Лиса с улыбкой Моны Лизы. Глава 10

Глава 10

Дорога обратно заняла от силы минут пять, поэтому Лара успела вовремя. Она влетела в свой кабинет, сбросила дубленку, мельком взглянула в зеркало и глубоко выдохнула, пытаясь переключиться с «детектива» на роль штатного психолога. В холле для гостей уже ожидала пара — совсем молодые ребята. Лара пригласила их в кабинет.

— Проходите, присаживайтесь, — улыбнулась она, жестом приглашая их к двум мягким креслам напротив своего стола. — Заметила, вы что-то увлеченно обсуждали и записывали в блокнот... Надеюсь, список гостей еще не стал причиной для первой семейной дуэли?

Худенькая темноволосая девушка, подстриженная по последней моде, рассмеялась. Она оценивающим взглядом посмотрела на Лару и протянула ей блокнот. Лист был исписан двумя разными почерками.

— Мы высчитывали вероятность того, уживутся наши коты в одной квартире или нет, — серьезно пояснил парень. — У меня британец, у Ани — мейн-кун. Пока получается тридцать процентов. Это веская причина, чтобы отложить регистрацию?

— Коты — это святое, — совершенно серьезно подтвердила Лара, мельком глянув на записи, где пункты «территориальные воды дивана» соседствовали с «нейтральной зоной на холодильнике». — Коты предательства не прощают. Думаю, что пока вы живете раздельно, следует показать им, что вы пара, и попытаться их «подружить» — выходить вместе с ними на прогулку, покупать им одинаковые вкусняшки.

Она поймала себя на мысли: как же этим ребятам везет. Их главная проблема — чтобы коты нашли общий язык, в то время как Ларе нужно найти доказательства, что сестра Владимира к убийству не причастна.

— Ну и на каком пункте вы остановились?

— Мы застряли на пункте о ночных тыгыдыках, — вздохнула Аня. — Вадим считает, что котов надо запирать на кухне, а я считаю, что это нарушение прав личности.
Лара улыбнулась. Если молодая пара способна всерьез обсуждать права личности кота, то с правами друг друга они точно разберутся. Лара предложила ребятам заполнить анкеты. Пока они были заняты делом, она снова стала думать о поездке в детдом.

Для того чтобы туда добраться, заскочить в аптеку, а потом вернуться обратно, необходимо потратить полдня. Был бы Владимир в городе, они бы поехали вместе на его машине, но Владимир уже уехал. Значит, нужно отпрашиваться с работы, ссылаясь на то, что ей якобы следует решить вопросы с регистрацией. Мол, вернулась в город и до сих пор не закрыла этот вопрос.

Время тянулось как патока. Каждая консультация казалась бесконечной. Психология семейных отношений сейчас волновала Лару меньше всего. Она механически кивала, делала пометки в блокноте, а сама пыталась вычислить, кому могли помешать Татьяна и Артем.

Детектив, проснувшийся внутри, бесцеремонно заглушал голос психолога, которому не нужны были компромиссы, а были нужны только факты. В голове выстраивалась четкая схема: детдом — Татьяна — Артем — аптека — рецепт. И в этой схеме не было места для сочувствия. Только для логики и риска.

Отпроситься с работы не составило труда, поэтому утром Лара отправилась за город. Детский дом долго искать не пришлось. Она ожидала увидеть серость и уныние, но за воротами её встретил свежевыкрашенный фасад и новенькая игровая площадка с яркими горками, очевидно, подарок какого-то фонда.

Внутри всё напоминало скорее приличный летний лагерь: светлые коридоры, новая, насколько это возможно, мебель в холлах, на стенах — детские рисунки в аккуратных рамках. Пахло не хлоркой, а свежей выпечкой из столовой. Психолог внутри Лары отметил, что быт здесь налажен на совесть, но детектив продолжал искать изъяны в этой идеальной картинке. Она понимала, что дети здесь перестают быть детьми гораздо раньше, чем положено по паспорту.

Заведующая встретила Лару на удивление любезно — сработала старая версия с липовым удостоверением журналиста. Кабинет больше походил на офис успешного менеджера, а сама Жанна Ивановна — на завотделением банка по работе с юридическими лицами. По тому, как она восприняла сообщение о гибели Татьяны и Артема, Лара поняла, что полиция еще у них не побывала.

— Это же надо, — расстроенным голосом сказала Жанна Ивановна, вытирая платочком уголки накрашенных глаз. — Кто же и за что убил Власенко…

— Мы бы тоже хотели это знать. Понимаете, полиция завалена уголовными делами. Вот мы и пытаемся провести свое расследование. Расскажите, какими были Татьяна и Артем.

— Да обычными они были, — вздохнула заведующая. — Татьяна, конечно, была ершистая. Знаете — из лидеров, которые со знаком минус. Поэтому мы очень удивились, когда Артем на нее запал. Артем был сам по себе парень спокойный. Учиться он особо не хотел, как и многие в его возрасте, но вот в точных науках ему не было равных. Очень информатику любил.

По словам Жанны Ивановны, Татьяна тоже этим предметом увлеклась. С этого все и началось — Артем взялся ей помогать. У кого-то, как в песне, «с ручейка все начинается», а у них — с информатики. Многие до сих пор убеждены, что Татьяна его окрутила. Позволяла себя любить, но сама не любила. Просто поняла, что он очень удобный для нее.

— Они были яркой парой, - продолжала заведующая. — И мы очень удивились, что с момента выпуска Татьяна и Артем ни разу не приехали нас навестить. Ведь для воспитанников детский дом остается домом на всю жизнь.

Лара понимала, что поскольку конфликтов у ребят не было, то и мстить им было не за что. Но все же интуиция подсказывала, что женщина рассказала не все.
— Может, в Татьяну кто-то был влюблен кроме Артема? И этот кто-то затаил зло? — спросила она наугад и посмотрела на часы.

— В Татьяну — нет. А вот в Артема — были. Одна наша воспитанница была в него влюблена, бегала за ним, как собачонка. А он никого кроме Татьяны не замечал. А потом оказалось, что Зиночка забеременела. Это было большое ЧП для детского дома. Обнаружилось это на позднем сроке, когда аборт делать было нельзя. От кого она забеременела — так никто и не знает. Не говорит. Но скажу по секрету — когда у Зиночки родился мальчик, все в один голос сказали, что ребенок очень похож на Артема.

«Так вот почему Татьяна и Артем ни разу за все время после выпуска не приехали в детский дом», — подумала Лара.

Продолжение: