Наследство

Каким же этот мир предстанет
пред нашими детьми,
коль всем живущим на земле сегодня нет дела до того,
как образ мира начинает изменяться
и, ускоряясь, сей процесс сметает все устои,
на чём держался он тысячелетия подряд.
Веками он от основанья своего построен был на войнах,
где трофеем желанным был —
людской ресурс с названьем раб.
И человек, что победителем пленён был,
лишался права быть хозяином своей судьбы,
став инструментом господину.
И век за веком продолжался сей уклад,
и лишь в предшествующем веке нашему
уклад этот сменился новым —
неизбежным, добровольным рабством.
Да, есть, конечно, шанс попасть в обойму,
успешным став, статус свой сменить.
Но ведь история полна преданий,
как пастухи
или разбойники с большой дороги
на царские престолы восходили.
Но всё же этот факт —
будь то сегодня или в ветхие века —
всего лишь исключение
из правил игры,
в которой райские условия при жизни
наблюдают сторонним взглядом
те, кому они по жизни недоступны,
а их удел —
лишь труд
во имя своего существованья под луной.
Но этот мир меняет правила игры
и тяготится многомиллиардным населением планеты.
Ресурсы на исходе,
и череда поныне полыхающих баталий за нефть
уже неактуальна —
грядут баталии за воду.
Ну а рабы —
пусть даже те,
кто добровольно в этом рабстве расписался, —
увы, уж не нужны:
прогресс нашёл им
абсолютно идеальную замену.
Сей мир —
закон которого стоит на стороне того,
кому он служит.
Великие умы,
пытаясь найти устройство мира,
в котором блага стали бы уделом каждого,
сей плод ума назвав утопией, —
похоронили,
ещё не дав родиться.

2026