ЭХО ВОЛН - Глава 6

ГЛАВА 6. День открытий и тревог.


Ночь прошла спокойно, подарив всем возможность, как следует выспаться. Рассвет медленно окрашивал небо в нежные тона, превращая морскую гладь в сверкающую серебристую дорожку. Лёгкий бриз колыхал листву пальм, принося с собой свежесть нового дня.

Богдан, Сергей и Ольга готовились к походу за водой. На ноги намотали обмотки из парусины — накануне их тщательно отстирали в океанской воде и высушили на кустах у шалаша. Бутылки — пять двухлитровых и восемь полулитровых — поделили на три группы. Каждую группу связали верёвкой так, чтобы середина оставалась свободной: получилось что-то вроде самодельных коромысел. Теперь связки можно было накинуть на плечо или шею — и бутылки свисали по бокам, а руки оставались свободными.

Иван, провожая товарищей, шутливо напутствовал:

— Только не задерживайтесь там. Если будут бить — кричите!

Они выдвинулись в путь. Богдан шёл первым, уверенно работая мачете: прорубал дорогу через мелкие кустарники и лианы, расчищая путь. За ним следовала Ольга, внимательно осматривая местность — примечала ориентиры, прислушивалась к звукам джунглей. Сергей замыкал шествие.

Духота постепенно усиливалась, воздух наливался тяжестью и влажной истомой. Где-то вдали монотонно стрекотали цикады, а в листве то и дело раздавался шорох — то ли ветер, то ли осторожное движение невидимых обитателей леса.

Они шли по слабо заметным следам, которые оставили вчера, пробираясь к пляжу. Тропинка виляла между стволами — то взбиралась на небольшие холмы, то ныряла в сыроватые ложбинки.

Внезапно Ольга споткнулась о скрытый под листвой корень. Сергей мгновенно шагнул к ней, подхватил под локоть:

— Света, аккуратнее… — произнёс он, удерживая её от падения.

Спохватившись, Сергей поправился:

— То есть… Оль, будь осторожнее.

— Спасибо! — выдохнула Ольга, восстанавливая равновесие.


Они продвигались вперёд, внимательно разглядывая землю в поисках следов, но вскоре поняли: ориентиры потерялись. Тропа, ещё недавно явная, растворилась среди густых зарослей, а высокие деревья закрыли небо, лишив их даже намёка на направление по солнцу.

— Надо подняться выше, — решительно произнёс Богдан, оглядывая окружающий рельеф. — Там, впереди, виден холм. С него должно быть хоть что-то видно.

Не сговариваясь, они направились к возвышенности. Холм был не очень высоким — едва превышал кроны деревьев, — но этого было достаточно, чтобы подняться над лесным пологом. Подъём оказался пологим, почти необременительным. Однако духота и набиравшая силу жара быстро дали о себе знать: уже через несколько десятков шагов одежда прилипла к телу от пота. Тем не менее, с каждым шагом перед ними открывался всё более широкий вид — словно награда за приложенные усилия.

Когда они достигли вершины, то сразу принялись внимательно осматривать окрестности, отыскивая ориентиры места с родником, найденным вчера. Всматривались в переплетение ветвей и скалистые выступы, пытаясь уловить знакомые приметы. И вдруг Ольга замерла, резко вскинула руку, указывая в сторону, противоположную их маршруту.

— Смотрите! — её голос дрогнул от волнения. — Там что-то блестит!

Все трое всмотрелись в указанную точку. Среди зелёной пелены действительно пробивались странные отблески — то ли игра света на листьях, то ли что-то более материальное.

— Пойдём, проверим, — кивнул Богдан, уже направляясь вниз по склону. Но, посмотрев на Ольгу, остановился и заботливо добавил: — Но сначала минут пять передохнём. Нужно восстановить силы.

Ольга мягко улыбнулась:

— Спасибо, Богдан. Ты прав — небольшая передышка нам не помешает.

Сергей, молча наблюдавший за ними, одобрительно кивнул:

— Отличное решение. Я тоже чувствую, что темп надо сбавить.

Присев на землю, Ольга оперлась на ладони и с тихим вздохом вытянула ноги, наслаждаясь минутной передышкой.

— Серёж, расскажи про Светлану, — попросила она, повернув голову к Сергею. — Как вы познакомились?

Сергей улыбнулся, снял с плеча связку бутылок, устроился рядом и начал:

— Она директор турагентства, арендует помещение в нашем бизнес-центре. А знакомство вышло… скажем так, запоминающимся. Я тогда готовил важную презентацию — весь в делах, нёс ноутбук в руках, шёл в зал совещаний подготовиться к встрече. Подхожу к лифту, нажимаю кнопку — и тут из-за угла выходит Светлана с сотрудницей, увлечённо о чём-то беседуют, жестикулируют… Не заметили меня — столкнулись плечом, я не удержал ноутбук, он выпал из рук и ударился об пол. Крышка треснула…

Ольга невольно улыбнулась:

— И что она сказала?

