных дел РФ, ни иные ведомства интерес к ее судьбе не проявили.

          P.S. Этот рассказ написан в 2024 году и опубликован в апреле 2025 года. А еще через шесть месяцев, 29 октября того же года, Елизавета Васильевна скончалась в упомянутом выше Московском интернате для пожилых людей. Захоронена на Николо-Архангельском кладбище Москвы, вблизи могил ее матери Эллы Моисеевны Швец и мужа Альберта Семеновича Качанова, одного из руководителей совместной космической программы СССР и США. Символично, что Альберт Семенович ушел из жизни за один день и несколько лет до смерти Елизаветы Васильевны. Прямых потомков у Елизаветы Васильевны не осталось.


3. ПУТЬ КОМИССАРА
          Марк Ефимович Бродский родился в канун двадцатого века и был в семье одним из восьми детей. Социальные штормы и события Первой мировой войны не оставили равнодушным активного думающего подростка. Гимназистом во время немецкой оккупации Одессы был пойман оккупантами за перерезанием линий связи, но по малолетству отпущен. Несколько позднее примкнул к революции,  вступил в партию, стал политработником. В тот период ему неоднократно случалось перед толпами в несколько тысяч человек читать стихи популярного у красноармейцев Демьяна Бедного. Вспоминая, рассказывал,  с каким энтузиазмом зычные строки пролетарского поэта принимались слушателями, ложась на голодное внимание вчерашних крестьян. В 1920 году Марк Ефимович оказался в плену у деникинцев и был приговорен к расстрелу. В то время расстрельные списки публиковались в газетах;  прочитав имя сына, мать Марка Ефимовича уже не встала. А его, учтя юный возраст, в числе нескольких осужденных в последний момент помиловали, заменив расстрел десятью годами тюрьмы. Помните фильм "Интервенция" и кадры о том, как красные части освобождают одесскую тюрьму? Так это и было в действительности.  А Марк Ефимович на память прихватил из тюрьмы свое "Дело", которое сейчас хранится у его внучки и будет передано в музей. Позднее, отслужив шесть лет в армии,  трижды отболев тифом и проведя восемь месяцев в лазаретах, Марк Ефимович окончил Институт красной профессуры, специальное высшее учебное заведение ЦК ВКП (б), созданное для подготовки высших идеологических кадров партии из числа партийных выдвиженцев.  Направлен в Харьков, тогдашнюю столицу республики,  и назначен заместителем начальника Угольного департамента Совета народных комиссаров Украины.
          Однажды был с делегацией у Сталина. Обстановка на встрече сложилась внешне непринужденной, и один из членов делегации, простая душа, прощаясь, заметил: "Иосиф Виссарионович! Вот я представлял себе Вас эдаким гигантом, а Вы, совсем как я, маленький". Больше этого человека не видели. А Марк Ефимович сумел вовремя уйти на преподавательскую работу, избежав тем самым репрессий последующего периода. Стал профессором экономики и дожил до преклонных лет.


4. ДЕЛА СЕМЕЙНЫЕ
          Светлана Л., профессиональный лингвист, преподавала английский язык в  московском институте.  Позади богатая практика и работа по специальности за рубежом. Грамотная и принципиальная, Светлана порой позволяла себе резкие замечания в адрес руководства. А однажды высказала критическое отношение не к кому-нибудь, а к самому Генеральному секретарю КПСС.   Высказала хоть и заочно перед портретом вождя, но в присутствии коллег-партийцев. Скандал. Следствием его стало персональное дело коммуниста Л.  Вопрос встал остро – не может человек с таким мышлением состоять в членах нашей родной Коммунистической партии! Со всеми вытекающими последствиями – увольнением с ответственной работы преподавателя,  запретом выезда за рубеж. Да мало ли ограничительных мер!
          Здесь надо сказать, что у Светланы была дочь, Надя. Милая, умная и привлекательная, такая не могла не нравиться молодым людям. Она и нравилась, особенно одному ее соученику. Худенький и очень славный Андрей тоже пришелся по душе Наде. Ребята делили досуг, романтические отношения перешли в серьезное чувство.   Андрей стал бывать в семье Нади и родителям ее понравился. Деликатный, скромный, всем хорош, только немного застенчив. Семья Нади по тому времени могла считаться состоятельной – сказалась работа за рубежом. И всякий раз, когда молодые люди оказывались у них в доме, Светлана сажала ребят за стол и старалась Андрюшу подкормить.  Ей даже казалось, что не слишком обеспеченный, по-видимому,  Андрей стесняется их достатка и крайне робко пробует деликатесы, которыми хлебосольная Светлана  угощала ребят.
          И вот в самый разгар партийных неурядиц Светланы, когда ей за оскорбление образа Генерального секретаря грозила партийная обструкция, Надя и Андрей объявили о своем намерении пожениться. И только тогда родители Нади поинтересовались будущей фамилией дочери. Фамилия Андрея была знакома – Брежнев. Андрей оказался родным внуком Леонида Ильича, Генерального секретаря КПСС. В институте, где работала Светлана, об этом родстве стало известно накануне партийного собрания по разбору персонального дела коммуниста Л.  Как-то незаметно ее персональное дело стало рассматриваться как дело семейное. Какое уж тут общественное осуждение?  Вопрос закрыли.


5. ДИТЯ РЕВОЛЮЦИИ
          Майя Захаровна Дукаревич в кругу близких ей людей шутливо называла себя «дитя революции». Но так и было в действительности:  только революция могла сделать реальным брак потомственной дворянки из укоренившегося в веках древнего польского рода и еврея-коммуниста, заместителя Наркома. Впрочем, отца в тридцатые годы арестовали и расстреляли по печально известной 58-ой статье за мнимую, как потом выяснилось, его контрреволюционную деятельность.  Годом позже не стало и матери. До потери родителей девочка успела освоить с гувернанткой-иностранкой несколько иностранных языков, а после оказалась у родственников в глубинке, окончила вечернюю школу,  успела проучиться четыре года на филологическом факультете эвакуированного в Ашхабад Московского государственного университета и была отчислена с предпоследнего курса как дочь «врага народа». Реализовав принцип «Лучше хорошее соображение, чем плохое образование», подросшая Майя занялась самообразованием и стала штатным психоаналитиком. В начале подвизалась лаборантом в психологических лабораториях, потом практикой и своим неустанным интересом наработала квалификацию, на психфаке МГУ и в Первом московском медицинском институте читала ставшие популярными лекции по характерологии, работала по специальности в генетической лаборатории Института психиатрии, в Центральном НИИ судебной психиатрии и пр. Последним местом работы Майи Захаровны стал суицидологический научный центр и его кризисный стационар профессора А.Г. Амбрумовой, который вернул к нормальной жизни многих людей и к созданию которого Майя Захаровна была причастна.  Позднее она инициировала создание службы «Телефон доверия» и поддерживаемого ее личными скудными средствами клуба психореабилитационной направленности «Свеча» - первую в Советском Союзе группу взаимопомощи людей, оставшихся в живых после попытки самоубийства. Занимаясь научной работой, Майя Захаровна разработала оригинальную методику эффективной психодиагностики под названием «Рисунок несуществующего животного», известную сегодня по фамилии создателя. В соавторстве с коллегой Майя Захаровна адаптировала и привнесла в отечественную практику практическую методику "Рисунок человека". Это ей мы обязаны возможностью использовать для диагностики и помощи соотечественникам всемирно признанный тест Роршаха.      
          Сколько тестов гуляет сегодня по миру? Вот они, именуемые по фамилиям авторов – Айзенк, Векслер, Тат, Тейлор, Люшер… И, конечно же, король тестов – Роршах.  Назван по имени швейцарского психолога и психиатра Германа Роршаха, разработавшего его в начале 20-го века. Тест составлен на основе огромного статистического материала и представляет собой десять картонок с зеркально-симметричными рисунками-фотографиями, часть рисунков монохромная, часть цветная. Испытуемый должен решить три задачи, последовательно с каждым из этих рисунков. Во-первых, перечислить все ассоциации, возникающие у него при взгляде на рисунок. Затем расположить рисунки по мере приятности для взгляда испытуемого. И дать каждому рисунку название, исходя из наиболее характерной ассоциации. Казалось бы, все предельно просто.  Но, конечно, есть нюансы. Психоаналитик оценивает число возникших ассоциаций, интенсивность их возникновения у испытуемого, превалирование светлых или темных изображений, цвета, размера, расположения. Оценивается лексика испытуемого. Все сказанное стенографируется под хронометраж, а затем подвергается математической обработке на основе модели, созданной Германом Роршахом.  Справочник для обработки теста – это толстая книга страниц на восемьсот или более. По нему результаты теста переводятся на язык математики, выстраивается модель, призванная быть объективной на основе однозначности. Тест Роршаха позволяет определить интеллект человека по трем уровням – теоретическому, социальному и обыденному, опознать пол человека, выявить возможные скрытые комплексы независимо от того, скрыты они подсознательно или умышленно.  Обмануть тест считается невозможным, а для контроля в него встроены неизвестные испытуемому дублирующие детали. В конце прошлого века тест Роршаха использовали в СССР очень ограниченно, не могли воспроизвести в точности эти кляксы, в которых были важны все детали, да и специалистов не было. В страну его привезла из США и адаптировала Майя Захаровна, когда в семидесятых годах работала главным тестологом трехуровневой суицидологической службы профессора Амбрумовой. Тестировали по Роршаху также космонавтов, ряд знаковых академиков и выдающихся психов. Мне удалось познакомился с тестом Роршаха близко, когда захотел понять, что же такое психология – наука или смесь искусства с магией. С Майей Захаровной к тому времени был знаком,  напросился. При этом обо мне Майя Захаровна знала мало, но из любезности приняла. Работа оказалась большой. Я дважды приезжал к ней, тогда женщине в возрасте «за шестьдесят», в крохотную однокомнатную квартирку отдаленного спального района Москвы. Очень аккуратная комната была по макушку завалена книгами на шести-семи языках, очень многие с посвящениями именитых ученых и восхищенными надписями в адрес хозяйки. В каждый из моих приездов по четыре-шесть часов без перерыва под хронометр и стенограмму Майя Захаровна меня тестировала. А затем две недели заняла у нее расшифровка. Результат убедительно показал мне, что психология стала наукой, корреляция результатов теста с возможными собственными проверочными вехами позволила так считать. По итогу тестирование оказалось для меня не только интересным, но и полезным. С Майей Захаровной я встречался еще раза два у общих знакомых из научного мира. В 2001 году ей исполнилось семьдесят шесть лет, а в  августе того же года ее не стало. Но и поныне немало людей, обязанных ей своими жизнями, хранят благодарную память об этой удивительной светлой женщине. 
 

6. БИОГРАФИЯ ВРЕМЕНИ
         
Предисловие автора
История создается в современности, а потом уточняется и реконструируется потомками. В отличие от математики в исторической науке нет четких критериев истины: cвидетельства очевидцев могут быть субъективны, архивные документы - неполны или сфальсифицированы, археологические находки - фрагментарны. Время способно как проявлять прошлое, так и утаивать его, ничто не гарантирует достоверности вскрывающихся обстоятельств, их полноты и объективности. Однако чем больше подробностей и фактов, тем успешней можно разглядеть истину. Во взглядах на наше прошлое ценны свидетельства современников и все то, что может быть получено нами "из первых рук" участников и очевидцев. В этом очерке автор хотел бы донести до читателей черты отечественной истории середины прошлого века – периода стремительного и противоречивого, жесткого и жестокого. За конкретной личностью на первом плане, человеке явно незаурядном, просматривается широкий пласт кадровых решений, тот механизм, который обычно ускользает от глаз обывателя и который проистекает из сущности авторитарной власти.

