Собаки, соседи и мы. Часть 2 Сливовый сезон

От автора:
Предвидя комментарии, сразу скажу: и жизнь в Германии, и сами немцы мне нравятся. Просто иногда полезно не относиться ко всему слишком серьёзно и уметь посмеяться над собой и окружающими.

;

На дворе стоял жаркий август. В Германии, где всё происходило строго по плану, после сезона спаржи, клубники и черешни наступил золотой месяц сливовой выпечки. Аграфена решила не отставать от соседей — у неё был свой заветный рецепт Zwetschgenkuchen: пирога с синей сливой на дрожжевом или песочном тесте. А когда есть время и настроение — кто нас способен остановить?

Закупив всё необходимое, она уже у дома столкнулась с соседом. Это был пожилой психолог на пенсии, обладавший редким даром проводить свободное время на боевом посту у забора по плечо, разделявшего их участки. И вроде бы не смотрит, вроде бы занят своими делами, но невозможно не попасть под обстрел этого немецкого любопытства, смешанного с желанием «осторожно уколоть».

— О, я вижу, у вас опять пакеты из Rewe. Там дорого. А вот в Aldi сейчас сливы по акции…

— Спасибо. В следующий раз обязательно учту. Передавайте привет жене, — сдержанно кивнула Аграфена и быстро проскользнула в дом.

Уф. Она облегчённо вздохнула и принялась разбирать продукты. Пенсионеру было скучно, и он любил поговорить. Мог пространно рассуждать о политике, изменении климата, своём здоровье… Его ничуть не смущало, что соседка ввиду ограниченного немецкого отделывалась междометиями и редкими кивками, стараясь не попасть впросак.

Через час пирог был готов и пах просто волшебно.

Надо будет и соседям пару кусочков отнести, — подумала хозяйка. Кто их знает… Бережёного Бог бережёт. Она вспомнила историю, прочитанную накануне: соседка пожаловалась на женщину, что по вечерам из её квартиры пахнет выпечкой с корицей. А такое, оказывается, делать нельзя — запах вызывает у людей аппетит, а на улице уже почти ночь.

Аграфена посмотрела на пирог: получился щедрый. Муж, в отличие от неё, сладкое не любил, и она подозревала, что вполне может сожрать всё одна. Вернее, в одно лицо. Точнее, в один живот. Что категорически не соответствовало генеральной линии — быть красоткой в купальнике в сентябре в Испании.

Приглашу подруг. Давно не виделись, — решила она и стала обзванивать знакомых. Свободными оказались Галка и Карола, и уже через полчаса они сидели на террасе с ароматным чаем и нарезанным пирогом, болтая под приглядом мелькающего вдоль забора соседа.

Карола, вечно озабоченная здоровым питанием, пирог одобрила, но только слегка поклевала, обильно запивая чаем. Она взахлёб рассказывала о своей практике гипноза, который якобы помогает пациентам стать лучше, исправив ошибки в предыдущих жизнях. Всё это было очень интересно, но верилось с трудом. Аграфене удалось перевести разговор:

— Ну что, ты так и клепаешь свои рассказики — вроде как обо мне? Я так знаменитой стану! — усмехнулась она Галке и подмигнула Кароле. — Жаль, ты по-русски не читаешь…

— Пишу понемногу. Вот недавно ходила по лесу с палками и чуть не вляпалась в лошадиное «произведение искусства». Вспомнила про тебя с Гавнюшкой и про всякие вещи, которые меня тут удивляют. Ну и написала. Муж говорит: «Осторожно, заклюют тебя». Но я ж не хотела никого обидеть — просто у каждой культуры свои особенности.

— Конечно, есть, — согласилась Аграфена. — Вот я в среду поехала на рынок, а там — не припарковаться. И тут подходит милая пожилая дама, любезно улыбается, машет рукой:

— Здесь можно, спокойно!

Я обрадовалась, припарковалась, пошла за клубникой. Возвращаюсь — возле машины полиция, а дама уже показывает на знак для инвалидов, почти полностью скрытый ветками.

— Но вы же сказали…

— Я только посоветовала, — мило ответила она. — А вы сами принимаете решения.

— Вот нормально?.. Одной рукой помогать, а другой — набирать номер полиции?

— Конечно, нормально, — пробормотала Карола с набитым ртом. — Это непорядок, и она отреагировала.

— Вот именно об этом я и хотела написать, — оживилась Галка. — Для них непорядок — это сигнал. Надо сообщить и исправить. А нам с яслей прививали: ябедничать — некрасиво.

— Особенно про мусор, — добавила Аграфена. — Тут если кинешь свой пакет в чужой бак — обязательно заметят. А если сортируешь неправильно — получишь записку на крышке. С картинкой. Или с перечёркнутыми органическими отходами.

Галка прыснула в чай.

— Или вот, когда Рейн разлился, у нас затопило подвал. Насос сломался, муж был на работе. Я позвала соседа. Он пришёл в рыбацких сапогах по бедро, осмотрел весь дом с любопытством и скрываемой завистью. Даже в туалеты заглянул — только шкафы осталось проверить. А потом, постояв по щиколотку в воде, философски сказал:

— А у нас вообще нет насоса. Много электричества потребляет — дорого. Мы просто ждём, пока вода сама уйдёт.

— Круто. Сам не спасётся и тебе не поможет. Немецкий дзен и экономия, — подвела итог Галка.

— А как вам соседи с параллельной улицы, из многоэтажки? Кажется, живут на балконе. Курят, болтают и хрипло смеются допоздна. Когда мы справляли день рождения мужа в саду, они пожаловались на шум. А сами!.. Муж даже пару раз оставлял им записки: «Пожалуйста, завтра на работу. После 22:00 — потише». Те замолкали дня на два — и снова за своё.

— Это те, которые жаловались, что ваше дерево им тень на балкон откидывает и его надо спилить?!

— Они самые. Теперь я сплю с берушами. Только не помогают — Гавнюшка нервно реагирует на эти взрывы смеха, мечется и лает. У него, знаешь ли, нервы!

Подруги рассмеялись.

Аграфена откинулась на спинку кресла и посмотрела на небо.

На прощание Карола, вспомнив, что она почти психотерапевт, обняла обеих:

— Знаете, в каждой жизни нам даются соседи, чтобы мы учились терпению.

Аграфена кивнула.

— А пирог — чтобы это терпение компенсировать.