Воспоминания пианистки Веры Лотар-Шевченко

На фотографиях, приложенных к миниатюре, (отреставрированных и тонированных  автором),  запечатлена знаменитая пианистка в разные годы своей жизни.

Готовя для "прозы.ру" предыдущие миниатюры, посвященные ученому и педагогу Ляпунову Алексею Андреевичу (1916-1973), а также воспоминаниям о нем близких ему людей [1,2], встретил неожиданно для себя в именном списке книги  [3], изданной к столетию со дня рождения ученого,  имя его близкой знакомой,  Веры Августовны Лотар - Шевченко.

Ознакомившись с тремя заметками из книги, особенно был удивлен тому, что первую из этих заметок написала сама Вера Августовна,  которая, согласно «мнению» нейросети, записей не вела, хотя «много сведений о ней имеется в документах и воспоминаниях  современников».

Учитывая, что с изданной в академическом издании книгой [2] большинство читателей «прозы.ру»  наверняка не знакомы, решил воспроизвести  в миниатюре  названные материалы - статью Лотар-Шевченко, письмо  А.А. Ляпунова министру культуры и воспоминания о Вере Лотар-Шевченко его ученика Г.Ф. Фридмана. 

1.Оригинальная публикация с воспоминаниями Веры Лотар Шевченко.

Алексей Андреевич  Ляпунов вырос в старинной русской интеллигентной семье учёных. Его очень музыкальная бабушка окончила Московскую консерваторию по классу рояля. Позже его сводный брат (сейчас ученый-химик) тоже окончил консерваторию и был женат на пианистке Людмиле Сосиной.

Святослав Рихтер, друживший с братьями Алексея Андреевича – Аскольдом и Николаем,– в 30-е годы часто бывал у них в гостях, и прекрасные звуки  Steinway постоянно наполняли дом Ляпуновых  (в Москве - В.В). 

Так в детские и юношеские годы Алексей Андреевич был окружён самыми лучшими классическими музыкальными произведениями, которые исполняли бабушка и брат. Звуки музыки Баха, Бетховена, Шопена, чаще других звучавшие в доме, незаметно, но глубоко входили в духовный мир мальчика.

Но сам он учиться музыке не хотел. Он предпочитал её слушать. Алексей Андреевич рано увлёкся наукой, математикой, долгие часы проводил с отцом (математиком и инженером), слушая его рассказы и разбирая решения интересных задач. Наука занимала всё время и внимание.

Потом жизнь изменилась,  долгие годы Алексей Андреевич был далёк от музыки. Не было времени даже её слушать. Потом война… Четыре года на фронте… Прошли многие годы без музыки. Наука всё сильней и сильней становилась единственной страстью Ляпунова.

И вот наша встреча в Академгородке в 1966 году. После моих концертов у Алексея Андреевича опять появилась любовь к великим произведениям, которые я исполняла, и которые оставались в глубине его души как бессознательная память детства. 

Хотя теперь в семье Ляпуновых нет музыкантов, специально для меня купили рояль, и я стала систематически между моими гастролями играть свои программы в доме Ляпунова.

Мне было очень приятно почувствовать, как Алексей Андреевич принимал и слушал музыку.  Для меня был очень интересен такой приём и такое глубокое понимание моего исполнения.

Он не был музыкантом, но как исключительно интересно было после исполнения больших и сложных произведений Баха, Бетховена, Шопена слушать выражение смысла их, удивительное для человека, не имевшего музыкального образования. Но его соображения и высказывания были гораздо интереснее, чем любого музыканта с музыкальной эрудицией, который может говорить только шаблонными словами, уже слышанными всеми тысячи раз. 

Впечатления и суждения Алексея Андреевича были такие яркие, оригинальные, сильные, что они открывали передо мной совсем иные представления о музыке, которую я играла, а порою вызывали желание изменить трактовку, улучшить исполнение. Очень трудно объяснить всё это…

Я стала регулярно ходить в дом Ляпуновых и, играя, чувствовала перед собой ответственность, как перед самым серьёзным концертом. Играла произведения Баха для клавесина и органа, много сонат Бетховена. Самыми его любимыми были высочайшие вершины фортепианной музыки Бетховена – 31-я и 32-я сонаты. 