          История страны и история человека, как разделить?
          Личность Михаила Александровича сегодня вряд ли известна широкой общественности, такова была специфика его деятельности. Несколько строк в дипломатическом словаре, которые скрывают больше, чем рассказывают, да скупые упоминания о нем без подробностей в единичных воспоминаниях и опубликованных документах. В официальной фото- и кинохронике Михаил Александрович почти не представлен – дань его непубличности. Между тем доктор философских наук, профессор и дипломат в высшем ранге Чрезвычайного  и Полномочного Посла Советского Союза, чье имя навсегда вписано в историю страны и отечественной дипломатии, он в течение десятков лет занимал высокие должности и состоял в кадровом резерве руководителей государства.
          Штурмовые накаты переворота 1917 года с последовавшими Гражданской войной и междуусобицей оставили в стороне неуемную натуру героя рассказа,  он не успел родиться ко времени. Отец его был ткачом, участником знаменитой Морозовской стачки, после которой получил  "волчий билет", лишивший права работать более полугода на одном месте, По этой причине вынужденно кочевал по стране со своей большой семьей. Так и оказался в недалеком от Москвы селе Саввино, где в 1904 году родился сын Михаил. Мальчишка из подмосковного села, маленький Миша, ставший впоследствии Михаилом Александровичем, рос как все российские дети первых лет нового века – помогал родителям в заботах по хозяйству большой семьи, нередко дрался, когда налетали "на своих". Неизвестно его отношение к соседским огородам, но среди сверстников был он в авторитете, чему в немалой степени способствовали уже формировавшиеся в нем сила, решительность и готовность нести ответственность за свои действия. В то время в российской глубинке любимой забавой деревенских парней был кулачный бой, и Михаила тоже не миновало это увлечение. Сильный парень стал "бухраем" - так называли в средней полосе бойцов, против которых выставляли сразу двух противников, когда сходились "стенка на стенку".  Забегая вперед, замечу, что позднее Михаил Александрович стал чемпионом Красной армии сразу по трем видам спорта. К тому времени силен был уже неимоверно: гирю в тридцать два килограмма смог выжать рукой без перерыва сто шестьдесят восемь раз. А спустя десятилетия, перевалив на седьмой десяток лет, еще мог показать, как следует правильно креститься двухпудовкой, получалось у него легко и свободно. В начале двадцатых был призван на воинскую службу и попал во флот, стажировался матросом на легендарной "Авроре". Позднее служил на крейсере "Червонная Украина", где вступил в Российскую коммунистическую партию (большевиков) – РКП (б). Когда этот крейсер посетили Сталин и Орджоникидзе, Михаил Александрович с учетом личных данных и истории семьи (две его сестры к тому времени были секретарями подмосковных райкомов партии) получил задание обеспечить охрану высоких гостей на крейсере. В семейном альбоме фото – на палубе корабля среди небольшой группы матросов на переднем плане Сталин, Орджоникидзе и Михаил Александрович.
          Острый ум Михаила Александровича начальство быстро оценило наряду с другими личными качествами, что определило дальнейший его путь. Стал офицером, рос в званиях и по служебной лестнице. Был направлен на учебу в «кузницу красных кадров» Институт красной профессуры, по окончанию которого возглавил  партком  Донского политехнического института (позднее переименованного в Новочеркасский индустриальный институт). Но еще до того он влюбился. Влюбился со всей силой чувства, так, как способен влюбиться зрелый мужчина. Избранница была очень молода, всего-то четырнадцати лет, но его это не остановило, и двадцатидевятилетний матрос к удивлению его друзей-приятелей официально посватался. Впрочем, смеяться никто не решался – не тот случай. К тому же невеста была хороша, и это многое объясняло. Сыграли свадьбу, и наступили будни.  Родился сын,  а вскоре Михаила Александровича назначили ректором Новочеркасского индустриального института. Еще через несколько месяцев его вызвали в Москву, в Центральный комитет ВКП(б). Там он получил указание сдать дела по месту работы и приехать с семьей в столицу. На всё три дня, без объяснений. В срок приехал и тотчас назначен руководителем (наркомом) Народного комиссариата просвещения РСФСР.  Не успел принять дела – новое решение: принятые документы сдать и вступить в должность заведующего Отделом просвещения Центрального комитета ВКП(б). В этой должности работал  месяца три. Потом новое назначение - заведующим Сектором заграничных кадров ЦК ВКП(б). Теперь среди прочих обязанностей по должности возглавлял высшую комиссию по выдаче гражданам разрешений на зарубежные командировки или на выезд из страны. Время было стремительное и тревожное, шел 1939 год. Советский Союз сменил внешнеполитические ориентиры и активно сближался с фашистской Германией. Народный комиссар  иностранных дел Максим Максимович Литвинов, еврей, ориентированный на дружбу с Англией и Францией,  стал неуместен. В мае 1939 года на посту наркома иностранных дел его сменил назначенный по совместительству председатель Совета народных комиссаров Вячеслав Михайлович Молотов. Кадровые дипломаты прежней ориентации, в первую очередь евреи, были решительно изгнаны из Наркомата, многие репрессированы и уничтожены. Их судьбы решала славная правительственная четверка – Молотов, Берия, Маленков и Деканозов. Подбор кадров на смену поручили специальной комиссии, которую возглавил Михаил Александрович. За год в Наркомат иностранных дел (НКИД СССР) были привлечены полторы тысячи новых работников.
          На третьем году войны Вячеслав Михайлович Молотов предложил Михаилу Александровичу взять на себя руководство кадрами НКИД СССР.  Михаил Александрович попытался уклониться и попросился заместителем  к  Анастасу Ивановичу Микояну. Тот такого поворота событий испугался: ссориться со всемогущим Молотовым, главой Правительства и вторым человеком во власти, не хотел, о чем честно сказал Михаилу Александровичу. Выхода не было, и Михаил Александрович принял назначение начальником отдела кадров НКИД СССР (в 1946 году переименованному в Управление кадров МИД СССР), членом Коллегии Наркомата. Соответствующий приказ  хранится в семейном архиве вместе с приказом Сталина о возложении на Михаила Александровича обязанностей Первого заместителя наркома иностранных дел.
          После войны Советский Союз отстраивал и расширял социалистический лагерь. Михаила Александровича в высшем дипломатическом ранге Чрезвычайного и Полномочного Посла СССР направили в стратегически важную страну центральной Европы. Вскоре эта страна стала социалистической и очень дружественной. И вот такая славная бытовая деталь: в кабинете советского посла прописалась штанга атлета-тяжеловеса для разминки хозяина кабинета между делами. Когда в конце сороковых - начале пятидесятых годов присущая Отцу народов паранойя обострилась, в опалу попали проверенные кадры из его ближайшего окружения – предсовмина Молотов, начальник личной охраны Власик, помощник Поскребышев и другие. В этих условиях Михаил Александрович, вернувшись в Москву, предпочел переждать  дворцовые бури  в должности ректора Высшей дипломатической школы МИД, к созданию которой ранее был причастен. После смерти Сталина направлен послом в одно из крупнейших государств центральной Африки. И эта страна стала другом Советского Союза и предоставила ему свои стратегические просторы. То было время правления Хрущева, которого Михаил Александрович не уважал за склонность к эпатажу и низкую личную культуру, что не считал нужным скрывать. По возвращению из Африки Михаил Александрович принял решение уйти из министерства, тем более, что возраст его подошел к шестидесятилетнему рубежу. Стал пенсионером союзного значения и преподавателем Высшей партийной школы ЦК КПСС. Кандидат философских наук, Михаил Александрович быстро вырос до доктора наук и профессора. Специалистом был настоящим и высококлассным, автором нескольких серьезных монографий. Еще в середине 70-х годов Михаил Александрович, глубокий знаток Корана и истории религий, прогнозировал угрозу, которую несет миру развитие экстремистского крыла ислама. Спустя многие годы следует признать прозорливость ученого.   
          Преданный муж и заботливый отец троих детей, Михаил Александрович по своим убеждениям и принципам искренне ставил социалистические идеи выше личных интересов. Умел дружить. Среди ближайших его друзей были легендарные личности, вот лишь два примера из многих возможных. С ранней юности дружба связала Михаила Александровича с Николаем Герасимовичем Кузнецовым, будущим Адмиралом флота, чьим именем сейчас называют корабли. Близким другом и соседом Михаила Александровича стал также Председатель Госплана СССР Николай Алексеевич Вознесенский, в конце сороковых годов по ложному обвинению арестованный и расстрелянный, позднее полностью оправданный и реабилитированный. О том, насколько непростой была в те годы жизнь даже высокой партийной элиты, говорит такая подробность: случалось, что Михаил Александрович клал под подушку пистолет, чтобы иметь возможность уйти из жизни, если ночью за ним придут. Были, однако,  и положенные привилегии – в тридцатые годы Михаил Александрович делил государственную дачу на Кавказе со Всесоюзным старостой Михаилом Ивановичем Калининым, а спустя годы семейно весело отдыхал с Леонидом Ильичем Брежневым в бытность того Председателем Президиума Верховного Совета СССР. Жестко ограниченный должностными требованиями, Михаил Александрович за служебными рамками был приветлив и общителен. Прекрасный рассказчик, умеющий выслушать и поддержать разговор.  Неизменно подтянутый и чисто выбритый, он даже за обеденный стол дома садился в белой сорочке.   
          Уникальной была работоспособность Михаила Александровича – ночью спал всего часа три, привыкнув к этому за время работы в аппарате Правительства при Сталине. Днем досыпал еще час-полтора, хватало. Много читал и много писал, обладал феноменальной памятью и незаурядным здоровьем. Лекарства практически игнорировал, шутливо руководствуясь соображениями: если боль выше пупка – поможет пирамидон, ниже пупка – пурген, а лучше всего здоровый сон. Лет до семидесяти почти не болел, потом стремительно сдал после смерти жены, которую в течение всей жизни безоглядно любил и оберегал. Это была его позиция, нравственная и человечная – в определенные периоды истории советского государства иметь жену-еврейку было крайне рискованно и опрометчиво. Пережив любимую супругу на три года, в возрасте семидесяти шести лет Михаил Александрович уснул и не проснулся. Остались десятки исписанных четким почерком дневников, сданных на бессрочное хранение в специальный архив, и семейные альбомы, в которых представлены в невероятном количестве фотографии легендарных личностей отечественной и мировой истории.


