Третий путь Марка Карни

Речь канадского премьера в Давосе, случившаяся 20 января 2026 года, произвела, не сказать, фурор, но нечто к тому близкое. Один из самых близких союзников США (территориально и по духу) внезапно и принципиально встал по ту сторону геополитических баррикад. Что произошло, что подвигло Марка Карни на столь драматический шаг? Он объявил об окончательном упадке международного права, основанного на правилах (США), и необходимости поиска нового срединного пути для стран, втянутых в противоборство так называемых великих держав.

Особую пикантность выступлению Карни придавало то обстоятельство, что на США и Канаду смотрели до недавнего времени не просто как на двух благополучных соседей, скованных, как в песне, одной цепью, идеологическими, политическими и экономическими ценностями. Это был бунт на корабле. Премьер-министр Канады Марк Карни предложил новую повестку дня для стран, переживающих эру соперничества США, Китая и России, не желающих попасть в жернова Истории.
Реакция Дональда Трампа была молниеносной: критика сближения Канады с Китаем в сочетании с угрозами введения 100-процентных тарифов в случае сделки с Китаем и отзыв приглашения в его «Совет мира». Марк Карни пал в немилость великого и ужасного.

Впрочем, визит Карни в Пекин отнюдь не стал, нельзя назвать дипломатическим прорывом и уж тем более угрозой для США, как представил дело президент Трамп. Да, в определенной мере, он впервые за многие годы дал толчок перезапуску канадско-китайских отношений, о чем лидеры двух стран договорились ранее в октябре прошлого года на полях саммита Азиатско-Тихоокеанского экономического сотрудничества (APEC) в городе Кёнджу, Южная Корея. Стороны признали эту 39-минутную встречу своего рода переломным моментом в холодных, натянутых до того отношениях. В ходе же последовавшего в январе визита в Пекин Канада согласилась снять 100-процентные таможенные тарифы на допуск китайских электроавтомобилей на канадский рынок, а Китай в ответном жесте снял аналогичные барьеры в отношении рапсового масла и морепродуктов. Всего-то. Могло ли это до такой степени задеть самолюбие президента США? Нет, конечно. Именно яркое выступление в Давосе придало Карни ореол государственного деятеля, предложившего видение будущего мира, выходящее за рамки краткосрочных политических спекулятивных расчётов, парализующих деятельность ООН и загоняющих в тупик человеческую цивилизацию.

Нельзя, разумеется, не указать на причины, побудившие Карни бросить вызов могущественному южному соседу. Вследствие чрезмерной зависимости в военном и экономическом отношении от США страна стала стратегически уязвимой, что не раз подчеркивалось президентом Трампом, называвшего и Карни, и предыдущего премьера Канады Трюдо, «губернаторами», подкрепляя намерение превратить Канаду в 51-й штат хищническими тарифами на экспортную продукцию Канады и риторикой аннексии.
Именно в Давосе Марк Карни вышел за рамки «дипломатии гегемонов и сателлитов» и сформулировал новую глобальную стратегическую доктрину. Он определил нынешнюю эпоху как испытание цивилизации «на разрыв», вызванный вторым сроком Трампа, сопровождаемым деструктивными действиями — от использования гигантских тарифов как орудия внешней политики до атаки на Венесуэлу и объявления себя временным президентом Гренландии, угрожая Европе захватить контроль над островом под предлогом обеспечения безопасности США.
Карни охарактеризовал прошедшие десятилетия как «жизнь во лжи» международного порядка, основанного на правилах, добавив к тому, что эта конструкция больше не должна работать. Когда экономическая интеграция, финансовая система, основанная на долларе и глобальный рынок становятся инструментами принуждения в пользу одной из великих держав, говорить о справедливом и стабильном мироустройстве не приходится. Что ещё важнее, он поддержал идею президента Финляндии Александра Стубба о «реализме, основанном на демократических ценностях»: суверенитет, территориальная целостность и права человека в сочетании с прагматизмом в признании возможного несовпадения интересов, но в стратегическом взаимодействии стран-членов ООН для поиска взаимоприемлемых решений возникающих проблем.

Для Канады это означает опору на собственные силы, масштабные инвестиции в энергетику и инфраструктуру, диверсификацию экономики за счет новых торговых партнеров, включая Китай и страны Ближнего Востока. В этом заключается суть его видения «принципиального и прагматичного» пути для Канады. И не только для Канады. Это своего рода «третий путь» для стран, чтобы выжить в условиях мирового порядка, основанного на правиле джунглей, который гласит: «у сильного всегда бессильный виноват». Другими словами, если вы не за столом, то вы дичь.

В западном политическом ландшафте призыв Карни к справедливости и коллективным действиям расценили как своего рода революционное чудачество, вызвавшее, однако, положительный резонанс. Будут ли последствия? Трудно сказать, учитывая напряженные, мягко говоря, отношения лидеров Канады и США. Нежелание Канады осудить вторжение США в Венесуэлу, как видит ситуацию Карни, потребовало немалого политического мужества. Как бы там ни было, своей речью в Давосе канадский премьер-министр сделал вступительный взнос в будущий клуб независимых и прагматичных мировых лидеров.