иконописные образы курганского собора, 1996 год

*     *     *
Иконописные образы для иконостаса кафедрального собора святого Александра Невского, 1996 год.
Святыни Зауралья
Заметки к книге «Первый епископ Зауралья»

В 2026 году исполняется 130 лет со дня основания кафедрального собора святого Александра Невского в городе Кургане.
Вспомним сегодня и о Преосвященном епископе Курганском и Шадринском Михаиле, первом архиерее Зауралья, который понес главные труды в восстановлении разрушенной Александровской церкви.

 Особое попечение Преосвященный епископ Михаил имел о написании икон для иконостаса кафедрального собора. Он с большим интересом занимался реставрацией икон в своем архиерейском доме и любил и понимал искусство иконописи, владея навыками художника-реставратора. Именно владыка курировал все работы по украшению иконостаса собора, утверждал стиль написания икон и изыскал средства для оплаты труда иконописцев. 
Иконные доски для деревянного иконостаса собора, по сложной технологии, были подготовлены курганскими мастерами на производственном предприятии «Моделит» курганского Автобусного завода, в количестве 39 штук. Качество изготовления иконных досок контролировали архитекторы Троице-Сергиевой лавры, преосвященный епископ и сами художники-иконописцы. При подготовке иконных досок использовалась вакуумно-тепловая сушка, что позволило заменить старинную технологию просушки дерева, так как дерево должно было сохнуть в естественных условиях несколько лет. Доски были изготовлены из кондового хвойного леса чимеевского лесхоза.
Кондовый — значит лес самого отменного качества, имеющий плотную древесину и малое количество сучков.
Когда пришло время отправлять иконные доски в Москву, в Курган приехал художник Игорь Исаков, чтобы согласовать с владыкой стиль написания образов. С Игорем Алексеевичем Исаковым епископ Михаил был знаком еще по учебе в Московской Духовной Академии. Именно ему он благословил собрать команду иконописцев. Так в 1995 году иконные доски были отправлены в Москву. А к июню 1996 года они уже украшали иконостас собора. «Икона — окно в иной, духовный мир, — говорил владыка. — Она является средством для собирания внимания и способствует истинной, нерассеянной молитве».
Художники сами подготовили иконные доски по следующей технологии: сначала оклеели доски льняным холстом, затем на холст были нанесены поочередно три слоя мелового левкаса, все слои тщательно отполированы, чтобы поверхность стала ровной и гладкой настолько, чтобы напоминала скорлупу яйца. Краски (темпера) использовались минеральные, на яичном желтке. Об этом рассказал журналистам Игорь Исаков, добавив, что только левкасом все 39 досок покрывали четыре человека.
На вопрос о том, кто из художников принимал участие в создании соборного иконостаса владыка рассказал, что «иконы написаны в Москве четырьмя опытными иконописцами в различных мастерских, трое из них — отец и двое сыновей, а четвертый — один из старейших художников палехской иконы, который пишет более мелкие праздничные образы…»(* Епископ Михаил //Звонница. – 1996. – № 13. – С. 4.)
Называть публично свои имена художники не пожелали.
Позднее Игорь Алексеевич, руководивший всеми работами, назвал только два имени: Константин Александрович Андрианов и Виктор Иванович Миронов. Оба — выпускники Палехского училища; Андрианов К. А. закончил также высшее Строгановское училище в Москве, а Миронов В. И. — ВГИК.
— Наша работа, — рассказывал Игорь Алексеевич, — началась в 1978 году в Почаеве. В лавре нами был расписан Троицкий собор, построенный до революции и не расписанный в связи с началом Первой Мировой войны... Кроме настенных росписей мы написали много икон. Работали в Успенском соборе, в пещерном храме… Работали в Новгороде, в Камышине (там огромный собор), во многих храмах Москвы...* (* Е. Кибирева / художник-реставратор Игорь Исаков // Звонница. – 1996. – № 16. – С. 6-7)
Добавим, что ранее этими же иконописцами, к обретению мощей преподобного Далмата Исетского, была написана первая икона святого, которую передали в Далматовский монастырь. По рисункам и фотографиям воссоздавали иконописный образ Далмата, местночтимого святого. Это был 1994 год.
Этот же образ преподобного Далмата был написан мастерами и для иконостаса собора.