7. КОРИФЕЙ
          Мы с ней работали в одной организации - я в головном  подразделении, а Майя в каком-то из многочисленных международных отделов. При кулуарных встречах в мельтешении большого коллектива касались актуальных тем и новинок литературы.  Майечка была приятной, но случайной и не самой близкой знакомой. По тем временам я был по-барски обеспечен отдельным кабинетом, привилегией советской эпохи. Однажды Майя пришла туда, соответственно предварив свое появление звонком.  И принесла письмо-ходатайство  Президиума Академии наук СССР с просьбой командировать к ним Майю Штернфельд на две недели для разбора семейных архивов ее отца, Ари Штернфельда. Из рассказа Майи я услышал интересные подробности семейной истории, связанные с биографией отца.
          Ари Абрамович Штернфельд родился в 1905 году в небольшом польском городке, входившим в ту пору в состав Российской империи, и  был единственным сыном в купеческой семье. Уже в детстве его увлекла фантастическая идея полетов за пределы Земли, но серьезный интерес к этой теме возник у юноши лет в двадцать, когда он проникся взглядами энтузиастов-предшественников. Познакомился с работами Альберта Эйнштейна и даже получил от него личное письмо в ответ на заданные ученому вопросы. В польском городе Лодзи Ари Штернфельд окончил еврейскую гимназию. В то время в Российской империи существовал образовательный ценз по национальности, вследствие чего одаренный еврейский юноша вынужден был продолжить образование за рубежом. В стремлении к высшему техническому образованию отправился во Францию. Там работал грузчиком, зарабатывая на жизнь и помогая обедневшим к тому времени родителям. Учился, живя в неотапливаемой комнате и нередко недоедая. После трех лет учебы окончил Нансинский университет,  получил диплом инженера-механика и переехал в Париж. Работал технологом и конструктором, сделал несколько перспективных изобретений. Поступил в докторантуру Сорбонны для работы над диссертацией по проблемам захватившей его идеи космических перелетов. Читал литературу по специальности, выступал с лекциями, писал статьи.  В начале тридцатых годов вступил в переписку с Константином Эдуардовичем Циолковским, продолжавшуюся до смерти Циолковского в 1935 году. Но еще раньше, года за два, Ари возвратился в Польшу и начал работу над монографией «Введение в космонавтику», в которой сформулировал базовые проблемы на дороге к освоению космического пространства.  Только энтузиазм автора не находил отклика у ученой аудитории, его идеи признавались далекими от реальности. И Ари Штернфельд опять отправился в Париж. Там после многих усилий его стремление привлечь внимание общественности к значимости космических перелетов дало, наконец, ощутимый результат, в январе и феврале  1934 года во Французской академии наук состоялись два  доклада Ари Штернфельда о возможных траекториях движения объекта в межпланетном пространстве. С этого времени начинается официальное признание работ Штернфельда, открывающее ему  заманчивые перспективы. Но к тому времени Ари и его жена, французская коммунистка Густава Эрлих уже увлечены социалистическими идеями и решают уехать в Советский Союз.   
          В 1935 году Ари Штернфельд с женой приняли советское гражданство и  переехали, Ари начал работать в Реактивном научно-исследовательском  институте (РНИИ).  Вскоре была переведена на русский язык и вышла в свет его книга "Введение в космонавтику", ранее уже привлекшая внимание ученых за рубежом. Но пошла вторая половина тридцатых годов,  начались кадровые чистки. Руководство и многие ведущие сотрудники  РНИИ были репрессированы, в стране нарастала волна антисемитизма. Неистребимый бытовой антисемитизм, несколько затихший в двадцатые годы,  воспрянул и утвердился на государственном уровне на укреплении контактов советских руководителей с лидерами фашистской Германии. Ари Штернфельд репрессирован не был, но из института уволен. Предпринятые попытки убедить руководство Академии наук в необходимости сохранения тематики работ по созданию предпосылок освоения космического пространства  были тщетны. Обращенная им к самому Сталину просьба о помощи в продолжении работ осталась без ответа. До конца своей не самой короткой жизни Ари Штернфельд был по сути отлучен государством от любимого дела. Последующие сорок три года трудился для заработка где придется, а все свободное время,  работая у себя дома, отдавал теоретическим проблемам космических полетов. Работал один, не имея ни сотрудников, ни помощников. Инициативно вел теоретические изыскания, рассчитал и исследовал множество траекторий космических полётов. Предложил траектории с предварительным удалением от цели и выделил оптимальные, обеспечивающие экономию топлива.
          В 1938 году родилась старшая дочь Ари и Густавы Майя, а двумя годами спустя - вторая дочь Эльвира. В первые же дни войны Ари Штернфельд обращается в военкомат с просьбой о зачислении в армию, но получает отказ и эвакуируется в семьей на Урал. Работает в техникуме преподавателем и продолжает, и тогда, и после войны,  свою работу над теорией космических полетов.  Как впоследствии рассказала мне Майечка Штернфельд, все расчеты ученый вел при помощи ручного арифмометра и логарифмической линейки – большего в стране победившего социализма, ставшей в послевоенные годы благодаря его работам лидером космонавтики, ему не полагалось. В 1944 году Ари Штернфельд возвращается с семьей в Москву и безуспешно ищет работу. В поисках средств к существованию пишет статьи в научно-популярные журналы и массовые газеты, многие годы пытается увлечь космической тематикой научный мир и техническую интеллигенцию. Делает доклады, читает лекции. В 1956 году вышла книга Ари Штернфельда "Искусственные спутники Земли", в 1958 году после запуска первого искусственного спутника она была переиздана с дополнениями.  Я держал в руках одну из этих книг, с автографами многих известных космонавтов и трогательной их надписью в адрес автора книги: "Одному из отцов мировой и отечественной космонавтики…" Сегодня по предложенным Штернфельдом траекториям запускают космические корабли, официально называя эти траектории "штернфельдовскими". Труды Ари Штернфельда стали признанной мировой классикой, издаются и переиздаются на десятках языков.  Его научная деятельность получила мировое признание:  в начале шестидесятых годов Ари Штернфельд стал обладателем ученой  степени доктора наук Honoris causa (по заслугам без защиты диссертации) ряда зарубежных университетов, международных престижных премий. Вслед за мировым признанием заслуг ученого и в советской стране сочли его достойным ученой степени доктора технических наук  Honoris causa и звания заслуженного деятеля науки и техники. Вот только не дали ученому ни  постоянного места работы, ни пенсии по старости,  назначение которой состоялось только благодаря личному  участию Президента Академии наук СССР.
          Похоронен Ари Абрамович Штернфельд на Новодевичьем кладбище. На могильном памятнике высечено на латыни «Per aspera ad astra» (Через тернии к звездам). Фундаментальная роль Ари Штернфельда в освоении космического пространства не ограничивается привлечением общественного внимания к этой проблеме и  расчетом оптимальных траекторий полетов. Он ввел понятие «космических скоростей» и рассчитал  их стартовые значения. Ари Штернфельду принадлежит авторство терминов «космонавтика» и «космодром». Он сформулировал проблему «сезонов космической навигации» и на основе «теории относительности» убедительно доказал принципиальную возможность достижения звезд в течение человеческой жизни.
          Конечно же, наша организация командировала Майю Ариевну Штернфельд в распоряжение руководства Академии наук, как об этом нас просили в упомянутом в начале рассказа письме. Семейный архив Ари Штернфельда, содержавший письма Константина Эдуардовича Циолковского, Альберта Эйнштейна, Сергея Павловича Королева и ряда других корифеев науки, черновые записи и теоретические разработки его самого,  был разобран, систематизирован и частично передан личному фонду Ари Штернфельда в Политехническом музее столицы. Остается добавить небольшую интересную деталь: в поколениях семья Штернфельдов хранились подробные генеалогические росписи, уходящие корнями в глубочайшую старину. Из них следовало, что род ведет свое начало из двенадцатого века от одного из величайших мыслителей Моше бен Маймона, именуемого Маймонидом или Рамбамом – философа, целителя, ученого и теолога.  Переходящий по наследству фолиант семейного генеалогического дерева девяти веков и почти сорока поколений в годы второй мировой войны остался в Польше на родине Ари Штернфельда у его родителей и вместе с ними был уничтожен фашистами.


8. ЭДВАРД БЕРНЕЙС, ОТЕЦ ПИАРА
               Кто сегодня не слышал английское слово “пиар”? Означающее
               “связи с общественностью”, оно ассоциируется в нашем
               сознании прежде всего с рекламой. А знаем ли мы человека,
               которому обязаны этим термином и его реальным
               содержанием? Имя Эдварда Бернейса нечасто встречается
               в общественном пространстве. А ведь именно его следует
               считать “отцом” пиара как процесса взаимодействия с
               обществом для решения возникающих задач продвижения
               товара или услуги.  Именно он создал методологические
               основы пиара, благодаря которым сегодня мы рассматриваем
               пиар как науку, требующую знаний психологии человека
               и общества. В современном понимании пиар не только и не
               столько реклама товара, услуг и предлагающих их компаний,
               сколько деятельность по созданию имиджа этих компаний, по
               формированию доверия к ним в общественном мнении.  А
               началось с того, что некогда молодой журналист Эдвард
               Бернейс в решении задач рекламы, вопреки сложившимся к
               началу прошлого века традициям, сделал упор не наубеждение
               с позиций здравого смысла, а на подсознание людей и
               манипулирование возникающими у них чувствами. Теми
               чувствами, которые проявляются у человека при
               возникновении интереса к поднимаемой теме. Обращение  к
               психологии вряд ли было случайным: Эдвард Бернейс
               доводился близким родственником знаменитому психологу и
               психоаналитику Зигмунду Фрейду, причем сразу с двух сторон
               – племянником Зигмунда Фрейда по своей матери, его родной
               сестре,  и племянником жены Зигмунда Фрейда, родной сестре
               отца Эдварда.