— «Простите, я не заметила… Я так виновата…» — Сергей воспроизвёл её взволнованный тон, но в глазах светилась теплота. — Она была ужасно расстроена, сразу стала извиняться, спрашивать, не пострадал ли ноутбук, предлагала оплатить ремонт. А я смотрю — устройство вроде работает, только корпус пострадал. Говорю: «Да ладно, бывает. Главное — данные целы, а то мне бы точно конец». Она выдохнула с облегчением, улыбнулась, и… как-то само собой завязался разговор.

Богдан, не оборачиваясь, с лёгкой иронией бросил через плечо:

— И что, даже на покупку нового ноута не намекнул?

— Да как-то… не смог, — Сергей пожал плечами. — Она так искренне переживала. И смешно было: стоит, смотрит на мой ноутбук, будто на преступление века, а сама готова сквозь землю провалиться.

Ольга кивнула:

— Понимаю. Когда человек искренне раскаивается, это подкупает. И что дальше?

— Дальше? — Сергей усмехнулся. — Я предложил ей выпить кофе, пока проверяю ноутбук. Потом стали чаще пересекаться в кафе, потом… она пригласила меня на открытие нового офиса. А потом уже я позвал её в ресторан.

— Красиво, — Ольга улыбнулась. — Значит, всё началось с неловкости, а превратилось в… что-то настоящее?

— Да, — просто ответил Сергей. — Мы встречались почти год, и вот решили съездить в предсвадебное путешествие. Специально подгадали отпуска. Она так ждала этой поездки…

Его голос дрогнул. Он замолчал, глядя вперёд, но взгляд, казалось, был где-то далеко — не среди деревьев, а в другом мире: в кафе с запахом кофе, в офисе с яркими презентациями, в планах на этот самый отпуск, который неожиданно обернулся катастрофой. А её последствия пока ещё оставались неизвестными.

Богдан замедлил шаг, мягко произнёс:

— Всё будет хорошо.

Сергей глубоко вдохнул, словно собираясь с силами:

— Надеюсь. Хочу верить, что ей повезло… пусть даже как нам — с этим островом. Что она жива, что у неё есть вода, укрытие, люди рядом. Светлана сильная, она выдержит.

Он замолчал. В тишине было слышно только шуршание листвы и отдалённый крик птицы.

Ольга мягко коснулась его плеча:

— Без надежды… совсем туго. А она у тебя есть, Серёж? Держись за неё.

Сергей кивнул, не говоря ни слова. Но в его глазах, несмотря на тень тревоги, теплилась искра — не только страха, но и веры.


На обратном пути стало ещё проще: гравитация сама несла их вниз, и приходилось лишь слегка приседать, чтобы не потерять равновесие.

Преодолев спуск, они двинулись сквозь джунгли. Приходилось пробиваться сквозь буйное переплетение растительных форм, огибать массивные корни и не терять из виду коварные неровности почвы. За полчаса они продвинулись лишь на несколько сотен метров, кляня удушающую влажность и колючие ветки, цеплявшиеся за одежду.

Наконец, обогнув массивный валун, они вышли на ровную площадку — просторную, примерно в половину футбольного поля. Впереди, в дальнем конце, снова смыкались густые джунгли, образуя зелёную стену, за которой, видимо, продолжалась долина.

Слева возвышался скалистый массив. Он начинался плавно — словно вырастал из тех самых джунглей напротив — и, огибая площадку полукольцом, постепенно набирал высоту. Именно на вершину этого массива вчера указывал Иван, когда они поднялись с берега ловушки на скалы:

— А для сигнала есть идеальное место. Вон там можно разжечь костёр. Место открытое, его точно заметят.

Справа стояла другая скала — ниже левой, но не менее внушительная. Её изломанный профиль напоминал уцелевшую стену древнего разрушенного дома. По центру зияла V-образная прореха, словно след от удара исполинского топора. Именно эта скала до последнего скрывала от путников главное чудо места.

У подножия правой скалы, с небольшого утёса, ниспадал водопад — не мощный, но изящный, словно серебряная нить, сплетённая из солнечных лучей. Вода, падая вниз, образовывала кристально чистый бассейн, дно которого просвечивало даже на глубине. Воздух здесь был свеж, напоён влагой; негромкий шум падающей воды создавал странный, успокаивающий контраст с глухой тишиной джунглей.

Но было в этом чуде одно непонятное обстоятельство: вода, скапливаясь в бассейне, никуда не уходила. Не виднелось ни малейшего ручья, ни малейшего стока — уровень оставался неизменно одним и тем же, будто это был декоративный фонтанчик, гоняющий воду по кругу.

— Странно… — Ольга присела на корточки у края, всматриваясь в прозрачную воду. — Куда же она девается?

Она провела рукой по воде:

— Ледяная… Но такая чистая! Мы можем набрать здесь воды — это сэкономит силы.

Богдан подошёл ближе, провёл рукой над поверхностью, затем осторожно потрогал дно:

— Может, трещина в скале? Или под землёй?

