Плацкарт... до Владивостока

                - Ну, ты даёшь, – в такую даль собралась…
                - Если не теперь, то – когда…
                Август 2025 г.

     С сестрицей Надей мы встретились на вокзале Новосибирска, - как и задумали. Она приехала из Алма-Аты, я – из Ханты-Мансийска.
     Сбывается моя мечта – в Приморский край едем - во Владивосток. Тихий океан увижууу …
     Поезд прибывает ночью.

     Вагон – плацкартный. Виды слева, виды справа… «Замуровать» себя в четырёх стенах купе… - и в мыслях не было.
     … Какое блаженство – растянуться на полке во всю длину и дремать под стук колёс, пока не заснёшь.

     Вроде выспалась… Бока отлежала – точно. Дошираком пахнет, кофе… – по всему вагону. Девушка-китаянка с большой банкой лапши прошла за кипяточком… У нас тоже – всяких-разных пачек лапши - целый рюкзак.
     … Бряканье ложек о стенки стаканов. Приглушённые голоса попутчиков…
     Пора и нам вставать.

     - … Отстань, мама! Больше играть не буду! Сколько можно… Надоели твои карты, - слышу возмущённый голос женщины.
     Ну, бабуля… - подумала я, - видно, «достала» дочку, – уговоры больше не действуют…)

     На соседнем боковом месте – парень. Очень короткая стрижка, - скорее, - отросшие волосы после бритья наголо. Разговаривает по телефону.
     … Со своими. С братанами … - поняла я сразу.

     Хотела бы поговорить с ним, - сказала сестре.
     Похоже, - не только я…

     Бабуля... – уже рядом с парнем:
     - На войне был? Оттуда едешь?
     Бесцеремонность её не была раздражающей – как-то… по-родственному прозвучало.
     Парень кивнул.
     Уселась за столик, в руках – карты, конечно:
     - Давай сыграем. В дурака.
     Ну, куда ж ему деваться…

     Раздаёт бабуля карты…
     - Козыри - крести!
     Держись, парень, - бабуля – заядлая картёжница.)

     Я смотрела на них с каким-то теплым чувством - благодарности и … грусти.
     … За окном – бесконечные забайкальские сопки. И речушка. Бежит рядом; не широкая, но бурная. Такая прилипчивая, озорная – «не отстаёт» от нас… И глаз от неё не оторвать…
     Все далеко едут – до Иркутска, Улан-Удэ, Хабаровска… Многие, как и мы, – до конечной станции. В полном смысле – конечной. Дальше – только океан.
     И это – восхитительное понимание…

     - Мне сказали – вы поговорить хотели со мной, - парень сел на свободное место за столиком.
     Ну, Надя… Когда успела …

     Я даже растерялась немного.
     - … Хотела. Спросить…
     Сергеем зовут. Смотрю на него:
     - У тебя… ранение?
     Кивнул.
     - В отпуск едешь?
     - Нет.
     И наклонил голову.
     Шрам… Страшный. Начинается где-то за ухом… Затылок… И – до брови. Рядом с виском.

     - В каком госпитале лечился?
     Назвал.
     … В этом госпитале, в ЛНР, мы были с ним в одно время. В самом конце марта.    Я работала там с другими волонтёрами… Видела парня с плотно забинтованной головой… Как в белой каске. С таким ранением был один боец.
     Значит, - он… Сергей.

     - Как же ты… Как… выжил…
     - … Только молитва и Вера. Никогда не думал о Боге, и молитвы не знал. «Отче Наш» там выучил… - мгновенно. Как будто и не заучивал, как будто знал, и … вспомнил. Вера в Него... спасла меня.

     Помолчал Сергей и сказал, - как выдохнул:
     - Всегда с молитвой. По-другому – никак.
     Потом – лечение в ростовском госпитале. Четыре месяца.
     Теперь он - ветеран СВО. И инвалид – пожизненно.
 
     Спросила о парнях, которые были рядом, о командире…
     Тихо сказал:
     - Они – братья… Командир наш… майор… Всегда - впереди… Всегда – рядом…   Надёжный…
     Я понимала: мысленно он там – с ними.
     Столько тепла было в его глазах...

     А в моих - слезы…
     Отвернулась к окну…
     Сопки… Сопки…

     - Я вижу - тяжело вам это слышать, - услышала голос Сергея.

     … Дом – на Дальнем Востоке, жена, дочке одиннадцать лет…
Думает заняться фермерством.
     - Коней люблю, - признался с улыбкой…
     Ночью Сергей приехал на свою станцию.
     Домой…