          В последнее десятилетие XIX века в венской семье уважаемого еврейского рода родился мальчик Эдвард. Спустя короткое время семья переехала в Нью-Йорк, где отец мальчика Эли Бернейс начинает успешно торговать зерном на товарных биржах. Подрастающему сыну отец прочит такое же будущее, денег на обучение не жалеет. Эдвард окончивает частную школу и по выбору отца поступает в Корнельский Университет. Учится успешно и в 1912 году получает диплом бакалавра в области сельского хозяйства. Однако наделенного воображением честотолюбивого юношу такая карьера не привлекает, и вопреки желанию отца он уходит в  журналистику, избрав стезей рекламную деятельность. Эдвард хочет заниматься информацией в общественным пространстве, создавать имидж компаниям и товарам, политикам и актерам. Работает одновременно в двух медицинских журналах, просвещает и убеждает. С 1913 года Эдвард Бернейс еще и пресс-секретарь на Бродвее. Повседневная деятельность в размещении рекламы театральных постановок в воскресных выпусках газеты. Тривиально и скучно. К тому же эффективность такой рекламы не слишком велика. Эдвард придумывает рекламировать не актеров и постановку, как это делали до него, а основные мотивы спектакля и затрагиваемые проблемы. И доносить мысль до зрителей через пробуждаемые спектаклем эмоции. Эта идея получила развитие, когда позднее Эдвард занялся продвижением американской адаптации пьесы Э. Бриё “Порченные” (“Les Avari;s”, 1902), повествующей о жизни проституток. В американском обществе тех лет господствовали пуританские нравы, прямая реклама этой постановки была невозможна.  Для решения Бернейс создает через медицинские журналы некий “Медицинский комитет социологического фонда”, в рамках деятельности которого среди прочего рассказывалось о венерических заболеваниях, о пользе полового просвещения, о половой гигиене. Причем с неоднократными упоминанием названия пьесы. К работе упомянутого фонда Бернейс привлек Франклина Рузвельта (тогда сенатора от штата Нью-Йорк) и его супругу Элеонору Рузвельт,  Джона Рокфеллера-младшего и других известных людей, которые расценили пьесу как поучительную, ее постановку на американских сценах посчитали целесообразной и не чурались сообщать об этом в своих интервью СМИ. Всем этим общественная почва была должным образом удобрена, после чего Бернейс запустил обычную рекламу. Премьера пьесы прошла с аншлагом и имела оглушительный успех.
          Получив начальные представления о технологии воздействия на общественное мнение и некоторую практику, Эдвард в 1915 году берется за очень непростую задачу прорекламировать в Америке гастроли русского балета – знаменитые “Русские сезоны” Сергея Дягилева. На тот момент русский балет знали лишь в Европе, а для Америки это представление со странными танцами в странных костюмах было малопонятной экзотической диковинкой. Бернейсу следовало в кратчайшие сроки подготовить аудиторию, заинтересовать всякого уважающего себя американца. Однако в редакциях профильных журналов Бернейсу отказали в публикации фотографий балерин в юбках выше колен -  это противоречило бы морали американского общества. Неизвестно, как Бернейс преодолел это препятствие - заплатив то ли костюмерам, которые удлинили юбки балерин, то ли  ретушерам, которые удлинили злосчастные юбки на снимках?  Но как бы то ни было, в журналах были опубликованы костюмы, не противоречащие пуританским взглядам. Потом Бернейс разделил тематические информационные потоки – для разных аудиторий стал рассказывать разные истории. В женских журналах расписывалась красота и самобытность костюмов, изящество балерин и красочность декораций. В журналах для мужской аудитории рассказывалось о многочасовых напряженных репетициях танцоров. В “желтых” изданиях печатались истории из жизни звездных артистов Нижинского, Немчиновой и других, публиковались фотографии танцовщиц в откровенных облегающих нарядах. А в тематических журналах размещались материалы о музыке и композиторах, о балетмейстерах и художниках, работавших над созданием спектаклей. Артисты преподносились соответственно истине как представители великой балетной школы. Гастроли в Америке прошли с триумфом, Америка полюбила балет и “Русские сезоны”.
          В годы Первой мировой войны (1914-1918 гг.)Эдвард Бернейс - член Комитета Общественной информации (прообраза будущих органов пропаганды США).  Доступными ему способами, опираясь на волонтеров, он решал задачи демонизации образа врага с целью убедить нацию, что времена изоляционизма закончились и что Америка обязана вступить в далекую от нее войну (как это и случилось в 1917 году,  когда США приняли участие в Первой мировой войне на стороне Антанты). С подачи Бернейса возникло в те годы то, что мы именуем сегодня “коричневым пиаром”.
          Тогда же в рамках масштабной агитационной кампании Эдварду Бернейсу поручили  склонить итальянскую диаспору в Америке к участию в войне на стороне США. Понимая, что убедить американцев итальянского происхождения воевать с немцами проблематично, Эдвард пошел другим путем – напечатал агитационные листовки с изображением знаменитых итальянцев и указал, что участие американских итальянцев в войне отвечает интересам Италии ради сплочения Антанты, к которой Италия присоединилась. Другими словами, сыграл не на ненависти итальянцев к немцам и не на любви итальянцев к Америке, а  на любви итальянцев с американским гражданством к их родной Италии. В итоге при вступлении США в эту войну в ней приняло участие на стороне США значительное количество американских итальянцев.
          В  том же 1917 году во время пиар-кампании по продвижению фильма “Клеопатра” Бернейс разместил в СМИ провокационные фотографии с откровенными нарядами актрисы Теды Бара, сыгравшей главную роль. В итоге фильм в течение года посмотрели около пяти миллионов зрителей.
          В 1919 году успех Эдварда Бернейса подвигнул амбициозного молодого человека к созданию собственного рекламного предприятия с начальным штатом из шести сотрудников.  Не без влияния представлений своего дядюшки Фрейда об иррациональности и эмоциональной лабильности людей Эдвард Бернейс пришел к созданию собственных методов убеждения масс и манипулирования человеческим мнением. Подход Эдварда Бернейса к решению встающих перед ним задач рекламы непопулярных товаров можно было бы определить как смещение бытующих взглядов на проблему с представлением и акцентированием положительных качеств рекламируемого товара. Нередко он предлагал массовому сознанию новые звучные характеристики продвигаемого товара и названия, по иному его освещающие. Вникая в вопросы использования рекламируемых товаров, Эдвард находил убедительные аргументы в пользу их продвижения. Вот еще несколько показательных примеров-кейсов из необъятной практики Эдварда Бернейса.   
          По заказу производителей табачных изделий Эдвард Бернейс сделал курение популярным среди женщин. Для этого он звучно назвал сигареты “факелами свободы”, способными сделать женщину более сильной и независимой.  Одновременно заявил, что табу на женское курение - это дискриминация. А медики по его инициативе сообщили широкой общественности, что курение способствует похудению курильщика (курильщиц). Организованные Эдвардом пиар-акции были  широко освещены в прессе, предложенные аргументы показались убедительными и были восприняты общественным сознанием, что сделало женское курение в Америке популярным в массах к выгоде производителей табачных изделий. Впрочем, позднее это не помешало Эдварду Бернейсу с энтузиазмом и тем же неизменным успехом участвовать в антитабачных компаниях с оплатой их другими заказчиками.
          Вплоть до последней четверти XIX века наручные часы считались в Америке женским аксессуаром, неуместным у мужчин традиционной сексуальной ориентации. Эдвард Бернейс по заказу производителей часов провел исследование возможностей расширения рынка сбыта и обратил свое внимание на армию. Когда же выяснил, что солдаты для определения времени подносят к своим карманным часам зажженную спичку, то увидел в этом значительный риск для их жизни в условиях военных действий. Привлек к этому вопросу внимание  высшего военного руководства, после чего последовали солидный армейский заказ на наручные часы в «мужском исполнении» и заказанная Эдвардом "правильная" реклама в СМИ. В результате часы на руках у мужчин были приняты обществом и стали модным мужским аксессуаром.
          Эдвард Бернейс способствовал популяризации в народе Президента США Калвина Кулиджа (1923-1929), адвоката из фермерской семьи, который в глазах общественности Кулидж выглядел жестким, скучным, замкнутым и угрюмым. Чтобы создать ему репутацию веселого, общительного и гостеприимного человека, Бернейс придумал устраивать в Белом доме освещаемые прессой завтраки с  концертами звезд и народных кумиров. Об этом, разумеется, писали газеты, что в глазах публики наделило Калвина Кулиджа мнимой харизмой. Были довольны и Президент с его сторонниками, и приглашаемые звезды эстрады.
          Вот краткое упоминание некоторых других акций, вошедших в жизнь и быт народов инициативой и творчеством Эдварда Бернейса (детали его решений "с черного хода" опускаю):
          Сделал бекон и яйца "классическим американским завтраком".
          Превратил бананы из экзотического фрукта в повседневный и  популярный фрукт.
          Пролоббировал создание скоростных шоссейных дорог, что увеличило продажи грузовиков.
          Для расширения продаж фортепиано создал моду на "музыкальные комнаты" в частных домах.
          Разрекламировал продажу автомобилей "Додж", для чего привлек к озвучиванию рекламы Чарли Чаплина, который был крайне популярен, но известен только по немым фильмам.
          Поднял упавший спрос на сеточки для женских волос по заказу их производителя компании Venida.
          Придумал взаимный пиар компаний со взаимным обменом клиентскими базами.
          По заказу производителей мыла поднял в США его продажи, создав моду на детскую резьбу по мылу.
          В 1918 году Эдвард Бернейс в свите президента Вильсона едет на Парижскую мирную конференцию, которая знаменовала собой окончание Первой Мировой войны. По возвращению в Америку к Бернейсу приходит понимание того, что методы военной пропаганды, которые он использовал во время агитационной кампании, с успехом можно применять и в мирное время для простых граждан. Понимая, что слово “пропаганда” в сознании обывателя ассоциируется с авторитарным режимом и воспринимается чересчур одиозно как инструмент формирования общественного мнения и управления страной, Бернейс попытался заменить его нейтральным термином. Возникло понятие “консультирования по связям с общественностью”, что на английском языке звучит как “public relations” (сокращенно “PR” или пиар - в русскоязычном употреблении). Так зародился привычный всем нам термин “пиар”.
          Эдвард Бернейс  успешно проявил себя в разных ипостасях пропаганды-пиара уже к своим 28 годам.  Он стал признанным авторитетом  в вопросах манипулирования общественным сознанием в интересах той или иной политической силы или в пользу какого-либо бренда. Технологии Бернейса получили широчайшее развитие в рекламе, решая задачи роста продаж и увеличения выручки. С годами Эдвард Бернейс стал настоящей звездой на горизонте общественного мнения. Среди его клиентов были Томас Эдисон и Энрико Карузо, Вацлав Нижинский и Сергей Дягилев, президенты Вильсон, Кулидж, Гувер и Эйзенхауэр. Он работал с такими гигантами, как General Motors и General Electric, CBS и NBC, Procter & Gamble и Waldorf Astoria, консультировал правительственные агентства и благотворительные фонды. Обобщая свой опыт социалогических исследований и психологической манипуляции, написал и опубликовал несколько книг по теме пропаганды.
          Бернейс создал методы массового убеждения и манипулирования, которые не просто увеличили продажи или популярность его клиентов, но изменили Америку и повлияли на весь мир. Эдвард стремился стать на точку зрения потребителя товара или услуг и начать думать, как он. Из этого подхода родилась тенденция не прямой рекламы, а подведения самого потребителя к мысли о необходимости ему этого товара или услуги. Лозунгом Эдварда Бернейса в рекламе могли бы стать его слова “Воздействуйте на подсознательное, вместо того чтобы прямо рекламировать товар”. Эдвард Бернейс был креативным профессионалом и талантливым  манипулятором, кардинально повлиявшим на сегодняшний облик пиара. И такой побочный эффект - используя в своей деятельности взгляды и разработки Зигмунда Фрейда, Эдвард Бернейс способствовал росту и его популярности.
          Умер Эдвард Бернейс на рубеже тысячелетий в возрасте 103 лет. Журнал “LIFE” включил имя Эдварда Бернейса в список ста самых влиятельных американцев XX века.


9. РОМКА
          Познакомились мы с ним на отдыхе, когда Ромке только-только пошел четвертый год. С виду - обычный подвижный ребенок с живыми карими глазами, подобный многим другим детям. Вот только порой  вопросы его звучали неожиданно, да и на обращенные к нему вопросы случались странные ответы.  Впрочем, вопросов в обе стороны могло  быть и больше, если знать некоторые Ромкины особенности. Например, придуманную им в трехлетнем возрасте собственную систему исчисления, после чего Ромка оказался в поле зрения специалистов по раннему развитию детей. Интерес к нему проявляли тогда даже некоторые маститые академики от педагогики. Обычные детские забавы Ромку не очень интересовали, но и в них он находил для себя необычные аспекты и новые точки зрения. Помню, что когда он увлекся игрой в шашки, то успешно реализовывал собственную оригинальную стратегию игры по критерию гармонии складывающейся позиции. И при этом не слишком заморачиваясь классической теорией этой игры – главное, чтобы расстановка фигур была равновесной и красивой. Трудно поверить, но выиграть у него получалось крайне редко.
          Ромкины родители были обычными представителями советской интеллигенции, выпускниками МГУ. С той оговоркой, что были людьми умными, что не всегда сопровождает наличие диплома об образовании. Мама стала филологом, отец - инженером. Любители походов и заядлые байдарочники. Каждый со своим и тоже не вполне стандартным мышлением, со своими подходами к возникающим задачам.
          Не самую редкую на его родине фамилию “Свердлов” Ромка унаследовал от отца, принадлежащего к  разветвленной династии Свердловых, вобравшей в себе противоречия и парадоксы эпохи. Две революции и Гражданская война начала двадцатого века разбросали членов их большой семьи по разные стороны баррикад. В отцовской семье скромного нажегородского ремесленника-гравера Михаила Израилевича Свердлова, владельца небольшой переплётной мастерской,  с одной стороны оказался революционер Яков Михайлович Свердлов, государственный деятель и ключевая фигура большевистского движения. С другой стороны баррикады был его родной брат Зиновий Михайлович Свердлов, сохранившийся в истории под псевдонимом Марков, известный контрреволюционер и, по непроверенным данным, белый генерал, убитый в ходе Гражданской войны в 1918 году. Годом позже во время эпидемии “испанки” от этой вездесущей болезни скончался и большевик Яков Михайлович. Исторические коллизии семьи Свердловых на братьях не кончились и углубились в поколениях - сын Якова Михайловича Андрей после смерти отца тоже стал заметной фигурой в политике СССР, попал под репрессии сталинских чисток тридцатых годов и в 1938 году расстрелян. Осколки семьи Михаила Израилевича Свердлова, ставшего в первом его браке отцом четырех сыновей и двух дочерей, а во-втором браке после смерти первой жены - отцом еще двух сыновей,  рассыпались по свету. Биографии некоторых из них с позиций современности представляются легендированными.
          На переломе двухтысячных годов отец Ромки скончался после тяжелой болезни, после чего Ромка со своей мамой, ставшей профессором филологии, оказались в США. Иная среда поставила перед подростком новые задачи и заставила преодолевать новые трудности. Способный юноша со свойственной ему самоотдачей увлекся математикой и физикой.
          Особый его интерес в тот период привлекла знаменитая “теория струн”, претендующая на способность охватить общим взглядом и единой математической структурой все фундаментальные взаимодействия природы (гравитацию, электромагнетизм, слабое и сильное ядерные взаимодействия). Рассматривая все частицы и силы во Вселенной как одномерные струны, вибрирующие с разной частотой, и посредством такого подхода описывающая различные типы частиц, “теория струн” стремится объединить квантовую механику и общую теорию относительности, что делает ее кандидатом на “теорию всего” - единую модель для объяснения всех явлений во Вселенной. В начальный период Ромкиной увлеченности эта теория была гипотетической, какой и остается до настоящего времени. Опираясь на сложнейшие математические расчеты в пространстве многих измерений, она нуждается в экспериментальном подтверждении. Решение возникшей задачи стало бы настоящей революцией в мире физики, способной все известные и еще неизвестные, но возможные компоненты Вселенной (электроны, протоны, нейтроны и др.) свести к этим “струнам”, к единой материи, поведение которой описывается знаменитой формулой Альберта Эйнштейна E = mc2.
          Преодолевая трудности бытового общения и языковые барьеры, Ромка учился в знаменитых американских университетах, а потом в поисках “своего” ментора по интересующей специализации подался в Индию. Во всем большом мире оказались всего два узких специалиста по этой теме с необходимыми глубочайшими знаниями. Несколько лет жил, учился и работал в столице страны Мумбаи, вел исследования, подготовил и защитил диссертацию. Вернулся в США и опять годами учился и работал, продолжая начатые исследования и углубляясь в новые темы. Защитил еще одну диссертацию, получил еще одну докторскую степень.
          Время и расстояние скрыли от меня следы Ромки. Но я с интересом взглядываюсь в списки очередных претендентов на Нобелевскую премию – не всплывет ли там Ромкино имя? А вдруг?...