Сергей пригляделся, отошёл к протянувшимся вдоль скалы зарослям и вдруг заметил чуть в стороне — наполовину скрытые молодыми деревцами и плотной массой вьющихся растений — остатки строения.

— Смотрите! — позвал Сергей, махнув рукой.

Ольга и Богдан подошли. Перед ними стояла хижина, когда-то собранная из бамбука и пальмовых листьев, а теперь разваливающаяся: стены покосились, крыша провалилась, а между бамбуковыми жердями пробивались побеги плюща. Природа медленно, но верно забирала своё.

— Похоже, здесь кто-то жил, — задумчиво произнёс Сергей, подходя ближе и осторожно касаясь полуразрушенной стены

Богдан тем временем обходил хижину, внимательно изучая детали. Он приподнял полусгнивший лист пальмовой кровли, заглянул внутрь — и вдруг замер.

— Ребята, идите сюда! — его голос прозвучал взволнованно.

Сергей и Ольга приблизились. Внутри, среди обломков и разросшихся корней, лежали предметы, явно оставленные людьми.

Большой, на пять литров, закопчённый котелок — его стенки покрывали следы огня, а дно было чёрным от многолетнего нагара. Рядом стоял такой же закопчённый чайник с изогнутой ручкой и слегка погнутым носиком. Пара плетёных корзин рассыпалась при малейшем прикосновении — время и влага сделали своё дело. Два рассохшихся бамбуковых стакана, хоть и хрупкие, сохранили чёткую форму.

Богдан тут же оживился:

— Такие же можно сделать для всех! Бамбук растёт на каждом шагу, а техника простая.

Кроме того, нашлась мотыга с деревянным черенком и металлическим лезвием, покрытым пятнами ржавчины, но сохранившим прочность. Самой неожиданной находкой оказалась самодельная лучковая пила. Полотно было ржавым, однако оставалось вполне пригодным, а рассыпавшийся лучок — деревянную ветку — без проблем можно было заменить новой.

Но по-настоящему их внимание приковали два ножа. Один — обычный кухонный, с коротким прямым лезвием и обшарпанной деревянной рукоятью. Второй же заставил всех замолчать. Он имел вытянутую, слегка изогнутую форму с заострённым кончиком. Лезвие сужалось к острию, а костяная рукоять была эргономичной, с упором для пальцев. Общая конструкция выглядела массивной и прочной. Нож хранился в кожаных ножнах, которые, несмотря на годы, сохранились на удивление хорошо — кожа была плотной, без трещин, лишь слегка потемневшей от времени.

— Вот это вещь… — прошептал Сергей, осторожно беря нож в руки. — Лезвие острое, рукоять удобная. Им можно и рубить, и резать…

— И защищаться, — тихо добавила Ольга, глядя на клинок с нескрываемым восхищением.

Богдан кивнул, осматривая находки:

— Это серьёзно меняет дело. С таким инструментом мы сможем и дрова заготавливать быстрее, и защиту укрепить. Да и вообще… чувствовать себя увереннее.

На мгновение повисла тишина, нарушаемая лишь шумом воды. Каждый думал о своём: о том, кто мог жить здесь, почему ушёл, и что это значит для них самих.

— В любом случае, — наконец произнёс Богдан, — это место может нам пригодиться. Хотя бы как временное убежище. И вода — вот она, чистая, свежая.

Сергей кивнул, но взгляд его всё ещё блуждал по развалинам:

— Интересно, что заставило их уйти… Может, они столкнулись с чем-то… опасным?

Ольга положила руку ему на плечо:

— Сначала вода, потом — разгадки. Мы живы, мы нашли воду, инструменты — и это уже удача.

Богдан уже доставал пустые бутылки из связки:

— Давайте наполним ёмкости — нас ждут. Если в ближайшее время спасатели не объявятся, вернёмся и изучим место подробнее. Наверняка тут есть ещё что-то, что поможет нам продержаться до прибытия помощи.

Они принялись за работу: Ольга аккуратно опускала бутылки в прозрачный бассейн, Сергей помогал удерживать их под водой, а Богдан, время от времени поглядывая на нож в своих руках, ощущал непривычную уверенность.


Богдан, Сергей и Ольга скрылись в сумраке леса. Иван проводил их взглядом, пока последняя фигура не растворилась среди густой зелени. Глубоко вдохнув, он повернулся к берегу и занялся костром.

Утро только начиналось — солнце едва приподнялось над верхушками деревьев, обливая пляж мягким золотистым светом. Воздух ещё хранил ночную свежесть, но постепенно наполнялся теплом. Иван осторожно раздувал пламя, подкладывая тонкие сухие веточки. Через несколько минут огонь ожил: затрепетал, потянулся к небу тонкими язычками пламени.

— Надо поддерживать огонь, — пробормотал он себе под нос. — Не будем же каждый раз заново добывать…

Он поднялся, огляделся и направился к девушкам, которые сидели в тени шалаша, перебирая остатки вчерашней еды.

