На крыльце

в лабиринтах оцифровки цветной пленки

Сколь много в понятии крыльца дома милого очарования, когда спустя столько-таки время ты потом неспешно рассматриваешь подобные фотографии хранящие непередаваемое ощущение минувшего, с портретами людей, который дороги и близки были вчера и такими остаются по сей день.
Фото снято на цветную пленку, век короткий которой ушел, дав прощальный гудок, с вокзала повседневности в прошлое. Мыльницы были в ходу были последним вздохом  пленочной фотографии, уступив потом безраздельно и окончательно время цифре.
У меня остались и до сих пор хранятся несколько мыльниц.
Удобство их было по сравнению с черно-белой пленкой и даже слайдами "Шостки" несравненное.
На мыльницу как правило нащелкивали несколько пленок и бесхлопотно несли в фото ателье, где тебе нужного количество и в нужном размере их отпечатывали.
Часть остались нераспечатанными и теперь их приходится оцифровать, чтобы мгновения времени, по своему и интересные и восхитительные не были безвозвратно утрачены.
Биографии их в сохранившихся деталях вспоминаешь.
На фото, родня в нашем родном селе. Только-только посадили картошку в огороде. Отмахали ее немалую загонку. Картошка — наш второй хлеб. И когда потом у тебя  она засыпана в ямку и подпол, живешь ты тогда с чувством и запаса и надежности, которые греют душу. Неплохо и передохнуть. И оставить фото на память.
На дворе — май 1995 г.
За плечами промелькнуло ни много - ни мало тридцать лет, с  более чем с полновесными впечатлениями и более чем непростыми коллизиями буден.

Об этом событии в отрывке из своей большой поэмы "Жизнь моя сельская" рассказывает своим непритязательным слогом мой Юрий Бровкин:

незамысловатые стихи о деревенской жизни

На крыльце в селе сидели,
Нет, ни царь и не король.
Да к тому ж и не сапожник,
И к тому же не портной.

На крыльце на деревянном,
Повод был, забили клин.
Мы картошку посадили.
Для себя и без причин.

Урожай мы ждем хороший,
А не абы там какой —
Мы у нас ее садили
Я скажу вам всей гурьбой.

А бригада была пестрой.
Кто-то стар, а кто то млад.
Но работали все дружно.
Был в работе виден лад.

Центровым был дядя Киря,
Тети муж моей родной,
Мужечок он был горячий.
Как хозяин — золотой!

Сил в работе не жалел.
За порядком он смотрел.
...
Людскую мудрость на деревне знают,
Весна ведь кормит, говорят, весь год.
Так нам сказала наша тетя Поля.
Вот и пришла на помощь в огород.

Сестрою она папе приходилась.
Замечу, притом, старшей и родной.
В деревне родилась и пригодилась.
Без  дела жить — считала за простой.

А сколько ей посажено картошки.
Не сможет ведь никто и посчитать.
А в детские далекие те годы
Пришлось семье их много голодать.

И колоски в полях они искали.
Картошку в огородах подбирали.
Пекли в костре и кушали в мундирах,
Нашли, считай им повезло.
А вот едят все по-французски
Картошку за столом. Кому назло?

— Я русская, традиций не меняю, —
Сказала тетя Поля с  грустью вслух, —
Я за страну, за честь ее мундира,
Пока могу, я с гордостью, борюсь.

Пусть возраст, мудрость говорят о многом,
Словами этой женщины простой.
А мы душой за наши вот устои.
Сказала она просто, но с душей.
...
Эх, хорошо сидим, да нет сидели.
Здесь дяди Кири дети, да и зять.
Им деревенский труд совсем не чуждый.
Приехали сегодня помогать.

А зять, скажу вам по секрету, еще летчик,
Воздушные просторы бороздит.
Вот посмотрите он какой молодчик
В кругу родни сегодня здесь сидит.

На фото всем знакомая хозяйка.
Желает пригласить гостей всех в дом.
Такое дело вместе провернули
Входите в дом, сейчас чайку попьем.

Желтеет у от времени и фото,
И грустно и приятно посмотреть,
Крыльцо все тоже уж теперь свободно.
Уж многих нет и некому сидеть.

А дети стали сами уж отцами
И продолжают дальше все свой род.
У летчика и сын теперь летает,
А сын мой десять лет в Москве живет.

Наш огород теперь намного меньше.
А много ли нам надо на двоих?
Картошка нас в селе объединяла.
Об этом незамысловатый стих.



Иллюстрации смотреть здесь:
https://ok.ru/profile/459972409179/statuses/157639624471387