Пёс аристократ

Вынесла подушки на солнцепёк, чтобы надышались воздухом и жаром, и села в кресло на веранде бани с вязанием. Какое умиротворение, вот так вязать в тишине под щебет птиц, жужжание шмелей. Ах, если бы не назойливость комаров! Даже мухи так не досаждают. Встала размяться от долгого сидения, подушки перевернуть, гляжу, по улице идёт пёс в ошейнике с шипами наружу. Скорее, даже не идёт, а, эдак, вышагивает с видом абсолютной независимости. Когда он инстинктивно обратил внимание на движение за забором, я с любопытством, смешанным с внутренним восхищением, подошла к калитке.
– Привет! Заходи в гости.

Пёс остановился, изучающе посмотрел на меня, как рентгеном просверлил, но не враждебно.
– Хочешь, я котлетой тебя угощу? Только ты не уходи! Слышишь? Обязательно дождись меня, – я забежала в дом, даже калитку не закрыла, подцепила лопаткой котлету со сковороды и заспешила на улицу

Пса на улице не было. Ушёл? Обидно. Значит, не понял? Вышла за калитку. Нет! Стоит у шиферного забора, слева от проёма, ну в очень независимой позе:
– Угостит? Не угостит? Дело хозяйское. Не очень-то мы и рассчитывали.

Когда же он увидел меня с котлетой в руках, я просто восхитилась его достоинством. Никакого лизоблюдства, никакого подобострастия, не то, что никакой суетливости, виляния хвостом, даже ни один мускул не дрогнул на его лице. Иначе просто не скажешь: именно, на лице, а не на морде. Бегло оглядела пространство вокруг нас с псом и увидела кусок ДСП, размером с дверцу от тумбочки, которая лежала на маленькой куче, поросшей травой. Рукой смахнула сухие травинки и сор с её поверхности и положила туда котлету, как на стол. Бросить на землю угощение такому достоинству было просто неприлично. Пёс чинно, ну прямо, как на дипломатическом приёме, подошёл не спеша съел котлету по частям, также, не спеша, подобрал оброненные крохи, затем церемонно отступил на пару шагов и посмотрел мне в глаза.
– Понравилось? – без вызова, даже без тени иронии спросила, скорее, по инерции, не рассчитывая, естественно, на ответ. – Ну, пока… До следующей встречи.
 
После этой фразы он молча выдержал паузу секунд пять, снова глядя мне прямо в глаза, потом подошёл к тому месту у шиферного забора, где ожидал моего выхода с котлетой, и… пометил забор. Таким образом, он, видимо, дал понять, что нам оказана честь и отныне эта территория в реестре его интересов. Затем он ещё раз одарил меня взглядом, повернулся и продолжил свой путь с видом графа, совершающего прогулочный моцион, променад, так сказать.