10. ПРИХОТЛИВАЯ СУДЬБА
          В конце восьмидесятых годов страну захлестнул бурный поток кооперативного движения. Получившие право свободного предпринимательства инициативные наши сограждане пекли пирожки и шили джинсы, водили экскурсии и доставляли на дом продукты. Больше всего, конечно, перепродавали что придется. На поднятой деловой волне в поволжском городе Тольятти появился торговый кооператив, один из многих подобных. Среди его учредителей был инженер Анатолий Николаевич К.  Что-то они купили и выгодно продали, затем еще купили и еще продали. Дело пошло успешно, прибыль отправляли на развитие, кооператив развивался. Совсем было встали на ноги, когда приключилась с Анатолием Николаевичем беда, автомобильная авария. Раздробленную ногу его пришлось ампутировать. Калека.  Какой из калеки работник и муж?   Первыми отвернулись товарищи, с которыми заладил кооператив, исчезли, как не были. С ними пропала его доля в кооперативе, пропали вложенные деньги и возможные доходы. Немногим позднее ушла  жена, прихватив их маленького ребенка. Никому не нужен.
          Человек слабый на этом бы кончился. Да и Анатолий Николаевич по первому времени был здорово не в себе. Из больницы выписали на костылях, культя кровоточила, ни пойти, ни поползти. Начал пить. А потом поймал себя: "Стой!"  Подхватил случайного знакомого со старенькими "Жигулями": "Помоги, –  мол, – повози. Отслужу, расплачусь, не забуду".   И ведь поверил случайный знакомый, начал возить Анатолия Николаевича. Тот зубы сжал и в новые авантюры бросился. Одно начинание, другое – пошло! С сердечным водителем расплатился, постепенно стал обороты набирать. Появились деньги, опять окружили люди. Культя немного окрепла, врачи протез заграничный подобрали, смог сам ходить.
          Мне довелось познакомиться с Анатолием Николаевичем через несколько лет после этих событий. Приехал в Тольятти со своим партнером, с которым у Анатолия Николаевича тоже был бизнес. Принял нас Анатолий Николаевич во Дворце культуры, что в центре Тольятти. К тому времени этот дворец уже ему принадлежал, а Анатолий Николаевич много всего имел и многим владел. Семью новую построил, с молодой женой ребенка произвел. Энергичный был человек, масштабный.
          Могла бы история иметь счастливый конец, но нет. Звонил он мне позднее в Москву по случайным вопросам, и порой как-то странно разговаривал – опять пить начал. Возможно, понесло его на больших деньгах. Потом с одной из местных криминальных группировок влияние или деньги не поделил, автомобиль его взорвали. Водитель погиб, а Анатолию Николаевичу оторвало еще и руку, да тяжело контузило. Похоже было, что не последнее покушение. Срочно вывезли тогда Анатолия Николаевича на носилках под вооруженной охраной за рубеж. Только несколько лет спустя тот же мой партнер сообщил, что Анатолий Николаевич поправился, насколько это возможно, и вернулся в Россию опять делать бизнес.


11. ИСТОРИЯ ГЕНЕРАЛА
          Говорят, плох солдат, который не хочет дослужиться до генерала. Только дослужиться мало, надо еще генералом остаться. Славе дослужиться удавалось, а остаться нет. Два раза. Виноваты в том широта души и бухгалтерские счеты.
          Слава был сотрудником хитрого учреждения. Можно думать, хорошим сотрудником, потому что рано стал полковником. Потом, по истечению положенного срока, присвоили ему генеральское звание. Если Вам не присваивали генеральского звания, Вы понять не можете, какая это радость. Что делают нормальные люди в радости? Ну, да, улыбаются, делят радость с близкими. А еще? Правильно, обмывают. Пьют, и порой много. Что Слава и сделал, по открытости своей и по простоте душевной. За то поплатился – звание генерала сняли, вернули в полковники. Другой на его месте закис бы, запил. А он нет. То есть пить пил, но не закисал.  Через какое-то, не самое короткое время, за достигнутые успехи и примерное поведение ему опять присвоили воинское звание генерала. На этот раз напиваться до потери пульса Слава не стал, выпил совсем немного. Только кровь молодая, молодецкая, событие нестандартно отметить требовала. А потому Слава во всеоружии воинской доблести и под прикрытием служебного своего положения скатился по уклону дороги от Боровицких ворот московского Кремля. На конторских счетах скатился. Кому бы это удалось, вот так от самых правительственных ворот? Славе удалось. Рекорд оценили, но нехорошо – звания генерала Славу лишили вторично.
          Размыты Славины следы на дорогах перестройки. Только все это правда.


12. СОВЕТСКОЕ БРАТСТВО, ИЛИ БЫЛО У ОТЦА ТРИ СЫНА...
(По следам реальных событий)
 
          Отец их был евреем на три четверти, мать – наполовину. Во всем, кроме свидетельств о рождении, братья  были русскими, но кто станет разбираться, видя запись в графе о национальности. А братьям так не хотелось числиться  на своей родине «безродными космополитами»! И когда подросшему старшему брату пришло время получать паспорт, юноша решил действовать. Придя в компетентную службу дальневосточного Магадана в суровом Колымском крае, где родился и вырос, он честно сказал, что чувствует себя русским человеком и просит таким его числить и оформить. При этом, опираясь на унаследованный опыт выживания в социалистической экономике, он сопроводил свое заявление готовностью материально усилить озвученный аргумент, для чего располагал притаившимися в кармане ста пятьюдесятью рублями. Капитал был выкроен любящей мамой из семейного бюджета и представлен купюрами по пятьдесят рублей.
          Намерение сообразительного молодого человека оценили благосклонно. Сторговались на тридцати рублях, в то время эта сумма еще имела покупательную способность. Благодарный юноша извлек пятидесятирублевую банкноту и наивно попросил сдачу. Двадцати рублей для сдачи не нашлось, но выход проситель  быстро нашел сам, предложив зачесть их в пользу брата-погодка, которому вскоре тоже предстояло получение паспорта. Незыблемость советской власти и вера в постоянство советского аппарата позволяли рассчитывать на эту сделку. В итоге молодой человек стал по паспорту русским, что соответственно увеличило численность титульной нации к вящей славе государства.
          Через год в те же стены пришел второй брат с той же просьбой. Ситуацию вспомнили, обещание зачесть долг тоже. И даже таксу приняли, как должное. Только у второго брата не оказалось при себе недостающих десяти рублей, а за двадцать рублей ему могли предложить принадлежность только к украинской нации. Конечно, украинцы братья русским, но младшие, здесь и цена поменьше. Так второй брат стал украинцем.
          Вскоре вся семья переехала из магаданской области в центральную часть России, а еще через несколько лет третьему, младшему  брату настала пора получать паспорт. К тому времени  условия изменились, и он стал по паспорту евреем.
          Вот и живут на свете еврей, русский и украинец, трое родных братьев из советской семьи братских народов.   


13. ПУТЕШЕСТВИЕ МОЛОДОЖЕНОВ
          Сергей, студент московского института, будущий врач-эпидемиолог, женился. Не надо смеяться, с каждым может приключиться. Это событие они с молодой женой решили отметить поездкой на теплоходе по Волге от Москвы до Астрахани. Представляете себе: отдельная каюта, предупредительные стюарды, изысканное по тому времени меню. Прекрасные волжские виды, маленькие старинные городки с базарами-развалами. Местные музеи с заблудившимися шедеврами. Несравненные волжские помидоры, ароматные арбузы, домашняя выпечка на стоянках. Представляете? Вот и они все именно так себе представляли. Только жизнь внесла коррективу:   аккуратно в день отъезда молодоженов из Москвы зафиксирована была в регионе Волги вспышка холеры, вследствие чего объявлен карантин.
          Плыли молодые до Астрахани без остановок. Еда… ну, вы понимаете. Само собой, исключились овощи-фрукты. Все прочее соответствовало ситуации, не было ни музеев, ни  прогулок вдоль резных палисадов. А в Астрахани Сергея ссадили с теплохода и забрали в инфекционную больницу. Подхватил ли он холеру или врачи подстраховались, изолировав его от общества с обычной диареей от некондиционных харчей, сказать не могу. Только провел Сергей в холерном бараке положенный срок под капельницей и на унитазе, а молодая жена его металась на свободе в попытке передать супругу записку со словами любви и материальное подкрепление своих чувств в виде недозволенных съестных припасов.
          Для будущего эпидемиолога такой взгляд на проблему изнутри был безусловно полезен. Только спустя не самое продолжительное время после той поездки Сергей развелся. Нельзя исключить, что именно поездка разочаровала его в семейном счастье.


14. ВЫБОР ЛИДЕРА
          В 1960 году советские люди услышали имя Патриса Эмери Лумумбы, африканского общественного деятеля, первого Премьер-министра новообразованной Демократической республики Конго, бывшей бельгийской колонии. Лидер левого толка, он быстро лишился своего поста в результате возникшего в стране политического кризиса. В ходе последовавшей гражданской войны пользовался поддержкой Москвы, приславшей несколько военно-транспортных самолетов и группу советников – по-видимому, Лумумба рассматривался как возможный агент нашего влияния в стратегически важном регионе. Когда возникла угроза его жизни, была сделана попытка спасти Лумумбу, для чего Советское Правительство направило в  Конго специального представителя, уполномоченного предложить опальному лидеру политическое убежище и помощь в перемещении. Лумумба отказался от этого предложения то ли из высоких мотивов патриотичности, то ли полагаясь на благоприятный исход событий. Факты таковы, что он решил бороться и умереть на родине. Последнее успешно удалось ему в январе 1961 года.  У нас он стал символом борьбы с капитализмом-колониализмом. Имя Лумумбы незамедлительно присвоили московскому Университету Дружбы Народов, улицам многих советских городов.  Приобрела  популярность его знаменитая фраза, произнесенная с трибуны в адрес бельгийских колонизаторов: "Мы больше не ваши обезьяны!"
          Записано со слов человека, уполномоченного передать Патрису Лумумбе приглашение советского правительства с предоставлением ему убежища.


