И ещё о дрессуре

        А я всем вам вот что скажу, самое опасное заблуждение - полагать, что это люди дрессируют собак. За свою долгую жизнь с собаками (с одними - под одной крышей, с другими - в одном районе...) усвоила, что уже давно именно собаки воспитывают и дрессируют нас. Кстати, именно этим объясняется и лютая ненависть некоторых человекообразных существ к собакам и собачникам: им невыносима сама мысль, что их оценивают такие независимые в своих оценках и объективные существа, как собаки. Наш человеческий язык для них давно не секрет, а вот нам ещё нужно научиться их собачьему языку.
      
        Моя русская тойтерьерша Алисочка - девушка себе на уме. Она спокойна, рассудительна, любит уединение. Ей скоро 10 лет, и это усиливает в ней чувство самодостаточности. Разнообразием в общении со мной она меня не балует, видимо, считая, что одной её команды для меня вполне достаточно. Зато какая это команда! Внезапно на меня обрушивается поток любовных её чувств. Но я уже знаю, что этот поток означает: «Заблудшая овечка моя, ты забываешь покормить единственное в своём роде существо, наполняющее жизнь твою смыслом и открывающее для тебя перспективу духовного совершенствования. Где бы ты была без меня, сердечная? Ну-ка быстренько к холодильнику! И даже не надейся, что я забуду воззвать к твоему сознанию!».

        Если я заработаюсь и, вспомнив, что часа полтора тому назад положила в собачью чашку изрядную порцию еды, решаю, что этим на сегодня должно и ограничиться кормление собаки, Алиса, вяло наблюдая за мной, и ухом не поведёт. Со стороны кажется, что она уже спокойно спит в той части моей кровати, где располагаются мои ноги. Но спокойствие это обманчивое.

     Я укладываюсь в постель. Проходят 5 - 10 минут, уже брезжит сон, и я плавненько погружаюсь в него, как чувствую спиной медленное, крадущееся движение в направлении моей головы. И тут же меня выдёргивает из сна неприятное чувство - наступая на мои волосы, Алиса идёт вокруг моей головы от затылка к лицу. Как вы бы чувствовали себя, если бы вас резко дёргали за пряди волос, наступали когтистыми лапами на голову и ещё пытались лизнуть прямо в рот, когда вы вопя и чертыхаясь, его открываете? Этот скандал не может длиться долго. Алиса даёт понять, что отступает. Волосы мои оставляют в покое, но далеко от моей головы Алиса не отходит. Она привыкла настаивать на своём, меняя в случае необходимости тактику. Она укладывается на край подушки (совсем уйти с неё значило бы отказаться от своих намерений), голова её повёрнута в сторону моего лица , и я чувствую тихое дыхание преданной мне до полной потери самолюбия Алисы. Я успокаиваюсь, сон опять приближается ко мне, и тут я понимаю, что собак моя начинает нежно лизать мои волосы ото лба к затылку, причём зона любимого места всё увеличивается, в неё попадает мой нос, мои веки и, конечно, в тот самый момент, когда я взрываюсь, и открытый для ругательства рот.

      Всё! От желанного сна не остаётся и намёка! Я должна встать и хоть пару чайных ложек еды положить в чашку собаки. Алиса с чувством глубокого удовлетворения соскакивает с моей постели и отправляется к своей чашке.

      Я выключаю свет и укладываюсь в постель, а через несколько минут в мою постель, в ноги ко мне запрыгивает успокоившаяся Алиса. Пара секунд и она уже вовсю спит, не обращая и малейшего внимания на беспокойно ворочающуюся хозяйку, обречённо вздыхающую из-за того, что бессонницы и на этот раз не избежать.