В собор написанные иконы привезли в 1996 году к празднику «Сретение Господне», пригласили курганских художников и членов Художественного Совета храма для ознакомления. Первый отзыв о красоте икон написал Герман Алексеевич Травников, народный художник России, выражая мнение творческой интеллигенции Кургана: «Именно такими, написанными в высоком каноне, оставленном предками Московской школы, Греции и Византии, представлялись мне иконы нашего храма... Меня, как художника, интересовала как сделаны иконы. Осматривая их со всех сторон, я вспоминал своего учителя Гаева Т. П., который говорил, что все нужно делать с основы: «Подготовь душу, хорошо сделай подрамник, натяни холст, срежь узелки, загрунтуй по технологии, тогда писать будет весело, люди будут смотреть и радоваться». Так и здесь: хорошая доска, левкас, письмо высокого стиля будут нести добро и радость для прихожан храма. Отсутствие натурализма,строгость и праздничность — стиль высокого возрождения Руси — станет стилем возрождения нашей духовности и нашего храма святого Александра Невского»* (Г. Травников // Звонница. – 1996. – № 13. – С. 4)
К торжественной дате — 100-летию со дня основания Александро-Невской церкви, которую в Кургане отмечали в июне 1996 года, новые иконы были освящены.
Стиль написания иконописцы выбрали классический — новгородский. «Для него характерны удивительная сочность цвета, наполненность светом, легкость...» — объяснил Игорь Исаков. Рассказал Игорь Алексеевич и об особенностях работы над иконостасом: «Сначала мы должны были найти стиль, в котором будем работать. Потом делались наброски — сначала всего иконостаса в целом, потом каждого чина отдельно, затем внутри чина разрабатывалась каждая икона. При этом необходимо было помнить, что иконостас должен получиться единым целым, расположенные на нем иконы должны между собой соотноситься как в размере фигур, так и в цвете... Сложно было со средней иконой Деисусного чина. Она необычна по композиции: необходимо было разместить три близко стоящие фигуры и сделать их такими, чтобы они не подавляли остальные чиновные фигуры святых. Необходимо было также необычную для новгородского стиля полукруглую форму икон сочетать с каноническими сюжетами и общей  композицией иконостаса.  Единый образ иконостаса, который состоит из тридцати пяти икон, мы стремились соотнести с общей гармонией, свойственной и самой Церкви Христовой...» (* Е. Кибирева / художник-реставратор Игорь Исаков // Звонница. – 1996. – № 16. – С. 7)
Ранее, протоколом Художественного Совета храма в 1995 году, художниками и специалистами Кургана была дана рекомендация расписывать церковь и иконостас в новоафонском стиле. К тому же, в то время уже были раскрыты несколько евангельских сюжетов в алтаре, написанные еще при строительстве Александровской церкви — «Моление о чаше», «Положение во гроб», а также фрагменты травяных орнаментов, близкие по стилю к новоафонскому... В самые первые годы, как только передали собор верующим и в нем начались богослужения, прихожане стали приносить в храм или выкупать у разных людей иконы, написанные на Святой горе Афон в ХIХ веке. Иконы эти отличались реалистичностью написания образов и стремлением иконописцев отобразить их переживания и внутренний мир. Однако, по благословению епископа Михаила, для храма был выбран новгородский стиль и на вопрос журналистов, почему все-таки иконописцы остановились на древнерусском стиле, Преосвященный владыка ответил так:
— Существует такое понятие в церковной живописи, как канон, то есть основное правило, которым обязаны руководствоваться живописцы. Икона — это ведь не просто картина с изображением того или иного события из Святого Писания. Нет, икона — окно в иной, духовный мир, она является средством для собирания внимания и способствует истинной, нерассеянной молитве. Не случайно в канонической иконе, каковой была и есть древнерусская икона, применяется принцип «обратной перспективы» в отличие от реалистической живописи, использующей «прямую перспективу». В настоящей канонической иконе изображение как бы исходит из глубины, тогда как в реалистической — наоборот — «растворяется» вдали. Сейчас в России наблюдается духовное возрождение, возвращение к своим корням, истокам. Но истинная, неповерхностная духовность требует истинной канонической иконы. Строго говоря, реализм, который стал пробивать себе дорогу в православные храмы в течение двух предшествующих столетий, не может дать духовного удовлетворения во всей полноте. Он скорее затрагивает лишь внешнее эстетическое чувство, не касаясь глубины души. Поскольку мы в Кургане также стремимся возродить истинную духовность,то естественно было бы обратиться к наследию старинных иконописцев, таких как А. Рублев, Дионисий и др. И мы сейчас видим, что не ошиблись в выборе, так как уже слышали отзывы прихожан о чудной красоте и гармонии икон и всего храма. По-новому теперь выглядит храм, какое-то тепло излучает иконостас... (* Епископ Михаил //Звонница. – 1996. – № 13. – С. 4-5).