— Девчонки, — позвал он. — Пока меня не будет, следите за костром. Подбрасывайте ветки, как только начнёт прогорать. Я схожу за устрицами — обещаю вам завтрак.

— Я с тобой, — тут же откликнулась Катя, поднимаясь. — Мало ли что в воде… Подстрахую.

Иван кивнул:

— Хорошо.

Марина и Кристина переглянулись.

— Пойдём, поищем кокосы? — предложила Марина. — Жажда снова мучает.

Кристина кивнула:

— Пошли.

Они подкинули веток в костёр и направились вдоль кромки воды, внимательно глядя под ноги. Песок был тёплым, но не обжигал — жара ещё не достигла пика. Время от времени они останавливались, поднимали лежащие на песке орехи, проверяли целостность оболочки.

— Вот этот целый! — воскликнула Марина, поднимая крупный кокос. — И ещё один!

Кристина подобрала третий, осмотрела со всех сторон:

— Вроде без трещин. Отлично.

Они вернулись к лагерю, положили добычу рядом с костром. Марина достала гвоздь и принялась расковыривать кожуру, как делали вчера. Вскрывать кокосы не стали — решили дождаться Ивана с Катей.

Тем временем Иван и Катя подошли к скалистому выступу, где вчера обнаружили колонию устриц. Вода была прозрачной, и раковины отчётливо виднелись на камнях.

Иван спустился в воду и пошатал ближайшую раковину:

— Вот эта легко поддаётся.

Он поддел раковину металлической пластиной и аккуратно оторвал от камня. Катя стояла, расположившись у самой кромки, внимательно наблюдая за водой. Сквозь прозрачную гладь она видела дно — и её внимание привлекло большое количество рыб, плавающих над камнями и между ними. Были тут и совсем маленькие, сбившиеся в большие стайки, и вполне приличные по размеру особи.

— Тут столько рыбы! — с восхищением проговорила Катя.

Некоторые рыбки подплывали совсем близко, словно изучая незнакомцев. Другие держались поодаль, но не спешили уплывать — будто понимали, что люди не представляют для них угрозы. Катя заворожённо следила за их плавными движениями, за игрой света на чешуе, за тем, как они то рассыпаются в стороны, то вновь собираются в причудливые живые узоры.

— Смотри, — тихо позвала она Ивана, — они почти не боятся. Может, удастся как-то…

Она не договорила, заворожённая новым зрелищем: стайка серебристых рыбок пронеслась мимо, оставив за собой мерцающий след, а следом неторопливо проплыла более крупная рыба с яркими полосками на боках.

Иван, закончив с очередной раковиной, выпрямился и посмотрел туда, куда указывала Катя. На мгновение он тоже замер, наблюдая за подводным танцем, а затем усмехнулся:

— Да уж, зрелище то ещё. Нужно подумать, как её поймать. Но это потом. Пока займёмся устрицами. Сейчас ты смотри, чтобы кто-нибудь, совсем уж крупный, не решил попробовать мои филейные части на вкус, — с лёгкой усмешкой добавил Иван, вновь наклоняясь к воде.

Катя невольно рассмеялась, но тут же сосредоточилась, внимательно вглядываясь в подводную гладь. Она периодически поглядывала то на Ивана, осторожно передвигавшегося по скользким камням, то на игру рыб, то на глубину, где тени подводных обитателей казались особенно загадочными и внушительными.

Через полчаса Иван собрал все устрицы, которые находились на относительном мелководье.

— Дальше уже глубже, — вздохнул он, оглядывая подводные камни. — Пока не будем рисковать.

Катя кивнула:

— Согласна. На перекус нам и этого достаточно.

Они направились обратно к лагерю. Марина и Кристина уже сидели у костра, дожидаясь их.

— Ну как? — спросила Марина, когда они подошли.

— Собрал всё, что было на мелководье, — ответил Иван, показывая добычу. — Только четырнадцать штук. За остальными придётся нырять.

— Хватит на завтрак, — улыбнулась Марина. — Сейчас запечём.

— Там столько рыбы! — восторженно вставила Катя, глаза её блестели от впечатлений. — Стайки, крупные особи… Они почти не боялись нас, подплывали совсем близко. Иван обещал подумать, как её поймать.

Иван кивнул и усмехнулся:

— Рыбы и правда хватает. Когда ребята вернутся — подумаем, как её ловить. А пока давайте завтракать.

— Так захотелось рыбки… — вздохнула Кристина, даже сглотнув и прикрыв глаза. — Свежей, жареной… Ммм…

Иван разложил устрицы на угли. Через несколько минут раковины начали приоткрываться с лёгким шипением. Аромат морского деликатеса наполнил воздух.

Завтрак из устриц и кокосов оказался на удивление бодрящим: освежающая жидкость утолила жажду, а плотная мякоть вместе с морепродуктами дала ощущение сытости — пусть не полной, но достаточной, чтобы продолжить дела.

