По тундре

                ПО ТУНДРЕ

      В студенческие годы (Я тогда учился в РИИЖТе – Ростовском на Дону институте инженеров жел. дор. транспорта) была практика использовать студентов 2 и 3х курсов, привлекая к работе в качестве проводников пассажирских поездов, после предварительных кратких курсов в тех или иных резервах проводников СССР.
 
      Мы – студенты РИИЖТа были приписаны к Адлерскому резерву и работали проводниками на рейсах Адлер – Архангельск, Адлер – Ленинград и Адлер – Воркута, Адлер - Мурмаеск. Работа была интересной и познавательной. Мы знакомились с разными районами страны, с людьми разных сословий. Со многими пассажирами завязывалась дружба, продолжавшаяся и после института.
 
      Бывали разные происшествия, порой неожиданные, когда приходилось решать проблемы, что называется, на ходу. Вот один из примеров: Поезд Ленинград – Мурманск. В Беломорске к нашему вагону подошла семья – Муж, жена и мальчик лет 5. Просятся взять их до Мурманска. Интересно, места в вагонах есть, а в кассах вокзалов билетов нет.

      Взяли людей в вагон, разместили в пустом купе. А к вечеру в Кандалакше – проверка билетов. Инспектора заходят в купе, где наши пассажиры. Спрашивают, ваши билеты. Мужчина «ищет» билеты на столе, заставленном снедью, мальчик говорит, а я их выбросил в окошко… Постояли инспектора, поразмышляли – устами младенца глаголет истина, и удалились. Ребёнок спас и родителей и нас от штрафов. Мы сдружились с пассажирами и они пригласили  к себе на ужин в Мурманске. Мы согласились, время позволяло.
 
      Во время рейса Адлер – Воркута, мы стали свидетелям такого действа: На станции Плесецкая в вагон по билетам вошли четверо импозантных мужчин солидного возраста. В чехлах у них были 2 гитары. Заняли купе и попросили стаканы. Я принес им стаканы в подстаканниках, на что они, смеясь, от них отказались. Не чай собираемся пить.

      Потом из их купе раздалось прекрасное хоровое, на 4 голоса, пение. Это была песня, когда - то слышанная ранее, но в каком прекрасном исполнении! Все пассажиры вагона вышли из своих купе и слушали, подпевая, мелодию и слова песни. Когда же кончилась песня и раздались апплодисменты, из купе вышел седовласый с бородкой пожилой мужчина. 
Поблагодарив пассажиров, сказал, что все они, четверо, когда – то были узниками лагеря в Воркуте и теперь едут на встречу с такими же как и они, «узниками» в честь 10 летия освобождения.  А эта песня для них стала гимном:
          
    ПО ТУНДРЕ

Это было весною,
Зеленеющим маем,
Когда тундра одета
В свой зеленый наряд.

      Мы бежали с тобою,
      Опасаясь погони,
      Чтобы нас не настигнул
      Пистолета заряд.

Дождь нам капал на рыло
И на дуло нагана.
ВОХРа нас окружила,
Руки кверху кричат.

       Но они просчитались,
       Окруженье пробито.
       Кто на жизнь смотрит смело
       Того пулей не взять.

Я сидел в одиночке
И плевал в потолочек.
Пред людьми я виновен,
Перед богом я чист.

      Предо мною икона
      И запретная зона,
      И маячит на вышке
      Надоевший чекист.

Но теперь на свободе,
О которой мечтали,
О которой так много
В лагерях говорят.

      Перед нами раскрыты
      Необъятные дали.
      Нас теперь не настигнет
      Пистолета заряд.
 
      Прозвучала песня. Но народ не расходился, попросили спеть что - нибудь еще.
    И тогда из открытой двери купе под звон 2х гитар зазвучало «Старое танго»
         Фанни Гордон…
               
         СТАРОЕ ТАНГО

      Вспомним годы юные:
      Встречали ночи лунные
      Мы в нашем парке старом.
      Вспомни, как под кленами,
      Под кронами зелеными
      В ночи звенят гитары.

Вспомним встречи давние
И ночи карнавальные,
Мотив знакомый танго.
И казалось нам с тобою, друг,
Что не разнять вовек
Горячих рук.

      Танго — это старая пластинка,
      И полон счастья
      Для нас мотив любимый тот.
      А кто-то грезит о черноокой аргентинке,
      Грустя и веря, —
      Любовь далекую зовет.

Эти мелодии, исполненные бывшими зеками, а сейчас респектабельными мужчинами были настолько неожиданными в вагоне поезда Адлер – Воркута, что по происшествии многих лет они не забываются.
                Владимир Левинтас