Девушка и странник

Ее волосы походили на огонь. Иногда они были рыжими, как осенние листья, иногда красными как раскаленное железо, иной раз пылали, как алые маки, и каждый раз при разном освещении меняли свой цвет. Таких волос не было ни у кого. Она гордилась ими. Она завивала их каждый день тонкими прядками и выходила гулять на пустынную улицу. Ей было семнадцать.
Она не подозревала, как была хороша в свете фонарей. Кожа белого мрамора, глаза цвета ультрамарин, губы – вишневый сок.
А он был серый как дождь, сухой и черствый как корка, мрачный и неприветливый странник. Он носил шляпу и серое пальто, черный шарф развивался по ветру. В его взгляде томилась тоска, он был зол на весь мир и хотел ему только несчастий.
Они встретились теплым вечером, когда мягкие очертания улицы подсвечивала гирлянда фонарей.
Ей было особенно радостно и спокойно. Она знала, что снова пройдет по знакомому переулку, свернет у аптеки, дойдет до моста и пойдет назад, размышляя о себе, о мире, о людях.
А ему было особенно мерзко сегодня. Фонари светили чересчур ярко, ветер был ужасающе теплым и романтичным, чего странник практически всегда не мог вытерпеть. Ему нравилось сухое и хмурое одиночество.
Их взгляды встретились, как встречаются две несовместимости. Ее зрачки расширились. Его пронзил электрический ток.
- Рыжая, - подумал он. – Он несчастен, - подумала она.
Они долго смотрели друг на друга: она – сквозь опущенные ресницы, он - сквозь пелену недоверия. Казалось, странник ненавидел все в этом мире, а девушка была генератором доброты и участия.
- Тебе не страшно одной? – спросил он.
- Мне нечего бояться, - ответила девушка.
- Ты думаешь, что злой человек тебе не встретится?
- Ему не за что на меня злиться.
- А если он захочет украсть твою красоту?
- Ее невозможно украсть, она дана свыше.
- Тебе неприятно, что я смотрю на тебя?
- Я не могу тебе этого запретить. Обычно мы смотрим на то, что нам нравится.
По лицу странника пробежала тень насмешки.
- Ты думаешь, что всем нравишься?
- Красоту, как и доброту невозможно измерить. В этом мире много прекрасного, но это прекрасное можно не замечать или считать ужасным.
- Кто научил тебя этим мыслям?
- Я пришла к этому сама.
- Невозможно любить все и всех в этом мире. Давно ты носишь розовые очки?
- С тех пор, как ты начал носить серые.
- Ты думаешь, твои очки лучше?
- Каждый выбирает для себя сам.
Она так и не подняла на него распахнутых глаз. Боялась ли повстречаться с его взглядом снова или не хотела больше на него смотреть? Странник крепко задумался и сказал:
- Не гуляй одна, тебя не спасет твоя философия.
Последние его слова прошуршали, как осенние листья. Что это? Странник смягчился? Его угрюмость сползла осторожной змеей, уголки рта едва заметно подернулись легкой улыбкой. Он больше ничего не сказал. Напоследок она увидела его серую спину.
Сколько времени прошло с тех пор, никто не знает. Она еще была молода, и волосы горели красными маками. В один из дней девушка по привычке свернула у аптеки и увидела человека из прошлого. Но он не был страшным. По крайней мере, теперь. С одного лишь взгляда девушка поняла, что в жизни странника больше нет места серому цвету. Все – от ботинок до галстука - наполнено красками. Они прошли мимо друг друга, соприкоснувшись плечом. Девушка вздрогнула от неожиданного касания, а он оглянулся и вложил ей в руку шейный платок цвета спелой вишни…