— Ну что, пошли на поиски? — предложила Марина, бросив взгляд на сумрачную кромку джунглей. — Надо найти ещё что-нибудь съестного. Может, фрукты, корни…

Кристина кивнула:

— Да, надо идти. Ребята вернутся — а мы их хоть чем-то да встретим. Не с пустыми руками.

— Я тоже с вами, — живо подхватила Катя, поднимаясь. — Ивану помощь не нужна: он со своей железкой возиться собрался. А втроём у нас больше шансов ничего не пропустить.

— Катенька, ну что ты такое говоришь? — Иван оторвался от заготовки мачете и широко улыбнулся. — Твоё присутствие рядом — больше чем помощь. Я бы сказал, вдохновляющий фактор!

— Вань, прекрати, — смутилась Катя, покраснев под весёлыми взглядами Марины и Кристины.

Иван, с трудом сдерживая улыбку, тут же сменил тон на серьёзный:

— Только не босиком. Обмотайте ноги, как следует — мало ли что. Можно пораниться или наткнуться на что;то опасное. И ещё: не уходите далеко. Если почувствуете угрозу — кричите громко, сразу бегите к пляжу. Я буду здесь: присмотрю за костром и за океаном. И… заодно доделаю второе мачете.

Девушки переглянулись, взяли самодельный нож — ту самую крышку от банки, заботливо заточенную Иваном. Обмотали ноги обрывками паруса, проверили узлы, затем не спеша направились к опушке леса.

Иван проводил их взглядом, немного посидел, прислушиваясь, и лишь тогда вернулся к своим делам. Он прошёлся по подлеску, насобирал сухих веток — не слишком толстых, но и не трухлявых, — и подбросил в костёр. Пламя благодарно вспыхнуло, облизало новые сучья, потянулось вверх.

Взяв второй кусок металлической пластины, Иван направился к каменному уступу. Здесь, на шероховатой поверхности, он принялся затачивать лезвие, методично водя металлом по камню. Звук был грубым, скрежещущим, но с каждым движением кромка становилась острее, обретала форму.

Время от времени он поднимал голову, всматривался в гладь океана и небо над ним. Ни кораблей, ни катеров, ни самолётов, ни вертолётов — только бескрайняя синева, безмолвная и равнодушная.

Он пару раз сходил к лагерю, подбрасывал ветки в костёр, следил, чтобы огонь не угасал. Потом вновь брался за пластину, продолжал точить, проверять угол, снова точить. Камни скрежетали, металл поддавался не сразу — но постепенно лезвие обретало нужную остроту.

Когда кромка, наконец, удовлетворила его, Иван вернулся к костру и принялся обматывать рукоятку бечёвкой. Он плотно укладывал витки, проверял хват, слегка подтягивал, снова проверял. Хотелось, чтобы рукоять лежала в руке как влитая — надёжная, удобная, готовая к работе.

Мысли то и дело возвращались к рыбе, увиденной утром. «Сделать удочку? Леска вроде есть — пусть толстая, но проблема с крючками. Где их взять или из чего сделать?..» Он задумчиво провёл пальцем по свежезаточенной кромке. «Сети? Рваных элементов достаточно, но нет ни одного целого, да и ячейка крупная. Ладно. Вернутся Богдан с Сергеем — подумаем вместе».

Иван встал, сделал пару рубящих движений новым мачете. Удовлетворённо кивнул:

— Неплохо. Совсем неплохо.

Затем, прихватив инструмент, направился в сторону леса — вырубить древки для копий. У них было несколько больших гвоздей, которые можно было использовать как наконечники. Солнце уже стояло высоко, воздух наливался жаром.

Вдалеке слышались голоса девушек — они перекликались, обсуждая находки, время от времени смеялись. Иван улыбнулся. «Главное, чтобы не потерялись», — подумал он, вглядываясь в зелёную гущу деревьев. Зашёл в лес, вдохнул влажный, насыщенный запахами листвы и земли воздух. Огляделся: вокруг — плотная стена зелени, переплетение ветвей, тени, скользящие по стволам. Он выцепил взглядом ближайшее скопление бамбука и направился к нему.

Долго примеривался к стволам, выискивая наиболее подходящие для древка, чтобы копья получились удобными в обращении. Наконец определился: один ствол чуть тоньше остальных, с ровной поверхностью, без трещин.

Расчистив мачете подход, вырубил окружающий кустарник и молодые деревца, мешавшие подобраться ближе. Лезвие входило в древесину с глухим стуком, ветки падали, обнажая пространство. Дотянулся, рубанул — ствол поддался, с лёгким треском отделился от основания. Иван вытащил его, очистил от листвы, обрубил ненужную верхушку. Потянулся за вторым, наклонил, рубанул снова.

И вдруг — резкое движение сверху. Что-то упало на него, бешено извиваясь. Он машинально попытался отшвырнуть это прочь, но в тот же миг ощутил, как что-то впилось между большим и указательным пальцами левой руки. Рука сама дёрнулась вниз — и тогда он увидел её: змею.

