1180. Смысл жизни у сатаниста в его сатанизме

1180.  Смысл жизни у сатаниста в его сатанинском деле.

Длинные руки у Хозяина мира сего. Нужны они ему длинными, чтобы каждую белку в Беличьем Колесе подтолкнуть, когда требуется. Надо, чтобы не отлынивала белка, а бежала с ускорением, успевая еще крутиться при этом. Однако вместе с тем удлинняются руки не только у Творца Инволюции, но и у Твора Эволюции, поскольку наступает Перемена и власть постепенно смещается с одного полюса на другой. Первое дело Творца Эволюции из каждой Души извлечь вещи, которые укажут человеку  на его не пригодные для новой жизни качества.

Инвалид на коляске между тем в стороне не останется, увидит он собирающихся на новый поезд - и тоже засобирается. Вот только вещей у инвалида так много, что запурхается он в них, и все вещи у него такие тяжелые, что не поднять одному их: гранаты, автоматы, пулеметы, квадракоптеры, баги...

В результате, в данном случае с бывшим диверсантом получается то, что отпущенный на волю диверсант несколько затосковал. Не чувствует в данном случае Душа убийцы себя счастливой. Кстати, сейчас (;02.;02.;2026) ТВ показывает террористку Дарью Клишину, подарившую статуэтку, начиненную тротилом, популярному журналисту Владлену Татарскому. Убийца Дарья Клишина вместе с Татарским еще пятьдесят человек покалечила. Сидит сейчас (98) перед журналистом в зэковской одежде с таким безмятежно простецким лицом, словно сама невинность она. Журналист рассчитывал увидеть на её лице какие-то следы расстройства. Однако нет ни расстройства, ни сожаления. Если бы отпустили её на волю, она бы чувствовала себя точно так, как чувствует себя сейчас (98) убийца на ТВ: не знает он, что делать ему на воле без его дела. Не знает он потому, что Дух в нем такой. Дух в нем такой, повторю, что предназначен он убивать. Он как лошадь, которую после гонки поставили в стойло. Постояла лошадь без дела немного и начинает бить копытом. Лошадь счастлива, только когда скачет. "Мы боевые лошади азарта, на нас еще немало ставят карт, - у Андрея Дементьева. - И, может быть, мы тяжко рухнем завтра, но это завтра, а пока азарт". Так и человек, крайне испорченный этой жизнью,  умеет только ближних кусать, и счастлив только когда есть кого кусать, потому что все вокруг него жили так, чтобы: "сидеть на жердочке, клевать ближнего, гадить на нижнего".