Глава 14

Нина решительно сбросила одеяло. Встала, босой подошла к окну, звёзды куда-то исчезли исчезла и луна.

 Стояла кромешная мгла. Пронеслась гнетущая мысль – какая беспокойная ночь, что происходит, почему не спится? Что так тревожит? Что волнует, что?..

Она прошла по крохотной комнате, остановилась у двери – тихо, всё общежитие спит, а у неё не было сна.
 
Она вернулась к скрипучей кровати, забралась в неё и как в детстве, поджав под себя ноги, прикрыла одеялом, облокотилась о холодную стену и стало вдруг от чего-то грустно и даже обидно, что нет сна.

 Нина капризно надула губы, нахмурилась от нахлынувшей мысли о Мише и юности проведённую с ним.

Почему-то вспомнилась бабушка Маша – вот где она сейчас?.. И откуда-то всплыл Вадим.
 Нина улыбнулась его мысленному видению, трепетно подумала – ему уже сорок, интересно какой он сейчас?  И она стала представлять себе его и мужчин его возраста, знакомых и не знакомых, и никак не могла представить себе Вадима.

 Те знакомы сорокалетние, ей казались уж слишком если не старыми, то очень взрослыми умудрённые жизнью.
 А Вадим виделся ей прежним каким остался в детской памяти – молоденьким и бесстрашным – глупею что ли?.. Мелькнула попутная мысль и с сожалением подумала:

 «Всё у меня ни как у людей! Вроде бы и вперёд не рвалась, и сзади не отставала, а всё как-то не так…
Вокруг столько очаровательных молодых мужчин, а я зациклилась на старом и на молодых – ноль.

 Да хотя-бы взять сестру Ирку, ведь кручёно жила - рискованно. Мужиков меняла как перчатки и мужики - ничего были, видные! А сошлась с плюгавеньким – ни рожи, ни стати мужской, а поди ж ты - держится...

 И чего в нём хорошего нашла? Брр!» - Нина передёрнула плечами, брезгливо поморщилась вспомнив прошлогодний приезд сестры с мужем.
 
Встретили в родительском доме, как обычно, на селе - хорошо. С выпивкой и он Иркин мужик, притиснул Нину в чулане когда она набирала солёных огурцов к столу.
Прижал крепко к кадушке, сноровисто запустив ей за пазуху руку...  Больно сжал.

 Лишь на секунду Нина опешила, а за тем ловко вывернулась и с силой опустила посудину с огурцами, мужику на вспотевшую лысину.
Незадачливый члено-страдатель ойкнул приседая, умываясь въедливым рассолом, листьями квашенной смородины и зёрнами укропа.

-  Что ты делаешь?.. – Прогнусавил он, - чокнутая!
-  А ты?..
-  Шуток не понимаешь…
-  Таких не понимаю. С Иркой шути, а ко мне свои лапы не суй!
-  Вот дура колхозная! – Стряхивая с себя слизь квашения, простонал он, - вдова ведь, неужели не хочется?..

-  Не твоя забота, найдётся кому, а ты чеши пока при памяти, а то шум подниму!
-  Да иди ты!.. – Выругался Иркин муж и выскочил из чулана.
Нина зло рассмеялась ему в след, потирая занывшую грудь – вот сволочь, синяк наверно будет…

 Морщась тёрла больное место и тут же впервые подумала: - А ведь он прав пора и о себе подумать…
И действительно год без мужа.

 Нина как-то забыла, что она молодая - знала только работа, учёба, дом, как заводная и только ночь приносила успокоение.  "Скучаю без мужика" – тоскливо мелькнула мысль и вернулась в дом.

 Вскоре, каким-то образом, Ира узнала о случившимся. Нина не ведала, да и сама никому ничего не рассказывала - противно было вспоминать не то, чтобы делиться. Сидя вечером на лавочке у забора с Ниной, Ира извинилась:

-  Ты прости меня за моего озабоченного, сволочь он порядочная! Я знаю.
Нина с удивлением посмотрела на сестру, ответила:
-  Так брось его, нашла тоже…

Ира горько усмехнулась:
-  Не могу дорогая.
-  Почему?
-  Одна боюсь остаться.
-  Почему одна, а родители? Я наконец! Живи с нами, чего мотаешься?
-  Не девочка с предками жить, мне уж сорок, бабий век.

-  Послушай, всё хотела тебя спросить, почему не рожала? – Нина посмотрела на Иру, добавила, - и сейчас не поздно.

Ира ответил, усмехнувшись:
-  Дура была. С начала споткнулась - девичество потеряла, потом, от обиды и злости загуляла, думала - нет ничего не думала, востребованная была, а сейчас пустая через аборты.

-  Дела-а и много у тебя этих кабелей было?
-  Да уж было… Сейчас и не вспомню.
-  Какие-нибудь ты к ним чувства испытывала, нет?
-  Значит испытывала раз ложилась.
-  А любила ли ты сама, хоть раз, по-настоящему?
-  Любила, двоих всего, а от третьего родила бы, не оглянувшись.
-  От кого же это?
-  Не знаю, вспомнишь ли?.. От Вадима, он и сейчас перед глазами, как живой.
-  От кого?!
-  От Вадима, красивый был парень, настоящий! – Ира усмехнулась, - да ты сестрёнка помешала.
-  Но у тебя же было с ним…

Ира посмотрела в тревожно-ожидающие глаза Нины и щадя её память о сказочном принце, ответила:
-  Не успели.
-  А той ночью, помнишь?..
-  И той ночью не было, текла я.