15. ДЕВИЧЬЕ ДОСТОИНСТВО
          Лариса с детства поняла "как правильно". Училась отлично, была скромна, прилежна, послушна. Ладная, симпатичная девчушка, каких всегда ставят в пример. Когда перешла в пятый класс, шла середина семидесятых. В школах тогда были приняты уроки труда, раздельные для мальчиков и для девочек – девочки кроили, мальчики строгали. Классную руководительницу, по совместительству проводившую уроки труда у девочек, посетила однажды хорошая идея: рассказать ученицам, какой должна быть скромная  женщина-труженица. И вообще, что такое девичья честь и девичье достоинство. По замыслу учительницы, это должен был сделать кто-либо сторонний. Например, мама одной из учениц. Лучше всего для этого подходила мама скромной ученицы. Ну, а кто скромнее Ларисы?
          Лариса передала просьбу классной руководительницы своей маме Маргарите Борисовне, продвинутому архитектору-дизайнеру.  Та охотно согласилась и в условленное время появилась в классе. На голове у Маргариты Борисовны был длинный черный парик, камзол канареечного цвета переходил в  зеленые короткие брючки. Наряд довершали высокие сапоги-чулки, грудь украсило большое колье. Понятия не имею, что говорила девочкам Маргарита Борисовна, хотя, уверен, говорила она умно и искренне, как ей свойственно. Только встреча прошла совсем не в том русле, которое наметила классная руководительница, а Лариса даже впала в отчаяние.
          Эта история прозвучала на восьмидесятилетии Маргариты Борисовны. Лариса, ставшая известным журналистом, автором книг и сотрудником престижных изданий, созналась, что с этой школьной встречи началась ее внутренняя свобода,  ее подлинная личность. А Маргарита Борисовна до последних ее дней была верна себе – ни на кого не похожая, творческая, обаятельная. Настоящая.


16. КОМАНДИРОВКА
          В 70-е годы прошлого века в центре Москвы жила молодая семейная пара, художники. Только поженились, как послали их работать года на два в Румынию.
          После положенных собеседований собрали вещи и документы, прошли диспансеризацию. Попрощались с друзьями и близкими и отправились. А в Румынии у главы семьи обнаружился на ноге синяк. Ну, синяк так синяк, не болит. А синяк стал увеличиваться, расползаться. На другой ноге появились синяки, и на руках. Потом синяки пошли по всему телу. Что странно – ничего не болит, а силы у парня стремительно убывают, уже и ходить не в силах. Пытались его лечить-обследовать в поликлинике при  нашем посольстве, да без толку, не найдут врачи причину болезни, помочь не могут. Собрались уже в Москву парня отправить, обездвиженного, на носилках. Но вмешались местные его коллеги-художники, привели своего доктора. Старый профессор, мудрый. Осмотрел больного, во все места заглянул, все послушал-пощупал, да и поинтересовался: "Скажите-ка мне, голубчик, как вы время перед отъездом к нам провели?"   Бедняга угасающим голосом рассказал, не забыв упомянуть про диспансеризацию. Когда профессор про лечение зубов услышал, парня на рентген повез. Просветили больному челюсти, а в зубе под пломбой – осколок иголки,  обломился при лечении и остался незамеченным. Кусок иглы под пломбой давил на какой-то нерв, через него сигнал в мозг пошел,  а тот стал со всем парнишкиным телом расправляться. И расправился бы, если б не старый профессор.
          Зуб вскрыли, иголку вытащили, пломбу на место вернули. Ожил парень, через малое время встал и пошел. В Москву через пару лет вернулся с женой и маленьким сыном. Вот такая случилась командировка.


17. В ЗАЛОЖНИКАХ
          Александр Борисович, профессиональный военный в звании полковника, оказался в заложниках по собственному простодушию. В армии занимал должность, обещавшую в близкой перспективе генеральское звание, но уволился в  запас, чтобы заняться бизнесом. Умный, энергичный и контактный, ростом под два метра и могучего телосложения, он имел шансы на успех. Действительность не подвела, дело свое построил быстро.  Бизнес набирал обороты, появились серьезные деньги, Александр Борисович обрастал знакомствами. Как-то один из новоявленных приятелей, обратив внимание на потрепанные Сашины "Жигули", предложил ему свой не новый, но респектабельный "Мерседес". "Стоит машина без пользы, а тебе по рангу впору".  Александр Борисович "Мерседес"  взял, дружеская же услуга. Катался некоторое время, удовольствие получал. Только однажды пришел к нему владелец "Мерседеса", новый друг, и спросил, какая его доля в бизнесе Александра. Очень Александр Борисович удивился и хотел тот "Мерседес" вернуть, да поздно. По понятиям уголовного мира привязан он был подарком. Новый друг авторитетным "вором в законе" оказался. Не помогли Александру ни персональная охрана, ни спортивная закалка. Отвезли его за город, в подвал поместили, на стул посадили. Руки закованы, ноги привязаны. Для начала стали над его головой бутылки бить.
          Выкупили Александра Борисовича друзья, тоже из уголовного мира, порядки знали. Бизнес Александр Борисович не бросил, но постепенно свернул. Сначала смотреть на него страшно было, с год от пережитого отходил. Сейчас полностью жизнь свою перестроил. Опять уважаемый человек, высокий чиновник.


18. ВОПРЕКИ ПРИГОВОРУ
          Иосифа Давыдовича доктора приговорили. Врожденное заболевание сердца обернулось со временем тяжелой стенокардией и резко повышенным давлением. Болезнь прогрессировала, и даже несколько шагов стали проблемой.  Врачи определили на инвалидность по первой группе и пообещали, что он еще поживет. Недолго и при условии строгого постельного режима.
          Обидно умирать, если тебе всего-то лет пятьдесят. Умирать не ко времени, если сын еще подросток, а жена красавица. А жена, Сара Давидовна, тетя Суля, как называла ее близкая молодая поросль, была в молодости изумительно хороша. Работала провизором в одной из одесских аптек, и, по дошедшей до нас легенде, люди приезжали с другого конца города, чтобы просто взглянуть на нее.
          Многие, выслушав приговор врачей, смирились бы с неизбежным, послушно исполняли медицинские предписания и в положенный срок угасли. Наверное, было такое искушение и у Иосифа Давыдовича, который стремительно терял силы, едва перемещался и уже с трудом мог себя обслужить. Но в этом милом, добром и обаятельном человеке оказалось неистовое желание жить, невзирая на приговоры.  Он стал бороться и начал с малого – двигался вопреки медицине. Вначале с трудом по комнате, потом вышел на улицу, начал понемногу гулять.
          Человек не может без дела и без обязанностей. Жена работала, сын рос, а Иосиф Давыдович принял на себя домашние заботы – готовил обеды, стирал белье. Втянулся, постепенно окреп. Прожил еще немало лет и ушел во сне, в возрасте восьмидесяти четырех лет. Изначально жизнь ему дали родители, вторично он подарил ее себе сам.


19. БЕЗ НАДЕЖДЫ
          Даже прочная броня летающего танка не устоит при прямом попадания американского "Стингера". Тяжелый российский вертолет огневой поддержки Ми-24, по-свойски именуемый нашими ребятами "Крокодилом", кружа и дымясь, грузно осел в сдавленную горными грядами афганскую долину. Из распахнувшейся двери вертолета вывалились три человека в летных комбинезонах с автоматами в руках. Пока весь экипаж жив. Огляделись. Спасения не было – по горам к вертолету неспешно спускались две группы душманов, человек не меньше двадцати. На расстоянии разглядеть трудно, но советские АК в их руках просматривались, у иных, похоже, даже с подствольниками.  Не уйдешь и не отобьёшься. Спрятаться, укрыться  негде, на помощь рассчитывать тоже не приходится. Ладно, уйдем с шумом. Генка, старший по званию, прикинул расстояние – есть с полчаса. Сели спина к спине, и потянулись томительные минуты. "Духи" приближаются, сколько осталось жить?
          Вдруг вдалеке запылило, неужели наш БТР?  Невозможно, так быстро никто сюда не доберется.  Пылевое облако стремительно приблизилось, и ребята с удивлением разглядели обычное городское такси, перемещающееся по лощинной дороге. Генка вытянул руку, голосуя. Только бы было свободно!  Машина остановилась возле накренившегося у дороги вертолета.  Водитель-афганец, если чему и удивился, то виду не подал, позволил парням сесть в автомобиль. После чего такси спокойно покатило дальше, увозя наших ребят.  Чудеса случаются, даже если их не ждешь.


20. НА ПОХОРОНАХ СТАЛИНА
          Мой научный руководитель Марк Семенович Зак, будучи студентом, присутствовал на похоронах Сталина и со своей институтской группой оказался вблизи эпицентра давки, унесшей жизни большого числа людей. Спасли смекалка, сплоченность и удача: парни плотно взяли друг друга под руки, в центр образовавшегося круга поместили девушек и так смогли добраться до укрытия.
          С учетом приобретенного на похоронах Сталина опыта протокол организации подобных массовых мероприятий позднее использован руководством страны на похоронах Брежнева, а затем Андропова, Черненко, Ельцина.


21. МАРШАЛ ИЗ-ПОД РАССТРЕЛА
          В.И., будущий Маршал Советского Союза, родился в самом начале нового ХХ века в многодетной крестьянской семье. В двенадцать лет подался на заработки, а в восемнадцать лет стал курсантом курсов РККА, где проникся идеологией большевизма. Позднее на фронтах Гражданской войны четырежды ранен, неоднократно отмечен наградами. В двадцатые годы окончил Военную академию РККА, служил, еще учился и опять служил. На втором году войны в чине генерала оказался на приеме в Кремле – были такие приемы и в годы войны. Как было принято, много выпивки. Под впечатлением от поражений начального периода военных действий чувствительный генерал не рассчитал свои возможности, выпил лишнее и случайно разбил свой бокал. Подбирая осколки, порезался. Кровь попала на его генеральский мундир. Шум привлек внимание вождя, Сталин увидел запачканную генеральскую форму. Уже назревало его решение, как приговор, без права аппеляции, но позволил себе вмешаться один из немногих лиц, которым Сталин доверял и которым иногда позволял некоторую инициативу: “Иосиф Виссарионович! Позвольте мне переговорить с В.И. Знаю его как преданного стране и Вам лично военачальника. Он только сейчас вернулся в Москву и с дороги не успел адаптироваться. Уверен, что после нашего с ним разговора он никогда больше не позволит себе так распуститься. Готов нести ответственность за сказанное мной”. Сталин махнул рукой: “Делай, как знаешь. Под твою ответственность”.
          В дальнейшем В.И. выполнял ответственные задания командования и неизменно добивался победы. Стал Маршалом Советского Союза, дважды Героем Советского Союза. Получил множество наград, включая девять орденов В.И. Ленина – высшей правительственной награды страны.


22. ПОДКРЕПЛЕНИЕ
          В психологии есть термин "подкрепление". Так называют раздражитель, способствующий выработке условного рефлекса. В расширенном понимании этот термин можно отнести к ситуации, когда человек получает подтверждение своего социального статуса или факта своего существования. Таким подкреплением может стать обращенное к человеку приветствие, вопрос о делах или о здоровье – все, что утверждает внутреннее осознание человеком его собственной значимости. Очень важно подкрепление в юности, в период роста и становления личности.
          Я учился в институте курсе на третьем, когда в учебный план ввели занятия по основам гражданской обороны. Часть лекций и практические занятия по медицине вела у нас интересная дама, доктор наук, профессор. Встречаются такие пожилые женщины – умные проницательные глаза, спокойная речь, уверенные манеры. Таких называют ведуньями, когда любят, и ведьмами, когда боятся.
          Шла заключительная лекция. В большом зале человек триста, я сижу на одном из первых рядов. Лектор закончила, пошли вопросы. Я молча слушал, до того с лектором не общался, лишь раза два участвовал в обсуждениях. Тем неожиданней для меня было, когда по окончанию сойдя с трибуны, женщина вдруг задержалась передо мной и, глядя в глаза, негромко произнесла: "Вы, я думаю, станете академиком". Без объяснений и без иронии, как пророчествовала. Сказала всем нам "До свидания" и ушла. Не знаю, чем она руководствовалась, но эта фраза засела в моей памяти и, возможно, стала психологическим подкреплением.