И я очень горжусь, что моя музыка стала нужна Алексею Андреевичу. Он говорил даже, что когда плохо себя чувствовал – музыка его лечила, возвращала силы, и он сразу чувствовал себя лучше. Что было для меня большой наградой.

Уход из жизни Алексея Андреевича – это большая потеря для меня.

Люди, которые способны понимать искусство так глубоко, встречаются слишком редко… Надо было видеть, как он слушал музыку… С закрытыми глазами… Он говорил:

«Когда я слушаю музыку, я работаю». И действительно, он всегда после моих исполнений начинал анализировать каждое произведение, внося в него такой яркий смысл, что я не переставала удивляться.

Часто я играла также прелюдии Дебюсси, и Алексей Андреевич принимал эту музыку с большим интересом.

Он вспоминал, что впервые с музыкой Дебюсси его познакомил молодой  Рихтер в те времена, когда он бывал у них дома. В музыке Дебюсси Алексей Андреевич видел яркие краски и совсем другой мир, новые гармонии. Эта музыка без проблем дает возможность отдыхать, эстетические впечатления от неё близки типическому французскому характеру, который Ляпунов так любил…  Новосибирск, ноябрь 1973 г.  //////////////////////////////////////

2. Письмо А.А. Ляпунова Министру культуры СССР  тов. Е.А. Фурцевой.

Глубокоуважаемая Екатерина Алексеевна! Я обращаюсь к Вам с просьбой, касающейся вопросов распространения музыкальной культуры. 

В Новосибирске живёт и работает пианистка высшей квалификации В.А. Лотар-Шевченко.

За последние годы она совершила серию гастрольных поездок в Ленинград (30 концертов с постоянными аншлагами), в Киев (не менее 10 концертов с аншлагами), Одессу, Львов, Киров, Владивосток, Хабаровск, Читу, Красноярск и т. д. с неизменными огромными успехами и аншлагами.  Она дала также целую серию концертов в Новосибирске с неизменным бурным успехом. 

В то же время её концертная деятельность организована из рук вон плохо. В.А. Лотар-Шевченко могла бы давать значительно больше концертов. Во многих городах имеется огромное количество слушателей, которые очень хотели бы слышать её исполнение. 

В частности, она дважды выступала в Москве в институте им. Гнесиных в переполненном зале, причем огромное число людей не смогло получить билетов. Приходилось вызывать милицию для установления порядка.

Очень прошу Вас дать указания Гастрольбюро и новосибирской филармонии, чтобы они уделили большее внимание организации концертов выдающейся пианистки В.А. Лотар-Шевченко. Чл.-корр. АН СССР А. Ляпунов Новосибирск–72, Воеводского 4.   [1971 год]..........

3. Г.Ф. Фридман.  Вера Августовна Лотар-Шевченко. Фрагмент статьи.

Это женщина трагической судьбы. Блестящая пианистка, в 30-е годы вышедшая замуж за советского инженера и приехавшая с ним из Франции в Советский Союз. 

Муж вскоре был арестован и убит, а сама она на долгие годы оказалась в ГУЛАГе. Но даже в жутких условиях лагерей она не потеряла профессиональную форму, разыгрывая этюды на разлинованной доске. Выйдя на свободу, она устроилась на работу солисткой Алтайской филармонии. Но одинокая, без жилья и без своего инструмента для репетиций...

Так вот, узнав эту историю из прессы, Алексей Андреевич развил бурную деятельность. Он добился, чтобы её приняли солисткой Новосибирской филармонии, выделили скромную квартиру в Академгородке, а для репетиций купил рояль и установил его в своем коттедже, где Вера Августовна часто репетировала, а иногда давала домашние концерты.

ПРИМЕЧАНИЯ
 
1.  Владимир Варнек. Ляпунов Алексей Андреевич - ученый и педагог. «проза.ру». 23.01.2026 г. 
2. Владимир Варнек. Ляпунов Алексей Андреевич - воспоминания коллег. «проза.ру». 01.02.2026 г.
3. В.А. Лотар-Шевченко.  Музыка в жизни А.А. Ляпунова.  – Статья из книги «Алексей Андреевич Ляпунов: 100 лет со дня рождения». / ред.-сост.: Н.А.Ляпунова и др.; отв. ред. Ю.И.Шокин. - Новосибирск: ГЕО, 2011. - 587 с.

В.В. --- 03.02.2026 г.