Освящали иконостас и иконы особым чином по Требнику, перед Пасхой 1996 года.
К Троице того же года были написаны иконы для клиросов.
Усилиями курганских благотворителей было приобретено сусальное золото для украшения икон, саму работу оплатили Екатеринбургские предприниматели, духовные чада курганского архиерея. Имена их были прописаны на мемориальных досках, которые чуть позднее установили в храме.
Для левого клироса по благословению владыки Михаила была написана икона из жития святого преподобного Далмата Исетского «Обидимых Покровительнице», о которой владыка расказал читателям соборного журнала:
— Сюжет оной иконы взят из жития преподобного Далмата. Известно, что Пресвятая Дева в грозном и воинственном виде предстала в сонном видении Мурзе Илигею и запретила ему причинять какой-либо вред святому; более того, повелела наделить его землей и лесами для построения будущего монастыря... Факт заступничества Богородицы за Своих земных чад побудил меня заказать иконописцам икону под названием «Обидимых Покровительнице», чтобы запечатлеть это событие с верой в то, что Пресвятая Дева всегда готова прийти на помощь Своим детям, нуждающимся в Ее Небесном заступничестве. Икона не имеет аналогов и явилась плодом творчества иконописцев, по благословению церковной власти явивших ее миру. Думаю, что в будущем икона прославится и принесет духовные утешения всем, притекающим к ней с верою.
(* Епископ Михаил / Желаю всем мира, любви и радости в Духе Святом... / Рождественское интервью // Звонница. – 1997. – № 19. – С. 4-5.)
Так, по молитвам и трудам Преосвященного епископа Михаила, началось собирание святынь Курганской епархии.
К праздничным торжествам, посвященным 100-летию со дня основания Александровской церкви, собор сиял золотом икон.
На Божественную литургию и крестный ход летом 1996 года прибыли высокие гости из соседних епархий. Архиереи.
Приехал и руководитель иконописцев Игорь Алексеевич Исаков. Он привез иконы, написанные московскими иконописцами для подарков Преосвященным епископам, гостям праздничного торжества.
После праздничной литургии в соборе 15 июня 1996 года епископам соседних областей: Челябинскому и Златоустскому Георгию, Ульяновскому и Мелекесскому Проклу, Тобольскому и Тюменскому Димитрию вручили иконы с изображением святого благоверного князя Александра Невского именно в том стиле, в каком писались иконы для нашего иконостаса.
Сам владыка рассказал об этих иконах:
«...Святой Александр Невский изображен в княжеских доспехах держащим в правой руке наш собор в миниатюре, а в левой — меч. Сверху справа круглое изображение Спасителя благословляющего, а слева — Божией Матери, держащей омофор. По краям иконы изображены миниатюры святых, например, св. Прокла, патриарха Константинопольского — небесного покровителя епископа Прокла, а также — преп. Далмата Исетского, свт. Иоанна Тобольского и прав. Симеона Верхотурского — наших урало-сибирских святых. Итак, каждая икона отличалась от другой лишь святыми, имена которых носили приглашенные епископы...»* (* Епископ Михаил // Звонница. – 1996. – № 16. – С. 5)
Знаменательно то, что эти иконы-дары были выполнены теми же мастерами, которые оформляли иконостас собора.
Так укреплялась молитвами и делами своего первого архиерея Курганская и Шадринская епархия.
 
*     *     *
Святыни Зауралья
 
Особое внимание уделял правящий архиерей, епископ Курганский и Шадринский, святыням своей епархии.
В 1996 году во время торжеств, посвященных 100-летию со дня основания кафедрального собора святого Александра Невского, в город Курган на крестный ход, повторивший исторический крестный ход столетней давности, были доставлены чудотворные святыни епархии — Казанская икона Божией Матери из церкви села Чимеево Белозерского района, Абалакская икона Божией из храма святых апостолов Петра и Павла г. Куртамыш и икона святителя Николая «Утятская» из Свято-Духовской церкви пос. Смолино. Из Далматово привезли икону святого праведного Симеона Верхотурского с частицей святых мощей и икону преподобного Далмата Исетского.
Это был поистине благословенный день для зауральцев.
«Господь близко, Господь рядом, — учил нас владыка. — Он слышит. Он посылает нам Свои святыни в утешение, помогает нам в этом мире, бушующем страстями и грехом, уверяя, что якорь спасения находится в Церкви Православной» (Епископ Михаил / Из цикла вечеров Лины Мкртчян «Возвращение на Родину» // Звонница. – 2004. – № 26. – С. 11).