23. В АРХИВЕ
          Мы с Люсей работали в архиве учебного института. Осень,  наши  соученики-студенты посланы в Подмосковье убирать картошку, остались больные и лодыри. Я – больной и лодырь. Больной, потому что схлопотал язву желудка. Лодырь я по призванию. Почему Люся осталась, я не спрашивал.  Оставшихся в городе студентов использовали на подсобных работах, нас с Люсей пристроили разбирать архивные дела. Мы проверенные, секреты страны не продадим. Люся родственница секретаря Центрального комитета партии, и я по случаю чей-то родственник.
         Архив на чердаке. Там нас закрывали, выпуская по часам на санитарный перерыв и на обед, телефона не было. Мы работали и трепались. Незадолго до того я женился, оставался верным мужем и флиртовать с Люсей не пытался. Она была скромна и умна, общение нам было интересно, бескорыстная симпатия перешла в доверие. Говорили на всевозможные темы, не касаясь только политики.  Сортируемые папки нередко развязывались. На одной из распавшихся папок я углядел знакомую фамилию. Завязывая папку, невольно прочитал  вслух несколько ничего не значащих строк из лежащей сверху бумаги. Завязал и забыл. Через несколько дней влиятельный родственник мельком заметил, что я делаю глупости. Оказалось, что мой случайный интерес относился к человеку, которым интересоваться не следовало. Последствий не будет, но впредь не надо.  Мне разъяснили, и я понял.
          Трое знали  исходно о моем неуместном любопытстве – я сам, моя приятельница Люся и заведующая архивом, вдова высокого генерала государственной безопасности и тоже добрая моя знакомая.  А мне поныне интересно, как сложился бы мой путь, если бы случайное мое любопытство не было тогда пресечено.


24. ПОДРУГА
          Первые два года после войны наша страна жила по "продовольственным карточкам". Так красиво называли талоны на нормированное право приобретения продуктов. Распределяли это право по дифференцированным меркам, которые различались по месту человека в обществе, кому больше, кому меньше. Больше работникам, еще больше большим начальникам, остальным – чтобы с голоду не умерли. Продовольственные карточки выдавали ежемесячно на целый месяц вперед, и ценились они людьми дороже золота. Была в тех талонах жизнь людей, потому что без них еду не купить. На рынке, правда, удалось бы, но кормиться с рынка стоило невероятно дорого, почти нереально.
          Мне исполнился год, когда у моих родителей пропали продовольственные карточки. Лежали дома, и вот их нет.  В семье, кроме родителей и меня, еще бабушка, тетя и моя сестра восьми лет. Запасов еды никаких, и продать почти нечего, впереди месяц голода. Некоторая помощь пришла от маминой подруги, инженера-кадровика оборонного завода. Невероятными усилиями, отмобилизовав все свои ресурсы и связи, она изыскала для ребенка, то есть для меня, продовольственную карточку на детское питание. Для меня это было спасением, поскольку ел я тогда еще и свою маму. Но что есть маме? А папе и всем остальным?  Выжить удалось, но с трудом, вещи из дома ушли на рынок, взрослые перебивались на частичном пайке. Спустя несколько месяцев вора нашли, он был уличен и сознался. Оказался той самой маминой подругой.  Хотели судить, могла она по тому суровому времени из тюрьмы не выйти. Родители мои рассудили иначе, претензии к воровке не предъявили, дело по их просьбе закрыли. С глаз своих родители воровку прогнали и наказали близко не подходить.
          Не знал я этой истории многие годы, щадили родители мою веру в хороших людей. А по окончанию техникума на распределении мне были предложены на выбор несколько заводов. На одном я преддипломную практику проходил, понравился. На другом заводе диплом делал, так мой руководитель, главный конструктор завода, тоже меня затребовал. А третье предприятие откуда? Оказалось, на меня дала запрос присутствовавшая  на распределении элегантная дама, начальник отдела кадров большого оборонного комплекса. Завод тот крупный, работников тысячи, почему я? Когда родителям рассказал, открылось. Она это была, бывшая подруга моей мамы. Общий облик той женщины помню, а глаза не представлю. Возможно, глаз на меня она так и не подняла.


25. О НАШИХ МАМАХ
          Банальная мысль: все люди разные. Различаются внешне – высокие и низкие, толстые и худые. Различные внутренне – скрытные и общительные, доброжелательные и завистливые. Мы разнимся формой глаз и цветом волос, привычками и моралью. Порой в чем-то на кого-то похожий, каждый из нас все равно индивидуален. И все мы схожи. Тем, например, что у каждого из нас есть мама. Или была. Мамы наши тоже разные, и внешне, и внутренне. С младенчества отличаем мы наших мам по голосу и по запаху, по ощущению от их рук. Мамы бывают добрые и нежные, бывают сдержанные и скупые на ласку. Мама может быть любой, но она всегда единственная и исключительная для каждого.
          Все нормальные мамы схожи между собой. Их схожесть проявляется в любви к своему ребенку, как бы они  эту любовь ни проявляли или ни скрывали. Кому как повезет. Мне повезло очень. Моя мама была самой-самой. Самой заботливой, самой любящей. Сколько мне перепало маминой ласки, заботы и доброты! Сколько маминой любви и маминого внимания! Иначе быть не могло, ведь это моя МАМА. Какой непростой и нелегкой, но какой счастливой была ее жизнь! Третий ребенок и старшая девочка в семье из пяти детей. Отец умер рано, у вдовы на руках "куча мала". Небольшой городок, скорее поселок, Сураж в Брянской области, на границе России с Белоруссией. Тридцатые годы. Голодно. Моя бабушка Аня, мамина мама, чтобы прокормить пятерых детей, запахивала огород, держала скотину, работала на молевом сплаве. По пояс в холодной воде реки Ипути вылавливала бревна.  Дожила бабушка до почтенных восьмидесяти трех лет и спокойно уснула как-то ночью. Так, по поверью, уходят праведники. Годы после войны бабушка жила в нашей семье, при  дочери и зяте. Ходила с трудом, трофические язвы на ногах никогда не заживали. Ежедневные повязки отмачивались риванолевой примочкой, после чего язвы покрывались заново мазью Вишневского. Запах этой мази в моей памяти навсегда. Заботу о бабушке взвалила на себя ее вторая дочь и младший ребенок, моя тетя Тамара. Она тоже жила с нами. Никогда не была замужем, потеряв слух подростком. Работала во время войны токарем на оборонном заводе и простыла.  Так и проработала токарем до старости. Выйдя на пенсию, прожила еще двадцать лет, с постоянной памятью о страшных военных годах.  Светлый был человек, добрый.
          А моя мама выучилась. Окончила химический техникум в своем родном городе. Учась, помогала матери, вела хозяйство. Денег на учебу не было, и на жизнь не хватало, так она регулярно сдавала донорскую кровь. После техникума в свои восемнадцать лет стала начальником центральной лаборатории единственного в городе большого предприятия по производству картона. В подчинении человек шестьдесят, некоторые старше ее в несколько раз. Справлялась. Потом встретила отца, одного на всю жизнь. Это была уже ее жизнь, настоящая. Войну мои родители встретили в родной для отца Одессе, куда приехали с моей годовалой сестрой. В первые дни войны отца призвали в армию. Мама, у которой на руках был грудной ребенок, а рядом приехавшая в гости четырнадцатилетняя сестра, тщетно искала возможность кому-либо передать детей, чтобы тоже пойти на фронт, быть рядом с отцом. Не получилось, и мама с детворой отправились в эвакуацию через страшное военное безвременье. А отца, признанного ценным специалистом, отозвали позднее для организации военного производства в тылу.
          Я упомянул, что моя мама была счастливым человеком. Ей повезло несказанно: муж остался жив, и они встретились на дорогах войны. И бабушка Аня, мамина мама, смогла найти ее в Поволжье и к ней пробиться. И даже преклонного возраста родители моего отца смогли выжить и найтись. Таким везением в годы войны отмечены немногие.


26. НЕ ПОЛУЧИЛОСЬ
          На развале Советского Союза Володя пришел ко мне со своим другом. Мы познакомились, В.И. оказался доктором медицинских наук, профессором и полковником. И рассказал грустную историю. Работал он хирургом-консультантом в Центральном военном госпитале им. Бурденко. Ежедневно по четыре-шесть часов стоял за операционным  столом, а в небольшое свое свободное время пытался для заработка перепродавать случайные товары, на зарплату профессора семье не прожить. Военная медицина распадалась, средний медицинский персонал уходил в кооперативы и в хозрасчетные заведения, младшего персонала в медицине и раньше не хватало, а теперь местами вообще не было.
         Предложили гости создать в рамках возглавляемого мной тогда советско-американского совместного предприятия медицинский центр с использованием квалификации военных врачей и опыта военной медицины. Выслушал я,  посочувствовал, только область деятельности чужая, незнакомая, денег на развитие у меня нет. Отказался, с тем гости ушли. А через неделю-другую В.И. опять пришел и еще гостя привел. Доктор медицинских наук, профессор,  генерал-лейтенант П.О. был заместителем начальника Центрального военно-медицинского управления Министерства обороны. Опять то же обращенное ко мне предложение, но в развернутом виде и письменно подкрепленное позицией ведущих специалистов четырех главных военно-медицинских учреждений страны. Тут моя оборона слабину дала, решил попытаться. Наметили мы широкую программу создания хозрасчетного гражданского медицинского центра на базе отечественной военной медицины. Наряду с больницами-поликлиниками предусматривала программа организацию оперативных бригад на вертолетах,  медицинскую помощь в условиях чрезвычайных ситуаций (не было еще Министерства ГОиЧС), исследования по перспективным направлениям. Ну, и разное прочее. Заручились поддержкой Минздрава и депутатов Моссовета. Пригласили в Москву представителя американского медицинского бизнеса господина  Джеффри Глосса, условились о сотрудничестве, включая создание совместных госпиталя и страховой компании. Подписали договоры с рядом союзов и ассоциаций наших воинов-ветеранов. Оборудование медицинское списанное по согласованному списку Министерство обороны нам пообещало.
          Оставалось найти деньги. У меня денег не было, а мой американский партнер деньги в Россию не вкладывал, действуя по принципу "давай заработаем". Для меня стимулом к созданию нашего с ним совместного предприятия явилось российское законодательство, которое тогда на короткий период сделало эту форму юридического лица экономически целесообразной. В поисках нужных денег обратился я в Правительство страны, просил передать мне на баланс с соответствующим контролем использования какой-либо из крупных московских госпиталей. Мог бы я этот госпиталь сделать базовым, реконструировав или достроив по необходимости. В банке под залог здания кредитоваться, намеченную программу реализовать и кредит вернуть. Только что, если  получив госпиталь на баланс, я с деньгами от его залога сбегу? Я знал, что не побегу, но вряд ли это был убедительный аргумент.
          На наше обращение бывший тогда Первым заместителем Премьера Правительства Олег Иванович Лобов наложил резолюцию о передаче нам большого недостроенного госпиталя. Только не на баланс, а в хозяйственное ведение. Заложить имущество, находящееся в хозяйственном ведении, невозможно. Следовательно, залога у меня нет, а без залога кредит получить нельзя, денег на реализацию программы нет. В итоге после нескольких попыток найти деньги отказались мы от госпиталя. Не получился задуманный медицинский центр.


27. НАМ НЕ ДАНО ПРЕДУГАДАТЬ...
(по следу реальных событий)

"Нам не дано предугадать,
Как слово наше отзовется,…"
                Федор Тютчев

          Эта невероятная история произошла в семидесятых годах прошлого века и несколько лет назад поведана мне приятельницей, врачом-гинекологом с большим стажем.  Я не поверил бы рассказу, если бы не два обстоятельства.
          Во-первых, мы с этой приятельницей знакомы со школы, и многие годы нашего знакомства позволяют мне отнестись к ее словам с полным доверием. Ну, а во-вторых, личное общение с людьми своеобразных представлений о мироустройстве лишило меня иллюзий о здравомыслии человеческого рода, что заставляет без скепсиса допускать любые проявления даже самого экзотического невежества. Итак, вот рассказ моей приятельницы, а вы уж судите сами.

