Техника охоты на нейроведьм и первые сожжённые

В Средневековье ведьму определяли так: худая, красивая, с котом — экспертиза подтверждает, ведьма. Проверка тоже несложная: связали, утопили. Утонула? Ошибочка вышла, честная женщина была. Выплыла? Ведьма! На костёр!

У нас сейчас новое Средневековье с псевдорелигиозными запретами, фанатиками и повальным оккультизмом. Мозги у народа уже работают по-средневековому: делят на свой-чужой и смертно ненавидят всё это богомерзкое чужое, до костра. Покатились доносы, охота на ведьм. Уголовный кодекс пока от нашего стремительного падения в мракобесное прошлое отстаёт, публичные аутодафе пока не одобряет, а то бы пылали уже костры по главным площадям страны, создавая праздничное настроение и уют.

Ведьмы, правда, сейчас как раз не трогают. Они в почёте и уважении — им несут деньги, их показывают по телевидению. Они даже в штат крупных компаний входят: на картах таро проверяют новых сотрудников и в хрустальном шаре квартальные отчёты провидят (и это нифига не шутки). Но техника охоты на ведьм не позабыта, просто жертвы другие.

Например, многие сейчас повсюду выискивают запрещенное в Российской Федерации элгэбэтэ: по утренникам (мальчик оделся в снегурочку), по школьным выпускным (под «Сатисфэкшен» богомерзкий танцуют, эдики!), и даже (ОМГ!) советским фильмам (Милляр-трансвестит!). На памятники трусы натягивают. Классику пытаются цензурить. Прямо подозрение возникает, что как-то ревнители зациклились на этой теме. Может даже показаться, что только о сексе и думают. Очень озабоченная заинтересованность. Может, от неудовлетворённости? Ну, такое напряжение эффективнее другим способом сбрасывать.

Но я не про секс хотел поговорить, а про другой наш современно-средневековый жупел — нейросети.

;Тире в тексте заметили? Стопроцентный признак нейросети! Это вам любой охотник на нейроведьм скажет.
Мне тоже прилетело.

Под моим постом о нейросетях (иронично, правда?) охотница обвинила меня в иишности за фразу «Сложно — но не невозможно». Живой человек-де запятую поставил бы. И вот что тут скажешь? И как докажешь? Плевать, что в справочнике Розенталя, в §118, пункте 2 тире используется в бессоюзном сложном предложении при противопоставлении.

Другая история случилась на одном сетевом конкурсе. Некий пользователь отправил организаторам экспертную аналитику на один из рассказов, обвинив автора в использовании нейросетей.

В качестве доказательств были представлены метафоры и конструкции, показавшиеся эксперту неестественными.

Например, «безмятежный январь». Аргумент: январь не может быть безмятежным, безмятежными бывают весенние месяцы, а говорит холодный, строгий, хмурый.
Ну-у, как бы... Вопрос: если в первый день января утром выйти на улицу и оглядеться по сторонам, что будет? Какие ощущения?

В доказательствах были и предложения с дополняющими или уточняющими членами предложения, обособленными тире — ну не может человек строить так фразу. Человек напишет «Налетел холодный ветер», а не «Налетел ветер — холодный, колючий, злой».
Что ж получается, и Шолохов нейросетью пользовался?
«Зрачки - кошачьи, длинные…»
Этот пример я взял тоже из справочника Розенталя. Это называется «интонационное тире».

Вопрос: по какому принципу «эксперты» отбирают правила, доказывающие использование нейросетей? Почему игнорируют остальные? Прикол то в том, что нейросети строят текст в том числе по правилам русского языка и используют все правила русской грамматики.

Рассказываю специально без ссылок и имён. Во-первых, не хочу делать этому инциденту рекламу, участники уже достаточно пострадали. Во-вторых, указания не важны: речь об этом уродливом явлении в целом, а оно уродливое, потому что выдавливает из человека подтухшую начинку. Вспомните этот образ, когда захочется подхватить чьё-нибудь: «Ату его!»

История кончилась плохо для обеих сторон: и для охотника, и для нейроведьмы. Начался скандал. Охотник получил болезненную порцию негатива за неубедительные «доказательства», настолько болезненную, что удалил аккаунт и словил творческий кризис. Надеюсь, найдёт в себе силы его преодолеть

Автор снял свой рассказ с конкурса. Подробности инцидента забудутся, а вот то, что он был, и этот автор в нём участвовал — запомнится.

«А, Петюнин-Ивановский, помню такого. Какой-то скандал был с ним и ИИ. Нейрописака!»

Никогда не задумывались, почему опровержения не работают? Их не так интересно читать, как обвинения. Запомнится связка автор-ИИ, а был он виноват или нет, неважно. Как учила подставам сотрудницу одна моя знакомая:

«Неважно, правда или нет. Ты, главное скажи — потом всё равно не отмоется»

Дальше ещё веселее. Михаил Парфёнов скормил его рассказ платному детектору нейросети. Результат: написано человеком. Михаил как организатор многих конкурсных движений в хорроре использует детекторы. Перебрал их несколько штук и остановился на том, что не давал на тестовых образцах сбоев. Результату, думаю, можно верить. Так и ради чего был весь этот ор? Кто выиграл? Вопрос риторический.

Так выглядит «охота на ведьм». Красиво? А сами готовы оказаться на месте обвиняемого?

Чтобы в такую ситуацию не попадать, лучше не забывать о презумпции невиновности и не пытаться натягивать на себя рясу инквизитора. Единственное железное доказательство использования нейросетей это невычищенный из текста промпт. Все остальное — домыслы и предположения.

А как же жить дальше? Не знаю, но готов поделиться мыслями в следующем посте.