В этот праздничный день, 15 июня 1996 года тысячи людей, в два потока и под колокольный перезвон движущиеся навстречу друг другу, слились в один большой крестный ход, освященные благодатью святынь. Разве это не было торжеством веры?
За три года со дня образования новой епархии Господь собрал под Свои хоругви десятки тысяч зауральцев. Люди, пришедшие в этот день на службу, стояли вокруг собора, не сумев попасть внутрь храма, и молились на улице. А их молитвы чудотворным образам и Божественная литургия, которую возглавили четыре архиерея, освятили город «ни с чем не сравнимой радостью» (там же).
«Архиерейское служение, — наставлял свою паству владыка, — олицетворяет полноту православного богослужения. Когда же служит собор епископов, то восприятие значимости и красоты во много раз усиливается, раскрывается полнота благодати и Истины Вселенской Церкви, ибо Сам Господь Иисус Христос по Своим неложным обетованиям пребывает невидимо в храме».
Чудотворные святыни Зауралья, впервые со всех концов области одновременно прибывшие в главный собор епархии летом 1996 года, объединили народ Божий благодатью Христовой вокруг Православной Церкви, вокруг архиерея. «Когда человек соприкасается со святыней и получает духовную помощь, это ни с чем не сравнимая радость. Для этого и даны нам святыни, и чудеса продолжаются до скончания мира. Как сказал Господь, Он “вчера и сегодня и во веки Тот же” (Ев. 13, 8)» (там же). 
Чимеевская святыня — чудотворная икона Божией Матери «Казанская» впервые прибыла в кафедральный собор святого Александра Невского в марте 1993 года, когда освящали котлован под строительство Звонницы-часовни. Перед иконой молились, испрашивая помощи на строительство. Второй раз икону привезли в собор в дни освящения Звонницы, на которую уже установили колокола, в декабря этого же года. Часовню освятили в честь Казанской Чимеевской иконы.
Для участия в торжественном крестном ходе, посвященном 100-летию со дня основания собора в июне 1996 года чудотворную святыню привезли из Чимеево в третий раз.
С 25 апреля по 2 мая 2004 года икона пребывала в соборе четвертый раз — после прославления ее в церковном месяцеслове, как чудотворной. Перед святыней гости города и прихожане молились и днем и ночью все дни, пока святыня находилась в соборе. Очереди для поклонения святыне выходили на соседнюю улицу, а поток верующих не иссякал все семь дней. Днем и в вечернее время паломники пели акафисты, а ночью читали псалтирь. Каждый день служили молебны Пречистой Богородице.
В эти дни пребывания чудотворной святыни, в храме замироточили иконы. Об этом доложили Преосвященному епископу, который благословил записать увиденное и рассказать о мироточении паломникам, молившимся у святыни.
Второго мая чимеевская икона Пресвятой Богородицы покинула Курган, облетев его границы на вертолете. Икона Царицы Неба и Земли совершила крестный ход над городом, простирая над ним Свой омофор. А через несколько дней в Курганской области начались невиданные доселе пожарища, которые охватили тысячи квадратных километров лесов вблизи города. Горели деревни соседних с Курганом районов, погибали люди, задыхаясь дымом, не успевая даже выбежать из своих домов... Наверное об этом плакали иконы в соборе. Но курганцы молились накануне этих страшных событий чудотворной Чимеевской иконе Богородицы, и Курган, вокруг которого была обнесена икона, понес наименьшие потери — сгорели лишь несколько дач вокруг города.
Это был 2004 год. Прошло чуть более десяти лет, как была образована Курганская епархия.
Мы стали настоящим собором верующих христиан.
«Наша зауральская земля богата святынями, — говорил владыка Михаил. — Но, к сожалению, мы часто не ценим то, что имеем. Местные люди верят святыням, а многие относятся к ним прохладно. Но это же предмет веры, и, как сказано, по вере вашей будет вам» (ср. там же) .
Слова эти сказаны были архиереем не случайно.
Чимеевская чудотворная икона Божией Матери «Казанская», по представлению владыки Михаила, была прославлена Русской Православной Церковью в 2004 году и, по благословению Святейшего Патриарха Всея Руси Алексия II включена в церковный месяцеслов, как празднование, 21 июля.
А 3 июля 2019 года святыня была утрачена при пожаре, сгорев вместе со старинным деревянным чимеевским храмом...
Владыка хранил святыни епархии с благоговением. И прославлял их. Но какой горечью звучат сегодня его слова о том, что многие люди прохладно относятся к святыням веры, а мы часто не ценим и не храним то, что дает нам, как дар, Всемилостивый Господь...
 
Елена Кибирева
Заметки для книги «Первый епископ Зауралья