Не больше метра длиной, она поражала яркой, причудливой расцветкой. По зеленовато-жёлтому телу тянулись чёрные и белые полосы, складываясь в сложный узор — словно мозаику. На голове выделялись контрастные пятна, будто аккуратно прорисованные маскировочные метки.

Змея свалилась с ветки, до этого незаметно таясь в листве. Стремительно скользнула вниз и тут же растворилась в траве между бамбуковыми стволами.

Иван отпрыгнул от зарослей, выронив мачете. Сердце колотилось в ушах, дыхание перехватило. Он поднял руку, пытаясь осмотреть место укуса. Пара еле заметных красных точек — и всё. Ни отёка, ни жгучей боли… пока.

Он обхватил губами место укуса, пытаясь отсосать яд. Всасывал кожу между пальцами, сплёвывал, снова всасывал. Движения были резкими, почти судорожными. В голове — ни одной чёткой мысли, только обрывки: «Нельзя паниковать… яд… сколько времени?.. Надо действовать быстро…»

Пару минут он продолжал, пока во рту не появился металлический привкус. Тогда остановился, тяжело дыша, осмотрел руку. Красные точки чуть припухли, но больше никаких изменений.

Поднял мачете, сжал рукоять так, что побелели пальцы. Угрюмо пошёл к лагерю. Ноги будто налились свинцом, каждый шаг давался с трудом. Мысли в голове были неутешительными: «Если это была гадюка — ещё терпимо. Но если что-то серьёзнее… Антидота нет. Воды — мало. А если начнётся отёк, головокружение, тошнота?..»

Он оглянулся на бамбуковые заросли, будто ожидая, что змея снова появится. Но лес молчал, лишь листья шелестели на ветру. Иван сглотнул, ускорил шаг. Нужно было добраться до лагеря, предупредить остальных, решить, что делать дальше.

Солнце било в глаза, тени удлинялись. Он шёл, сжимая мачете, чувствуя, как холод ползёт по спине. Не страх — скорее трезвое осознание: одна случайность, один неверный шаг — и всё может измениться навсегда.

Девушки продвигались по кромке джунглей, не выпуская из виду сверкающую полосу пляжа. Под ногами мягко пружинила подстилка из опавших листьев и мха, а где-то вдали раздавались крики птиц, нарушая лесную тишину.

— Смотрите, это же лонганы! — воскликнула Марина, указывая на дерево с густой кроной.

На ветках висели гроздья небольших круглых плодов с тонкой коричневой кожурой, похожей на мелкую чешуйку. Под ней скрывалась полупрозрачная белая мякоть, а внутри — блестящее чёрное семя.

— О, точно! — обрадовалась Катя. — Переводится как «глаз дракона» — из-за косточки внутри. Очень похожи на личи. Но как их достать? С земли не дотянуться…

Кристина, самая гибкая и лёгкая из троицы, уже оценивающе разглядывала ствол:

— Я залезу. Тут невысоко.

Она ловко подпрыгнула, ухватилась за нижнюю ветку, подтянулась и начала карабкаться вверх.

— Прямо как обезьянка, — с улыбкой прошептала Марина, глядя на ловко карабкающуюся девушку.

Катя прикрыла рот рукой, подавляя смех.

Через пару минут Кристина уже срывала гроздья, аккуратно скидывая их вниз.

— Хватит! — крикнула Катя, поднимая усыпанные плодами ветки. — Тут для всех хватит. И много их есть нельзя.

Девушки съели по три штучки, наслаждаясь сладковато-терпким вкусом с лёгкой кислинкой. Затем бережно завернули оставшиеся плоды в широкие банановые листья, стараясь не повредить нежные ягоды.

Чуть дальше они наткнулись на банановое «дерево» (прим. авт.: банан относится к роду многолетних травянистых растений семейства Банановые). Они не росли густыми зарослями, а встречались поодиночке, будто затерянные стражи джунглей. Одно из них сильно наклонилось к земле — будто устало держать свою тяжёлую ношу.

— Бананы! — Катя первой заметила жёлтые гроздья. — И как удобно — почти в руки падают.

Они подошли ближе. Плоды были небольшие, но спелые — ярко-жёлтые, с лёгким медовым ароматом. Марина и Катя осторожно срезали гроздья самодельным ножом, стараясь не повредить хрупкие стебли. Затем так же бережно упаковали их в банановые листья.

— Дикие, конечно, — заметила Кристина, разглядывая добычу. — Но всё равно вкусные. И главное — съедобные.

Следующей целью невольно стали молодые побеги бамбука. Девушки медленно продвигались от одной заросли к другой, невольно залюбовавшись причудливой картиной: среди мощных, строго вертикальных стволов робко пробивались нежные ростки — будто юные подопечные среди суровых наставников.

Марина остановилась, заворожённо глядя, как солнечный луч пробивается сквозь листву и ложится на светло-зелёный побег, только-только показавшийся из земли.

— Смотрите, какие аккуратные… — тихо произнесла она, осторожно касаясь гладкого стебля. — Словно маленькие копья, готовые к бою.