          Когда стихают отзвуки свадебных речей, суета праздничного застолья остается позади, а гости расходятся по домам, отношения двоих вступают в самую чудесную фазу. Двери спальни новобрачных закрываются, скрывая  от нескромных глаз упоительные таинства и нежность открытий в откровениях новизны.
          Медовый месяц – само это сочетание слов ласкает слух и будит воображение. Только как же он краток, миг радости! Приходят будни, в заботах бегут дни.  И наступает время, когда мысли и действия двоих сливаются в едином желании воплотиться в своем ребенке. Так и было у Глеба и Наташи. Опять пошли дни, быстрые и неуловимые. А результата нет. Месяц нет, два нет, год нет. В ожидании, в исследованиях здоровья обоих пробежали лет пять. Молодые совсем не так молоды, а у сверстников  дети почти уже школьники и скоро сами на крыло встанут. Наташа несколько раз полечилась в санатории, Глеб к какому только врачу не обращался. Анализы у обоих хорошие, а ребенка зачать пара не в силах. "Бывает, - сказали специалисты, - случаи генетической несовместимости. Тогда лечить бесполезно, для решения вопроса рекомендуем либо развестись и каждому найти себе другого партнера, либо взять ребенка на воспитание".
          Совсем было отчаялись наши герои, когда Наташа оказалась, как пациентка, у моей приятельницы. Обратилась совсем по другому незначительному поводу. Отвечая на вопросы, сообщила о своей бездетности.  То ли что-то в ее рассказе доктора насторожило, то ли интуиция опытного врача зацепилась за проскользнувшую интонацию, только задала моя приятельница пациентке вопрос не совсем по теме ее обращения:  "Часто ли у вас с мужем интимная близость и много ли спермы попадает в Вас?" Смутилась Наташа, но удар держала и откровенно поведала: "Мы близки два-три раза в неделю. Спермы достаточно, и попадает она куда следует. Как предписано, всегда в пупок!  Муж попадает, за этим мы следим.
          Оказалось, что перед свадьбой кто-то из тогдашних друзей жениха дал ему этот шутливый совет, не предполагая, чем шутка обернется для молодоженов. Глеб и Наташа до женитьбы в начале семидесятых годов жили в небольшом провинциальном городке с добродетельно-ханжеской моралью тех лет,  сексуального опыта оба не имели. Интернета еще не было, знаний в биологии они не получили, и умных книг под рукой не оказалось. Когда же проблема встала во весь рост, горе-доктора от гинекологии, урологии, сексопатологии и психологии передавали эту семейную пару c возникшей у нее проблемой, как эстафетную палочку,  пока не повезло Наташе встретиться с реальным врачом-специалистом. Через десять месяцев после встречи с моей приятельницей Наташа родила прекрасную девочку. Назвали ребенка Радой.


28. ПО ПОТРЕБНОСТИ ГОСУДАРСТВА
          Чью грудь в юности не рвали страсти, кто в молодости не испытал сильных чувств? Если у Вас было иначе, значит, Вы не жили или не любили.
          В.И. жил и любил. В 1941 году окончил Московский институт иностранных языков.  Способного молодого человека с хорошей анкетой приметили и взяли на работу в Народный Комиссариат иностранных дел. Тут и сильное чувство подоспело, война чувствам не помеха. Владимир Иванович влюбился сильно, как могут любить зрелые и состоявшиеся личности, вот только взаимности он не встретил. Время суровое, личные чувства в расчет не принимались. И когда в 1942 году во Владимире Ивановиче возникла потребность, ему подобрали "оперативную жену" из того же присмотренного контингента и отправили обоих, как законных супругов, в дипломатическую миссию одной из Скандинавских стран. Спустя два года вернулись они реальными супругами, определив свой выбор на всю последующую жизнь. В.И. рос на служебном поприще, после войны родился сын, затем второй. Дружная семья, достойные интеллигенты.  Тот редкий случай, когда жесткая рука государства помогла людям построить хорошую семью.


29. ПРЕРВАННАЯ КАРЬЕРА
          Имя героя рассказа значения не имеет. Он был сыном высокопоставленного дипломата. Способный юноша учился блестяще, институт международных отношений окончил с отличием. Прекрасные анкетные данные и успехи в учебе вместе с эффектной внешностью и харизмой обещали блестящую карьеру.  Жизнь, казалось, расстилала ковровую дорожку. В один из последних учебных дней парень спешил на встречу с любимой девушкой. С букетом чудесных гиацинтов тормознул такси, сел рядом с водителем. И только тогда обратил внимание, что он в машине не единственный пассажир – на заднем сиденье сидел незнакомый мужчина средних лет. На обращенный парнем к водителю вопрос тот объяснил, что обоим пассажирам по дороге. Ну, не выходить же из авто по такому пустяку? Ехали молча. Дорога случилась короткой, минут через семь-десять наш герой приехал. Поблагодарил водителя и вышел из машины, не сказав ни слова со вторым пассажиром. А попутчик оказался под наблюдением как возможный иностранный агент. Эта короткая совместная поездка оборвала карьеру потомственного дипломата. Никогда впоследствии он не получил права выезда за рубеж. Спустя много лет, уже после распада СССР, вышел на пенсию мелким безвестным чиновником заштатного ведомства.


30.   СУДЬБА ПО ДОВЕРИЮ
          Так вышло, что во время войны с Германией его пожилые родители оказались на оккупированной немцами территории. Недолго были, всего-то недели две, потом наши войска наступать стали и опять эти места отвоевали. Только когда сведения о пребывании родителей на оккупированной территории до нужных людей дошли, встал вопрос об  увольнении этого человека из аппарата Правительства. Считалось, что нельзя доверять человеку, чьи близкие в оккупации  побывали. Сам-то он, конечно, проверен, и родители были проверены, но нельзя, не полагается. Так бы и сломали человеку судьбу и карьеру, если бы большой начальник за того человека не вступился и на себя ответственность за него не принял. Занимал потом человек высокие посты, умер в почете спустя много лет и вряд ли узнал, какие случайности судьбу его строили.


31. СУДЬБА ЖЕНЩИНЫ
          В тесном мирке ведомственного дома и жители, и обслуга, казалось, были хорошо знакомы. Но порой всплывающие детали по-новому освещали отдельные судьбы.
          Работала консьержем немолодая женщина. Тихая и неприметная, она несла в себе отголоски далекого трагического детства. Родилась и жила в деревне, что в средней части России. Было ей лет пять, когда умерла мать, и остались она да трехлетний брат с отцом. В деревне без хозяйки нельзя, пропадешь, так что отец вскоре женился повторно. Молодая мачеха сирот невзлюбила – отец в город на заработки, а она держит детей впроголодь, ругает, бьет, и заступиться некому. Знала маленькая девочка, что у покойной матери в городе ее брат остался, решила к нему податься.  Может, приютит? Однажды зимой взяла братишку за руку, и пошли они в сторону города. Идти далеко, дороги не знают, заплутались. Брели целиной по глубокому снегу, стали замерзать, и тут провалились под землю. Даже испугаться не успели, оказались в норе. А там - большая серая собака, и щенки повизгивают. Сразу стало тепло и интересно. Собака зубы показала, детей обнюхала… и пригрела. Чем кормила, неизвестно. Когда через несколько дней отец из города вернулся, детей отправились искать всей деревней. Нашли в логове волка, живых и вполне здоровых. Самой волчихи и волчат в норе уже не было.
          Отец детей домой привел, жену побил: "Не обижай сирот!" – и опять в город на заработки. Стало детям дома немного сытнее, да все нехорошо. Видит отец, что изведет детей мачеха, решил у брата покойной жены их пристроить, тот бездетным был. Привез. Но время-то голодное, дядьке с женой самим есть нечего. Жена дядьки к маленькому мальчику прикипела, приняла. Ну, а девчонка взрослая, шестой год пошел, лишний рот, должна помогать, работать. Поручениями и заданиями ребенка замучила. Послала однажды на рынок за покупкой, а у девочки деньги украли. Как домой вернуться? Решила утопиться. Побежала на речку, да споткнулась. Упала носом в снег и видит –  у самого лица в снег денежка вмерзла. Снег разгребла – купюра, да какая большая! В кулаке зажала, домой подалась. Рассказала все, как было, дядьке и жене его. Те говорят: "Бог, видать, не велит сироту обижать, охраняет". С того дня перестали девочку гнобить. Выросла, окончила профессиональное училище. Хорошего человека встретила, вышла замуж. Так жизнь и наладилась.


32. ПЕРЕЕЗД
(реальная история)

          Перевозили на другую квартиру старого ученого. Позади активная жизнь в науке, почести и награды, президиумы и конференции. Были талантливые ученики, была  любимая жена и большая семья, только это все в прошлом. Ученики сами стали учеными знаменитостями. Жены уже нет, дети обзавелись собственными семьями и разъехались по свету, да и внуки успели подрасти и тоже теперь далеко. Годы берут свое, впереди пенсионная старость. Большая квартира опустела, к чему все эти комнаты одинокому старику? Обменял жилье на меньшее. И вот переезд.
          Походили грузчики по квартире, потоптались. А брать, грузить почти нечего. В доме в основном книги, много книг, и убогая обстановка аскета. Подошел старший грузчик  к хозяину и по-простецки посочувствовал: «Что же, ты, отец, жизнь прожил, а добра не нажил?» Обвел рукой комнату, явно имея в виду и все остальные, заполненные лишь книгами. Хозяин, помедлив, посмотрел собеседнику в глаза: «Вы правы, голубчик, не пришлось. Я, видите ли, всю жизнь занимался меблировкой чердака», - и постучал себя пальцем по лбу.


33. В НАШЕЙ ЖИЗНИ ВСЯКОЕ БЫВАЕТ...

          Этот короткий рассказ написан по следу реальных событий.
          Человек, как известно, животное общественное. Как некогда сформулировал Аристотель, человек "может развиваться и реализовывать себя только в рамках общества и взаимодействия с другими людьми, поскольку он обладает разумом, сознанием и нравственными качествами, отличающими его от других животных".  Перечисленные философом качества создали предпосылки формирования человека как личности в целях выживания каждой отдельной особи и всего человеческого вида. Ячейкой человеческого общества стал род, т.е. ряд поколений, происходящих от одного предка. Членов рода называют родственниками. 
          Родственников имеем мы все, даже если с ними незнакомы или вовсе не догадываемся о наличии у нас этой родни. Согласно приведенному выше определению родственников испокон веков дает нам природа. Справедливости ради отметим, что мы и сами не остаемся в стороне от этого процесса, создавая себе потомков способом трудоемким, но приятным.  Вместе с тем сегодня благодаря прогрессу науки родственные связи могут расширяться и иным образом, для этого достаточно открыть рот.  Все остальное наука и специалисты сделают за нас.  Забор пробы из распахнутого зева и последующий генетический анализ этой пробы  – и вот перед нами развернутая картина наших ДНК, на основании которой можно говорить о передающихся по поколениям родственных связях по мужской (отцовской) и женской (материнской) линиям. Конечно, при условии доступа в ранее созданный массив аналогичных тестов.  Результаты этого анализа способны выявить новые, порой неожиданные, родственные связи.
          Так на основании генетического анализа школьный товарищ нашего сына оказался вместе со своим отцом моим и, соответственно, моего сына родственником по отцовской линии.  Это стало приятным сюрпризом. Но это открытие было лишь началом. Вслед за мной открыли свои рты родители моей жены, и тогда выяснилось, что тот же школьный товарищ нашего сына родственник и моей жене, но уже  по материнской линии. Таким образом, оба парня оказались друг для друга не только товарищами, но и родственниками, хотя и далекими. Каждый сразу с двух сторон - и по своему отцу, и по своей матери. Вот такая причуда случая. Природа щедра на подарки. Родственный круг стал шире, и мы рады были это узнать.

          Нас окружают люди, и любой из них может оказаться нашим родственником. Хорошо бы всем научиться смотреть на окружающих с этими мыслями.