Смысл в касании

«Не в алмазе блеск, а в том, как свет его касается».
____________________________________________________

Гончар Савва считался лучшим в городе, но у него никогда не было готовых ваз на продажу.
— Мастер, ну когда же будет готов мой заказ? — в десятый раз спрашивал богатый купец, заглядывая в мастерскую. — Вы крутите это блюдо уже вторую неделю. Я плачу золотом за вещь, а не за ожидание!
Савва, не поднимая глаз, продолжал мягко касаться пальцами влажной глины. Круг вращался с тихим, гипнотическим шуршанием.
— Вы покупаете застывшее мгновение, почтенный, — тихо ответил мастер. — А я живу в движении. Если я потороплюсь, чтобы отдать вам вещь, я убью то, что происходит между мной и этой землей прямо сейчас.
Купец ушел в гневе, а Савва остался. В мастерской пахло сырым подвалом и дождем. Мастер не думал о том, как блюдо будет стоять на дубовом столе. Он чувствовал, как глина сопротивляется, как она постепенно сдается теплу его рук, как в податливом материале рождается изгиб, похожий на волну. В этот момент Савва не был просто ремесленником — он был соавтором самой природы.
Иногда к вечеру он смотрел на получившуюся форму, улыбался ей, как старому другу, а потом… просто сминал её в один серый ком.
Его подмастерье, юный Лука, однажды не выдержал:
— Учитель! Это была идеальная чаша! Зачем вы её разрушили? Мы могли бы продать её и купить дров на зиму!
Савва вытер руки о фартук и посмотрел на юношу.
— Знаешь, Лука, в чем проклятие результата? Когда вещь закончена, она умирает. Она становится просто предметом, который покрывается пылью. Но пока я её создавал, я узнал, как дрожит воздух от пения цикад, я понял, почему глина сегодня холоднее, чем вчера, я слышал музыку в скрипе колеса. Я был по-настоящему жив.
— Но нам нужен результат, чтобы выжить! — упрямился мальчик.
— Результат накормит твой желудок, — согласился Савва. — Но только процесс накормит твою душу. Тот, кто бежит за финишем, всегда оказывается в тупике, когда добегает. А тот, кто любит дорогу, никогда не будет одинок или пуст.
Прошли годы. Савва давно ушел, а Лука сам стал мастером. И когда к нему приходили нетерпеливые заказчики, он просто улыбался и продолжал медленно, с наслаждением водить пальцами по крутящемуся кругу. На его полках было мало товаров, но в его глазах всегда горел тот особенный свет, который бывает только у людей, нашедших смысл не в финальной точке, а в каждом мгновении, в каждом касании.