Катя подошла ближе, тоже разглядывая росток:

— Да, удивительно изящные…

И тут её глаза вдруг расширились:

— Постойте! Я же ела такое в китайском ресторанчике — салат с бамбуком! Хрустящий, с лёгким ореховым привкусом…

— Точно! — подхватила Кристина, хлопнув себя по лбу. — Во вьетнамском супе фо тоже были эти побеги — такие нежные, но с характерным вкусом.

— И в японском ресторане! — оживилась Марина. — Мы с Володей были в «Якитории». Там подавали маринованные побеги бамбука с кунжутом. Мы тогда ещё удивлялись, насколько это необычно и вкусно.

Девушки переглянулись, и в их взглядах вспыхнул одинаковый огонёк — огонёк открытия. Всё это время они ходили мимо настоящего клада, даже не подозревая об этом.

— Так чего мы ждём?! — воскликнула Катя, уже приглядываясь к основаниям стволов. — Давайте собирать!

Они принялись внимательно осматривать каждую группу бамбуковых стеблей. Теперь их движения стали целенаправленными, уверенными — они точно знали, что искать. Нежные светло-зелёные побеги длиной от 10 до 40 см прятались среди взрослых стволов, но девушки быстро научились их находить.

— Вот этот хорош! — Марина осторожно потянула за упругий стебель. Он легко отломился у основания с тихим хрустом. — Идеально — не переросший, сочный.

— А тут ещё парочка! — Кристина ловко извлекла два соседних побега. — Смотрите, они как будто сами просятся в руки.

Катя, чуть в стороне, присев на корточки, тоже отламывала находку.

— Я сейчас чувствую себя заядлым грибником, — сказала она, показывая свой трофей.

Они методично обходили каждую группу бамбука, высматривая и аккуратно отламывая найденные ростки. Вскоре в очередном «свёртке» из широких банановых листьев накопилось около двадцати сочных побегов.

— Ну вот, — с удовлетворением сказала Марина, завязывая края листа узлом, — теперь у нас есть настоящий деликатес. Осталось вспомнить, как его приготовить.

— Ну что, пора возвращаться? — предложила Катя, оглядываясь на пляж. — Уже прилично набрали, да и солнце начинает клониться к закату.

— Согласна, — кивнула Марина. — Ребята наверняка вернулись и ждут.

Они двинулись обратно, осторожно пробираясь сквозь заросли. Каждый шаг давался нелегко — руки были заняты добычей, а ноги то и дело спотыкались о корни. Но настроение было приподнятым: поход оказался на удивление плодотворным. Солнечные лучи пробивались сквозь листву, создавая на земле причудливую игру света и тени, а лёгкий ветерок доносил солёный запах океана.

Когда они вышли на пляж, первое, что бросилось в глаза, — бледный, поникший Иван, сидящий у костра. Его обычно бодрый взгляд был потухшим, а на лице читалась тревога.

— Ваня! — с тревогой в голосе окликнула его Марина, опуская на песок свою ношу. — Что случилось? Ты плохо выглядишь.

Иван поднял глаза, попытался улыбнуться, но вышло натужно:

— Змея… укусила.

Тишина повисла в воздухе. Катя ахнула, Кристина побледнела ещё сильнее, чем сам Иван.

— Тут есть змеи? — ужаснулась Кристина, инстинктивно придвинувшись к подругам.

— Где?! — Марина бросилась к нему, опустилась на колени рядом с Иваном. — Покажи!

Он протянул левую руку — между большим и указательным пальцами виднелись две маленькие красные точки, едва выступающие над кожей.

— Это… серьёзно? — дрожащим голосом спросила Катя.

— Какой-то невыразительный укус, почти незаметный. Может, она не смогла прокусить кожу? — Марина внимательно осматривала место укуса, то слегка сжимая, то растягивая кожу.

— Не знаю, — честно ответил Иван. — Я попытался отсосать яд, как смог. Но пока непонятно, какая это была змея.

— Как ты себя чувствуешь? — Марина приложила ладонь к его лбу. — Температуры вроде нет… Не мутит? Онемения не чувствуешь? Слабость?

— Пока, вроде, без изменений, — Иван сглотнул, пытаясь унять лёгкую дрожь в голосе. — Это произошло примерно полчаса назад. Сначала испугался, потом подумал — если бы яд был сильный, уже что-то проявилось бы… наверное.

Марина нахмурилась, обдумывая его слова. Затем решительно поднялась:

— Не паникуем. Мы справимся. Сейчас разберёмся, что делать дальше.


Прежде чем отправиться назад в лагерь, Богдан, всматриваясь в скалистый склон, предложил:

— Может, быстренько поднимемся, осмотрим его?

— Нас ждут с водой, — возразила Ольга, оглядываясь на аккуратно расставленные у подножия скалы бутылки. — Стоит ли задерживаться?

— Да и есть хочется, сил нет, — поддержал её Сергей. — А у нас там устрицы…

— Можно и позже, — кивнул Богдан. — Или завтра. Но сейчас-то мы уже почти на месте. Поднимемся — и сразу вниз. Пять минут дела.

После короткого спора, где перевесили доводы о том, что обзор сверху может серьёзно упростить дальнейшие перемещения, все согласились. Оставив бутылки с водой и найденные инструменты у водопада, они налегке двинулись вверх по довольно удобному, пологому склону.

Подъём занял не больше пятнадцати минут. Не было ни тропы, ни явного пути — только каменистый склон с редкими кустами и россыпью мелкой гальки, заставлявшей ступать внимательно.

Первое, что бросилось в глаза, — пляж оказался совсем близко. Не более трёхсот метров по прямой от скалы. Правда, их лагерь располагался значительно левее, но это уже мелочи: теперь они точно знали кратчайший путь до берега.

Второе — площадка на вершине была достаточно плоской, около двадцати квадратных метров, и с неё открывался отличный обзор почти во все стороны. Лишь в той части, где их выбросило на берег, вид перекрывали более высокие скалы, но остальное пространство просматривалось прекрасно: джунгли, полоска пляжа, океан, мерцающий под солнцем, и даже далёкие очертания ещё одного острова на горизонте.

— Вот это да… — выдохнула Ольга, делая шаг вперёд и раскидывая руки. — Как на ладони всё!

— Теперь мы можем выбирать маршрут, не блуждая вслепую, — с удовлетворением произнёс Богдан, обводя взглядом окрестности. — И сигнальный костёр здесь — идеальное место. Ветер гуляет, обзор отличный. Если кто-то будет проплывать мимо, точно заметят.

— А если вертолёт? — предположила Ольга. — С такой высоты дым будет виден издалека.

— Главное — не пропустить момент, — серьёзно сказал Сергей. — Надо договориться, кто и когда дежурит.

— Договоримся, — заверил Богдан. — Сейчас главное — донести воду и рассказать остальным про находки. А завтра вернёмся, разведаем всё подробнее.

Сергей молча кивнул, впитывая панораму. Затем указал вправо:

— Там, кажется, ручей. Трава темнее, птицы кружат… Но надо проверить — издалека не разобрать, может, просто влажная низина.

— Было бы здорово, — с надеждой произнесла Ольга.

Они ещё несколько минут стояли на вершине, впитывая открывшуюся перспективу.

Наконец, Богдан хлопнул ладонью по камню:

— Пошли вниз. Нас ждут.

Они спустились так же легко, как поднялись, — по знакомому пути, где каждый шаг уже не таил неожиданностей. Теперь путь к лагерю обещал быть коротким: не нужно было кружить по джунглям, пробираться сквозь заросли, теряться в однообразных стволах. Всё стало проще, понятнее, ближе.

Воодушевлённые, они сначала забрали заготовленную воду и распределили находки. Богдан взял котелок, внутрь положил полотно лучковой пилы и кухонный нож. Сергей опоясался большим ножом, в руку взял мотыгу. Ольге достался чайник — дополнительный груз, но вполне посильный.

Собрав всё необходимое, они направились к лагерю, обходя скалу со смотровой площадкой.

— Позже вернёмся сюда, — говорил Богдан. — Осмотрим всё внимательнее, проверим, нет ли ещё чего-то полезного.

— И разведаем тот ручей, — добавила Ольга. — Если там вода чистая, это сэкономит нам массу сил.

— А ещё надо решить, как лучше организовать дежурства у сигнального места, — вставил Сергей. — Чтобы не пропустить ни корабль, ни самолёт.

Обогнув скалу, они замерли от неожиданности. У подножия, чуть правее от её вершины, — незаметное сверху, укрытое плотной завесой деревьев и кустарников — открылось небольшое озеро.

— Смотрите! — тихо воскликнула Ольга, первой заметившая водную гладь, мерцающую среди зелени.

Они подошли ближе. Вода в озере была прозрачной, с лёгким бирюзовым отливом. На дне просматривались гладкие камни, а у берегов колыхались подводные растения, будто танцующие в медленном ритме течения.

— Так вот куда уходит вода из бассейна! — догадался Богдан, оборачиваясь в сторону водопада. — Она не испаряется и не просачивается бесследно — видимо, по подземному руслу течёт сюда.

Сергей указал вдоль скалы, где от озера отделялся узкий, но отчётливо видимый ручей:

— А дальше — вот он. Тот самый ручей, который я заметил сверху.

Ольга шагнула к ручью, присела, зачерпнула воду ладонью:

— Тут вода теплее… но тоже чистая.

Сергей кивнул, глядя вдаль, где ручей нырял в гущу джунглей.

— Сегодня день чудес и ошеломляющих находок, — проговорил Богдан. — Но нам пора двигаться. В лагере ждут воду и наши новости. Пойдём?

Они выдвинулись, и уже минут через десять впереди, за деревьями, мелькнула серебристая полоска океана. Скоро они будут в лагере. Скоро расскажут обо всём. Скоро начнут действовать — уже не наугад, а с планом, с опорой на то, что нашли сегодня.